Женщина, что опровергла теорию добра

      — Этот биометалл… Это будет самый настоящий прорыв в науке! Если он способен на исцеление, на регенерацию… Он может сделать из калеки полноценного… А на что еще он способен? Это немыслимо! Это просто немыслимо! — восхищалась Мэрил, перебирая бумажки с заметками о биометалле и собирая их воедино, дабы сделать черновик для самой настоящей научной работы.       — Мэрил! Мэрил! — послышался недовольный ор Фримена из соседней комнаты.       — Ебаный бюрократ, — буркнула под нос Мэрил, не забыв подкатить глаза. — Лучше б в институте сидела работала, чем слушать его черный бред.       — Мэрил! — не унимался кричать Фримен.       Через несколько секунд дверь в комнату распахнулась, и на пороге предстал Морган Фримен, как всегда черен как ночь и обдолбан крэком до неузнаваемости. На руках он держал Джакса, беззубо улыбающегося и трогающего кудрявую бороду отца киберпротезами.       — Что ты так орешь, нигер? Не видишь, я работаю? — спустив очки на кончик носа, строго посмотрела на мужа Мэрил и ударила ладонью по своим бумажкам.       — Что это такое? — проигнорировал ее Морган, взяв сына за киберпальцы. Тот разулыбася хлеще прежнего, обхватил палец отца и потянул ко рту.       — Как что? Твой сын! Очнулся от своего крэкового сна, гребаный бюрократ? Узнал, что у тебя есть сын, да? — подъебала Мэрил.       — Я спрашиваю — что это?! — постучал он пальцами по киберпротезам.       — Как что? Протезы! Ты что, совсем уже ослеп от своей наркоты? — раздраженно скривила рот Мэрил.       — Откуда они взялись? Тут же были отростки! Где они? — распсиховался Фримен, кажется, покраснев от злости. Но этого абсолютно не было заметно, ведь кожа того, как известно, была цвета венге.       — Как это где? — уже стала не на шутку закипать Мэрил. Сняла очки, положила на стол и потерла переносицу. — Их, как видишь, нет! Теперь вместо них — протезы, которые помогут нашему маленькому нигеру жить полноценной жизнью.       — Откуда они у него? Сколько денег ты отвалила? Кому ты отвалила деньги за эту хуйню? — стал накидывать вопросы Фримен.       — Не волнуйся, бюрократ, никому я не платила. А расходы за материал я взяла из своих кровно заработанных. У тебя не взяла ни цента, — пояснила за растраты Мэрил.       — Что это, ты все это сделала сама? — по-кротовьи прищурился Фримен, смерив жену недоверчивым взглядом.       — Да, сама, — невозмутимо расставила ладони в стороны Мэрил. — Будто бы ты и не знал, кто твоя жена! Я ученая, нигер! Инженер! Химик, физик, биолог… Хирург! А не просто варщик наркоты, как ты мог подумать!       — Хирург?.. Так ты что же это… Сделала их… Сама? — охуел Фримен. Вытянул сына на руках и осмотрел киберпротезы.       — Ну а кто еще мог додуматься до такого, тупой ты нигер? — рявкнула Мэрил. — Уж не твои черные друзья. Не твои судейские псы. Не гребаные медицинские бюрократы. Ни у кого бы и ума не хватило!       — Ты что… Отрезала ему руки?! — взвизгнул Морган, в ахуе взглянув на Мэрил.       — Да какие руки, о чем ты? — усмехнулась Мэрил. — Это были никчемные обрубки! Но, на минуточку, — подняла она ученый указательный палец. — Благодаря мне, теперь у нашего сына будет нормальное, полноценное будущее! Он не будет ущимлен, не будет чего-то лишен…       — Ты безумна! — громче некуда заорал Фримен, прижав Джакса к груди, отчего тот заплакал.       — Так, отдай его мне, — поднялась со стула Мэрил и вышла из-за стола. — Своими наркоманскими орами ты пугаешь ребенка…       — Не отдам! — прижал сына крепче Фримен и взмахнул ногой, как бы предлагая Мэрил не приближаться.       — Что ты творишь, псих ненормальный? — отпрянула та, чуть не получив ногой в живот.       — Ты — больная белая сука! Ты отрезала ребенку руки! — выставил Фримен на нее указательный палец, что был ничуть не меньше по длине, чем его знаменитый хуй. — Кем ты себя возомнила? А если бы ты задела жизненно важные органы? Занесла ему заразу? Ты же ни черта не смыслишь в этом!       — Ты в себе? — покрутила у виска пальцем Мэрил. — Ты только, блять, заметил его протезы? Я поставила их почти неделю назад! Ты со своим крэком вообще уже охуел! Нихуя не видишь вокруг себя, — покрутила ладонью у глаз она. — А уж смыслю я побольше любого врача в этом! Ни одна тварь бы не додумалась до биомеханических протезов! И уж тем более никто бы не смог вживить киберсосуды в спинной мозг!       — В кого ты превратила нашего сына, дура?! — заорал как глупый лев Морган. — Теперь он кто? Гребаный киборг? Робот?       — Он такой же, как и был, только теперь с руками! Что ты мелешь, тупоголовый бюрократ? Я спасла его! Спасла! А ты теперь смеешь кидать мне свои какие-то тупые, нигерские недовольства? — затопала Мэрил. — Быстро отдай мне Джакса!       — Не, не отдам! Ты для него опасна! Ты безумна! Ставишь опыты на собственном ребенке!       — Давай только без драм! — жестом ладони остановила его Мэрил. — И, если так хочется узнать, сначала я провела опыты на мышах, потом на себе, перед тем, как трогать Джакса.       — То есть он для тебя сравним с какими-то мышами и с белой сукой? — изумился Фримен. — Знаешь что? Все! Мне все это надоело! Вот это — последняя капля! — постучал он по кибербицепсу сына.       — У тебя закончился крэк? Или хули тебе от меня надо? — вздернула пушистую бровь Мэрил. — Отдай мне ребенка, немедленно! Пока не уронил его!       — А я и не уроню! Не причиню ему вред, в отличие от тебя, — показал ей «фак» Морган, отступив на шаг назад. — А ты для него опасна! Я больше не позволю тебе ставить на нем опыты! Не позволю резать его!       — Да ты в себе, ёбаный ты осел?       — Я сказала все — это было последней каплей! — повторил Фримен, разжигая самый, что ни на есть, грандиозный скандал. — Я больше не допущу, чтоб ты не то, что прикасалась к нему — запрещу нахуй приближаться к Джаксу на километр! Ты не остановишься на этих руках! А дальше что? Киберноги? Кибертело? Киберчлен?       — Да что ты придумал себе, а? Неужели твои мозги настолько прокурены, что ты не понимаешь очевидного? Я спасла ему жизнь!       — Он бы и без твоей помощи нормально жил! — парировал Морган. — Ну рук нет — подумаешь! Все лучше, чем быть ёбаным роботом!       — Да ты конченый, — скрестила руки на груди Мэрил, охуевая с нигерского бреда.       — Я сказал — на этом достаточно. Я долго терпел! Мало того, что я клеймил себя позором, женившись на белой потаскухе, которая не исполняет никаких своих обязанностей! Ты не убираешь в доме, не готовишь мне жрать… Так теперь еще и перестала готовить крэк! Что за дела? Чем же занята Мэрил? Думал я, докуривая последний запас. А докурил и вижу, чем занята была эта белая скотина! Ставила опыты на нашем сыне!       — Тебе что, сделать крэк? — устало выдохнула Мэрил. — Чтоб ты уже, наконец, съебал отсюда…       — Не нужен мне твой крэк! Как и не нужно больше тебя ебать! — слетел с катушек Фримен. — Впрочем, мы уже с тобой давно этого и не делаем — совсем отдалились… А все благодаря кому? Благодаря тебе! Тебе и твоим ебаным безумным идеям! Ну нихуя себе — придумала! Отрезать сыну руки! Что, Мэрил, задело, что наш сын черный? Весь в меня, а не в тебя. Вот и решила выбелить его таким вот способом? Нихуя у тебя не выйдет! Я лишаю тебя родительских прав.       — Да пошел ты на хуй, бюрократ, — показала ему «фак» Мэрил. — Ты этого не сделаешь! Потому что Джакс тебе на хуй не нужен. Не был нужен никогда! И да, пусть он черный. Но он мой сын!       — Нет, уже не твой! — вскрикнул Фримен, яростно подергав канапушками на щеках. — Был твой — стал мой!       — Это как это ты так порешал, интересно мне знать?       — Да очень просто! Не забыла, кто я такой? Я — судья! Мирового уровня! — стал незнамо зачем хвалить себя Морган. — И я — афроамериканец. Такой же, как и мой сын! Узнай общественность о том, что ты натворила, ты будешь жалеть о том, что вообще связалась со мной! Будешь мечтать попасть в тюрьму! Но тому не бывать! Тебя повесят на площади! Кинут в толпу правозащитников, и там разорвут тебя в клочья за твой проступок!       — Отдай мне сына немедленно! — кинулась на Моргана Мэрил, поняв, что тот действительно готов на всякое. Этот черный пидор ведь и впрямь может отнять у нее Джакса. Бездушная скотина! Только такой хладнокровный бюрократ, как Фримен, способен пойти на такой шаг — разлучить сына и мать.       — Можешь с ним попрощаться, — надменно надул губы Фримен. — Прощай, белая сука, — пропищал он, взяв сына за киберпротез и помахав им в сторону Мэрил.       После этого на пятках развернулся и выбежал из комнаты.       — Стой! — вскрикнула Мэрил и побежала за ним.       Морган взлетел по ступенькам и, оказавшись на втором этаже, быстро юркнул в спальню. Закрыл дверь на засов и притаился.       — Что ты задумал, ёбаный бюрократ? — стала долбить кулаком в дверь Мэрил. — Немедленно открывай! Отдай мне моего маленького нигера! — схватилась она за ручку и неистово затрясла ее, но та никак не желала открываться.       — Мэрил, уйди. Все кончено, — раздался драматично-ироничный голос Фримена из-за двери.       — Ты в своем уме? Ты больной? Я сейчас вызову копов, если ты немедленно не откроешь мне эту блядскую дверь! — взвизгнула Мэрил, топнув по паркету.       — И вот что? Что толку, что ты их вызовешь? — дверь приоткрылась и из-за нее показалась бестолковая голова Фримена в судейском парике. — Забыла, что я — судья? Парни приедут, я расскажу о случившемся, и тебя, конечно же, сразу заберут. И даже не в участок, нет. Сразу повезут в суд. Судить, — нес наркоманский бред он, выйдя в коридор и прижав дверь спиной. — И лишат материнских прав не когда-то там через неделю, а уже сегодня. Сейчас! Впрочем, дело твое. Так или иначе я авансом лишаю тебя прав! И ты знаешь, я сказал — я сделал!       — Да что ты такое говоришь? — в ахуе захлопала глазами Мэрил. — Ты совсем с катушек слетел от своего крэка? Что ты несешь, нигер? Какое лишение прав? За что?       — А ни за что! — покривил ебалом Фримен. — А точнее за вот эти вот железные руки, что ты сделала нашему сыну! Что за самодеятельность такая? Что за самодурство? Ты могла бы, хотя бы, я не знаю — посоветоваться со мной! Как-то решили бы вместе, а не вот это вот все! А не так, что я узнаю об этом последний!       — Узнал бы раньше, если бы тебя вообще волновал Джакс! — всплеснула руками Мэрил. — Ты не имеешь права ничего лишать меня! Себя лучше бы лишил! Без меня он пропадет! Что ты будешь с ним делать? Отдашь в детский дом, а? Проведешь операцию по восстановлению культей, дабы сделать его прежним?       — Ну почему сразу в детский дом? — скрестил руки на груди Морган, подкатив глаза. — Знаешь ли, нынче отцы-одиночки в цене! Знаешь, сколько у них привилегий? Ооо… А как защищают их права!       — Защищают их права? Защищают их права! — раскудахталась Мэрил, пыша гневом. — Да тебе и без того этого мало? Мало тебе того, что ты черный судья, так теперь еще и решил отцом-одиночкой стать? Да ты не в себе!       Мэрил зарычала и не придумала ничего лучше, чем кинуться на Фримена в драку.       — Ах ты больная белая сука! — возмутился тот, перехватывая ее руки. — Отцепись от меня, живо!       — Я не позволю тебе лишить меня сына! — завизжала Мэрил, выкрутивишись из его хватки и вцепившись ногтями в черные щеки.       — Ааа! Больно! Что ты творишь, ебанутая? — охуел Морган, отцепляя от себя Мэрил.       — Тебе не отнять у меня сына! — сквозь зубы шипела та, до крови раздирая ему кожу, отчего канапушки со щек нещадно посыпались на пол.       — Ты надолго сядешь в тюрьму за покушение на жизнь судьи, если немедленно не прекратишь! — взорвался Морган, взял да и вьъебал ей с ноги в колено, как бы отталкивая.       — Ах! Ты что, придумал бить меня? — вмиг озверела хлеще некуда Мэрил.       — А кто ты такая, чтоб я тебе не отвечал? Черная? Или может судья? — пихнул ее в плечо Фримен, не желая угоманиваться.       — Больной ублюдок! Чертов бюрократ! — вновь кинулась на него Мэрил, вцепилась в парик и стала трепать его из стороны в сторону.       — Да отвали же ты от меня! — возмутился Фримен, достал из кармана судейской мантии молоток и принялся легонько покалачивать им Мэрил. Еще не хватало покалечить эту суку. Все же она женщина, мало ли какие там все же и у них могут нарисоваться права.       