Женщина, что опровергла теорию добра

      — Всем встать, суд идет! — завопила секретарша судебного процесса, и все присутствующие в зале поднялись.       За судейский стол-трибуну прошел Морган Фримен, облаченный в длинную черную мантию и седой кудрявый парик. Откинул подол и вальяжно уселся в судейское кресло. Затем взял судейский молоток и ударил им, тем самым ознаменовав начала судебного процесса.       — Сегодня мы будем рассматривать апелляцию по делу мисс Стрип, — лениво заговорил он, откинувшись на спинку и сложив руки замком на груди. — Обвиненная, встаньте, — махнул он белесой ладонью в сторону Мэрил.       Та молча поднялась, смерив его недовольным раздраженным взглядом. Морган же от вида ее бесформенной оранжевой робы брезгливо перекосил рот, отчего его картофельный нос сдвинулся набок.       — Вы были осуждены на десять лет за нападение на полицейского, за нанесение тяжкого вреда здоровью человеку, за нанесение ему же материального ущерба, — ебано пояснил за отсидку Фримен. — Полагаю, вы не согласны с решением суда, раз подали на апелляцию.       — А ты догадлив, бюрократ, — хмыкнула Мэрил, решив не обзывать его всякими гадостями публично. Все же на заседании присутствует коллегия независимых судей, что наблюдает за первым делом судьи Фримена. Будет как-то неправильно со стороны Мэрил обзывать его нигером, еще решат, что она буйная какая-то, невоспитанная хабалка и ее место только за решеткой!       — Ваша честь, считаю приговор был вынесен ошибочно, — поднялся со своего места прокурор, небольшой азиат лет сорока.       Мэрил исподлобья осмотрела его, про себя отметив, что хорошо, что не он был тем самым прокурором, с которым пришлось переспать за свободу. Наверняка у этого китайца, или кто он там поди разбери, маленький член. А Мэрил такое было бы надо? А Мэрил такого не надо!       — Согласен с вами, господин прокурор, — покивал Морган, вспушивая пышный парик.       — Она получила слишком мало за нападение на полицейского! — воскликнул прокурор, шаря по своей папке и бегая по ней слишком узким взглядом. — Всего лишь пять лет. Пять, господин судья! Да я бы за это дал ей целых двадцать. Будет уроком и ей, и остальным, чтоб повадно не было. А еще было место даче взятки. Не только в денежном эквиваленте, между прочим. Она предлагала себя! А это уже считается проституцией. Также не стоит забывать тот факт, что в момент, когда машина мисс стрип протаранила магазин потерпевшего, сама мисс Стрип находилась в состоянии алкогольного опьянения…       — Да ну хватит, брось, — отмахнулся Фримен, фыркнув губами-варениками. — Мы собрались же рассмотреть дело о снятии обвинений, а не добавить еще срок.       — Да, да, он дело говорит… Хороший судья. Все по делу, никакой воды, — стали перешептываться между собой судьи из независимой коллегии.       — Я протестую, ваша честь! Все, что говорит господин прокурор — ложь и провокация! Добавлять ничего нельзя! Переигрывать прошлое решение в отрицательную пользу — тоже. Так не положено по протоколу! — решил построить из себя умного государственный защитник Мэрил, но выставил лишь себя каким-то незнающим хуйлом.       — Давай ты будешь просто молчать, тупица, — рявкнула на него Мэрил, всплеснув руками, закованными в наручники. — Я сама за себя могу постоять! Ты тут так — для галочки, если еще не понял! Потому что без тебя нельзя, видите ли, по правилам этой тупой бюрократической системы!       — Ладно, — опустил уголки губ адвокат, уселся на стул и дюже тяжко вздохнул, надув нижнюю губу.       — Между прочим, у меня тут есть кое-что, — загадочно начал Морган, взяв со стола какие-то бумажки и стал их перебирать, делая вид, что изучает.       — И что же? — нахмурился азиатский прокурор.       — Показания тех самых полицейских, которые проводили задержание осужденной, которых она, кстати, и якобы избила. Также показания того самого продавца… Так вот там говорится, что не было такого. Что мисс Стрип была не при чем!       — Как это? — в недоумении захлопал глазами прокурор. — У меня таких записей нет, — стал он шерстить свою папку, но не находилось ничего!       — Да очень просто! — усмехнулся судья Морган, постучав молотком по своим писулькам. — Здесь сказано, что все это ложь и провокация. Мисс Стрип не нападала на полицейских, а им просто заплатили, дабы они так сказали. Да, тут тянет на взяточничество, но кто мы такие, чтобы их судить? Кто мы такие, чтоб собственных парней сажать за решетку? Ребята раскаялись, извинились и пообещали, что ни в коем разе больше так не поступят. Так нужно ли их за это привлекать к ответственности? Кажется, профессия полицейского и без того неблагодарная, грошовая работа. Мало кто хочет туда идти. Так стоит ли тогда нам с вами делать так, чтоб полицейский состав редел? — многозначительно посмотрел он на независимых судей.       — Да, он прав, — принялись вновь слишком громко перешептываться те. — Дело говорит… Болеет за своих… Знает, каково нашей системе… Мудрое решение!       — Но ведь… — поднял желтый палец прокурор, но Морган не дал сказать и слова.       — А этот продавец, что дважды упал, — продолжил Фримен. — Так вот он вообще написал, что у него проблемы с координацией с рождения! И еще стоило бы провести экспертизу. Что да как там произошло. Нужно было установить причины падения! Все там разыграть как было! Соответственно, все его показания не могут считаться!       — Ёбаный наглец, — усмехнулась под нос Мэрил, прослушав всю эту наркоманскую хуйню Фримена.       — Так, господин судья, почему эта информация есть только у вас? Сторона защиты мне такого не предъявляла. Дайте-ка взгляну, — вышел он из-за трибуны и пошаркал в сторону Фримена.       — Еще чего! — схватил бумаги Фримен и остервенело принялся разрывать их на миллион кусочков. — Мало того, что судья сделал за вас вашу же работу, так ты еще и присвоить ее хочешь! Ну и наглец! — разорвал бумажки он и вскинул над головой, отчего те разлетелись в разные стороны.       — Но ведь это было доказательство! — изумился прокурор.       — Которое было уже озвучено, и суд пренепременно возьмет все это во внимание, — переиграл и уничтожил его Морган.       — Допустим, все это так, — упер руки в бока прокурор. — Но ей нет оправдания за то, что она протаранила Кадиллаком Элвиса магазин и разрушила там все!       — Сами же на свой вопрос и ответили, — расставил ладони в стороны Морган. — Кадиллак чей? Элвиса. Так при чем здесь обвиненная Стрип? Какие к ней-то претензии!       — Но ведь мистер Пресли умер! — хуево парировал прокурор.       — Точно? — приподнял бровь Фримен, смерив его осуждающим взглядом.       — Элвис жив… Всегда в наших сердцах… Навсегда… — залепетали независимые судьи.       — Мисс Стрип, вы признаете свою вину во всех тех деяниях, в которых вас обвинили? — задал вопрос Морган.       — Конечно нет. Никогда и не признавалась, — фыркнула та. — И уже не раз говорила, что меня ложно обвинили!       — О чем и речь… О чем и речь, — указал на нее ладонью Фримен, сам же с усмешкой посмотрев на прокурора.       Придумал тут тоже — выдвигать всю эту хуйню на Мэрил. Он вообще кто? Китаец, вьетнамец, кореец? Поди разбери! В любом случае эти азиаты еще не дослужились до того, чтоб их мнение было беспрекословным. Разве это они ни одну сотню лет горбатились для белых на плантациях, ходили в кандалах и терпели унижения? Вот значит пусть тогда сначала все это на своей шкуре опробуют, а уж потом будут спорить с негритосами!       Мэрил же н слушала дальнейший спор между судьей и прокурором, обмозговывая в голове то, чего добился Фримен.       Уж не знала она точно, как ему удалось переквалифицироваться из прокурора в судью и продолжить вести ее дело, но он это сделал. Мало того, Морган не мямлил, а с присущей ему нигерской дерзостью взял да и напиздил про какие-то выдуманные факты, говорящие о невиновности Мэрил. Скорее всего всю эту чушь выдумал он сам лично. Ибо кто ж в здравом уме додумается до подобного? А вот нигер-наркоман — пожалуйста.       