Causing pain

Пение птиц доносится с окон, и очередной рассвет, встречается лицом к лицу с Сынчолем. Он уснул рядом с Джонханом, и в голове возникает один вопрос. Их кто нибудь видел? Ладно он, за себя ему не страшно, вот Юн теперь находится в очень уязвимом положении. Страх за жизнь Джонхана теперь видимо, всегда будет преследовать его. Смотря на Юна, Чхве снова заглядывается на его волосы. Не может сказать, что он выглядит уродливо. В этих укороченных волосах есть свой шарм. И с ними он выглядит старше своего возраста, а его глаза ещё выразительнее, ведь чёлка никуда не делась. Бледноватость стала спутником Юна на лице ещё до прихода во дворец, однако его некогда нежные словно шёлк руки, покрыты рубцами и синяками. А вчерашний взгляд Джонхана, смотрел словно в пустоту, сквозь Сынчоля. Лёгкий стук в дверь, и в проёме двери он замечает Минхао. Тот жестом зовёт Сынчоля в коридор, и Чхве встаёт, аккуратно укрывая всё ещё спящего Джонхана, выходит. Он следует за лекарем, и Сюй заводит его в что то подобие своего кабинета. Садится на пол, и приглашающе хлопает рядом. — Как вы себя чувствуете принц? — тихим голосом интересуется Мёнхо. — Уже лучше, думаю хворь отступила. Лучше скажи мне, что там приключилось с помощником Юном. — машет рукой Сынчоль, показывая, что ему это совершенно не интересно. — Увы этого я вам рассказать не могу. Принцы об условились, вам рассказать об этом сами. — с сожалением в голосе отвечает Минхао. — Я действительно в эти дни пытался поддерживать здоровье помощника Юна, однако больше мне было неизвестно до вчерашнего дня. — тот поджимает губы. Видно, что воспоминания и видимо услышанное им, ему не сильно понравилось. Он слегка хмурится и отводит взгляд. Сынчоль всё понял и допытываться не стал. Понял, что там много подробностей, которые ему, могут не сильно понравится. Скорее всего даже привести в бешенство. — Я понял, больше спрашивать не буду. — рациональный шаг сейчас это отступить. Братья позже сами поведают. — Так что там с его травмами? — Кнут оставил много полос на спине. Все они, увы не заживут, многие из них останутся в лице шрамов, на теле помощника. — вздыхая отвечает Минхао. — На руке много следов насильственной хватки, на ногах и лодыжках виднеются следы пальцев. — вспоминает Сюй. — Кожа Помощника Юна довольно нежная и мягкая, потому оставить следы на ней проще простого. — Сынчоль внимательно слушал, всё что ему говорил лекарь и внимал словам. — На лице есть много красных отметин. Скорее всего останутся только шрамы на спине. Возможно даже не один. — заключает Мёнхо. Сынчоль с сожалением кивает. Джонхан так крупно попал, только из-за ряда случившихся одновременно обстоятельств. Однако, как же неуютно чувствует себя Сынчоль, зная что не заболей он, ничего из этого не сучилось бы. Совесть грызёт ужасно, а обида за Джонхана глубоко поселяется в груди. — Вы вчера очень быстро вновь заснули у колен помощника Юна. Мы вас переложили на кровать, однако вы не захотели там спать один. Вы во сне упрашивали помощника остаться с вами. — из мыслей его выводит тихий шёпот лекаря. — Вас вместе кроме принцев, никто не видел. — успокаивает Сюй. Сынчоль много раз кивает, и встав с места уходит обратно к Джонхану. Вернувшись обратно он застаёт, Юна в немного другом положении. Тот лежал на боку и обнимал подушку. Его волосы, вновь приковали к себе