Двойное есть Молчанье в наших днях

      Прошлая ночь далась Эриху нелегко. После долгого задушевного разговора с Аделиндой, подросток долго метался в постели, не в силах уснуть. Ему всё казалось, что он теряет время впустую, что нужно открыться перед отцом, рассказать откуда он, как попал сюда. Понадеяться, что тот решит его проблему, как делал в детстве. На этих мыслях поток размышлений стопорился, и он начинал гнать эти мысли по кругу. Рассказать, довериться, ждать помощи. Всё было не то. Кто он для винодела? С чего вдруг тот поверит? Зачем ему взваливать на себя тяготы неизвестного мальчишки, представившегося его сыном? Полный бред. Он не маленький мальчик, должен действовать сам. Но где-то глубоко в душе он всё ещё рассчитывал, что отец погладит по голове, скажет «всё хорошо» и всё действительно станет хорошо. Что на утро он проснётся в своей постели, что в кровать с разбегу запрыгнет сестра, отец пожелает лёгкой дорогой, когда он после завтрака отправится в гильдию приключений за заданиями, а Аделинда сунет втихаря свёрток с гренками на обед.       Ранний подъём был вынужденным. Провалившись в сон без сновидений, Эрих проснулся с первыми лучами солнца. Решения как такового не было, но поговорить с Дилюком он всё-таки хотел. Будь что будет.       Как всегда великолепный завтрак от Аделинды скрасил мрачный недосып, и юноша даже стал держаться увереннее, подбадривая себя. Винодел сидел по правую руку, молча допивая свой чай. Он словно был задумчив, апатичен ко всему вокруг. К сожалению или к счастью, Эрих был намерен прервать его утреннюю меланхолию. — Я хотел бы поговорить с Вами, — решился начать разговор он. Пальцы сильно сжимали чайную ложку, выдавая волнение. Рагнвиндр старший поднял на него глаза, ничуть не выдавая удивления. — Можем пройти в мой кабинет, поговорим в тихой обстановке, — ответили ему, явно намекая, что ожидают каких-то важных сведений, в которые снующих тут и там горничных лучше не посвящать. Эрих согласно кивнул, вставая из-за стола следом за отцом.       Они поднялись на второй этаж, прошли по коридору, к довольно неприметной двери. Личный кабинет хозяина поместья, в котором он ведёт свои дела. Эрих бывал в нём не так уж и часто. Будучи подвижным ребёнком, ему часто напоминали, что в этой комнате важные бумаги, которые нельзя портить. Горничные особенно пристально следили именно за этой дверью, стоило юному наследнику появиться на втором этаже без сопровождения родителей.       А сейчас его пропускали вперёд, указывая на удобное кресло возле письменного стола. Ощущения были странные, словно он резко стал взрослым и пришёл подписывать с винокурней очередной контракт на поставку чего бы то ни было.       Пока Эрих ловил диссонанс, Дилюк прошёл к столу, присаживаясь. Мимоходом заметил лежащие на столешнице письма, что перечитывал вчера. Собрал, аккуратно перевязывая бечёвкой, и убрал в верхний ящик стола, теперь полностью сосредоточенный на мальчике перед собой. — Итак… — предложил он начать наконец беседу. Парень ещё больше напрягся, закусывая губу. — Я всё ещё не могу рассказать Вам всё-всё, но… — он глубоко вздохнул. Всё же разговор с Аделиндой придал ему сил и он продолжил, — Я могу рассказать откуда попал к Вам. — Это конкретная точка на карте? — заинтересовался Дилюк, складывая руки в замок. — Верно, — кивнул мальчик и вопросительно посмотрел на Рагнвиндра, после переведя глаза на висящую на одной из стен, карту страны Свободы. Винодел пригласил его кивком, и подросток подошёл к ней, указывая пальцем на восточный мыс. — Я пришёл, если можно так сказать, отсюда, — обернулся он на Дилюка, с волнением отслеживая изменения в мимике после его слов. Отца из этого времени было трудно читать, он почти не проявлял эмоции, но всё, что он успел заметить был лишь интерес, а потому продолжил говорить, — Я вышел из ворот этого храма, потом пошёл на запад, — повёл он пальцем вслед словам, останавливаясь на обозначении стоянки перед Хребтом, — Увидел город и решил идти к нему. Но не дошёл, — нервно улыбнулся он, — Встретил Вас, — немного неловко закончил он, опуская руку.       Дилюк задумчиво откинулся в кресле, глазами прослеживая нарисованный только что маршрут. Не похоже, что парень лжёт. Скорее недоговаривает, однако, об этом он сам же честно и предупредил. — Хорошо, — кивнул он задумчиво, — Тебе нужно попасть к храму, чтобы вернуться обратно, — скорее утвердительно говорит винодел. — Я не уверен, но господин Альбедо скорее всего тоже пойдёт туда. Мы оба не знаем как мне вернуться, но он говорил, что у него уже были мысли как помочь, — переминался парень с ноги на ногу. — В таком случае, мы тоже пойдём туда, — решительно произнёс Рагнвиндр, вставая из-за стола, — Всегда есть шанс, что ты увидишь или найдёшь то, что поможет вернуться. Да и не дело бросать всё на алхимика.       Эрих на это лишь кивнул, соглашаясь. — В таком случае, собирайся, — скомандовал Дилюк, выпуская подростка из кабинета, а сам закрыл дверь, чтобы после пойти дальше по коридору. Эрих выдохнул, провожая отца взглядом. Кажется, всё прошло не так уж плохо.