Так и задрались Мэрил с Морганом, то и дело выкрикивая всякие гадости. В процессе потасовки даже и не заметили, как подобрались к лестнице и кубарем слетели с нее.       Прокувыркавшись пару раз, оказались на первом этаже. Морган распластался по полу, а Мэрил уселась на него сверху и стала хлестать ладонями по картофельному носу.       — Пидераст! Нигер! Ненавижу! — вскрикивала она.       — Ну бей! Бей! Бей! Все равно лишу тебя прав! Все уже решено! — усмехался Фримен, прикрываясь от ударов.       — А ты нас сначала найди! — вдруг вскочила с него Мэрил и хотела было побежать наверх, дабы забрать Джакса и сбежать с ним.       — Куда?! — схватил ее за лодыжку Фримен, и Мэрил завалилась вперед, впечатавшись лбом в нижний порожек.       Морган насколько мог быстро поднялся и поспешил наверх.       — Ублюдок! — накинулась ему на спину Мэрил и повалила.       Оба они оказались на четвереньках, и в таком положении, толкаясь, стали подниматься по лестнице.       Оказавшись на самом верху первым, Морган развязал на шее ленточку судейской мантии, стянул ее с себя, наспех скомкал и кинул в лицо Мэрил.       — Ах! — воскликнула та, запутавшись в мантии.       — Ха! Получай! — закричал Морган, поднялся на ноги и зашмыгнул в спальню, где благополучно заперся.       — Нигер, хватит, все это уже не смешно! — в отчаянье бросилась к двери Мэрил и стала бить по ней кулаками.       — А я и не шутил шутки! — раздался победный голос Фримена. — Все, достала! Я звоню своим парням, пусть приедут и заберут тебя!       Из-за двери послышался треск телефонного диска.       — Хватит, прекращай! — в отчаянии закричала Мэрил, сползая по двери, но все еще продолжая бить по ней ладонями. — Зачем он тебе? Зачем тебе Джакс? Он же тебе совсем не нужен! Ты бросишь его! Отдай…       — Бросишь его ты, ибо тебя лишат прав! — не унимался молоть хуйню Фримен. — Алло! Алло! Полиция? Это я, Морган Фримен! Судья Калифорнийского верховного суда!..       — Да что за бред? — нервно засмеялась Мэрил.       Перевернулась и уселась на пол, прижавшись спиной к двери. Запустила ладони в растрепанные волосы и тяжело задышала. На глазах ее навернулись слезы. За что? За что он так с ней? К чему вообще все это придумал? Какой-то бред! Просто бред! Хотя, на что она рассчитывала, выходя замуж за черного наркомана? Знамо было, что рано или поздно он сотворит какую-то ебаную хуйню. Но, возможно, он все же шутит? Сейчас покурит крэк и забудет?       Но Морган не забыл. Пуще прежнего обкурился крэком, и, когда приехала полиция, вновь облачился в судейскую мантию, вооружился молотком и наказал везти его с женой в суд, дабы провести срочное дело, не требующее отлагательств.        Мэрил была не то что в ахуе — ебанулась с происходящего! Уж таких поворотов событий леди не ожидала точно.       Суд был проведен в тот же день. Председателем заседания и остальными его участниками стали черные кореша Моргана, которых перед заседанием тот под завязку обкурил крэком.       В процессе слушания Морган Фримен нес жуткий бред про то, как Мэрил выпивает, как издевается над ребенком и не дает ему общаться с отцом. По старой дружбе и в знак уважения к крэку по рецепту Мэрил Фримен не посчитал нужным уточнять про то, как жена отрезала их сыну отростки, что были предназначены ему с рождения как бы руками. Зато не забыл поведать, как ученая белая сука вживила какие-то железки грудному ребенку! Сама! Одна! Без какого-либо согласия отца? Ну разве такие вопросы решаются в одиночку? Морган артистично рыдал кротовыми слезами, рассказывая про то, как жена отказывается делить с ним постель, унижает его, обзывая нигером и дискриминирует по цвету кожи. Придумал историю, как Мэрил выкинула из холодильника весь его крэк! На годовой запас которого, между прочим, Фримен потратил все свои черные пособия.       Мэрил кричала и орала, обзывая всех вокруг черными, черными нигерами и глупыми, глупыми бюрократами, отчего у присутствующих сложилось к ней уж слишком предвзятое отношение. Впрочем, какое оно могло быть еще, когда Фримен поведал про нее такое, что волосы дыбом вставали!       