внимание Сынчоля. От чего-то на душе с каждый секундой становится не спокойно. Словно вот вот, что-то случится. Принц склоняется над лицом Джонхана, разглядывая ресницы, что слегка подрагивали. Когда между их губами, как во вчерашнем дне, остаётся пару сантиметром, помощник Юн распахивает глаза. Сынчоль отскакивает, а Джонхана подскакивает со своего места. Ему лучше наврать о том, что ему просто приснился кошмар. Не скажет же он принцу о том, что обнимал его подушку в надежде ощутить его запах, а лечь обратно не успел, потому притворился спящим. Однако принц молчит, и Джонхан произносит прощение за то, что напугал принца. — Ничего я сам виноват, слишком близко стоял. — кивая головой, принц принимает свою несуществующую ошибку. Настаёт неловкая тишина, во время которой Юн, разглядывал принца. Ему вернулся здоровый румянец а круги под глазами стали меркнуть. Его скулы были слегка напряжены, и Джонхан соврёт если скажет, что не волнуется. За тот поцелуй, за принцев, за будущее. Но сейчас это всё так неважно. Юн завис в этом моменте и не может моргнуть хотя бы на секунду, лишь бы не упустить не единую эмоцию на лице. Сынчоль так же не отрываясь, в оба глаза смотрит на красоту помощника. Что хлопая своими пушистыми ресницами всё больше и больше влюблял в себя принца. И тут Чхве задумался, любил ли он другие черты помощника Юна, помимо его красоты? Да, он любил рассудительность, любил умение преподносить разные новости, любил то как он легко и точно улавливал настроение принца, любил то как он слегка хмурясь он выслушивал какие-то новости от прислуг. Хотя почему любил? Любит до сих пор. Видимо сейчас ему сложно прочитать его, и потому он молчит, поджимая свои губы. Губы, что вчера поцеловал Сынчоль. Они мило, то и дело подрагивали. — Джонхан. — зовёт Сынчоль, ждёт когда помощник придёт в себя и ответит, но тот лишь глазами дал знак, что готов слушать. — Назови меня по имени. — неожиданно для себя просит принц. Он не это хотел сказать, но и это тоже неплохо. — Ч-что? — Джонхан в недоумении хмурит брови. — Зачем? — задаёт вопрос, помощник. Однако в пустоту. Сынчоль пропустив мимо ушей ждал, а Джонхан боялся. Боялся, что это снова сон. Что это обманка, и сейчас дворец загорится, и он потеряет Сынчоля в этих колоннах. Он умрёт в этих стенах. Вновь умрёт. Но ему так хотелось. Назвать Сынчоля по имени, назвать его своим принцем, назвать своим любимым. В страхе язык отказывается, выполнять команду мозга. Сынчоль всё так же ждёт. Проходит за этим ожиданием не меньше пяти минут. Чхве видел как внутри Юна разгорелась война мнений. Он опустив взгляд то и дело кусал губы, облизывая их, и так по кругу. Понимая что лишь заставил помощника нервничать, Сынчоль мотает головой. — Дурак, я. — Сынчоль мягко улыбается, приподнимая уголки губ. Он ладонями, нежно берёт лицо Юна и заглядывая в глаза шепчет. — Придёт время, я уверен. И ты свободно будешь называть меня по имени. — принц оставляет лёгкое прикосновение губами на щеке и обняв уходит. — Я к братьям, ещё приду. Не скучай, помощник Юн. Никто, кроме меня не может разжаловать тебя с этой должности. Помни об этом, хорошо? — с ухмылкой и какой-то самоуверенностью произносит свои последние слова, принц. Получив кивок и смущённую улыбку от Джонхана, Сынчоль с небольшим воодушевлением уходит. Уходит, чтобы узнать что было с помощником Юном.