✦✦✦

      Который день стояла прекрасная морозная погода. Солнце слепило глаза, отражаясь от вечных снегов. За пределами лаборатории-стоянки было очень светло, когда как в его убежище практически всегда горели свечи.       Нигредо заканчивал писать наблюдения за новой стоянкой хиличурлов неподалёку, когда на плечо села голубка. Ворча ему на ухо, она пыталась привлечь внимание к записке, прикреплённой к лапе. Алхимик, недовольный тем, что его прервали, снял птицу с себя. Стянув рукавицу, принялся отматывать хорошо закреплённое послание, поминая Бездну вслух. Отпустив наконец голубя, развернул бумажную трубочку, вчитываясь в короткое послание. И на такие новости сразу же захотелось ответить именно что «посланием». Напрочь забыв про вновь пришедших в активность хиличурлов, алхимик спешил к лагерю.       Быстро подошёл к столу, заваленному всевозможными свитками, бумагами и стеклянными колбами, просто смахивая всё на пол. Оторвав кусок листа, спешно написал ответ, прикрепил к воркующей голубке и отпустил ту в сторону города. Пара листов бумаги, чернила, перо, карандаш, пара книг из Академии Сумеру — всё, что он закинул в холщовый мешок, спеша как можно быстрее выдвинуться к Храму Орла.       Идя снежной тропой, он не мог перестать ворчать на братца, который даже не потрудился толком объяснить что к чему. Хотя, признаться, словосочетание «временная аномалия» приятно отозвалась в любящей загадки голове. Кажется, Альбедо сейчас даже не было на месте. Он будет первым, кто осмотрит Храм. У него будет фора. И он ей воспользуется. Нигредо широко улыбнулся, вдыхая морозный воздух в предвкушении.       Алхимики часто соревновались в решении проблем на скорость. Своеобразный семейный досуг, если позволите. Другое дело, что достойных задач не попадалось уже очень давно и их светлые умы скучали, а тут настоящий подарок судьбы. Достойная решения тайна, которую разгадает лучший из них. Конечно Нигредо не сомневался, что это будет он.       Не чувствуя усталости, он уже преодолел укрытую снегом тропу, перебираясь в солнечную, беззаботную часть Мондштадта через мост. Тут уже стоило контролировать лицо — можно было встретить знакомых братца. Будет нехорошо, если он заставит их заподозрить что-то не то. Следовало быть аккуратным.       Мило пообщавшись с искателями, разбившими лагерь у подножия Хребта, вежливо (в духе Альбедо, разумеется) отказался от помощи готовых помочь, ссылаясь на непыльное исследование для Ордо. Едва не закатил глаза на навязчивое поведение молодого искателя, попросту сбегая.       Нет, все эти светские разговоры были ему интересны лишь с определёнными людьми. Если человек был скучен, глуп, а иногда и просто приставуч, желание разговаривать у Нигредо пропадало напрочь, а мнение о человеке падало ниже уровня подземных артерий. Он был снобом и нисколько не стеснялся это признавать. Ему, в общем-то, было плевать, что о нём подумают, но… Не стоило забывать, что он всегда прикрывался личиной брата. А его репутацию разбивать было категорически запрещено (не сказать, что он не пытался, напротив, однако Альбедо был убедителен). Вспомнив как брат вышел из себя, стоило разок показать собственный характер перед Путешественником, Нигредо поморщился.       Скалы разошлись по бокам от дороги, впереди лежало ущелье Дадаупа. Лагеря хиличурлов приходилось обходить — тратить время на разборки с племенами категорически не хотелось. Руки уже чесались погрузиться в изучение аномалий Храма, раз и навсегда доказав Альбедо, что он тут старше, умнее, а значит и главным алхимиком будет он, Нигредо. И теперь младший должен отсиживаться на Хребте, пока алхимик творит великие дела в Ордо.       Злобный план, засмеялся про себя Нигредо, помотав головой. Как раз в духе злобного двойника всеми любимого алхимика. Нет, он не настолько шаблонный злодей. Его даже злодеем не назовёшь.       