Чёрный лотос Бинхэ

             Ло Бинхэ быстро поднялся со своего места и распахнул перед посетителем дверь.       - Старший ученик Ло приветствует главу школы, - вежливо поклонился он.       Юэ Цинъюань ответил на приветствие тёплой улыбкой: - Ученик Ло. Вы, как я погляжу, растёте не по дням, а по часам. Если так продолжится и дальше, то через пару лет ученик перегонит своего шицзуня.       Атмосфера между ними была спокойной и непринуждённой.       Проблемы с Шэнь Цинцю на протяжении многих лет не давали покоя Юэ Цинъюаню, являясь источником постоянной головной и сердечной боли для главы школы Цанцюн. Пренебрежительное, подчёркнуто холодное отношение к нему сяо Цзю и его отстранённость заставляли главу Юэ ощущать себя поистине несчастным. Чувство вины за невозможность спасти дорогого ему человека, вовремя вызволив его из лап садистов, довлело над ним беспрестанно, разъедая душу и тяжёлым камнем лёжа на сердце.              Ко всему прочему, дело осложнялось постоянно витающими и плодящимися с невероятной скоростью слухами вокруг его шиди. Такое впечатление, что тот притягивал их словно любящий камень железо: жестокое обращение с учениками; склоки и стычки, вплоть до драк, с другими владыками пиков (в особенности с Лю Цингэ); визиты в бордели и многое, многое другое. Юэ Цинъюань часто задумывался о способности Шэнь Цинцю то и дело вляпываться в подобные истории, становясь героем самых невероятных и чудовищных сплетен. Что за напасть такая на него нашла?       Поговорить по душам тоже не получалось. Он изо всех сил старался наладить отношения и пойти навстречу, раз за разом сам с готовностью делая первый шаг. Но как только доходило до дела, нужные слова не шли с языка, а его молчание и попытку без объяснений загладить свою вину сяо Цзю неизменно воспринимал в штыки, лишь больше злясь, отстраняясь и замыкаясь в себе. Юэ Цинъюань был в полной растерянности, не зная, что ему предпринять.       Однако всё кардинальным образом изменилось, когда на Цинцзин появился Ло Бинхэ и взял дело в свои руки.       Злые языки заткнулись, опасаясь гнева страшного дашисюна и во избежание драк и членовредительства, и на Тихом пике воцарились мир и гармония, что не могло положительно не отразиться на успехах в учёбе всей цинцзинской ученической братии.       Сердце Юэ Цинъюаня пело от счастья при виде столь надёжного плеча рядом с близким ему человеком. Он всячески благоволил Ло Бинхэ, следя за тем, чтобы старший ученик его сяо Цзю ни в чём не нуждался и чтобы с ним обращались самым наилучшим и достойным образом.       Юноша скромно улыбнулся, потупив взор.       - Этот благодарит главу на добром слове, - снова поклонился он, выпрямившись и пригласив знаком проследовать за собой в глубину бамбукового домика, где, погруженный в работу, обретался его учитель.       В прошлой жизни Ло Бинхэ ненавидел Юэ Цинъюаня, презирая его за попустительство злодеяниям Шэнь Цинцю, что, по его мнению, фактически делало его соучастником преступлений шицзуня. Ведь могущественный меч Сюаньсу, как доходило до дела, закрывал глаза на все проступки своенравного шиди, позволяя тому творить, что вздумается, не опасаясь возмездия. Но в этой жизни, вместе с шансом начать всё заново, Ло Бинхэ получил также возможность взглянуть по-новому на знакомые события и теперь, узнав главу лучше, он проникся сочувствием к этому сильному, но порой неуклюжему человеку, совершенно теряющемуся, когда дело касалось учителя. Его шицзунь действительно был крепким орешком и порой бывал совершенно невыносим. Даже бешеный ядовитый темперамент самых стервозных из его жён не шёл ни в какое сравнение с тяжёлым характером этого закрытого и отстранённого человека. И кому, как не самым приближенным к нему людям, это было известно лучше других.       