Женщина, что опровергла теорию добра

      Мэрил сидит на деревянном помосте, свесив босые ноги в озеро и выводя кончиками пальцев ног незамысловатые узоры на водной глади. Она закрывает глаза и подставляет лицо лучам солнца, губы непроизвольно расплываются в улыбке. Мэрил даже с закрытыми глазами ощущает присутствие Криса. Чувствует, что он сидит рядом с ней, и кладет голову ему на плечо. Она слышит его голос совсем близко, но слов разобрать не может. Но это что-то очень приятное и нежное, по звучанию больше напоминающее какую-то негромкую песню. От этого у Мэрил в груди разливается тепло, и что-то приятно щекочет в животе.       Мэрил кладет ладонь себе на живот и чувствует под ладонью движения. Сперва они легкие, едва уловимые, но с каждой секундой усиливаются. В груди вдруг становится холодно, словно кто-то потушил согревающий очаг. Холод расползается по телу, заполняет его изнутри, а затем сковывает и снаружи. Это уже больше похоже даже не на холод, а на вязкую тягучую слизь, которая утягивает на дно, не давая шансов не то что выбраться — хоть как-то противиться и даже просто пошевелиться.       У Мэрил перед глазами темнеет, точно еще совсем недавно согравающее солнце резко укатилось за горизонт.       Мэрил открывает глаза и видит, что она сидит вовсе не у озера, а у мерзко пахнущего и противно булькающего болота. Она смотрит вниз, отрывает ладони от живота, а те сплошь перепачканы, а с пальцев свисает тина.       — Что происходит, Крис? Где мы? — хватает Мэрил Кристофера за руку и трясет изо всех сил. — Нам надо уходить отсюда! Смотри!       Мэрил указывает руками на болото, что уже скрывает их ноги по щиколотки и продолжает подниматься и прибывать.       — Что ты придумываешь? — невозмутимо качает головой Крис. — Какое болото? Это же прекрасное озеро! Ты что же, не помнишь, как мы с тобой купались тут? Посмотри — вода кристально чистая! В такой грех не поплавать. Давай поплаваем, будет здорово! Так восхитительно! Так замечательно! — безумно смеется он, подталкивая Мэрил в болото.       — Нет! Ты с ума сошел? — визжит Мэрил, изо всех сил пытаясь уцепиться за помост и не грохнуться в болото, что скрывает ноги уже до самых колен.       — Все будет хорошо, не волнуйся, — с улыбкой протягивает Крис. — Смотри, вон на том берегу уже кто-то плавает!       Крис указывает пальцем куда-то вдаль, и Мэрил переводит туда взгляд.       В зеленоватом тумане, стелящимся над болотом, она видит что-то блестящее. Оно сверкает, и солнечные зайчики слепят ей глаза. Мэрил щурится, но никак не может разобрать, что же там вдали. Какое-то темное размытое пятно с блестящими отростками, что беспорядочно выныривают из-под воды.       — Он тонет! — кричит Мэрил. — Мы должны помочь!       — Кто? — непонимающе хлопает глазами Крис.       — Вон там, куда ты показал, — тычет пальцем в ту сторону Мэрил.       — Там ничего нет. О чем ты? Я тебя не понимаю, — мотает головой Крис.       Болото тем временем уже скрыло помост и их самих уже почти по пояс. Мэрил растерянно смотрит то на Криса, то на нечто, барахтающееся на том берегу. Чувствует, как помост под ней начинает трещать и разламываться, отчего Мэрил сползает все глубже и глубже, но отчаянно пытается удержаться за Криса.       — Все же решила поплавать? — с улыбкой смотрит на ее Крис. — Давай я подержу.       Он тянет к ней руки, а Мэрил непонимающе опускает глаза. Платье в области живота странно выпирает, будто под ним спрятался какой-то зверек.       — Иди ко мне, — мило бормочет Крис, запускает ладони под платье Мэрил и достает оттуда какой-то странный сверток.       