Храм показался из-за деревьев, стоило тропке вильнуть. Старый, скрытый подлеском, он уже давно не выполнял свою главную функцию — служение мессы Барбатоса, а был тихо заброшен под сенью древесных гигантов. Нигредо подошёл к тёмному камню, положив ладонь на высокие врата. Кое-где пророс мох, питаемый влажностью, доносимой с моря. Оторвав мешающую зелень, алхимик принялся за работу, осматривая здание сначала обычным зрением, затем элементальным. Ничего странного не заметив, хотел было толкнуть сворки и приняться за изучение интерьера, но был остановлен окриком сзади.       «Прелестно! Просто, блять, прелестно!», негодовал про себя Нигредо, но лицо сдержал, оборачиваясь.       На дороге, по которой он сам недавно ступал к Храму, стояли двое. Удивительно похожие друг на друга. Нигредо сощурился, тут же одёргивая себя. За Альбедо такой привычки не водилось. Путники же приближались к нему, явно горя желанием пообщаться. В одном из них он тут же опознал местного винодела тире Полуночного героя (младший алхимик как-то поделился с ним занимательной историей жизни этого человека, не сказать, что было скучно слушать все хитросплетения его «судьбы»), второй, более юный на вид, был ему не знаком, но отчего-то в голове Нигредо тут же пробежала мысль о возможном родстве с господином Рагнвиндром.       «Бездна, он слишком пристально на меня смотрит», заинтригованно размышлял алхимик. Наконец, путники подошли достаточно близко, чтобы начать диалог, слово сразу взял мастер Дилюк. — Быстро Вы уладили дела в Ордо, — нейтральным тоном завёл беседу винодел, осматривая Нигредо, пока тот с неудовольствием осознавал во что вляпался. Да они же недавно видели его братца! И как теперь выкручиваться?       Но не успел он и рта раскрыть, как беседу подхватил незнакомый юноша, немного нервно отвечая: — Господин Альбедо был очень заинтересован в этом деле, не удивительно, что оказался на месте раньше нас.       Его нервозность отметил не только алхимик, господин Рагнвиндр тоже покосился на паренька, но ничего не ответил. Нигредо же пытался понять во что его втянули. По всей видимости, перед ним та самая «находка», о которой упоминал Альбедо в послании. — Само собой. Это дело не терпит отлагательств, — кивнул с важным видом алхимик, напуская на себя вид стойкой уверенности в себе, в своих силах, в своих методах…       Стараясь не терять сосредоточенного выражения лица, с озабоченным видом принялся за дело. Створки Храма вновь оказались под пристальным его вниманием. Всё так же ничего особенного не обнаружив (остаточная магия анемо не в счёт, её вокруг каждого Храма полно), решил двигаться по намеченному плану, а значит время переходить к осмотру помещений древнего сооружения. — Вы планируете зайти внутрь? — нахмуренные брови винодела чувствовались даже затылком. — Это необходимость, — кивнул Нигредо, не отвлекаясь от замка на вратах, — Мне нужно осмотреть место… — он запнулся, косясь на всё ещё незнакомого юношу. Тот верно понял заминку, тут же подсказывая. — Возникновения? — он неловко пригладил волосы, — Я тоже не знаю, как это назвать. В один момент я переместился. Зашёл в этот Храм, вышел отсюда же, — развёл он руками виновато.       Нигредо подумал, что парень неплох, так быстро сориентировал его в происходящем. Створки тем временем со скрипом поддались, впуская странную компанию внутрь.       Как и все Храмы в Мондштадте, этот искажал пространство — снаружи выглядел небольшим, аккуратным зданием, оказываясь внутри колоссальных размеров замком, не меньше. Длинный коридор уходил вглубь, спускаясь каменной лестницей под землю. Сквозь дырявый потолок пробивалось солнце, освещая путь на каком-то расстоянии, дальше каменная кишка тонула в непроглядном мраке. Все держатели для факелов были пусты — за Храмом давно не ухаживали. По стенам бежал тёмно-зелёный плющ, живущий за счёт крох света, падающих с потолка, да сырости под ногами.       