Женщина, что опровергла теорию добра

      — Стрип, на выход! — заглянула в камеру голова вертухая.       Мэрил поднялась с нар и пошла на выход. Хотела было как ни в чем не бывало выйти в коридор, но охранник преградил ей путь.       — Забыла правила? — махнул он головой на ее руки и позвенел наручниками.       — Да ничего я не забыла, — подкатила глаза Мэрил и протянула запястья. — На, бюрократ! Вяжи! А то еще чего доброго убегу, да? Или чего вы все так боитесь, водя нас внутри тюрьмы в наручниках?       Охранник не стал ничего отвечать на ее выпады, а просто защелкнул наручники и вывел в коридор.       Через пару минут они дошли до допросной. Вертухай открыл перед Мэрил дверь и пропустил внутрь.       — О, опять ты! Так и знала! — цокнула Мэрил, увидев за столом нигера лет тридцати пяти, в строгом костюме под цвет кожи и пышной прической.       — Конечно, я! — развел руками негритос. — Ты же сама подала очередную апелляцию. Как ты думала обойтись без допроса прокурора?       — Надеялась на этот раз дело будет вести кто-то более компетентный и более белый, — покривила лицом Мэрил.       — Я тоже надеялся, что мне достанется какая-то более покладистая сука, — надерзил ей в ответ прокурор.       К слову, звали его Морган Фримен, и он был государственным обвинителем еще на первом суде Мэрил, где она получила два года за погром магазина, три года — за упавшего продавца и пять — за избиение полицейского. И, суммируя все это безобразия, Мэрил предстояло отсидеть за решеткой не много не мало целых десять лет. Но, конечно, ее не устраивал такой расклад, потому она сразу заявила, что будет обжаловать приговор во всех возможных инстанциях.       — Оставь нас, — махнул охраннику на дверь Морган Фримен, и тот вышел. — А ты садись.       Мэрил подошла к столу и села напротив прокурора, положив руки в наручниках перед собой.       — И сколько ты будешь продолжать это? — устало вздохнул Фримен, раздраженно стуча ногтями по папке с делом.       — Столько, сколько потребуется, чтобы выйти на волю, — пожала плечами Мэрил.       — Для этого тебе достаточно отсидеть оставшийся срок. А это всего-то девять с половиной лет, — развел ладони в стороны прокурор Фримен.       — Но меня это не устраивает, — повторила жест Мэрил.       — И поэтому ты решила заваливать суды своим апелляциями, — подкатил глаза нигер. — Знаешь сколько тратится из государственного бюджета на все эти бумажки? — поднял он папку со стола и пренебрежительно бросил обратно. — На все остальные судебные расходы?       — Да мне плевать! — фыркнула Мэрил. — Может это вас заставит хоть как-то работать, ебаные бюрократы!       Морган Фримен подкатил свои крохотные кротовьи глаза и открыл папку с делом.       — Какая это там уже по счету апелляция? Третья? — постучал он пальцем по развороту. — Не так уж много и инстанций для обжалования осталось. Думаешь, какой-то из судов тебя вдруг оправдает?       — Если ты, грязный нигер, таким образом пытаешься меня отговорить от апелляций, то у тебя ничего не выйдет, — покривила лицом Мэрил. — Не оправдает — и пусть. Хоть вам всем жизнь усложню.       — А знаешь, что за нападение на полицейского при исполнении тебе может светить не те пять, что ты получила, а все пятнадцать? — вызывающе приподнял бровь Морган Фримен. — Не боишься, что кто-то из судей может ужесточить приговор? Там ведь много что еще можно притянуть. И езду в пьяном виде и дачу взятки…       Мэрил сжала губы в тонкую полоску и просверлила прокурора недовольным взглядом.       — А ты, я смотрю, любыми способами пытаешься уговорить меня не подавать апелляцию… Что ж, тогда я хочу предложить сделку, — наигранно улыбнулась она, а затем облизала губы и томно опустила взгляд в стол.       — И что же это, интересно знать? Что такого ты можешь мне предложить, чтобы я согласился скостить тебе срок? — заинтересовано поерзал на месте Фримен.       — Не просто скостить, — помотала пальцем Мэрил. — Я хочу полного оправдания.       Фримен жестом белой ладошки предложил Мэрил выкладывать свою идею.       — Я предлагаю себя! — подалась она вперед, вздернув бровь.       — Насколько я знаю, тоже самое предлагалось и офицерам полиции, — усмехнулся Морган. — Но они не согласились. С чего ты решила, что мне это интересно?       — Потому что офицеры — идиоты! Тупые, никчемные бюрократы! — отмахнулась Мэрил. — Но ты, прокурор, ведь не такой. Наверняка знаешь толк в красивых женщинах. Да еще представь, когда тебе еще выпадет такая честь — трахать белую леди!       — Что ж, я согласен, — без раздумий ответил прокурор.       Поднялся из-за стола, расстегнул брюки и достал член. Мэрил даже опешила, ведь совсем не ожидала такого скорого согласия. Была уверена, что придется уламывать этого негритоса как малолетнюю целку, да и вообще, что он не согласится.       Фримен же уже принялся надрачивать, приводя хуй в готовность. Мэрил хлопала глазами, смотря, как член твердел и нешуточно увеличивался. Да, недаром судачат о огромных нигерских хуях. Такого Мэрил еще не видела!       — Ну, чего смотришь? — прикрикнул прокурор Морган, подходя к ней все ближе и нарочито направляя член к ее лицу. — Или передумала?       — Ам… Нет… — помотала головой Мэрил.       — Ну давай тогда, чего ждешь? — подошел он к ней вплотную и приставил член к губам.       Мэрил скривилась и едва сдержалась, чтобы не отпихнуть хуй от себя. Ведь его черный-черный вид вызывал неприязнь. Хотя размер, напротив, завлекал. Стало интересно, каково это — ощутить столь громоздкий член в себе. Да и перспектива освобождения прельщала не меньше.       От всех этих мыслей Мэрил охватили весьма смешанные чувства. Неприязнь и возбуждение одновременно, очень похоже на ее первый раз с Вуди. И как бы противна ей ни была черная кожа прокурорского хуя, все же желание выйти на свободу оказалось сильнее.       Мэрил сглотнула, глубоко вздохнула, закрыла глаза и открыла рот. Фримен тут же сунул в него член, и головка заполнила разом почти все свободное пространство. Мэрил пришлось открыть рот сильнее, чтобы заглотить больше.       Фримен взял ее двумя руками за затылок и стал размеренно двигаться, проталкивая член все глубже. Он уже доходил Мэрил до самой глотки, но она так и не могла взять его в рот на всю длину — так огромен он был!       Морган грубо наталкивал ей в рот, а головка неприятно упиралась в горло, отчего Мэрил непроизвольно издавала давящиеся звуки, а по ее губам на подбородок стекала вязкая слюна.       Фримен же не унимался и пытался просунуть член еще глубже, доводя Мэрил до рвотных позывов. Тогда она, взялась за основание рукой, пытаясь тем самым ограничить глубину.       Через пару минут Морган спустил ей в рот, протолкнув член почти в самое горло и с силой удерживая ее за затылок, чтобы не было возможности отстраниться. Спермы было так много, что несмотря на то, что часть ее Мэрил сразу сглотнула, оставшаяся вместе с членом не умещалась во рту и потекла по губам.       Наконец Фримен ослабил хватку, и Мэрил смогла отодвинуться. Сглотнула оставшуюся сперму и утерла губы ладонью.       Но не успела она ничего сказать, как прокурор снова взялся за обмякший член и принялся опять запихивать его в рот Мэрил.       — Давай еще. Подготовь его, и я тебя еще и выебу, — прорычал Фримен.       — Ненасытный нигер! — пробурчала Мэрил, убрав на мгновение потихоньку твердеющий член изо рта, а затем принялась снова отсасывать.       Да так ускорилась, так заспешила, что уже через несколько секунд хуй прокурора был в полной готовности. Хотелось уже самой попробовать его не только ртом.       Фримен схватил ее за цепочку наручников и потянул вверх. Тут же развернул к себе спиной, нагнул и спустил с Мэрил штаны оранжевой тюремной робы.       — Как же меня бесит это уродство! — раздраженно воскликнул Фримен и задрал ее бесформенную футболку до самых лопаток. — Кто только придумал шить такие робы?       — Ты уже начнешь, нигер? — обернулась Мэрил и подвигала задницей, призывая скорее загнать черный хуй в нее, да поглубже.       Так прокурор и поступил.       