Чёрный лотос Бинхэ

                    Со дня того происшествия минуло несколько месяцев, но ни Шэнь Цинцю, ни Лю Цингэ так до сих пор и не покинули пещер Линси.       По слухам, два горных лорда вступили в жестокую схватку, в результате которой оба получили тяжелые ранения. К счастью, их жизни спас вовремя подоспевший владыка Цаньцяо. После оказания первой помощи бывшим противникам было предписано оставаться в пещерах - в разных концах - для дальнейшего восстановления и уединённой медитации.       Отсутствие информации, а также горячая преданность учеников своим шицзуням, стали причиной обострения отношений и участившихся столкновений между пиками Цинцзин и Байчжань. Каждая из сторон была убеждена в том, что инициатором нападения была другая, а победа досталась их мастеру.              Дни Ло Бинхэ однообразно текли один за другим: регулярные методичные избиения адептов Байчжань чередовались с выполнением обязанностей главного ученика Цинцзин.       Несмотря на то, что бамбуковый домик ощущался пустым без присутствия учителя, Бинхэ всё равно постоянно торчал здесь, предпочитая его своим комнатам в общежитии учеников. В прошлой жизни он покрывался холодным потом при одной лишь мысли о том, что его могли вызвать сюда: ничего хорошего это обычно не предвещало. Теперь же он чувствовал себя здесь как дома. Он проводил дни, сидя за их общим столом, где они с шицзунем обычно занимались бумажной работой, тоскуя по обществу Шэнь Цинцю.       Даже когда у него не было работы, Ло Бинхэ продолжал раз за разом возвращаться сюда в поисках душевного равновесия. Вот и сейчас он пришёл, чтобы в уединении предаться своим мыслям.       Он помнил, что примерно в это время в его собственном прошлом случилось вторжение Лин-эр...       Ша Хуалин, одна из его бывших жён, вот-вот должна была совершить дерзкое нападение на школу в компании своих демонических приспешников. Если события будут развиваться так же, как и в прошлый раз, то проблем быть не должно. У старейшины Тянь Чуя не было ни единого шанса против Ло Бинхэ с его нынешними навыками. Кроме того, ученики Цинцзин и Байчжань только выиграли от постоянных стычек друг с другом и влияния Ло Бинхэ, став сильнее и отточив свои боевые умения. А тот факт, что оба их учителя остались в живых, укрепило воинский дух адептов обоих пиков.       Его размышления прервал раскатистый грохот, сотрясший стены домика и эхом прокатившийся по окрестным горам. Оставив позади покой гостеприимного дома, он бегом устремился в главный павильон: он уже знал, что за новости его ожидают.       - Дашисюн! Дашисюн! Демоны напали на пик Цюндин! Они разрушили Радужный мост! Мы должны помочь нашим собратьям!       Некоторые из учеников во главе с Мин Фанем уже покинули пик, мгновенно отреагировав на ситуацию, и направились на Цюндин. Другие ждали прибытия Ло Бинхэ: присутствие сильного и ответственного лидера придавало силы тем, кто из-за нехватки боевого опыта не решался действовать самостоятельно.       Ло Бинхэ возвышался над их гудящей толпой, словно утёс над бушующим морем: высокий и прекрасный, всем видом своим излучая стойкость и решительность. В ответ на нестройный хор голосов он лишь кивнул и, властно взмахнув рукой, сделал знак следовать за собой, направив боевой отряд учеников на осаждённый демонами Цюндин.       Воодушевленные ученики последовали за своим дашисюном. Этот юноша, блистающий талантами, обладал качествами настоящего полководца, неустанно трудясь и совершенствуясь, показывая другим пример усердия и настойчивости. Лишь их драгоценный шицзунь мог превзойти его в искусности навыков. Рядом с Ло Бинхэ им не страшны были никакие демоны.       - Главный ученик Ло - просто сверхчеловек! Посмотрите на его непоколебимую решимость!       - Мне стыдно за свою неуверенность. Наш главный ученик не колебался ни секунды! Он действительно воплощает в себе идеал праведного заклинателя.       Со всех сторон раздавались восхищённые голоса, воспевающие смелость и самоотверженность Ло Бинхэ.       Но сам Ло Бинхэ мог думать только об одном: он наконец снова увидит шицзуня!       Когда они прибыли в Главный зал пика Цюндин, Шэнь Цинцю уже был там, бесстрашно и холодно взирая на толпу демонов перед ним.       Сердце Ло Бинхэ при виде учителя сделало кульбит, и он едва сдержал готовые брызнуть слёзы счастья. В последний раз, когда он видел Шэнь Цинцю, тот, залитый кровью и покрытый ранами, лежал на каменистом полу пещеры, в шаге от искажения ци. Теперь же бессмертный, стоящий перед ним, напоминал божество, сошедшее с небес. Медитация, очевидно, пошла ему на пользу, и его совершенствование явно улучшилось, перейдя на новый уровень.       Радужный мост, соединяющий Двенадцать пиков, к этому моменту был окончательно разрушен. Остальных пиковых лордов нигде не было видно, но на решимости и величавой осанке Шэнь Цинцю пребывание один на один с врагом никак не отражалось: он был твёрд в своём намерении защитить школу. Его горделивый и несгибаемый вид внушал ученикам уверенность.       - Демоническая девчонка! Наш владыка Цинцзин уже здесь! Посмотрим, осмелишься ли ты по-прежнему проявлять высокомерие! - раздался голос Мин Фаня. Сотни учеников подхватили его клич разгневанным гулом, сплотив свои ряды и ощетинившись выставленными перед собой мечами.       Авангард демонов бросился в атаку, пытаясь прорваться сквозь строй заклинателей. В тот момент, когда противники уже совсем было сблизились, в воздухе раздалось холодное "Хм!", и серебряная молния, пронесясь между рядами нападающих демонов и обороняющихся учеников, разверзла землю между ними, сотворив глубокую расщелину и повергнув всех присутствующих в ошеломлённый трепет.       Повинуясь легкому взмаху руки, сложенной в печать, Сюя вернулся к своему хозяину.       Прекрасная юная демоница, одетая в полупрозрачный алый шёлк, вышла вперёд из рядов демонов.       - Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Несомненно, что сей господин заклинатель - и есть тот самый знаменитый бессмертный мастер Шэнь Цинцю, изменяющий мир, - произнесла она, нарочито растягивая каждое слово. - Эта Ша Хуалин прибыла сюда не для того, чтобы сражаться, а лишь для того, чтобы посоревноваться в мастерстве с многочисленными талантами горной школы Цанцюн. Можем ли мы покорнейше попросить об обмене опытом?       Ума и находчивости Ша Хуалин было не занимать. Быстро сообразив, что ситуация складывается не лучшим для неё образом, она сменила тактику.       Шэнь Цинцю, усмехнувшись, обмахнулся веером: - В Царстве демонов принято заявляться с просьбой об обмене опытом, круша и ломая всё вокруг?       - Эта Лин-эр ещё молода и не умеет как следует контролировать своих подчиненных. Если они нанесли обиду, то она просит бессмертного мастера о снисходительности к её неопытности.       Рука Шэнь Цинцю сложилась в печать, готовясь вновь призвать меч, но Ша Хуалин продолжила: - Старейшина Шэнь, хотя ваш отряд явно превосходит мой по численности, мы всё ещё в состоянии уничтожить многих ваших учеников. Почему бы нам не избежать столь бессмысленной бойни? У этой Лин-эр есть мирное предложение.       - Вот как? - сузил глаза Шэнь Цинцю.       - Почему бы нам не выбрать по три представителя и не провести три поединка прямо здесь и сейчас?       - Хорошо, - бросил он, в его тоне сквозило раздражение. - Этот мастер будет участвовать в первом испытании. Надеюсь, вы выберете своего сильнейшего представителя, чтобы сразиться со мной, - заявил Шэнь Цинцю, окидывая высокомерным взглядом строй демонов перед собой.       Присутствующие переместились на открытое пространство, а Шэнь Цинцю вышел вперёд в ожидании поединщика.       Из толпы демонов выступил однорукий старейшина.       Несмотря на отсутствие одной конечности, старейшина Дуби слыл известным и могучим воином, обладающим к тому же знаменитым оружием. Сражаться с ним было честью для многих. Только не для Шэнь Цинцю: тот оскорблённо скривился, прикрыв лицо веером.       - Раз у тебя только одна рука, этот мастер не будет использовать ни одной!       Это смелое замечание вызвало бурю восторга среди толпы заклинателей. Ученики пика Цинцзин радостно загомонили, приветствуя решение учителя, а Ло Бинхэ ликовал громче всех.       Ша Хуалин фыркнула: - Раз уж старейшина Шэнь так сказал, то давайте начнём!       Когда началась битва, Шэнь Цинцю стоял, выглядя подчеркнуто расслабленно, лениво обмахиваясь веером. Однако взгляд был пронзительный и настороженный.       Старейшина Дуби, несмотря на наличие лишь одной руки, с ловкостью выхватил саблю с навершием в виде призрачной головы.       Шэнь Цинцю грациозно уклонился от атаки и обнажил Сюя, не прикасаясь к мечу, сложив руку в печать и управляя им на расстоянии. Белоснежный меч носился по воздуху, словно кружась в танце, с изяществом нанося точные удары один за другим. Призрачная сабля отражала его атаки, отвечая встречными ударами, в воздухе стоял звон и разлетались искры от столкновения двух легендарных оружий. Это было невероятное и завораживающее зрелище.       Ло Бинхэ не мог отвести сияющего взгляда от своего великолепного шицзуня: тот был поистине блистателен!       Несмотря на интенсивность сражения, Шэнь Цинцю выглядел так, словно был на аудиенции у императора: идеально прямой стан его не согнулся ни на цунь, величественное выражение лица не дрогнуло, а движения являли собой образец неторопливой и изящной грации. По мере того как бой продолжался, красота и сила Шэнь Цинцю становились всё более очевидными. Лёгкость его движений и безупречное владение мечом приводили зрителей в восторг.       Даже не запыхавшись и не испортив идеального внешнего вида, он одержал уверенную победу в первом поединке, вызвав бурю восторга у учеников.       Во втором раунде от демонов решила поучаствовать сама Ша Хуалин.       Взгляд Шэнь Цинцю пробежался по толпе заклинателей, остановившись на Ло Бинхэ: - Итак, кто же представит нашу школу во втором поединке?       Ло Бинхэ растерялся. Если он сейчас согласится, то кто справится с ядом старейшины Тянь Чуй? Или победа над Ша Хуалин сама по себе будет означать конец поединкам и тогда третий раунд попросту не состоится? Посчитав подобные выводы логичными, он уже готов был сделать шаг вперёд.       Однако его опередили: его другая бывшая жена. Лю Минъянь, выступив из толпы учеников и поклонившись лорду Шэнь, предложила свою кандидатуру.       Этот бой был совсем не таким захватывающим, как предыдущий. Лю Минъянь откровенно не хватало опыта, она ещё даже не получила своего собственного меча и знала только базовые техники боя. Ша Хуалин же была грозной и свирепой священной демонессой. Силы были неравны.       После ожидаемого поражения Лю Минъянь, понурив голову, подошла к Шэнь Цинцю: - Эта ученица проиграла и опозорила школу. Она смиренно просит Шэнь-шибо наказать её.       Шэнь Цинцю покачал головой: - Эта ученица проявила храбрость и преданность, желая отстоять в сражении честь школы. За твои старания ты не понесёшь никакого наказания. Однако тебе стоит задуматься о том, что тебе ещё есть, куда расти, и необходимо больше внимания уделить тренировкам. Только так ты сможешь гарантировать, что эти негодяи больше никогда не посмеют взглянуть на тебя свысока.       