А эта коллегия независимых адвокатов. Ведут себя так, словно хотят не на шутку угодить Фримену. Все из-за того, что он черный, а они белые? Чувствуют за собой вину своих предков? Возможно, даже скорее всего так и есть, ибо какие еще могут быть объяснения?       Выходит, в руках Моргана Фримена абсолютная власть. И не такая даже, как была у Роберта. Там все было нелегально, не по закону. Здесь же закон находился в руках Фримена. И он может распоряжаться им так, как захочет. Ненаказуемо, без последствий. Он просто может брать и делать все, что ему вздумается, а ёбаные государственные бюрократы будут ему поддакивать.       Мэрил в который раз поймала себя на мысли, что такое ей точно надо. И нужно будет действовать радикально. Одной наркотой при себе его не удержишь. Не исключено, что она будет раздвигать перед ним ноги, варить крэк, а в один прекрасный день он не заявится к ней, сообщив, что нашел какую-нибудь тупую дуру, типа Лупиты, и теперь жениться на ней. Мэрил нужно было женить его на себе сразу. Время тянуть нельзя, иначе может затянуться и она опять окажется за бортом!       И что, что он черный? Пусть, хотя Мэрил их терпеть не может. В ее семье никогда не любили черных. Так пусть Морган станет ее мужем и им назло! Впрочем, вряд ли они об этом узнают, но все же. Да и вообще, можно и потерпеть, главное — у него власть. А еще огромный такой хуй. Да и вообще — он наркоман, вряд ли будет от нее требовать незнамо чего, как это принято в обычных семьях.       Осталось только придумать как его женить на себе. Причем быстро, растягивать время никак нельзя. Был, конечно, у Мэрил один вариант. В принципе — беспроигрышный. По крайней мере в большинстве случаев. Да, возможно и рискованно, но почему бы и не попробовать? Да что ты там придумала, ученая блядь?! Ну же рассказывай!       Мэрил так погрузилась в свои мысли, обдумывая свой блядский план, что даже потеряла счет времени и совсем не заметила, как судебное заседание подошло к концу.       — Суд удаляется для рассмотрения решения, — ударил молотком Морган Фримен, поднялся с места и зашагал к двери за его спиной, что являлась не чем иным, как судейский чилаутом.       В зале повисла неловкая судебная пауза.       Все замолчали и покорно стали ждать судью.       Из комнаты Фримена послышались сначала чирканья зажигалки, затем приглушенный треск. После непродолжительной паузы послышался и вовсе благостный стон расслабления. Видимо, Морган решил раскуриться крэком. Но все это не точно, хоть и похоже на это. Все же он за дверью, никто его не видит! Потому и нельзя с точностью сказать, чем этот черномазый там занимается.       Спустя пять минут он вернулся и по-распиздяйски последовал к трибуне, попутно задрав мантию и почесав черный зад.       — Встать, суд идет! — пизданула секретарша, и все присутствующие, кроме Мэрил, покорно поднялись со своих мест.       — Итак, — ударил молотком Фримен. — Суд принял решение признать мисс Мэрил Стрип невиновной за преступления, что были присвоены ей ранее. Суд также постановил, что материальный ущерб за те полгода что мисс Стрип провела за решеткой, передать в счет фонда судей Калифорнии, дабы возместить все издержки суду… — понес бюрократическую хуйню Морган, дабы выжать как можно больше личной выгоды из этого ебаного процесса, который порядком утомил.       — Я хочу сделать заявление! — вскочила с места Мэрил, опершись скованными руками о стол.       — Амм? — в непонимании уставился на нее Фримен, а его канапушки на щеках и носу запрыгали от раздражения.       — Да-да, мы хотим сделать заявление! — подхватил адвокат, нелепо поднимаясь со стула.       — Заткнись, ёбаный ты осел, — рявкнула на него Мэрил. — Тебя это абсолютно не касается.       — Так, мисс Стрип, закройте рот и сядьте на место. Я закончу ваш приговор об освобождении, и мы разойдемся, — по-нигерски агрессивно сказал Морган, посмотрев на Мэрил уж очень кротовьим взглядом.       — Мы не разойдемся, любезный, — надменно сказала Мэрил, задрав нос выше некуда. — Ибо я — беременна!       После ее слов в зале повисла неловкая непонятливая пауза.       — Простите, мисс, а как это влияет на дело? — набрался смелости и поинтересовался один из независимых судей.       — Довольно прямо это и влияет на дело. А все потому, что я беременна вот от этого бюрократа, — указала она ладонью на Фримена.       По залу пробежала шок-волна. Морган же выкатил глаза дальше некуда и в ахуе уставился на Мэрил. Что она такое, блять, несет?!       И действительно, что она такое, блять, несет? Зачем она сейчас встала и пизданула эту хуйню? На деле ведь никакой беременности и нет! Вот таким вот способом решила женить на себе Фримена? Ну да, ну да… План просто охуетителен! Без возможности провала! А не на этой же теме ты прогорела с Робертом, ученая ты блядь? Ничему тебя жизнь не учит! И зачем ты сказала все это сейчас, когда он выносил вердикт о твоем освобождении? Нельзя было дождаться окончания? Побоялась, что можешь упустить его в любую минуту? Да Морган даже молотком стукнуть не успел! А, значит, все еще может отмениться! Аааааа!       — Так, это еще что за дела, — недовольно упер руки в бока азиат-прокурор, где-то в душе жалея, что Мэрил залетела не от него. Было бы классно, она вроде бы горячая штучка. — То есть вы хотите сказать, что спали с судьей? Это же в корне меняет дело!       — Нет уж, ошибаешься, дешевый бюрократ, — покривила ученым ебалом Мэрил. — Я спала с прокурором.       — Я протестую, такого не было! — поднял желтые ладони над головой прокурор, обращаясь к публике.       — Да не с тобой, а с ним! Когда он еще был прокурором! — продолжила нести хуйню Мэрил.       — Он насиловал вас? — стал накидывать вопросы адвокат. — Мы можем подать на него иск, — открыл он дипломат и хотел было достать оттуда листок и ручку, дабы Мэрил написала заявление, но та резко захлопнула крышку, прищемив его пальцы. — Ааауч!       — Никто и никого не насиловал! Это было по обоюдному согласию! У нас роман! — продолжала хуевничать Мэрил, все ради того, чтоб как можно быстрее прибрать к рукам черного, черного судью.       — О, господи, это правда?! — воскликнул кто-то из независимых судей, схватившись за сердце. Его пошатнуло и он полетел со стула, благо его кореша вовремя подхватили и не дали упасть на пол.       — Я… Эээм… — охуевал Морган, не зная, что говорить в подобных ситуациях.       Он был не на шутку взбешен на Мэрил! Какого хуя она пизданула вот это вот все? Он почти сумел ее достать! Как взять бы, как отозвать свои слова и вновь упечь ее за решетку. Кстати, а ведь он все еще может это сделать! Те же слова, выходит, были несчетовы, она его перебила! Так что может и пусть гниет за решеткой до конца своих дней за свою наглую дерзость? Он, значит, старался, переквалифицируясь в судью, а она с ним вот так? За такое нужно наказать и плевать на наркоту, что она смогла бы банчить для него на свободе! Будет банчить за решеткой, уж он-то заставит!       — Обстоятельства меняются, обстоятельства меняются! — заявил один из независимых судей, поднявшись с места.       — Да-да, — стал подпизживать ему второй. — Кто мог предвидеть, что у вас — роман?       — А не специально ли все это сделано? — протянул прокурор. — Господин судья ведь раньше кем был? Прокурором! А потом стал судьей и решил ее освободить! Ведь у них, видите ли, закрутились отношения! — всплеснул руками он, будто завидуя.       — Но-но-но! И быть такого не может! — помотал пальцем независимый судья. — До этого мистер Фримен кем был? Прокурором! Он ее и осудил! Он ее и посадил! Зачем бы ему менять решения в личных интересах?       — То ли дело она сама могла все это провернуть! — предположил другой независимый судья, кожа которого была бела как снег. — Охмурила его, пробралась в постель, узнав, что тот станет судьей. Подлизывалась, как могла, ради того, чтоб смягчить его!       — Но ведь о том я и говорю, — обиженно нахмурился прокурор.       — Нет, не о том, — отрицательно закачал головой адвокат. — Господин судья привел классные доказательства ее невиновности, как она могла повлиять на это? Моя клиентка здесь не при чем!       — Но все же при чем, — не унимался независимый судья. — Она могла специально забеременеть от него, чтобы ее отпустили на свободу! Не будет же мать ребенка судьи сидеть за решеткой, верно? Ребенок бы стал для нее билетом на свободу!       — Ах! — схватился за сердце прокурор. — Представляю, как бы пришлось этому маленькому крохе за решеткой!       — Не пришлось бы, ее бы тогда отпустили. Ребенок бы был черным! — понес хуйню адвокат. — А уж известно, как их права защищаются! Не мог бы он быть сиротой при живой матери, верно?       Независимые судьи, прокурор и адвокат стали бурно обсуждать всякую хуйню. Мэрил же, вздернув бровь, победно смотрела на Фримена, то и дело по-блядски подмигивая. Сам же Фримен из стороны в сторону раздраженно двигал челюстью и морщил картофельным носом, всем своим видом показывая, как он зол, как он огорошен ее вестями.       — А знаете, — раскрыл рот Фримен, стукнув молотком. — Предлагаю продлить мисс Стрип срок и…       — Нет-нет-нет, мистер Фримен, — подлетел к нему один из независимых судей.       Стащил с него седой кудрявый парик, накинул на себя, и стал тянуть с плеч Моргана мантию.       — Что ты себе позволяешь? — возмутился тот, отмахиваясь от него судейским молотком.       — К сожалению, ввиду последних обстоятельств, вы больше не можете вести процесс!       — С какого это хуя?! — возмутился Фримен.       — С такого, что вы, возможно, стали жертвой обмана обвиненной мисс Стрип! — сдернул с него мантию судья и криво накинул себе на плечи. — Теперь мы с коллегами проведем совещание и выберем для этой женщины справедливую меру наказания!       — Но… — растерялся такому раскладу Фримен.       — Не волнуйтесь, ваше мнение при вынесении приговора мы обязательно учтем, — добро похлопал судья по спине Моргана.       Затем развернулся и побежал к своим корешам из независимой коллегии. Они еще пару минут что-то пообсуждали, потоптались на месте да и побежали в комнату для совещаний.       Морган, находясь в не на шутку огорошенном и озлобленном состоянии, плюхнулся рядом с прокурором и запустил пальцы в прическу из тугих кудрей.       — Эй, ты, — позвала его Мэрил, пытаясь привлечь внимание.       — Замолчи, — выставил ладонь Фримен, показывая, что абсолютно совсем не желает сейчас с ней разговаривать.       Спустя минут десять коллегия судей вновь вбежала в зал. Один из них взошел за судейскую трибуну и застучал молотком по столу.       — Мы готовы вынести приговор Мэрил Стрип! — сообщил он. — Итак, мадам Стрип, суд признает вас невиновной по всем тем статьям, по которым вы были осуждены ранее. Но ввиду новых всплывших обстоятельств, с этой вашей беременностью, суд считает, что вы все сделали это намеренно, дабы, воспользовавшись своим положением, выйти из тюрьмы. Также вы воспользовались для получения своих корыстных целей не кем-то там, а самим судьей, что ведет процесс. Потому, посовещавшись, суд пришел к следующему решению. Морган Фримен! Суд обязует вас взять в законные жены мисс Мэрил Стрип! Нам же это не нужно, чтоб про нашу судебную систему подумали, что мы невоспитанные аморальные люди, — подмигнул он Фримену, что от такого обязательства не то что охуел — пизданулся! — Сама же Мэрил Стрип с этой минуты признается свободной. Но! Если у вас, мисс Стрип, случится выкидыш, или вы вдруг решите сделать аборт, то все! Вы будете вновь отправлена за решетку, но на этот раз за то, что пытались поиметь судебную систему Америки. И будет вас ожидать срок в виде семи лет колонии общего режима! Приговор на сей раз окончательный и обжалованию не подлежит! — стукнул он молотком по столешнице.       