По итогу Мэрил была не только лишена родительских прав, но и получила запрет на приближение к Джаксу Фримену в радиусе ближе мили.       Мэрил не на шутку возмутил такой расклад! Она была в гневе, в ярости, в замешательстве. Пригрозила суду, что сделает все, чтобы вернуть себе сына. Отберет его у этого ебучего черного наркомана, а также отнимет у него не только права, но и посадит за решетку за все это недоразумение. Судья на это лишь развел руками в стороны, как бы говоря, мол, все что не делается — все к лучшему. Что он имел в виду — непонятно. Но Мэрил было и похуй. Она добьется своего, заберет себе своего маленького нигера, чего бы ей это не стоило!       В тот же вечер Морган Фримен собрал вещи Мэрил и, даже не пустив ее за порог, всучил чемоданы и дал пять минут на то, чтоб она убиралась. Иначе он вызовет копов, те увидят, что Мэрил нарушила запрет и обязательно упекут ученую леди за решетку.       Мэрил показала ему лишь «фак», пообещав, что вскоре вернется. Прихватила чемоданы да и поплелась по улице в неизвестном направлении.       Куда теперь идти? Что делать? Мэрил не знала. Денег у нее практически нет, жить тоже негде… Так, стоп! Роберт же тогда подарил ей дом в Нампе! Ее личный дом. Не нужно платить ни за какую аренду, Мэрил там будет сама себе хозяйка!       Но Нампа отсюда достаточно далеко. Еще ведь надо придумать, как добраться до штата Айдахо. Нужны деньги. И не только на дорогу, но и на первое время самостоятельного проживания тоже. И где же их, блять, взять?       Институт! Как раз заканчивается расчетный месяц! Плюс за время работы там, нет-нет, а сколько-то дней на отпуск накапало. Прекрасно, она заберет их деньгами.       Так Мэрил отправилась в Калифорнийский технологический институт. Конечно же, первым делом прихватила там своих подопытных мышей, записи, умыкнула микроскоп и еще кучу всякой лабораторной хуйни. Затем, выпив немного для разогрева, направилась к декану, где закатила грандиозный скандал, ибо гоже ли это — уходить тихо?       Обвинила весь преподавательский состав в бюрократии, педерастии. Даже припомнила, как в свое время до нее домогался один из преподавателей. Декан, что совсем не был готов к такому, всячески пытался успокоить Мэрил. Предлагал ей зарплату повыше, карьерный рост, только бы эта сука успокоилась.       Но Мэрил было не нужно ничего из этого! Потому ей сделали расчет, бонусом добавив дополнительную сумму, чтобы та даже и не придумала выносить всю эту грязь за порог института. Мало ли, что скажут или подумают будущие абитуриенты или их родители, если до них дойдут сплетни Мэрил. Репутацию портить совсем негоже!       И так, довольная собой, Мэрил наконец отправилась в Нампу, где уже и будет решать, что же делать, дабы вернуть себе Джакса, и как следует наказать черного бюрократа Фримена за содеянное.       Увы и ах — по приезде нихуя из этого не вышло. Как не крути, Мэрил была подавлена последними событиями. Да, Джакс был черным, но он был ее сыном, ее кровинушкой! А теперь мало того, что они не могут с ним даже видеться, неизвестно вообще какая жизнь сложится у Джакса, если его будет воспитывать такой чокнутый папаша. Безопасно ли это? Где гарантии, что Фримен не сдаст его в детский дом? Что он, обкурясь крэком, не забудет покормить Джакса, и тот будет обречен на голодную смерть? Застрахован ли Джакс от того, что его папаша спалит дом, отрубясь от передоза и уронив курительную трубку с тлеющим крэком на ковер?       От подобных мыслей Мэрил становилось не на шутку жутко. Сердце разрывалось на части от всего этого неведения и страха за жизнь сына. Что она, обычная ученая, сможет сделать против чертовой продажной системы? Нет, она что-то придумает. Обязательно. Не зря же она такая умная!       Но думать Мэрил не спешила. То и дело гоняла в голове дурные мысли да кручинилась над расставанием с малышом Джаксом. Рыдала, закатывая истерики, да заливала горе вином.       