Ло Бинхэ надулся. Он никогда не слышал, чтобы его шицзунь за один раз произносил столько слов поддержки. Откровенно предвзятое отношение Шэнь Цинцю к ученицам было совершенно вопиющим и возмутительным!       На этот раз, не дожидаясь клича, Ло Бинхэ поспешно выступил вперед, опередив всех возможных кандидатов.       - Этот ученик просит шицзуня дать ему возможность принять участие в третьем поединке и принести победу нашей школе.       Шэнь Цинцю одобрительно кивнул: - Этот мастер даёт добро. Поражение Ло Бинхэ не принимается.       - Пресвятые небожители, какой невероятный красавец! Гэгэ, пожалуйста, подумай как следует! Смерть такого прекрасного юноши будет поистине непростительной потерей, - Ша Хуалин, воодушевленная победой, кокетничала, стреляя глазами в молодого человека с богоподобной внешностью, стоящего перед ней.       Из толпы демонов выступил гигант в усеянных острыми шипами доспехах, приковав к себе всеобщее внимание.       Ша Хуалин с восторгом объявила: - Доспехи старейшины Тянь Чуй покрыты ядом "Неисцелимый"! Как и следует из названия, если этот яд попадёт в кровь человека, исцеления от него не существует!       Возмущенный ропот пронёсся по собранию учеников: - Подлые демоны! Соревнование есть соревнование! Использование столь опасного яда нечестно!       Ло Бинхэ успокаивающе поднял руку, предупреждая возможные возражения. Все взгляды разом сосредоточились на харизматичном дашисюне и наступила тишина.       - Спасибо соученикам за заботу. Но никакие грязные уловки демонов не помешают этому ученику отстоять честь нашей школы! Победа будет за мной!       Ученики возбужденно загудели, выкрикивая слова поддержки.       - А-Ло! Я знаю, что ты победишь, но, пожалуйста, будь осторожен! - подбадривала Нин Инъин.       Заклинатели вновь воодушевились, а по рядам демонов пробежало мерзкое хихиканье.       Хотя этот юноша и походил на небожителя, в их глазах он всё ещё был не более, чем сопливым щенком.       Старейшина демонов обладал невероятной силой, а каждый взмах его кувалды посылал мощные ударные волны. Однако все они до единого миновали Ло Бинхэ, не причинив тому ни малейшего вреда.       - Ты способен только уклоняться? Так и будешь бегать от меня? Школа Цанцюн воспитывает трусов и слабаков! - насмехался демон.       Не обращая внимания на насмешки, Ло Бинхэ продолжал легко и проворно уворачиваться. Он то точно знал все уязвимые места противника. Лицо и кулаки старейшины Тянь Чуя были единственными участками, не покрытыми ядовитой бронёй. Ему оставалось только выбрать удобный момент. Он сконцентрировал в ладони мощный энергетический сгусток и, прицелившись, от души ударил демона в лицо. Удар был такой силы, что огромный демонический старейшина в одночасье потерял равновесие и рухнул на землю, словно сжатый пшеничный сноп.       Все знали, что победа далась ему непросто, но Ло Бинхэ сделал это мастерски, вызвав закономерный восторженный рёв соучеников и соучениц.       Ша Хуалин подошла к лежащему старейшине и отвесила проигравшему великану звонкую пощёчину, заставив того очнуться. Её голос звенел от гнева: - Ты проиграл мальчишке и навлёк позор на всех демонов!       Тянь Чуй, не смея перечить священной демонессе, лишь смиренно понурил голову: - Этот недостойный заслуживает смерти. Этот покорно просит наказать его.       Шэнь Цинцю с громким щелчком сложил веер, привлекая всеобщее внимание: - Соревнование окончено. Вы проиграли. Убирайтесь!       