Так что, Юэ Цинъюань и Ло Бинхэ оказались в каком-то смысле товарищами по несчастью и на этой почве сблизились.       Улыбка расцвела на лице главы Юэ при взгляде на своего сяо Цзю: - Этот шисюн пришёл спросить, как поживает его шиди?       - Лучше всех. Что-то ещё, глава? Или этот скромный лорд может продолжить трудиться на благо школы в тишине и покое и без присутствия посторонних?       Ло Бинхэ мысленно закатил глаза: "Невыносим!" Учитель даже не взглянул в сторону своего шисюна, продолжая демонстративно копаться в бумагах.       Как ни в чем не бывало проигнорировав привычную холодную отповедь, Юэ Цинъюань продолжил: - В городе Шуанху возникли проблемы, требующие вмешательства заклинателей. Этот шисюн хотел попросить шиди разобраться с ними, а заодно дать возможность его ученикам набраться опыта. Это пошло бы им на пользу. Как считает шиди?              Шэнь Цинцю задумчиво пожевал губами.       - Этим бездельникам действительно не помешает лишний раз спуститься с горы и выйти в люди. Решено: отправляемся через два дня, - наконец милостиво согласился он. - Ученик Ло, подготовь всё необходимое. И возьми в помощники Мин Фаня.       - Да, шицзунь! - Ло Бинхэ поклонился и поспешил исполнять поручение, оставив двух пиковых лордов обсуждать детали предстоящей миссии.

=====

      Через два дня всё было готово и они отправились в Шуанху.       Впереди верхом ехал Ло Бинхэ, а за ним следовала запряжённая лошадьми карета Шэнь Цинцю. Мин Фань и Нин Инъин замыкали процессию.       Спуск с горы прошел спокойно и без происшествий, и у Ло Бинхэ в дороге было достаточно времени, чтобы обдумать предстоящее задание.       Шицзунь ввёл их в курс дела, рассказав, что в убийствах замешан демон по прозвищу Свежеватель. На совести этого монстра была уже не одна жизнь, а потому от них требовалась максимальная осторожность.       Как ни напрягался, Ло Бинхэ ничего не мог вспомнить об этом деле в своей прошлой жизни. Даже если это уже и происходило раньше, то обошлось без его участия, а потому не могло иметь для него судьбоносного значения.       Он продолжал размышлять об этом всю дорогу, пока они добирались до резиденции господина Чэня.       Встреча с этим обрюзгшим стариком, без стеснения лапающим сидящую у него на коленях юную наложницу, почти девочку, не заняла много времени: ни учитель, ни ученик не могли дождаться окончания аудиенции, чтобы поскорее убраться оттуда и не видеть этой отвратительной сцены.       Пока Шэнь Цинцю раздавал указания ученикам, Нин Инъин топталась рядом, мило хлопая ресницами: - Шицзунь, Ин-эр хотела бы прогуляться по рынку. И чтобы шицзунь составил ей компанию.       - Ин-эр должна серьёзно отнестись к этой миссии. Нам ещё предстоит собрать информацию для расследования, - голос Шэнь Цинцю смягчился при взгляде на свою любимицу, и он слегка обмахнулся веером.       Нин Инъин покорно отошла, при этом сделав демонстративно несчастное лицо: пухлый ротик её скривился, а нижняя губа обиженно выпятилась.       Шэнь Цинцю лишь глубоко вздохнул. Он никогда не мог всерьёз ей перечить.       - Так и быть, - сдался он. - Только одна не ходи, возьми кого-нибудь из учеников сопровождать тебя.       Глаза Нин Инъин тут же засияли, и она вцепилась в рукав Ло Бинхэ: - А-Ло, пойдем со мной!       Ло Бинхэ уже открыл было рот, чтобы отказаться, предпочитая остаться с учителем и помочь ему в расследовании, вместо того, чтобы праздно болтаться по базару в компании не в меру говорливой соученицы. Однако красноречивый взгляд Шэнь Цинцю, обращенный на него, говорил: "Я на тебя рассчитываю и знаю, что ты сможешь её защитить".       