Через минут двадцать, когда Фримен снова кончил, Мэрил, тяжело дыша, поднялась со стола и неумело из-за скованных наручниками запястий стала натягивать штаны. Ноги ее тряслись, а по заднице стекала сперма. Сказать, что Мэрил понравилось, это не сказать ничего! Хотя, когда ей в общем-то не нравилось? С кем бы она не ебалась, всегда оставалась удовлетворенной и кончала как делать нехуй. Что уж говорить, она даже в тот самый пресловутый первый раз с Вуди кончила. А то было изнасилование, между прочим, да и член у дяди был в разы меньше члена Фримена. Так что, как бы ей ни был неприятен тот факт, что прокурор черен как смоль, кончить она смогла и с ним, да не раз. И конечно размер хуя сыграл свою роль. Мэрил стонала и орала, кончая раз за разом, так громко, что наверняка слышал не только вертухай за дверью, но и вся тюрьма. Но Мэрил это мало волновало, ведь она не планировала оставаться здесь надолго, так что нету разницы, кто и что о ней подумает.       — Ну так что? Обсудим наш договор? — смахнула Мэрил влажную прядь с лица и уселась за стол.       — Обсудим, — кивнул Морган и сел напротив. — Ну что я могу сказать… Думаю, есть шанс скинуть пару-тройку лет.       — В смысле пару-тройку лет? — округлила глаза Мэрил. — Мне надо все!       — Ну… — развел руками Фримен. — Неужто думала, что одна ебля решит все твои проблемы?       Мэрил охуевше вылупила глаза и похлопала ресницами.       — Я могу дать больше… — растеряно предложила она. — Можешь хоть каждый день ко мне сюда приезжать.       — Ой… И что это даст? — отмахнулся прокурор. — Ты что же, не понимаешь, что я обвинитель? Все ли зависит от меня одного? Надо учитывать, как сработает твой адвокат… А он у тебя, между прочим, государственный. Уверен, защитник из него так себе. Или ты с ним тоже трахаешься, чтоб лучше защищал?       — Я планирую защищать себя сама! А платить всяким бюрократам за это я не намерена. Потому мне хватит и бесплатного, государственного, — пояснила за тактику защиты в суде Мэрил.       — Очень умно, — усмехнулся Фримен. — Ну а судья? Как быть с ним, ты не подумала?       — Ну если ты, нигер, отзовешь свои обвинения, то и никакого суда, и судьи не понадобится вовсе, — покривила лицом Мэрил.       — А ты уверена, что сможешь защищать себя сама? — скривился Фримен. — В юриспруденции ты тупа, как пробка, я смотрю.       Мэрил лишь подкатила глаза в ответ.       — Вот потому и речь о том, что в моих силах только просить тебе меньший срок, надеясь, что судья прислушается, — пожал плечами Морган и достал из кармана какой-то пакетик и трубочку. — Скостить два-три года — это неплохой результат в твоей ситуации.       — Но мне надо все! — стукнула кулаком по столу Мэрил.       — Это только судья может решить, — засыпал он в стеклянную трубку какие-то светлые комочки, а затем достал зажигалку. — С ним тебе надо было договариваться, а не со мной. Но какая жалость, что судья не приходит к тебе в тюрьму на допросы. Даже и не можешь предложить ему никакой сделки. Хотя… Есть вариант попробовать договориться с ним в зале суда… Но и тут есть риск напороться на еще одну статью и увеличить срок. Так что соглашайся на то, что я предлагаю.       С этими словами Фримен чиркнул зажигалкой и поджег комья в трубке. Те загорелись и затрещали, а Морган глубоко затянулся.       — Что это ты куришь, нигер? — принюхалась Мэрил и прищурилась.       — М? — вопросительно взглянул он сначала на свою трубку, затем на Мэрил. — Это…       — Крэк? — сморщила нос Мэрил.       — Крэк, — расплылся в улыбке прокурор и затянулся еще раз, блаженно закрыв глаза.       — Кто бы сомневался… — брезгливо скривилась Мэрил. — Что еще можно ожидать от такого как ты, — обвела она его взглядом, намекая на цвет его кожи. — Все вы нигеры одинаковые. Будь хоть ссаный бомж, хоть грузчик, хоть прокурор. Курите эту вонючую дрянь все как один!       — Что есть, то есть, — кивнул Фримен и еще раз затрещал крэком.       — Наркотиков вам что ли мало? — осуждающе помотала головой Мэрил. — Крэк — наркота для нищебродов!       — Что бы ты понимала, — цокнул Фримен.       — Я-то как раз кое-что понимаю, — расплылась в самодовольной улыбке Мэрил. — Крутилась, так скажем, в этих кругах. Не употребляла, конечно, а разрабатывала и готовила. Так что уж не сомневайся, что знаю обо всей этой дряни не понаслышке.       — Так ты еще и химик в каком-то наркокартеле, — осуждающе поцокал языком Фримен. — На еще одну статью наклевывается. Тут и на пожизненно можно сесть.       — Я не просто химик, я ученая вообще-то! — задрала нос Мэрил. — Закончила Калтех по биохимии. А где и кем я работала — это не важно. Все это в прошлом. Но факт, что ты куришь ебаную дрянь, остается фактом. Ни в какое сравнение с теми продуктами, что готовила я, не идет!       — И что же ты такого готовила? — как бы беззаботно спросил Фримен, будто ему и не слишком-то был интересен ответ.       — Разное… — процедила Мэрил. — Но ты такого никогда не пробовал. Это уж точно. И не думаю, что попробуешь. Не уверена, что та лаборатория, где я работала, делает такой же качественный товар, без меня они пустое место. Да и не скажу я тебе, где такое можно достать. Могла бы, конечно, сделать сама… Но, увы и ах! Мне еще девять с половиной лет сидеть в тюрьме. Думаю, к тому времени ты сторчишься и подохнешь, грязный нигер. Так что, не судьба…       — Так, постой, — выставил ладонь Фримен. — Вот это все, что ты рассказала — куда интереснее. Мне интересна такая сделка.       — Какая еще сделка? — с усмешкой фыркнула Мэрил.       — Я достаю тебя из тюрьмы, а ты готовишь мне свои наркотики, — по-нигерски белоснежно улыбнулся прокурор.       — Что значит, достаешь из тюрьмы? — изогнула бровь Мэрил. — Не ты ли, черный бюрократ, мне тут сейчас распинался, как это невозможно. Что при самом лучшем раскладе сможешь скинуть пару-тройку лет. А там и вовсе может мне накинут сверху. Пытаешься меня наебать?       — Ну… — откинулся на спинку стула Фримен и скрестил руки на груди. — На самом деле, у меня есть один вариант, как это провернуть и полностью тебя оправдать. Но! Он пока под вопросом! Ведь может и ты пытаешься меня сейчас наебать, рассказывая сказки про свою чудо-наркоту. Откуда мне знать, что ты не лжешь? Может ты и вовсе не занималась подобным, а просто придумала все это?       — Вариант только поверить мне на слово, — развела ладонями Мэрил.       — А-а-а! Так дело не пойдет, — помотал пальцем перед ее носом Морган.       — Ну, тогда о какой сделке речь?       — Значит вот как мы поступим, — закрыл папку с ее делом Фримен и принял не на шутку серьезный вид. — Ты даешь мне на пробу свою наркоту, и если меня все устроит, то я вытащу тебя на свободу.       — Пффф! Что за идиотский план? — рассмеялась Мэрил. — Во-первых, где я возьму тебе наркотики? Я в тюрьме, нигер, не забыл? Во-вторых, где гарантии, что ты сможешь вытащить меня?       — Я все устрою, — со всей серьезностью заявил Фримен. — Пиши все, что тебе потребуется для изготовления. Я обеспечу тебя всем необходимым. Ты приготовишь мне товар, я его оценю, и тогда выложу свой план полностью. Но уверяю, он беспроигрышный. Ты точно будешь оправдана. Но, конечно, только если я останусь доволен твоей частью сделки.       — Похоже на какой-то бред, — скривилась Мэрил. — Допустим, ты даже достанешь все необходимое. Где я буду все это делать? В камере? В допросной?       — Я устрою нам свидание, — поднял указательный палец Фримен. — Заодно можем и поразвлечься, — подмигнул он, достал из внутреннего кармана пиджака блокнот и карандаш и протянул Мэрил.       Повисла неловкая договорная пауза.       — Ладно, идет! — выпалила Мэрил и взяла блокнот.       Быстро написала Моргану длинный список всего необходимого: и все вещества, и разного рода колбы и мензурки, газовую горелку и плитку и еще кучу всякого лабораторно-химического хлама.       Прокурор забрал список и пообещал, что устроит свидание через неделю. За это время он достанет все нужное, а заодно уже начнет суетиться насчет той возможности, которая сможет вытащить Мэрил со стопроцентной вероятностью.              Спустя неделю Морган Фримен явился, как и обещал, притащив с собой гигантскую гору склянок, всяких порошков и жидкостей.       Как только они вдвоем вошли в выделенную им на целые сутки комнату для свиданий, Морган стал выкладывать все это добро на стол и говорить, что Мэрил должна немедленно приступить к процессу.       — Подожди, бюрократ, — подняла одну из колб она, и посмотрела одним глазом сквозь нее. — Сначала скажи, как там дела с возможностью моего освобождения?       — Дело двигается, — сунул он ей в руки пакет с каким-то порошком, как бы поторапливая. — Сейчас я не собираюсь это обсуждать, вообще никакого обсуждения быть не может, пока я не проверю твой продукт. Но скажу, что все схвачено, так что тебе имеет смысл уже приступать, а не болтать языком.       Мэрил в ответ мотнула головой, уселась за стол, нацепив на нос очки, и стала расставлять перед собой колбы и пробирки.       — Подожди, вот еще что, — остановил ее Фримен и положил перед ней белый халат. — Ты же ученая, вот и одевайся подобающе. А то не могу смотреть на это оранжевое убожество! — передернул он плечами, окинув Мэрил взглядом.       Мэрил посмотрела на него, затем на халат, пожала плечами и встала из-за стола. Стянула с себя сначала штаны, затем футболку и осталась в одних лишь трусах. Надела халат, но застегивать не спешила, нарочито медля и светя голыми грудями перед Фрименом. Но тот не обращал на нее никакого внимания, жадно смотря на разложенные по столу порошки со всякими веществами и в нетерпении потирая ладонями.       — Знаешь, мне для эффективной работы нужно хорошее настроение, — томно протянула Мэрил, одной рукой накручивая локон, второй поглаживая себя по груди.       Фримен перевел на нее непонимающий взгляд, ослепленный одной лишь жаждой отведать скорее новой наркоты.       — Ну же, нигер, порадуй меня, подними настроение, — продолжила ученый флирт Мэрил, присаживаясь на край стола и раздвигая ноги. — И ты не пожалеешь. Чем лучше мое настроение, тем обычно лучше выходит продукт, — молола она какую-то блядскую хуйню, опустив очки на кончик носа и томно смотря на прокурора поверх них.       — Ой, ладно, давай уже! — раздраженно пробурчал Морган Фримен и спустил брюки.       Мэрил улыбнулась и уже хотела было откинуться спиной на стол, как прокурор ее остановил. Поднял, развернул спиной и нагнул.       — Ты давай, начинай там пока все подготавливать, чтоб потом не тратить время на эту ерунду, — махнул он рукой в сторону склянок и порошков и без всяких предупреждений вогнал в нее хуй.       — Ах! — вскрикнула Мэрил, вцепившись в край стола и зажмурившись. — О, да! Давай, нигер! Выеби меня как следует! Ебаный бюрократ! — застонала она, когда Морган принялся методично вдалбливать в нее член, отчего все колбы и пробирки на столе затряслись и зазвенели.       Вскоре, вдоволь наебавшись, Мэрил принялась смешивать в колбах разные порошки и жидкости, нагревать это и поджигать, а потом снова смешивать. И вот наконец в колбе, что держала в руке Мэрил и осторожно нагревала со всех сторон огнем газовой горелки, в грязного цвета растворе стали проглядываться светлые хлопья. Фримен с интересом и нетерпением наблюдал за происходящим, держа курительную трубку уже наготове.       — Вот, держи, — протянула она ему на листе бумаги небольшую горсточку белых комочков, когда проделала все остальные необходимые манипуляции.       — Все? Уже готово? Можно курить? — подскочил Фримен и бережно, чтобы не рассыпать ни одной крупинки, забрал у нее бумажку.       Тут же пересыпал вещество в курительную трубку, сунул ее в рот и подкурил. Послышался треск, и Морган глубоко затянулся.       — Ооох, сука… — протянул он, благостно закрыв глаза и откинувшись на диване. — Это, мать твою, пиздец как охуенно! Как крэк, только намного вкуснее! Ммм…       — А я что говорила! — самодовольно скрестила руки на голых грудях Мэрил.       — Какой кайф… — продолжал торчать прокурор, втягивая в себя очередную порцию дыма.       — Так, ты давай не переусердствуй, бюрократ, — пихнула его в плечо Мэрил. — Не забывай про нашу сделку, а точнее про свою ее часть. Ведь я свою, как я вижу, выполнила!       — Да, не то слово, — расплылся в обхуяренной улыбке Фримен. — Твоя наркота — выше всяких похвал! Мать твою, до чего вкусно! Хочу, чтоб ты обеспечивала меня ею постоянно! Каждый день!       — И ты знаешь, что для этого надо сделать! — самодовольно скрестила руки на груди Мэрил. — Просто дай мне свободу, и ты будешь курить лучшую наркоту на планете! Столько, сколько захочешь, тогда, когда захочешь…       — О, дааа… — мечтательно протянул Морган, витая в облаках крэкового дыма. — Я сделаю тебя свободной, и я все уже для этого подготовил.       — Ну, выкладывай уже, нигер! Как ты собираешься это провернуть? — поторопила его Мэрил.       — Я еще неделю назад тебе сказал, что полностью оправдать тебя может только судья и все зависит лишь от него одного, — пояснил за освобождение Фримен. — Так вот, пару дней назад я подал документы и скоро стану судьей.       Мэрил непонимающе скривилась.       — А что, так можно? — недоверчиво спросила она. — То есть ты был в моем деле прокурором, а потом станешь судьей? Это вообще законно? Или же ты решил наебать меня, ебаный нигер? А?       — Все законно, до тех пор, пока это не признали незаконным, — промолол какой-то несвязный нигерский бред Фримен. — Знала, что в Штатах прецедентное право? Вот я создам прецедент, что прямо в ходе судебного процесса переквалифицируюсь из прокурора в судью.       — Да где гарантии, что тебе позволят это сделать? И что ты мне тут рассказываешь про какие-то прецеденты? — взорвалась Мэрил. — Одно дело, был бы этот прецедент уже создан кем-то до тебя! А ты только хочешь его создать! Это что вообще за чушь?       — Хочу создать и создам, — развел руками Фримен. — А все знаешь почему? Почему мне позволят это сделать? Почему никто не посмеет мне отказать?       Мэрил лишь просверлила его взбешенным взглядом, ожидая ответа.       — Потому что я черный, мать твою! — похлопал себе по щеке Фримен. — Какая блядь посмеет мне отказать, притеснить меня в моих правах, отобрать мечту стать судьей?       — Хм… — почесала подбородок Мэрил, обдумывая его слова. — А ведь верно…       — Конечно верно, — закинул руки за голову прокурор с виду, судья же в скором будущем. — Так что остается только немного подождать, потом сдать чисто символический аттестационный экзамен и все! Я судья! Оправдываю тебя по всем статьям, и ты на свободе! Варишь мне свой ебаный крэк!       — Ладно… По рукам, — процедила Мэрил. — Но знай, если ты меня наебешь, вонючий нигер, хуев бюрократ… — угрожающе выставила она указательный палец.       — Да зачем мне тебя наебывать, сука ты тупая? — решил подерзить Фримен, заебавшись слушать оскорбления в свой адрес. — Я хочу твою наркоту, а для этого ты нужна мне на свободе. Так что я не для тебя стараюсь, а для себя!       Мэрил лишь фыркнула в ответ и уселась за стол, где стала бездумно смешивать содержимое колб. То и дело посматривала на Фримена, что не унимался обкуриваться и приговаривать как же ему пиздато, и размышляла. Быть судьей — это чертовски престижно. Во-первых, они много зарабатывают. Во-вторых, это статус, престиж. Было бы неплохо заиметь себе в постоянные ебари судью. Который в случае чего решит все проблемы. Да и если Фримен может провернуть такую восхитительную хуйню с этим прецедентом переквалификации из прокурора в судью, то есть ли что-то, чего он не может? И он нигер, а их права нынче очень защищают, как сказал сам Морган. Так выходит, что черный судья, можно сказать, вообще почти неприкосновенный человек? Кажется, да. А ко всему прочему у него еще и здоровенный хуй! Такое Мэрил надо, такое она себе хочет. Надо непременно загробастать себя этого ебучего нигера, пока какая-нибудь шлюха не прибрала его к рукам.       — А знаешь, я слышала, люди говорят, что под моей наркотой очень классно трахаться, — вдруг заговорила она. — Как насчет попробовать? — встала она, подошла к Моргану и распахнула халат.       — О, мать твою! — подкатил глаза Фримен. — Какая же ты ненасытная блядь!       — Ну а ты наркоман! И что с того? — пожала плечами Мэрил.       — Ладно, давай, садись, — взялся он за член.       Мэрил томно промычала, оседлала Фримена и принялась скакать на нем, кайфуя от огромного нигерского хуя в своей ученой пизде, а тот в свою очередь принялся покуривать, кайфуя от очередной порции новой охуитительной наркоты, дым которой наполнял его нигерские легкие.       Так и заключили сделку.