Ша Хуалин грязно выругалась сквозь зубы и вновь обернулась к Шэнь Цинцю, заговорив с милой улыбкой: - Мастер Шэнь совершенно прав. Эта Лин-эр просит её простить.       Она снова обратилась к старейшине Тянь Чую с ледяным выражением лица: - За то, что ты позорно проиграл, я не собираюсь марать об тебя руки. Сам знаешь, что ты должен делать.       Ло Бинхэ следил за каждым движением старейшины. В прошлой жизни Тянь Чуй не получал такого приказа: после изнурительной многочасовой битвы он был побежден тощим мальчишкой с низким уровнем совершенствования и Ша Хуалин на месте собственноручно снесла ему голову.       Однако в этот раз над великим демоническим воином откровенно поиздевались, и он, не имея возможности причинить ни малейшего вреда своему противнику, сам в итоге был повержен одним ударом. Его негодование от столь позорного поражения можно было понять.       Произошедшее следом застало Ло Бинхэ врасплох: собрав все силы, огромный демон бросился на юношу, намереваясь утащить его за собой на тот свет любой ценой.       Но обманчиво хрупкий бумажный веер, напитанный ци, молниеносно просвистев перед носом, с силой впечатался демону в лицо, отправляя того в нокаут.       - Как смеешь ты, грязная тварь, пытаться убить моего главного ученика?! - голос Шэнь Цинцю сочился ледяной яростью.       Ло Бинхэ подавился воздухом, не веря глазам своим. Шицзунь только что спас ему жизнь!       Ша Хуалин не ожидала такого поворота событий и опешила. Она уже собиралась принести извинения и взять на себя ответственность, собственноручно прикончив незадачливого старейшину, как вдруг тот снова вскочил и, шатаясь, с диким рёвом ринулся на Ло Бинхэ.       Тянь Чуй был слишком близко, чтобы уклониться. Ло Бинхэ мысленно обложил свою бывшую жену гуями за её некомпетентность и приготовился к удару. Он уже настроился отдуваться перед учителем, судорожно подбирая в уме правдоподобное объяснение своему "волшебному" иммунитету, как вдруг перед глазами пронеслась белая вспышка, отшвырнув его в сторону и с силой впечатав в землю.       Все произошло слишком внезапно!       Вокруг раздались крики. Ло Бинхэ медленно поднял голову, опасаясь даже представить себе, что может увидеть.       - Нет!!!...       Мысли в голове разом потеряли четкость, закружившись безумным хороводом, а окружающий мир пошатнулся и дрогнул.       Шэнь Цинцю перехватил атаку старейшины Тянь Чуй, вонзив ему в грудь Сюя. Однако демон из последних сил продолжал напирать, насаживаясь на лезвие, пока не приблизился вплотную к заклинателю, всадив один из шипов в руку, держащую меч.       Рухнув на землю, демон расхохотался: - Я заберу тебя с собой, гордый мастер Шэнь Цинцю! Оно того стоило!       - Шицзунь! - не чуя под собой ног, Ло Бинхэ бросился к учителю и схватил дрожащими ладонями его раненую руку.       Если Шэнь Цинцю и чувствовал боль от раны, то никак этого не продемонстрировал. Он возмущенно оттолкнул руку Ло Бинхэ и выругался: - Глупец! Снова решил сыграть в героя и рискнуть жизнью?! Разве этот мастер не говорил тебе, чтобы ты перестал швырять свою жизнь коту под хвост?!       - Я... - слова застряли в горле. Ло Бинхэ мог предположить всё, что угодно, но что его учитель, Шэнь Цинцю, спасёт его жизнь таким образом...       Среди учеников пика Цинцзин царило отчаяние. Некоторые плакали.       - Немедленно прекратить эту позорную сопливую демонстрацию! Что ещё за сырость вы тут развели?! Этот мастер не умрёт. Эти демоны - всего лишь балаболы. Должно быть лекарство, - Шэнь Цинцю спрятал в складки ханьфу покрасневшую руку.       Старейшина Тянь Чуй, которого, казалось, не трогала собственная скорая кончина, радостно заговорил: - Этот старик говорит правду! От этого яда нет противоядия. Горный лорд Шэнь, добро пожаловать в Диюй вместе с этим старейшиной!       