Ло Бинхэ ничего не оставалось, кроме как покорно кивнуть и поплестись вслед за радостно щебечущей Нин Инъин, кляня про себя свою несправедливую судьбу, болтливых, хлопающих глазками шицзе и возмутительный учительский фаворитизм.       Между тем остальные ученики, оправдывая назначение поездки, изо всех сил набирались опыта. Мин Фань показал себя прекрасным организатором, возглавив сбор информации по расследованию, и добился результатов, раскрыв личность демона-убийцы под личиной одной из наложниц старика Чэнь.       Шэнь Цинцю скрипнул зубами: - Эта тварь посмела бесчинствовать на территории, подконтрольной школе Цанцюн и убивать наших подопечных! Мин Фань, как ты собираешься расправиться с этой нечистью?       Мин Фань самодовольно ухмыльнулся: - Этот ученик уже всё продумал и разработал стратегию. Если демон...       Но договорить ему не дали.       В комнату ворвалась Нин Инъин, заливаясь слезами, с воплями: - Шицзунь! Шицзунь!!!       Шэнь Цинцю спокойно закрыл веер: - Эта ученица расскажет этому мастеру, что произошло? Что довело тебя до слез? И где старший ученик Ло?       - Мы с а-Ло гуляли по рынку. Он хотел вернуться, но я отказалась. Вдруг я почувствовала что-то странное. Когда я обернулась, а-Ло уже не было рядом: он исчез! Не знаю как, но я уверена, что он спас меня, шицзунь. Пожалуйста, пожалуйста, верните его! - её голос сорвался в громкий плач.       Выражение лица Шэнь Цинцю стало острым, как заточенный ланцет.       - Если этот демон схватил Ло Бинхэ, он должен быть по-настоящему силён. Нин Инъин по возвращении на пик сто раз перепишет "Сборник о благовоспитанности". А пока вместе с Мин Фанем и остальными шисюнами отправится в семью Чэнь на поиски главного ученика Ло.              - Да, Шицзунь, - еле слышно пролепетала Нин Инъин, низко опустив голову.              - Где эта ученица видела его в последний раз? Я сам займусь этим делом. А вы все - отправляйтесь в резиденцию и ждите там. И чтобы оттуда - ни ногой! Это слишком опасно.

=====

      Шэнь Цинцю стоял посреди рыночной площади, в том месте, которое указала ему Нин Инъин. На базаре было полно народу, мимо то и дело сновали затоварившиеся покупками горожане, но след тёмной демонической инь всё ещё явственно ощущался сквозь наслоения множества других энергий. Похоже, они имели дело с сильным и опасным противником.       След привел его к заброшенному дому на окраине города.       Самое разумное было вернуться за учениками и сообщить им об этом месте. В конце концов, он уже изучил сущность демона. Даже если тот сбежит, то не сможет скрыться. Уйти - логичное решение.       Но как быть с Ло Бинхэ?       Демоны злобны и жестоки. Возможно, его старший ученик уже был мёртв и освежёван.       Шэнь Цинцю нахмурился и сжал кулаки.       Внезапно налетевший вихрь тёмной демонической ци застал его врасплох и лишил сознания.

      =====

      Ло Бинхэ пришёл в себя и выругался. Как он мог так опростоволоситься: попасть в плен к подобной низкопробной швали, как последний дурак! Хоть он и успел спасти Нин Инъин, но не смог собраться с силами, чтобы предотвратить собственное похищение! Позорище какое!       Поняв, что связан и обездвижен, он пошевелился, поелозив туда-сюда, словно гусеница, и поднял голову.       От картины, открывшейся его взору, у него перехватило дыхание.       Его учитель: прекрасный, недосягаемый, гордый бессмертный мастер Шэнь Цинцю... лежал рядом на полу, связанный Вервием бессмертных, будучи практически обнажён. Туго обмотанные вокруг тела верёвки впивались в нежную плоть, оставляя красные глубокие следы, а нежно-розовые горошинки сосков выделялись на молочно-белой коже словно гранатовые зёрнышки. Тяжёлые гладкие волосы растеклись по обнажённому телу, словно драгоценный шёлк, совсем ничего не скрывая, а наоборот - подчёркивая провокационность этой картины и делая её ещё более непристойной.       