***

— Госпожа, помощника Юна не казнили. — поклонившись произносит слуга. Госпожа, что сидела и попивала со своей пиалы, давится чаем. Она судорожно откашливалась, хватаясь за шею. Слуга засуетившись, подносит ко рту другую пиалу с водой, поглаживая госпожу по спине. — Как не казнили? — хрипит женщина. — Кто помешал? Ёнджун? — предполагает женщина. — Зная этого скандалиста, это вполне мог быть он. — Это был сам Наследный Принц. Он очнулся во время проведения переговоров и приказал лекарю отвести его. — с сожалением произносит слуга. — Кто сообщил? Уже пошли слухи? — рассматривая пиалу, спрашивает женщина. — Нет слухов нет. — мотает головой юная девушка. — Наложница Мин доложила. Она присматривала за принцем, как вы и приказывали. А Императрица, сидела рядом. Наложнице Мин, она не доверяет от слова совсем, ведь она приближённая принца Ёнджуна. — служанка не поднимая взгляда произносит, знает и понимает что нельзя. Ведь в голове её госпожи уже созревает план. Быстро проносится одна идея за другой. Её госпожа самая сообразительная. — Гарам, нам нужно как то отстранить от этого дела Джонхана. Он нам больше не нужен, всё что нужно знать, мы знаем. — стуча пальцем по столу шепчет девушка. — Помощник Юн нам без надобности. — произносит она, стуча по столу. — Хорошо госпожа. Каковы ваши указания? — подняв голову, интересуется слуга. — Для начала, нужно что бы узнали каково состояние Джонхана, оттуда будем решать, что с ним делать. Займись этим. — машет госпожа. Девушка поклонившись, отходит назад. Открыв дверь, она выходит в коридор, прослеживая что бы их никто не подслушивал. Несколько дней подряд, некоторые кандидатки ошивались у их дверей, в надежде разузнать, что же такого готовит их противница. А госпожа Гарам, готовит такое, что никому подобное и не снилось, даже в самых смелых снах. Проскальзывая во двор, Ким прищуривается пытаясь найти знакомые лица. Кого бы ей отправить? В идеале подошла бы наложница Мин, но Гарам без понятия где та может находится. У той своё расписание, занятия, уроки по игре на музыкальных инструментах и тому подобное. Если Гарам станет ошиваться у квартала наложниц, евнухи быстро, что то заподозрят. Выходя из за здания, Гарам натыкается на двух военных. Те, о чём то разговаривали, девушка быстро спряталась за стену, и стала вслушиваться. Этих военных она знает, один присматривает за принцем Субином, а второй за принцем Бомгю. Именно что присматривают. Ведь эти принцы постоянно во, что-то влезают и не могу справиться с этим сами. — Господин Субин был так зол, когда заметил этих охранников. Как я понял, те хотели обесчестить помощника, да ещё и отрезали его волосы. — произносит первый. — Ужас, что за люди. — второй лишь качает головой, сжимая кулаки. — Уже трупы, их казнили сегодня на рассвете. — сообщает первый, второй удивляется и соглашается с тем, что они много себе возомнили. Гарам испуганно поджимает рот. Этих охранников отправила госпожа, что бы те обесчестили Джонхана. Точнее одного из них, второго просто нужно было надоумить на это. Всё. Но по словам этих телохранителей и сиделок принцев, тех казнили сегодня утром. Госпожа будет недовольна. Чего они все прицепились к этому Юн Джонхану, словно он золотая гусыня. Гарам тихо вздыхает и начинает пятится назад, как сталкивается спиной с кем-то. Девушка тихо взвизгивает, и отбегает от незнакомца. — Подслушиваем? — ухмыляется лекарь, складывая руки на груди. — О чём вы, господин Со? — девушка опускает голову, смущённо улыбаясь. Ей во всей этой дворцово-элитной каше нравился только лекарь Со. Потому что тот был жутко обаятельным и умел ухаживать за девушками. Он внимательный, симпатичный, разговаривает на нескольких языках и вообще хороший будущий муж. Она бы смогла бы выйти замуж за него, если бы они остались тут. Но загвоздка в том, что он не нравился госпоже. Она считала Со Мёнхо скользким типом и очень хитрым. Он действительно