Все существо Ло Бинхэ охватила дикая ярость. Подлетев к старому демону, он выхватил меч из его груди и, рыча словно дикий зверь, изрубил тело на мелкие куски, пока от него не осталось лишь бесформенное кровавое месиво.       Враз притихшие демоны в ужасе наблюдали за развернувшейся у них на глазах жуткой картиной. Вот тебе и "сопливый щенок"! Это точно был юный праведный заклинатель, а не рассвирепевший Император демонов?       Ша Хуалин, видя состояние Шэнь Цинцю, подумала было о продолжении битвы, но эта страшная манифестация ярости напрочь отбила у неё охоту возвращаться.       - Какого гуя лысого здесь творится?! - раздался над толпой громоподобный голос.       Адепты пика Байчжань, восторженно гомоня, мгновенно расчистили путь.       - Наш Владыка пика вернулся!       - Лю-шишу!       - Бог Войны вышел из уединения!       Ша Хуалин поспешно отступила в сторону, со словами: - Эта Ша благодарит всех за обмен опытом. Прощайте! Провожать не надо!       - Думаешь, что можешь приходить и уходить, как к себе домой? Наглость! - Лю Цингэ обнажил Чэнлуань. Меч взмыл в небо, разбиваясь на тысячи собственных энергетических проекций. Все они, словно смертоносный дождь, одновременно ринулись на врага, кроша и кромсая демонические тела, заливая Цюндин кровью.       В страшной мясорубке была уничтожена добрая половина нападавших демонов. Ещё часть попала в плен. Ша Хуалин пыталась удержать контроль над ситуацией, но в итоге чуть не погибла сама и вынуждена была ретироваться вместе с оставшейся в живых горсткой её приспешников.       Лю Цингэ насмешливо хмыкнул и зачехлил Чэнлуань, но выражение его лица сразу стало серьёзным, когда он обернулся к Шэнь Цинцю.       Тот с вызовом воззрился на шиди. Лю Цингэ, не обращая внимания на его реакцию, молча взял его руку в свою, принявшись вливать ци.       - Считай, что это моя плата за то, что я задолжал тебе в Пещерах Духов. Ты не умрешь, по крайней мере не сейчас, - твердо заявил Бог Войны.       Шэнь Цинцю возмущенно зашипел, готовый в ответ привычно плюнуть ядом, как вдруг колени его подогнулись, и он начал заваливаться: силы оставили его.       Ло Бинхэ едва успел подхватить учителя. Его голос дрожал, он взмолился: - Шицзунь, пожалуйста, позволь мне поддержать тебя в этот раз.       Шэнь Цинцю с досады закусил губу: его тошнило от собственной слабости. Он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Когда в глазах потемнело, он чуть заметно кивнул, отдаваясь на волю надёжных рук Ло Бинхэ.       Боль от яда с самого начала была мучительной, но боясь показать перед другими свою уязвимость, он держался из последних сил. И только сейчас, в объятиях своего верного ученика, он наконец отпустил себя, позволив забытью поглотить его.       Нин Инъин подошла к ним, горько рыдая: - А-Ло, шицзунь ведь не умрёт, да? Ведь должно же быть лекарство?       Ло Бинхэ прижимал к себе обмякшее тело учителя, не видя и не слыша ничего и никого вокруг. Сердце его разрывалось от боли и страха за дорогого ему человека. Сгрудившиеся рядом ученики застыли скорбной стайкой в одночасье осиротевших птенцов. Учитель пожертвовал собой ради Ло Бинхэ, над ними нависла неопределенность сурового неизлечимого недуга Шэнь Цинцю. Они смотрели на своего дашисюна с искренним сочувствием и состраданием, не в силах постичь глубину сложных эмоций и внутреннего смятения, с которыми столкнулся юноша.       И в самом деле, в голове Ло Бинхэ сейчас царили растерянность и паника.       ...       Как он мог признаться шицзуню, что единственное лекарство от Неисцелимого - это папапа?!