Губы Бинхэ будто свело судорогой. Он почувствовал, как сердце тяжёлым колоколом ухает под рёбрами, словно готовясь выскочить из груди.       Шэнь Цинцю тихонько зашевелился.              Ло Бинхэ тут же отвёл в сторону взгляд. Учитель, придя в себя, грязно выругался: - Что, во имя грёбаных лысых гуев, здесь происходит? Где трижды грёбаный Свежеватель, Питоносорог его еби?!       Ло Бинхэ, весь красный, как рак, отвернулся и пробурчал в сторону: - Этому ученику стыдно признаться в своем невежестве. Этот ученик тоже только что пришёл в себя.       Ответом ему было злобное шипение: - Этот ученик, судя по всему, совсем растерял последние мозги, если даже взглянуть боится на своего учителя! Что, нравится видок? Не хочешь посмеяться над унижением этого мастера?       У Ло Бинхэ едва пар из ушей не повалил от возмущения! Ну что за человек! Вот ведь ядовитый аспид! Последние три года он как ломовая лошадь пахал, из кожи вон лез, в лепёшку расшибался ради своего учителя, демонстрируя по отношению к Шэнь Цинцю только верность и преданность, но всё это было напрочь проигнорировано шицзунем, а он сам всё равно получил плевок в лицо! Теперь понятно, почему Шэнь Цинцю так спокойно отнесся к собственному заключению и пыткам. Он всегда ожидал лишь худшего от мира и каждого человека в нём!       - Этот ученик не заслужил подобных оскорблений! - голос его был твёрд и уверен. - Этот ученик и помыслить не мог о том, чтобы унизить шицзуня и не поднимет взгляд до тех пор, пока шицзунь сам не позволит ему это сделать.       Шэнь Цинцю, не ожидавший такой отповеди, открыл рот, чтобы ответить, но, не найдя нужных слов, так и застыл с открытым ртом.       Внезапно наступившая тишина заставила Ло Бинхэ забеспокоиться: - Шицзунь?       Через некоторое время раздался тихий голос Шэнь Цинцю: - Не смотри...       Ло Бинхэ выдохнул с облегчением и заверил его: - Не буду.       Позади них раздался отвратительный жуткий смех.       - Ха-ха, знаменитый меч Сюя и его красавец -ученик в моих руках. Я так счастлив! - насмешливый голос Свежевателя эхом разнёсся по комнате.       Ло Бинхэ, всё так же не смея поднять глаза на учителя, по приближающимся шагам понял, что демон направился к шицзуню.       Зарычав сквозь зубы, он оскалился: - Не трогай его!       - Охо-хо, вот это норов! И как же ты собираешься мне помешать? - насмехался демон, продолжая медленно приближаться к Шэнь Цинцю.       Ло Бинхэ рванулся из пут так, что верёвки, державшие его, затрещали, и бешено забился, словно обезумевшее от ярости дикое животное.       - Да ты, как я погляжу, чудовище пострашнее меня! - расхохотался Свежеватель. - Угомонись! Я его не трону. Пока. Вы оба мне ещё пригодитесь, так что лучше не порти качественную кожу.       Демон остановился, но Бинхэ, словно не слыша его, продолжал вырываться, борясь со связывающим его вервием.       - Как насчёт сделки? Если ты добровольно позволишь мне снять с тебя кожу, я пощажу этого заклинателя до тех пор, пока твоя полностью не иссушится. Если содрать её с тебя заживо, то свежести твоей кожи хватит надолго, - в голосе демона слышалось ликование.       Ло Бинхэ замер.       - Правильно, будь хорошим мальчиком, - Свежеватель облизнул губы, предвкушая согласие.       - Ло Бинхэ, что ты себе позволяешь?! - возмущённый окрик Шэнь Цинцю не дал юноше возможности ответить. - Неужели ты думаешь, что этот мастер настолько ничтожен и слаб, что нуждается в помощи цыплёнка?!       - А-ай, ты! Не вмешивайся и не порти прекрасную сделку! Видишь, какой благородный твой ученик: ради учителя готов себя в жертву принести! - демон мерзко рассмеялся и направился к Ло Бинхэ.       