внимательный и чаще всего ради своих целей, а не для выявления болезней. — Подслушивать не хорошо. — укоризненно говорит Минхао, улыбаясь. А девушка окончательно тает. — Я-я, п-просто испугалась их. Да, испугалась. — девушка стала выкручиваться из ситуации. — Вы их видели, а вдруг они бы меня обесчестили? — с толикой жалости к самой себе шепчет девушка, обнимая за плечи. — Эти телохранители служат самим принцам. И их выбирал сын генерала Ли, думаю в своих соратниках он ошибиться не мог. — Мало ли какие люди бывают, вам ли об этом не знает господин Со. — девушка слегка улыбается, поправляя свои волосы. — Действительно. — кивает Минхао. — Ты права разные люди бывают, но сомневаться в них не советую. — мотает головой лекарь. — Ты чья служанка? — Госпожи Хо Юнджин. — коротко отвечает девушка, разочарованно вздыхая. Лекарь её не помнит. — Как её здоровье? Всё хорошо? Она хорошо себя чувствует? — интересуется Со, а Ким тихо смеётся. Выражение лица лекаря, принимает серьёзный вид. Он сказал, что-то смешное? — Нет, госпожа в здравии. И давно готова биться за сердце Наследного Принца. — с нервным смешком переводит всё в шутку, служанка. Заметив каким стало выражение лица Со. — Хах, да. — он легонько смеётся. — К сожалению сейчас, есть кое какие неполадки во дворце, смотрины перенесены. Но все с нетерпением ждут этого. — соглашается Мёнхо. — Да, мы всё понимаем. Такое большое событие, всё должно пройти идеально. — девушка поправив своё платье, кланяется и уходит. Точнее быть сбегает, её сердце так бешено стучит. То как смеялся лекарь Со, его смех он так прекрасен. А его серьёзное лицо, боже. Никто с ним не сравнится. Она сбегает, обронив свою лояльность перед лекарем. — Многие знают, что в смотринах вас всех обставит Помощник Юн. — еле слышно шепчет лекарь и усмехается сам себе. Ведь каждый, кто видел вчерашнюю сцену, согласится с ним. Девушка спешным шагом, направляется в сторону квартала наложниц. Девушки, держа в руках книги о чём-то переговаривались между собой. А Ким откровенно им завидовала. Им повезло родится у богатых родителей, что те продали их сюда не как служанок, а как наложниц, что посещают принцев. Они получали образование и обучались разным искусствам. Строили карьеру, зарабатывали лояльность среди высших чинов и успешно выходили замуж за богатых. Живя припеваючи, не зная горя или недостатка денег. Гарам ненавидела Наложниц. Её приютила и обучила буквально всему её госпожа. Тогда она была совсем малюткой, которую жестокие родители оставили на базаре.

***

Маленькая девочка переминалась с ноги на ногу в порванных вещах, оглядываясь по сторонам. На улице уже поздняя осень, а одета девочка была не по погоде. В уголках глаз стояли кристаллы слёз. Девочка искала глазами родителей, но никого знакомого не видела. А люди смотрели словно сквозь неё, выгоняя её с одного места. — Иди в другом месте попрошайничай, мелочь! — пиная её в спину кричит, один мужчина. Девочка падает на землю, придавленная ногой. Её руки проезжаются по острым камням, а колени по сухой но холодной земле. Хныча, девочка пытается остановить кровь. Мужчина продолжает кричать, к нему так же присоединились и другие взрослые. Однако они не осуждали мужчину, они осуждали девочку, что просто потерялась. Девочка откровенно говоря начала плакать. Захлёбываясь в слезах, она окровавленными ладонями пытается отползти от мужчины. Но в один миг, всё прекращается. Все словно в один момент замолкли. Девочка поднимает голову, замечая очень красивую и тепло одетую девочку. Видимо она госпожа. Та протягивая ладонь, что-то говорила Гарам, но девочка из за переохлаждения поплыла взглядом и потеряла сознание.