Мэрил присматривается и видит, что это маленький манекен, похожий на те, что стоят в музее, завернутый в крохотное одеяльце.       — Нет! Отдай! — сама не понимая почему, кричит Мэрил, пытаясь забрать сверток обратно.       — Все в порядке! Все хорошо! — не унимается приговаривать Крис, но уже обращается не к Мэрил, а к свертку. — Ты самое главное! Остальное не имеет значения.       — Крис! — пытается кричать Мэрил, но выходит лишь беззвучно открывать рот. — Крис! Что ты делаешь? Помоги! — машет она руками, пытаясь уцепиться хоть за что-то.       Но доски помоста нещадно ломаются под ней одна за одной. Под Крисом же, что уже оказывается стоящим на ногах, помост крепкий и будто уже даже снова возвышается над болотом. Но как Мэрил ни пытается дотянуться и ухватиться, у нее ничего не выходит. Ее все глубже засасывает в трясину.       Она крутит головой по сторонам, пытаясь отыскать какое-то спасение. Но теперь вокруг нет больше ничего. Ни того странного темного комка с блестящими непонятными отростками, ни Криса с манекеном на руках. Не видно и помоста, и даже берегов. Кругом одно болото, простирающееся во все стороны до самого горизонта. И сотни, а может даже и тысячи, выступающих над болотной гладью ноздрей и желтых глаз с тонкими вертикальными зрачками.       Мэрил охватывает паника. Она в болоте уже по самую шею и продолжает опускаться. Она поднимает лицо и ложится затылком на топь, дабы еще как-то дышать, прежде чем ее совсем скроет. Но вдруг чья-то маленькая рука хватает ее за ногу и резко утаскивает вниз.              — Джейк! — вскрикнула Мэрил и подскочила в кровати.       — Мэрил, родная! — тут же кинулся к ней Крис, что спал рядом, но от ее вопля проснулся. — Что случилось?       Мэрил закрывала лицо ладонями и тяжело дышала, пытаясь отогнать картинку, вставшую перед глазами. Но ей это никак не удавалось, а ощущение холода, сковывающего изнутри и снаружи и появившегося еще во сне, не проходило. Это были страх и ужас, вводящие ее в оцепенение и не дающие хоть как-то пошевелиться. От этого Мэрил не покидало чувство, что она до сих пор в том сне и до сих пор в том болоте. Казалось, она даже ощущала чьи-то скользкие холодные пальцы, сжимающие ее щиколотку.       — Мэрил, Мэрил, милая, — нежно заговорил Крис, поглаживая ее по спине и плечам. — Расслабься, успокойся, все в порядке…       От этих слов Мэрил словно ударило током и она содрогнулась. Также Крис говорил и во сне. Уверял, что все в порядке.       — Я рядом, все хорошо, — продолжал Крис. — Это был просто сон. Всего лишь глупый сон…       Он обнял Мэрил и крепко прижал к груди, все также поглаживая и ласково приговаривая. Наконец Мэрил потихоньку стала успокаиваться. Оцепенение прошло, и она смогла глубоко вдохнуть, а затем медленно выдохнуть, пошевелить пальцами, покрутить кистями, стопами и головой, дабы вернуть ощущение собственного тела и окончательно понять, что она больше не в том ужасном сне.       — Приляг, родная… — осторожно потянул ее на подушку Крис. — Тебе принести водички? Или может чаю? Альфред может заварить травяного чаю, чтобы ты успокоилась и хорошо уснула…       — Просто чай, — ответила Мэрил, укладываясь на бок и подсовывая сложенные вместе ладони под щеку.       — Сейчас сбегаю, — кивнул Крис, накрыл Мэрил одеялом, поднялся с кровати и поспешил из комнаты.       Мэрил осталась одна. Она смотрела в пустоту перед собой и никак не могла выкинуть из головы тот сон. Подобное ей снится не в первый раз за последние четыре месяца. Именно столько прошло с момента, когда Мэрил узнала о беременности и сообщила о ней Крису.       