Они спускались в молчании. Алхимик впереди, внимательно приглядывающийся к каждой мелочи, а двое новоприбывших шагали сзади, стараясь не отвлекать «Альбедо». Периодически они останавливались, когда алхимику требовалось осмотреть стену, надпись на потолке или ещё что-нибудь столько «потрясающе интересное». Стоило отойти подальше от света, мастер Дилюк озаботился освещением — поднял с пола какой-то глиняный черепок, усаживая на дно бывшей, должно быть, вазы, небольшой шар огня, что сотворил буквально из воздуха. Нехитрую конструкцию он передал Нигредо, пока сам удерживал похожий шар прямо на ладони. Юноша восхищённо смотрел на спокойно держащую огонь руку. Алхимик в это время раздумывал как бы расспросить парнишку, не вызвав лишних подозрений. В голове прокручивались карты Храма, и хорошая идея не замедлила появиться. Обернувшись на один из боковых проходов, он поинтересовался у паренька, умоляя про себя всех богов и Селестию до кучи чтобы он не оказался идиотом и верно понял намёк. — Насколько я помню, ты говорил об этом проходе, — чуть приподняв бровь, указал он в тёмный коридор позади себя.       Парень застыл на мгновение, как вдруг активно закивал, подтверждая только что приписанные себе же слова. — Верно, я шёл этим путём, — слишком возбуждённо затараторил. — Тогда мне повезло, что Вы присоединились, мастер, — посмотрел алхимик на стоящего поодаль Дилюка, — Следующий зал не пройти с этой стороны без помощи извне. — В чём заключается моя помощь? — сразу перешёл к делу Рагнвиндр.       Алхимик указал на углубления в каменной стене, поднося импровизированный светильник ближе, чтобы все смогли рассмотреть. Небольшая ниша повторяла очертания ладони правой руки. — У Вас есть Глаз Бога, это будет как раз кстати. Как только мы зайдём внутрь, эта стена сомкнётся и обратно мы уже не выйдем. Ровно через пол часа Вы должны приложить сюда руку, запуская в камень небольшой элементальный импульс. Только так стена вернётся на своё место, а мы сможем покинуть эту часть Храма, не делая крюк через восточные коридоры, — и, словно добивая аргументом в споре, закончил, — Это сэкономит нам большое количество времени, мастер.       Дилюк всё это время стоял с нахмуренными бровями, явно не желая отпускать мальчишку одного (алхимик не считается, он человек науки, увлечётся, а Эрих опять попадёт в беду). Но доводы Альбедо выглядели убедительно и спорить тут было не о чем.       Получив утвердительный кивок, Нигредо махнул юноше, говоря следовать за собой. Стоило им ступить за невидимую черту, как всё произошло в точности как он и сказал — коридор сзади оборвался, скрытый потайным механизмом — фальшстеной.       Едва алхимик открыл рот, чтобы в непринуждённой беседе выведать необходимую информацию, не вызвав подозрений у подростка, как его грубо схватили за запястье свободной руки, быстро потащив в самое сердце хитро сплетённых коридоров. Нигредо натурально опешил. Лишь спустя мгновение он опомнился и вырвался из крепкого захвата, но они уже успели буквально пробежать парочку залов, оставляя стену-выход далеко позади. — И что это, Бездна возьми…       Но его яростную тираду не дали завершить, всё таким же наглым образом прервав на полуслове. — Меня зовут Эрих, я попал сюда через этот Храм из будущего. До этого мы с… мастером Дилюком, — небольшая заминка перед именем, интересно, — Виделись с твоим братом, тогда я рассказал ему то же самое, что сейчас расскажу тебе, — «твоим братом» резко обожгло внутренности, заставляя отскочить от мальчишки на шаг назад, — Да послушай сначала, потом устроишь скандал! — взмахнул руками парень. — Я знаю, что это ты, Нигредо, — назвавшийся Эрихом выставил руки перед собой в успокаивающем жесте, — Альбедо щурится только когда засыпает, — нервно хохотнул подросток. — Ублюдок, посмел рассказать про меня, — зло прошипел алхимик, не веря, что брат нарушил собственный уговор, — Кто ты, Бездна возьми, такой? — Да никто мне не рассказывал, — устало взъерошил волосы Эрих, — Послушай с самого начала.       Он снова вздохнул, принявшись расхаживать из угла в угол, и не останавливаясь ни на секунду, рассказывал. О перемещении. О том, как сначала пошёл к Хребту. О том, как встретил возле города родителей… — Кого? — залился смехом Нигредо, — Серьёзно? Они вытащили головы из… — он на мгновение замолчал, — Кхм. Они что, смогли наконец нормально поговорить и решить свои «нерешаемые проблемы»?       