***

Хо Юнджин забрала Гарам к себе, дала крышу, тепло, еду, знания, и любовь. Она обращалась с ней как с младшей сестрёнкой. И Ким, что раньше не получавшая от родителей любви ласки, так это нравилось. Ей нравилось когда госпожа её хвалила, как гладила по голове, называя каким нибудь милым прозвищем. Но с тех пор как они приехали сюда. Она то и дело испытывала разного рода трудности, а всё из за господина и госпожи Хо, что возложили все свои ожидания на дочь. А та всячески старается их оправдать. Нахмурившись, Гарам выцепляет из толпы учениц нужную ей. Жестом она подзывает её к себе, девушка заметившая её, бледнеет на глазах и бегает глазами. Она всё ещё помнит своего убийцу. — Закончила с занятиями? — хмыкает девушка, кидая взгляд на книги. — Да, госпожа Хо что-то хотела? — шепчет девушка, смотря по сторонам. — Нет, ты нужна мне. — отрезает Гарам. — Я сейчас не могу, меня вызвали. — пытается отнекиваться девушка. — Если тебя не звали сами принцы, я даже слушать не хочу что там у тебя. — хватая девушку за кисть шипит Гарам. — Отпусти! — испуганно озирается по сторонам Наложница. — Чтобы в полдень была у задней части башни китайского языка! — откидывая руку девушки, Гарам уходит. Её шаг быстрый. Забудьте всё что она говорила до этого, о частых встречах с Наложницей. Как же она бесит Гарам. Девушка сжимая свои руки в кулаки, напряжённой походкой идёт в сторону столовой. Ей сейчас нужно позаботиться о завтраке для госпожи, пока ничего другое не должно её волновать. У столовой она встречает, одного из приближённых принцев. Хюнин Кая, она пыталась отравить принца Субина а по итогу отравился он, ведь был его новым дегустатором. Тогда, это была свое вольность. Госпожа тогда очень на неё злилась и сказала обсуждать все затеи с ней. Сейчас Ким действует только с позволения госпожи. Ведь та умнее и хитрее её. Госпожа самая находчивая женщина которую когда либо видела девушка. И она уверена, что её госпожа достигнет своей цели. — Доброе утро. — коротко здоровается Кай. Девушка потупив взгляд, кивает и кланяется ему. Кай выгнув бровь уходит. Гарам тихо ругает себя, говоря о том как она ведётся себя растеряно сегодня. Может это всё из-за господина Со? — Здравствуйте, завтрак для госпожи Хо Юнджин. — кивает девушка всем присутствующим. Повара засуетившись, выдают ей поднос с едой. Поклонившись в знак благодарности, девушка контролируя свой шаг идёт к своей госпоже. — Госпожа, могу войти? — стучит Гарам. — Входи. — Ким входит, и заносит поднос с едой. Её госпожа сидела за письменным столом, чиркая что-то ручкой. Она уже с утра выглядит уставшей и измотанной. Ким очень не хочется разочаровывать свою госпожу. Очень не хочется, но придётся. Поднос с едой приземляется на землю, и перетаскивая письменные принадлежности на другой поднос, Ким готовит стол. Гарам то и дело бросает свой взгляд в сторону совей госпожи. Ведь её лицо прекрасно какой бы уставшей она не была, какой бы измученной она не выглядела. Ставя последнюю закуску на стол, она поклонившись отходит к стене, что ведёт в коридор. Юнджин берёт в руки палочки. И заметив, что служанка не уходит, нахмурившись повернулась к ней. — Гарам, что то случилось? — она внимательно и вкрадчиво заглядывается в глаза девушки. А Гарам готова расплавится под этим упорством. — Г-госпожа дело в-в том, что те охранн-ники которых вы посылали были казнены утром. — тихо, почти шепотом отвечает Гарам, упав в ноги Юнджин. — Что?! — голос госпожи дрогнул. Но не из-за страха, а из-за злости. Гарам уже проходила это. — Как? — Когда они выполняли ваше поручение, их видимо заметил один из принцев и приказал увести их двоих. Я предполагаю, что подосланных замтил принц Субин. Ведь именно этот телохранитель рассказывал другому об этом. Видимо было решено казни-и-и! — девушка прикрыв голову, вжимается в пол, слыша как начала лететь посуда. "Нужно срочно успокоить госпожу, пока она не взбесилась хуже." Набатом в голове звучал голос, Гарам. Срочно! — Госпожа, постойте пожалуйста! — девушка вскакивает со своего места. — Избейте меня! Но не бейте пожалуйста посуду. — молит девушка опускаясь на колени. Госпожа смерив её тяжелым взглядом, даёт приказ: — Раздевайся.