По залу стал разноситься бурный бубнеж обсуждения. Морган Фримен молча поднялся с места и, не выражая на лице никаких эмоций, поспешил на выход.        Вертухай подошел к Мэрил и снял с ее запястий наручники.       — Свободна, Стрип, — как бы поздравил он ее.       — Наконец-то, — потерла запястья та, после чего сорвалась с места и поспешила за Фрименом. Куда этот негритос отправился? Решил свалить? А нихуя не выйдет! Суд ясно и четко сказал, что теперь он обязан на ней жениться!        Нагнала его в холле, схватила за плечо и резко развернула к себе.       — Куда это ты собрался, нигер? — улыбнулась она, заигрывающе повиляв бедрами.       — Ты — ебаная, сумасшедшая дура! — по-обезьяньи прорычал Фримен. — Нахуя ты это пизданула? Я уже почти сделал тебя свободной! А теперь, блять, и сам попал, и ты попала!       — Ну, думаю, не так уж все и плохо, — развела ладони Мэрил. — Теперь я на официальном, законном уровне, буду варить для тебя наркоту. Как ответственная, любящая жена. Разве это так плохо? Ты не рад? Я думала, у нас все серьезно, — понесла хуйню Мэрил.       — Мы с тобой просто ебались и все! Нас связывали чисто деловые отношения! — взорвался Морган. — А теперь я из-за тебя влип! Попал! Пропал! Из-за твоего бреда! Из-за твоей тупости!       — Эй, нигер, не забывай с кем разговариваешь! — мягко осадила его Мэрил. — Все же я ношу твоего ребенка!       — Я мог тебя освободить и без этого дерьма! Ааагрр! Глупая дура! — затрясло Фримена от возмущения.       Мэрил на секунду задумалась над произошедшим. И правда, нахуя ж она все это пизданула так не вовремя? Но она не могла сообщить ему это лично! Тогда он мог бы предложить аборт, как и Роберт, а потом слиться. Но Мэрил это было не надо, нужно было сказать при свидетелях. Хотя, стоило действительно дождаться, пока Морган бы зачитал свое решение о ее освобождении.       Черт, а теперь выходит, что если вдруг по истечение девяти месяцев она не родит, то ее вновь отправят за решетку! А как она родит, если на деле никакого плода в ней и нет? Ну и задача, как выкручиваться? Ну ничего, значит надо сделать все, чтоб залететь от Моргана Фримена в ближайшие пару месяцев. А уж потом вызовет роды раньше срока, дабы не вызвать никаких подозрений. Что уж не сдюжит что ли? Она ж ученая! И плевать, что будут судачить врачи, разве есть вера в этих ебаных бюрократов?       Оставалось только залететь. Всего-то. Всего-то? Ах, всего-то! Вы, конечно, ученая блядь, мисс Стрип, но разве все это делается так просто? Кто сказал, что Морган Фримен довольно плодовитый негритос? То, что у него много спермы еще не говорит ни о чем! Да и вы сами, уверены, что сможете иметь детей? Все же не стоит забывать, что относительно недавно вы делали аборт! Так и каковы шансы на успех? И даже если опустить тот факт и предположить, что оба партнера не имеют проблем со здоровьем и могут зачать ребенка, то, сука, многие этого годами добиваются! Точно все это можно провернуть лишь за месяц? Ооох… Кажется, кому-то опять светит зона…       — Так, ладно, — закрыл глаза Фримен и потер брови указательным и большим пальцами. — Нужно расслабиться, отвлечься и все обмозговать.       — Мм? — по-блядски протянула Мэрил, указывая взглядом на дверь туалета. Нужно начать ебаться с ним как можно скорее!       — Идем ко мне домой. Сваришь мне крэка, — взял ее за предплечье Фримен и повел к выходу.       — Ну ведь можно расслабиться иначе, — не унималась флиртовать Мэрил. — Знаю ведь, как тебя бесит моя роба. Не хочешь ли ее сорвать?       — Сначала крэк, дура. А уж все остальное потом, — сказал Морган, продолжая вести ее на выход.