Было странно видеть перед собой результат союза людей, которые сейчас едва здоровались друг с другом. Но глаза не могли его обманывать — у парня явно каэнрийские звёзды-глаза, а благородного цвета шевелюра не оставляла никаких размышлений на счёт персоны второго родителя. — И что же, они радостно побежали возвращать домой сыночка? Почему тогда капитана здесь нет? — Нигредо тут же замотал рукой, — Нет, не говори, я сам.       Расхаживая по небольшому помещению, в котором они сейчас устроили мозговой штурм, алхимик бормотал себе под нос, иногда недовольно вскрикивая что-то из разряда «Нонсенс!». Эрих подумал, что у него дежавю. С той лишь разницей, что Альбедо переживал свои размышления внутри себя, озвучивая только конечный результат наблюдений, а Нигредо напротив, активно жестикулировал, не переставая шептать только ему ведомые фразы. Наконец, алхимик довольно прищёлкнул пальцами, оглашая свою версию: — Они не знают! — торжественно произнёс он, получив подтверждение, кивнул сам себе, — Точно. Теперь ясно почему ты молчал при нём. Альберих тоже не в курсе? — Эрих подтвердил и это, попутно отмечая, что привычка не называть отца по имени у Нигредо зародилась задолго до его, простите за каламбур, рождения.       Алхимик, довольный собой, прошёл ещё пару кругов, наконец остановившись. Внимательно осмотрел Эриха, придвигаясь. — А обо мне тебе что известно? — настороженно спросил он.       Подросток почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Этот взгляд был ему знаком. Сейчас начнётся настоящий допрос, уж куда там придирчивому опросу отца. — Для начала, — примирительно выставил он руку вперёд, — О тебе я знаю сколько себя помню. Даже могу утверждать, что мы знакомы с рождения. Моего, разумеется.       Нигредо выглядел заинтригованным. — И что же, я в будущем живу свою лучшую жизнь? Отдельно от «брата»? — обозначил он в воздухе саркастичные скобки. — Нууу, — неуверенно протянул Эрих, не зная, что рассказывать можно, а о чём стоило бы умолчать, — Альбедо просил не рассказывать о будущем, чтобы ненароком его не… — Опять! — развёл алхимик руками, — Есть хоть что-то, куда он не влез со своими советами? — Могу сказать одно, — чуть хмурясь (совсем как Дилюк, отметил Нигредо про себя) сказал парень, — В будущем у вас гораздо более… человечные отношения, — неуверенно подытожил он.       Алхимик застыл на мгновение. Усмехнулся, отворачиваясь к противоположной стене, что-то высматривая. — И знать не хочу, — отрезал он.       Эрих вздохнул. Это будет довольно травмирующе. Насколько он понял из разговоров, Путешественник уже был с ними знаком, но ещё не покинул Тейват, к большому сожалению «братьев».       Рука сама потянулась по лбу, от напряжённых размышлений заломило виски. Он и в передрягу эту попал лишь бы узнать об этом Путешественнике побольше. И вот, перед ним стоял Нигредо, которого можно было бы спросить, но все эти вопросы неизбежно натолкнут алхимика на ненужные размышления. А Альбедо предупреждал, что знание будущего опасно. Но нужно решаться. — Не подумай ничего, — осторожно начал Эрих, — Но ты не знаешь, где сейчас… Путешественник?       Нигредо удивлённо уставился на него. Выдавил из себя смешок, махнул рукой, говоря следовать за собой. И уже идя по коридору, к залу, который и перенёс подростка черт знает когда, всё же ответил. — Он так часто оказывается в самых отдалённых уголках Тейвата, что сама Бездна знает где его искать, — хохотнул, убирая падающую на глаза чёлку, — А может даже в самой Бездне. — И что, он не присылает вам писем? — прощупывал Эрих почву, прекрасно зная, что письма есть наверняка, он сам их видел на столе старшего алхимика. Аккуратно свёрнутые в тугие свитки, они не раз перечитывались, а рассказы из них были у маленького Эриха самой любимой сказкой на ночь, пока он оставался на Хребте под присмотром алхимиков. — Всё-то ты знаешь, — недовольно прицокнул языком Нигредо, заворачивая направо, — Последнее письмо пришло совсем недавно, кажется, он сейчас на пути в Фонтейн. Хотя мне нет до него дела.       Эрих улыбнулся. Через полгода фестиваль ветряных цветов, на который Путешественник обязательно приедет. Он знал, что Нигредо ужасно скучает, но никогда не признается в этом. События одной зимней ночи ярко пробежали перед глазами.