В тот день, когда она ему рассказала, они сильно поругались. Впервые с их знакомства. Мэрил тогда закрылась в комнате и почти не выходила пару дней. Всячески игнорировала Криса, как бы тот ни умолял поговорить с ним. Но и из поместья уезжать и разрывать отношения Мэрил тоже вроде как не спешила. Это для Криса было самым главным. Уж раз не бросила его сразу, значит в конце концов готова помириться. Надо только набраться терпения и приложить чуточку усилий.       Так Крис и поступил. Решил не давить, требуя разговора, а найти подход иным путем. Путем заботы и романтики. Ведь, кажется, именно на это изначально и повелась Мэрил.       Чего он только ни делал! И приглашал оркестр, и писал любовные письма, подсовывая их под дверь, писал письма и эротические, фантазируя в них о всяких грязных штучках, ведь Мэрил так любила это. И просто стоя у двери рассказывал Мэрил о своих чувствах, о том, как они будут жить через год, когда у них уже родится ребенок, затем через пять лет, через десять и так до самой старости и смерти.       Через пару дней, когда Мэрил в очередной раз вышла из комнаты, дабы отправиться на кухню и добыть там себе чего-нибудь съестного, Крис встретил ее в дверях с огромным букетов цветов. В очередной раз рассыпался в извинениях и словах любви, а также обещаниях неземного счастья и уверениях, что все будет хорошо.       Так потихоньку-помаленьку Мэрил стала выходить на контакт и уже не запиралась в спальне. То попьет с Крисом чай, то примет его приглашение на ужин, то согласится сходить в кино.       И уже через пару недель после ссоры все будто бы вернулось на круги своя. Мэрил больше не поднимала тему аборта, а Крис решил, что она переосмыслила все и теперь также, как и он сам хочет ребенка и с нетерпением ждет его появления.       Но на деле же дела обстояли не совсем так. Мэрил не то чтобы переосмыслила свое положение, а скорее приняла его как данность. Смирилась и решила — будь как будет. Она категорически не хотела ребенка, но еще больше она не хотела уходить от Криса. Но знала, что сделай она аборт, к тому же без его ведома — он ей этого не простит. Да, возможно, Крис не разорвал бы вот так сходу их отношения, не бросил бы ее, не выгнал бы из своего поместья. Но и простить бы не смог, как бы ни старался. Мэрил была уверена, что со временем Крис непременно бы отдалился, а может даже и возненавидел бы ее. И такого Мэрил не могла принять. Не хотела даже думать о том, что Крис ее не просто разлюбит, а будет ненавидеть. Пусть уж лучше она возненавидит его за то, что вынудил ее родить.       С такими вот мыслями Мэрил и решила сохранить беременность. Конечно, ни о какой беззаботности, которую возомнил себе Крис, и речи не было. Мэрил старалась вести себя обыденно, показывать Крису, что все нормально, принимала его подарки, смеялась над его шутками, шутила и сама. А у самой в душе постоянная тревога. Каждый день хотелось плакать, кричать, а может даже и что-нибудь разбить, сломать или разрушить. Чем больше становился срок беременности, тем состояние Мэрил становилось все нестабильней. Она часто закатывала истерики без повода, вспыхивая, словно глупая спичка, а после также быстро успокаивалась и лезла к Крису с нежностями и объятиями. Тот все списывал на бушующие гормоны и любое настроение Мэрил принимал с пониманием и любовью, пытаясь угодить ей во всем, утешить и приласкать.       Вот так и пролетели те месяцы.       