Шэнь Цинцю побагровел от гнева. Как его гуев ученик только посмел! Кем он себя возомнил, жертвуя собой ради своего мастера? Неужели он всерьёз решил, что Шэнь Цинцю - дева в беде, которую нужно спасать?!       - Посмотри на меня!!! Ло Бинхэ! Не смей сдаваться! Не смей выбрасывать свою жизнь коту под хвост!!!       Глаза Ло Бинхэ потрясённо распахнулись. Он повернулся к учителю и ошеломлённо уставился на него, поражённый до глубины души его словами.       Когтистая лапа Свежевателя метнулась к лицу юноши, как вдруг...       Раздался страшный треск и что-то тяжёлое с грохотом рухнуло в нескольких чи от Ло Бинхэ, прямо на то место, где стоял демон, погребя его под собой и подняв тучу пыли. Когда пыль рассеялась, они смогли рассмотреть, что произошло.       Это была сорвавшаяся вниз потолочная балка!       Столб, к которому был привязан юноша, тоже лежал рядом: рухнувший, словно поваленное ураганом дерево!       Ло Бинхэ мгновенно пришёл в себя. Молниеносно выпутавшись из оков, он вытащил обмякшее тело демона из-под свалившейся балки, и, не жалея силы, голыми руками измолотил незадачливого убийцу так, что от того осталось только бесформенное кровавое месиво.       Зрелище было ужасающим.       Вернув Сюя, он с помощью меча освободил Шэнь Цинцю от Вервия бессмертных.       После падения потолочной балки никто из них не проронил ни слова. Подобный исход казался слишком абсурдным, чтобы его комментировать.       Наконец Ло Бинхэ заговорил: - Этот ученик просит прощения за столь неподобающее горному лорду одеяние, но у него с собой нет ничего лучше. Пожалуйста, шицзунь! - Он снял с себя верхнее ханьфу и накинул его на плечи Шэнь Цинцю.       Учитель молча принял одежду.              - Ты... ты заранее знал, что произойдёт? - когда он вновь заговорил, в его голосе сквозило недоверие. Кроме того, он явно чувствовал неловкость за свою недавнюю эмоциональную вспышку.       Ло Бинхэ тут же преклонил колени перед всё ещё сидящим на полу Шэнь Цинцю: - Нет. Этот ученик ничего не знал и не о чём не подозревал.       - Значит, ты был готов умереть, как собака, чтобы твоя шкура досталась этому жалкому демону?       - Если своей смертью я смогу защитить шицзуня, то я с честью приму подобный конец, - ответил он с предельной искренностью.       Рука учителя опустилась на кудрявую макушку и взъерошила пушистые вихры.       - Никогда больше не совершай подобных глупостей. Можешь встать.       Ло Бинхэ поднялся. Он заметил на ногах учителя оставшиеся глубокие следы от Вервия и нахмурился.       Рука сама потянулась к шицзуню, пытаясь помочь ему встать.       К его удивлению, Шэнь Цинцю принял руку.       Держа его ладонь в собственной, Ло Бинхэ вдруг подумалось, что их руки идеально ложатся одна в другую, словно они были созданы друг для друга. Мысль была без сомнения дурацкой, ведь он был ещё слишком юн, и ему предстояло расти и расти, как и его рукам. Но здравый смысл явно пасовал в его сознании перед эйфорией этого первого прикосновения.       Так, рука об руку, они приблизились к останкам того, что ещё недавно было демоном-убийцей, наводящим ужас на окрестности.       - Глупец! Ты только посмотри, что за бардак ты тут устроил. Сколько теперь предстоит бумажной волокиты, пока по всем правилам оформим это дерьмо, - пробормотал Шэнь Цинцю.       - Этот ученик ни о чём не жалеет. Этот мерзавец заслуживал худшей смерти за то, что посмел дышать рядом с шицзунем! - Ло Бинхэ пнул кровавую кучу ногой.       - Ну, довольно, хватит! Пора возвращаться, - Шэнь Цинцю сделал шаг вперед, но споткнулся и едва не потерял равновесие. Ло Бинхэ быстро подхватил его.       - Шицзунь, пожалуйста, позволь этому скромному ученику поддержать тебя, - глаза Ло Бинхэ сверкали.       Шэнь Цинцю вздрогнул и лёгким движением руки оттолкнул от себя ученика.