***

Девушка оперевшись здоровым плечом о кирпичи, башни китайского языка, смирено ждала. Ждала, когда эта непунктуальная Наложница, подобрав свои заколки и побрякушки, наконец соизволит явится. Часы тикали, а терпение Гарам истекало. Она слегка шипит, поправляя съезжавший, всё это время бинт, на скорую руку наложенный госпожой. Услышав шарканье обуви позади, Гарам оборачивается сталкиваясь с глазу на глаз с тем кого не очень-то хотела видеть. Юн Джонхан. Хах, это даже и к лучшему. Он пришёл сам, даже делать ничего не пришлось. Натянув фальшивую улыбку как можно крепче, она строит удивлённое лицо. Парень заметив её, улыбается и подходит ближе, заключая её в объятия. Девушка дёргается, но слегка приобнимает помощника в ответ. — Гарам, как твои дела? — спрашивает слишком довольный жизнью Джонхан. Словно не его пытали, избивали, и чуть не обесчестили. Именно с подачи Гарам, другие служанки дали показание, что видели в руках Юна бутылёк. Но эту версию сразу отмели. Обидно. — Хорошо. Твои как? — непринуждённо отвечает Ким. Заметив выглядывающую повязку из под рубахи, она притворно пугается, прикрывая рот ладонью. Вторая рука, указывает на раны. — Бог ты мой, что с тобой произошло? Во что ты снова вляпался, Юн Джонхан? — притворно злится Ким, слегка ударяя чужую руку. — Долгая история. — неловко отмахивается парень, почёсывая волосы. — А с волосами что? — Тоже длинная история. — парень натянуто улыбается, зачёсывая чёрные локоны назад. — Боже, мы с госпожой обязаны знать что с тобой произошло Джонхан. — приобнимает его за плечо девушка. Её сейчас стошнит. Боже, играть сил нет. А этой идиотки Наложницы Мин и не видно и не слышно. Жаль её нельзя прикончить. Госпожа сказала не трогать её, ведь она ещё им нужна. Что толку от неё, когда она элементарно не может прийти во время? — Ладно, я пойду. Хорошего тебе дня, Гарам. — машет на прощание Джонхан, и под кивок девушки удаляется. Ким устало опирается спиной, тут же отскакивая. Основные удары госпожи пришлись на спину, и теперь там сплошное кровавое месиво. Но Гарам потерпит, ради госпожи. Она потерпит. Как же этот помощник Юн раздражает! В самом начале так рвался им помочь, а потом случайно стал помощником Наследного Принца! Лицемер. А лицемеров ни Юнджин, ни Гарам не терпят. Сзади раздаются приближающиеся шаги и тяжёлое дыхание. Наложница Мин. Развернувшись к девушке, Ким зло усмехается. Скрестив руки на груди, она окидывает наложницу одним взглядом. Та видимо наспех одевавшаяся, поправляла на себя элементы одежды, и потирала губы. — Ну и где ты была? Да ещё и с таким видом вернулась. — указывая на съехавший вниз пояс, цокает языком Гарам. — Я задержалась у лекаря Со. — имя для Гарам, как красная тряпка для быка. В каком это смысле она была у господина Со? Чем они таким занимались, что она пришла в таком неподобающем, для наложницы принца, виде? Все эти вопросы и злость красным по белому были написаны на лице девушки. И Наложница Мин осознав, что именно она рассказала, попятилась назад, мотая головой. — Это не то, о чём ты подумала. — отнекивается девушка. — Да ты что?! — схватив девушку за волосы, Гарам тащит её в башню. Занятия давно закончены, а значит там никого нет. Она заводит девушку толкая её на землю. Та падает, ударяясь носом, с которого фонтаном хлынула кровь. Девушка охваченная неконтролируемым потоком ярости, пинает со всей дури девушке в живот. Она вкладывала в свои удары, всю свою силу, всю свою ненависть к ней и всю любовь к Со Мёнхо. Наложница Мин начала задыхаться и захлёбываться кровью. Она пыталась хоть как то закрыть и защитить себя. Однако получалось откровенно плохо. Гарам же до покраснения на лице от усталости, била девушку руками и ногами. — Ещё раз увижу тебя рядом с господином Со, ты у меня чернику горстями глотать будешь. Ясно тебе? — подняв девушку за волосы, кричит Ким. — Забыла как тогда чуть не умерла? Если бы не Юн Джонхан! Ты бы там же и сдохла! — крики Гарам, ударялись о стены башни, содрогая её обитателей. — Это кха-! — вновь кашляет кровью Мин, не в силах что либо сказать. — Я сейчас позову на помощь, посмей только проболтаться кому нибудь об этом. На следующее утро они найдут твой хладный труп, шлюха! — зло плюёт девушка, и вытерев кровавые руки об ханбок Мин, выходит из башни. На улице, она принимает испуганное выражение лица, и выбегает в сторону главных евнухов. Те заметив её нахмурились. — Помогите! Наложница Мин упала с лестницы в башне китайского языка! — кричит девушка и машет ладонью. Услышав это евнухи как один все подорвались в сторону башни. Они звали на помощь других евнухов, и те подняв девушку на носилки, понесли к лекарю. Тем временем, на верхушке башни, Кай сидел прижавшись к стене, вместе с Субином. Их рты перекрыты, от услышанного. А испуганные глаза, смотрят друг на друга с ужасом.