Мэрил все лежала на кровати и в мыслях по сотому кругу мусолила сон. То болото, в котором она тонула, очень точно передавало ее собственное ощущение всего, что с ней происходит. Ей казалось, что она изо дня в день барахтается в этом болоте из тревоги, неуверенности в ближайшем будущем, злости на себя, что пошла на поводу у Криса, злости на самого Криса за то что он весь такой хороший, а на деле лжец не лучше ее самой. Куча сомнений одолевали ее каждую минуту. Мэрил напридумывала себе уже столько вариантов того, что случится с ней после родов и не унималась придумывать новые каждый божий день. Из них хороших было ничтожно мало. Но все равно где-то в душе теплилась надежда, что все это лишь ее домыслы и фантазии, и все будет хорошо. Как и обещает Крис.       — Я тут, милая, — зашел в спальню Крис, таща на вытянутых руках серебряный поднос, на котором стояла чашка чая и блюдце с печеньями. — Вот, это должно помочь успокоиться…       Он поставил на тумбочку поднос, а сам склонился над Мэрил, помогая ей сесть и подпихивая под спину подушки.       — Вино бы в этом помогло куда лучше, — поморщила носом Мэрил, принимая чашку из рук Криса.       — Ну, родная, пока тебе нельзя… — наклонил голову набок Крис и сочувствующе надул нижнюю губу. — Потерпи еще немного. Вот родится малыш и ты обязательно еще и выпьешь вина, и выкуришь сигаретку. А уж я составлю тебе компанию, — улыбнулся он.       — Ты верно не знаешь, что такое дети, — покачала головой Мэрил и сделала глоток чая. — Это же вечные крики, бессонные ночи и нескончаемые пеленки да соски. Какое уж там вино, Крис?       — Мэрил, ну а ты верно не знала, где и с кем живешь, — ухмыльнулся Крис. — Я же все-таки не нищий, да и не работяга там какой-нибудь, вкалывающий на фабрике за гроши. Мы можем себе позволить то, что далеко не каждая семья в Британии себе позволяет. У нас будет няня, которая будет во всем тебе помогать, а когда надо, то возьмет все хлопоты с малышом на себя полностью, а мы с тобой вырвемся на денек-другой отдохнуть, куда-нибудь за город, где будем только ты и я. Проведем время вдвоем, как мы всегда любили это делать, ты отдохнешь от материнства и побудешь просто любящей и любимой женщиной. А уж потом, с новыми силами, вернешься к нашему малышу.       — Няня? — нахмурилась Мэрил. — То есть ты считаешь, что я не справлюсь с ролью матери и мне непременно нужна будет помощница в виде няни?       — Что ты! — положил ладонь на грудь Кристофер. — Я совсем не о том говорю. Быть мамой, да и вообще родителем — это очень и очень сложно. И всем бывает нужен отдых. Няня будет у нас только для того, чтобы мы могли дать себе передышку, если ты не хочешь, чтобы она была у нас на постоянной основе. А так я и сам буду тебе во всем помогать, мне это только в радость…       — То есть она не будет нашей постоянной няней, а будет просто приходить и сидеть с ребенком, когда нам захочется просто от него отдохнуть? — не унималась вредничать Мэрил. — Я не согласна вот так доверять ребенка какой-то непонятной пришлой бляди!       — Ну тогда можем доверять его Альфреду… — пожал плечами Крис.       — Альфреду! Еще лучше! — возмутилась Мэрил, всплеснув руками и едва не расплескав чай на одеяло.       — Так, милая, подожди-подожди… — взял ее за плечи Кристофер и посмотрел в глаза. — Ты опять начинаешь нервничать и беспокоиться. Давай мы отложим этот вопрос и решим его тогда, когда придет время. И сделаем все ровно так, как захочешь этого ты. Хорошо?       — Хорошо, — процедила Мэрил. — Будет видно…       Она вздохнула и отхлебнула чая. Крис прав, надо как-то постараться успокоиться и не накручивать себя по пустякам. Ибо Мэрил и самой совершенно не хотелось снова довести себя до истерики. А то ведь за окном глубокая ночь, надо бы еще поспать. А учини она сейчас скандал, всем будет не до сна.       — Кстати, — снова заговорил Крис, решив перевести тему. — Кто такой Джейк? Ты кричала это имя перед тем, как проснуться.       Мэрил уставилась на него растерянным взглядом, не зная, что ответить.       — Если это кто-то из твоих бывших, то можешь не рассказывать, если не хочешь, — замотал ладонями Кристофер. — Если это что-то такое… Личное… То я не в обиде, это ведь всего лишь сон, и никто не может их контролировать…       — О чем ты? — пуще прежнего нахмурилась Мэрил.       — Ну… Я слышал, что у беременных из-за гормонального всплеска часто бывает повышенное желание… — начал было Крис.       — То есть хочешь сказать, что во сне я с кем-то ебалась? — вкрадчиво спросила Мэрил.       — Даже если так, то я не против… — выставил ладони перед собой Крис. — Это все гормоны, да и к тому же все это просто сон. Какое это имеет значение?       — Ты идиот? — взвизгнула Мэрил. — Ты же видел, что это был кошмар! Или что мне там по-твоему снилось, а?       — Мэрил, родная, не злись, — попытался успокоить ее Крис. — Я просто предположил. Ну дурак, ляпнул, не подумав. Конечно, это был кошмар, я же видел в каком состоянии ты проснулась… Прости, сам не понял, что сказал…       Мэрил хмуро взглянула на него, фыркнула и снова отпила чаю.       — Так кто этот Джейк? — продолжил Крис.       — Не знаю, — коротко буркнула Мэрил. — Никто. Я не помню толком, что мне снилось. Никакого Джейка я не знаю, так что это просто имя.       — А, ну ладно, — беззаботно пожал плечами Крис. — Скушай печеньку, — взял он с блюдца печенье и протянул Мэрил.       Мэрил то ли недовольно, то ли раздраженно вздохнула, но печенье взяла. Откусила, запила чаем и стала жевать, о чем-то задумавшись.       — Кстати, ты даже и не обратила внимания, что я вчера достал люльку для нашего малыша, — развернулся Крис к окну и указал ладонью на старинную деревянную люльку с резными бортиками. — Ее выстругал еще мой прадед для моего деда. Потом дед, правда, столкнулся с проблемой, когда у него родилась двойня… Одной люльки не хватало, а вторую выстругать у деда руки не доходили…       — Крис, — перебила его Мэрил, совершенно не желая слушать все эти древние истории. — А как тебе имя Джейк?       — Ну… — сбился с толку Крис. — Имя как имя.       — Если у нас вдруг родится мальчик, может назовем его Джейком? — спросила Мэрил.       — Родная, когда родится наш сын, мы назовем его Том, — мило улыбнулся Крис, погладив Мэрил по щеке. — Такова традиция моих предков, могу ли я ее нарушать?       — Твоих предков может и да, но не моих, — покривила лицом Мэрил. — Мы с тобой даже и не женаты, чтобы я относилась каким-то образом к твоей семье и соблюдала их традиции. А ребенок наш общий, почему мы должны называть его исходя из этих ваших традиций?       — Ну традиции придумывал не я, не мне их и нарушать, — развел ладонями Крис.       — Значит я их нарушу, мне эти традиции — по боку, — всплеснула руками Мэрил.       — Милая, ну я тебя прошу, ну зачем ты начинаешь? — пытался держать спокойствие Крис. — Ты же знаешь, как для меня все это важно. Я рассказывал тебе обо всем этом еще как только ты приехала сюда, в поместье.       — И что? — возмутилась Мэрил. — Для меня это тоже, может быть, важно! Почему нет? Почему мне не должно быть важно имя нашего ребенка?       — Но ты предлагаешь назвать его Джейком! Именем, которое для тебя совершенно ничего и не значит! — слегка обиженно заговорил Крис. — Ты ведь только что сказала, что не знаешь ни одного Джейка, что это просто какое-то имя для тебя. А теперь уже настаиваешь назвать так нашего сына. Зная, как важно для меня назвать его Томом.       — Ладно, а если будет дочь? — отставила чашку на тумбочку Мэрил и недовольно скрестила руки на груди.       — Если будет дочь, то можешь выбрать имя, какое захочешь, — положил ладонь ей на колено Крис.       — То есть тебе как бы и все равно? — не унималась Мэрил. — На дочь тебе в принципе и плевать! Как бы я ее ни назвала — тебе похую!       — Мэрил, ну зачем ты утрируешь? — помотал головой Крис. — Конечно мне не все равно. Просто я готов тебе уступить имя девочки, чтобы ты уступила мне имя мальчика.       Мэрил возмущенно цокнула и подкатила глаза.       — Ко всему прочему я просто уверен, что у нас родится сын, — продолжил молоть хуйню Крис, вместо того, чтобы замолчать в нужный момент.       — С хуя ли? — злобно уставилась на него Мэрил.       — Ну просто вот чую это сердцем, — положила ладонь на грудь Крис. — К тому же уже много поколений в нашем роду рождаются мальчики. Почему на мне должно быть исключение?       — Я даже не стану пытаться тебе объяснять, как все это работает, — закрыла глаза Мэрил и пренебрежительно махнула рукой в сторону Криса. — Но выходит что? Ты уверен, что родится сын, и поэтому готов дать мне право выбрать имя дочери?       — Ну да, — развел руками Крис, не понимая, в чем он не прав.       — Ты охуел? — взорвалась Мэрил.       Крис охуевше округлил глаза, не ожидая такой реакции.       — Нет, Крис, я спрашиваю! Ты охуел? — вскочила с кровати Мэрил. — Или тебя называть Том? Это имя ведь так важно для тебя! Так какого хуя ты тогда зовешься Крисом? А, Том?       — Мэрил, милая, я прошу, успокойся, — вытянул руки Крис. — Тебе нельзя нервничать. Зачем ты так себя накручиваешь? Из-за какой-то чепухи к тому же. Просто из-за имени…       — Ах, просто из-за имени? — пуще прежнего завизжала Мэрил. — Ну так если это просто имя, то тогда дай мне его выбрать. Если все это ерунда и не важно!       — Мэрил, тише, тише… — стал опускать-поднимать ладони Крис.       — Я не буду молчать! Надоело! — совсем распсиховалась Мэрил. — Мальчик, мальчик! Том, Том! Такое чувство, что ты будто помешался на всем этом! Не может быть иначе, будет только мальчик, — даунски пробасила она, как бы изображая Криса. — А вот родится девочка и что? Куда денешь весь тот хлам, что уже успел накупить? — махнула она в сторону комода, где уже нет-нет да накапливались милые детские вещички, что порой покупал Крис.       — Я покупаю это, чтобы порадовать тебя, — положил ладонь на грудную клетку Кристофер. — Это ведь так мило! Так трепетно! Просто хочу тебя порадовать, чтоб ты расслабилась…       — Это не расслабляет меня — бесит! — хлопнула ладонью по кровати Мэрил. — Как бесишь меня сейчас и ты, со своим Томом! — толкнула она его со всей силы в плечо.       — Мэрил, прекрати пожалуйста, — попросил Крис, нелепо упав с кровати.       — Уйди, — махнула ладонью в его сторону Мэрил, не оборачиваясь.       — В смысле уйти? Куда? — нахмурился он, поднимаясь с пола.       — Уйди на хуй отсюда, я тебя прошу, — закрыла ладонями лицо Мэрил и помотала головой. — Дай мне побыть одной.       — Нет уж, прости, — нахмурился Крис. — Я не могу оставить тебя в таком состоянии одну.       — Да уйди ж ты на хуй! — взвизгнула Мэрил, ударив ладонями по кровати.       — Все-все! Я ухожу! — выставил ладони Крис и стал отступать к выходу. — Но вдруг, если что-то будет нужно — сразу зови! Я буду в соседней комнате, милая, любимая Мэрил. Ты главное успокойся, главное не нервничай. Ты же делаешь хуже не только себе, но и ребеночку…       — Уйди! — закричала Мэрил, зажмурившись.       Крис подпрыгнул и, решив больше не бесить ее, вышмыгнул за дверь.       — Сука… — протянула Мэрил, с психом смахнув серебряный поднос с тумбочки на пол.       Тот с грохотом ударился о паркет, чашка и блюдце вдребезги разбились, по полу расплескался чай и рассыпались крошки от печенья.       — Как же все это достало, — тяжело вздохнула Мэрил, откинувшись на спину.       Закрыла глаза и медленно, глубоко задышала, дабы успокоиться.       Из головы никак не уходил приснившийся кошмар. А Крис только подкрепил переживания и волнения Мэрил, устроив в очередной раз весь этот цирк с именем. Такое чувство, что родись этот ребенок, все их чувства пропадут, как и ни было. Да, кажется, они уже стали не на шутку угасать, и все только из-за этой нахуй не нужной Мэрил беременности!       Если родится мальчик, то это точно будет провал. Мэрил это не просто чувствовала — знала своей ученой головой.       Прошла только половина срока! Как еще прожить столько же в неведении, надеясь, что родится дочь и Крис прекратит свое помешательство о наследнике? Хоть бы у нее родилась девочка, хоть бы девочка! С ней не должно бы было возникнуть проблем. В отличие от мальчика, что заберет все внимание Криса себе, и тот и думать забудет о какой-то там Мэрил.       И хоть несколько раз Мэрил пробовала посмотреть на пол ребенка, используя свое феноменальное рентгеновское зрение, этого сделать ну никак не удавалось! Мало того, что срок был маленьким, ребенок будто чувствовал на себе пристальный, изучающий взгляд матери и всячески пытался скрыться от него. Отворачивался, зажимал ноги, делал что угодно, чтоб мать не лезла в личное пространство!       Может, в этот раз все получится?       Мэрил присела в кровати, положила ладони на округлый живот и нахмурилась. Через несколько секунд рассмотрела плод, что был размером с большую такую грушу.       — Ну же, покажи, кто ты, — сказала Мэрил, пристально пытаясь рассмотреть пол.       Ребенок закопошился и стал крутиться, пытаясь спрятаться от строго взгляда Мэрил.       — Хватит, повернись нормально, — раздраженно прошептала Мэрил, похлопав по животу ладонью.       Но малыш, видимо, испугавшись такого вторжения в личное пространство, продолжал пытаться скрыться от Мэрил.       — Это просто бесполезно, — выдохнула Мэрил, подняв взгляд к потолку. — Ладно, может, получится в следующий раз.       Мэрил пролежала несколько минут и, осознав, что уснуть больше не удастся, вдруг поняла, что проголодалась. Но время было еще слишком ранним, наверняка кухара еще не то что не приготовили завтрак — даже и не проснулись! Конечно, можно было бы спуститься на кухню самой и приготовить что-нибудь на скорую руку, но было слишком впадлу куда-то идти, что-то делать. Да и вообще на все это не было настроения.       — Крииис! — громко крикнула Мэрил. — Крис, подойди!       Через полминуты дверь в спальню распахнулась.       — Любимая, ты звала? — заглянул в комнату Кристофер. — Что-то хочешь? Кушать? Чаю? Сделать тебе массаж?       — Проголодалась, — кивнула Мэрил.       — Сейчас, сейчас что-нибудь принесу! — засуетился Крис и вышмыгнул за дверь, радуясь тому, что Мэрил, кажется, отошла и больше на него не злится! Ох уж эти гормоны!       — А с тобой мы еще разберемся, — сказала Мэрил, выставив на живот указательный палец.