Пробухавшись с месяц, наконец поняла, что надо что-то предпринимать. Слезами горю не поможешь.       Но как забрать Джакса? Конечно, можно было бы его просто выкрасть под покровом ночи. Вряд ли такой разъебай, как Фримен, в принципе заметит пропажу. А вдруг нет? Вдруг назло Мэрил он изменится и будет денно и нощно следить за сыном, дабы та не смогла украсть? Да и этот суд, эта полиция… Раз вынесли такой приговор с запретом, то наверняка будут внимательно бдить за этой семьей. Наверняка, если ребенок пропадет, первым делом подумают на Мэрил. А уж выйти на ее след не составит труда.       Нет, такой вариант опасен. Нужно придумывать что-то еще.       Но что же? Хммм…       Ах! Биометалл! Раз с помощью него можно добиться таких восхитительных научных открытий, то почему бы не использовать его в быту, для личных целей? Нужно придумать что-то такое, чтоб заманить Моргана Фримена в ловушку и сделать так, чтоб он больше даже не смел портить жизни ни Мэрил, ни Джаксу.       Но что бы такого изобрести для ликвидации черномазого судьи и его огромного хуя? Хм… Клетка? Можно соорудить огромную клетку, заманить его туда и оставить на веки вечные? Ну нет, убивать никого было как бы и на хуй не надо. Что же Мэрил опускаться до уровня всех этих бюрократов? Нужно придумать что-то более умное и научное.       Как-то подмешать биометалл ему в крэк, понадеявшись, что Морган отупеет с него? Тоже все не то! Где гарантии, что умник биометалл не даст ему некое преимущество, не сделает его сильнее?       Не придумав ничего толкового, Мэрил вновь погрузилась в свои черновики, дабы узнать про этот биометалл все и даже больше. Вновь принялась проводить на мышах эксперименты, дабы выжать максимальное количество информации.       Да так сильно погрузилась в свои научные труды, в исследования, в новые открытия, что постепенно проблема с сыном стала уходить на второй план. Изучение биометалла ослепило ее! Кажется, он был именно тем, что могло прославить ее на весь мир!       Точно, слава! Мэрил нужно было прославить биометалл, а заодно вместе с ним и себя, как его мать. Ученые во всех странах ахнули, а, возможно, даже бы ебанулись с открытия мисс Стрип. Она бы изменила этот мир. Раз и навсегда. С помощью одного лишь биометалла, формулу которого вывела, будучи пьяной в хуй давным-давно. И кто после этого посмеет утверждать, что алкоголь так уж плох?       И вот когда Мэрил произведет фурор во всем мире со своим открытием, то станет главной персоной на всей планете. Ни одна паскуда не сможет отказать ей ни в чем.       И кто будет по сравнению с ней какой-то там черный судья из захолустного ЭлЭя? Да, собственно, никем. На его права плюнут и растопчут. А ежели узнают, что Мэрил спасла сына при помощи умника-биометалла, а муж-бюрократ за это лишил ее прав, то так и вовсе упекут самого Фримена далеко и надолго. И для него будет удачей, если его отправят пожизненно топтать зону. Ведь, скорее всего, за сотворенную им хуйню, Моргана определят в психушку и пожизненно лишат крэка!       Да, такой вариант Мэрил устраивал более чем. Осталось лишь дело за малым — прославиться. И как пробить биометалл в массы? Нужно было наработать огромную такую базу и уже с ней ездить по всяким научным форумам, где искать себе спонсора для дальнейшего продвижения.       Эх, Роберт ДеНиро сейчас был бы кстати. Наверняка помог бы Мэрил прославиться. Интересно, он до сих пор влюблен в нее? Может, действительно стоит его отыскать? Да ну, бред какой-то. Мэрил до сих пор слишком зла на него и его черную жену. Ну вот, опять эти черные! И тут и там! Очевидно, что из-за них все проблемы, они и есть корень зла.       Хуй с ним, с этим ДеНиро. Мэрил Стрип добьется всего сама. Она ведь сильная, независимая леди. А главное — умная. Нахуй не нужны ей больше эти тупые мужики. Добьется всего сама. Она была в этом уверенна.       Так и погрузилась в научные перипетии биометалла, изучая его со всех сторон и открывая его все новые и новые возможности. Не забывая пить и курить, конечно же. Ибо раз такой образ жизни и стал началом всего, то глупо было бы не придерживаться этого пути.