✦✦✦

      Метель завывала третьи сутки. Выйти за пределы лагеря не представлялось возможным. Маленький Эрих с «дядями» сидел возле костра в ожидании ужина. Очередной порыв ветра налетел с ужасающей силой, заметая в пещеру, которую облюбовали алхимики, очередную порцию колючего снега, что под действием температуры быстро превратилась в лужу на каменном полу. Альбедо покачал головой, медленно мешая поспевающий ужин. Эрих вытянул голову, заглядывая в котёл. Снова рыба. Не стоило и удивляться, дядя очень любил готовить именно её. Да и другой пищи особо не было. Разве что вяленое мясо, которое Эрих не очень-то и любил. Нигредо по обыкновению ворчал, сидя в своём углу. Прислонившись спиной к книжному шкафу, он иногда морщился, поджимая губы. Сегодня он был особенно неразговорчив и хмур. Эрих без особой надобности не заговаривал с ним, стараясь не отвлекать. От чего бы то ни было.       Наконец, Альбедо ударил поварёшкой по котелку особенно громко, объявив, что ужин готов. Эрих с предвкушающей улыбкой отправился за посудой. А когда вернулся, заметил, что Нигредо в пещере не оказалось. Альбедо же, словно переняв привычку брата, сидел у огня с меланхоличной отрешённостью.       Обеспокоенный отсутствием дяди, мальчик осторожно поставил посуду на стол, подходя к алхимику. — А где Нигредо? — неуверенно спросил он, оглядываясь. Не выбежал же он на улицу в такую метель, в самом деле?       Альбедо задумчиво посмотрел на ребёнка, не зная, с чего начать. Усадил возле себя, поправляя на мальчишке тёплый вязаный свитер. Дав себе небольшую передышку, всё же начал рассказ: — Видишь ли, сегодня немного грустный день, — алхимик словно обдумывал сказанное, не спеша с пояснениями, — Именно в этот день, много лет назад один человек, что был дорог и мне, и Нигредо, ушёл. — Ушёл? — удивлённо переспросил Эрих. Он ещё не понимал, что такое долгая разлука. Но в голове всплыла подсказка — я же тоже скучаю по родителям, если они задерживаются на заданиях. Мальчик понятливо кивнул, — Он уехал далеко-далеко? Как родители? — Альбедо грустно улыбнулся. Дальше, куда дальше пределов фальшивого неба, думал он, но Эрих не сдавался. Детский оптимизм не знает границ, поэтому мальчик решил утешить дядю, — Не переживай, мои родители скоро вернутся. Думаю, ваш друг тоже приедет вас навестить.       Алхимик мог только грустно покачать головой, но в ту ночь он так и не решился сказать правду. Лишь пару лет спустя, застав Нигредо в меланхоличной задумчивости на краю обрыва, Эрих узнал, что тот самый Итэр уже не вернётся.       «Никогда. Вознёсся и следит за нами с облачка. Чёртов божок», — пронеслись в голове полные печали слова старшего алхимика. Эрих тогда не понял. Пришлось спрашивать у отца.       «Да, так и есть, — устало вздохнул Кэйя, — Прилетел в Тейват. Сестру искал. Очень помог нашему городу в своё время. А затем нашёл её и отправился в Селестию». Видя удивление сына, каэнриец засмеялся.       «Да, в ту самую, что высоко в небе. Уж не знаю, что там произошло, но с тех пор ни его, ни его сестры мы не видели, — видя расстроенное лицо сына, Кэйя продолжил, — Только вот на небе по ночам теперь вовсе не одна луна, верно?».       Эрих помнил свой восторг от осознания этой простой истины. Три луны. На небе всегда, сколько он себя помнил, было три луны. Отец тогда серьёзно сказал, что, когда он был в его возрасте, на небе была лишь одна. Одна! А теперь целых три!       С тех пор его главной целью в жизни было, ни много ни мало, вернуть одну из лун на землю.       Он ради этого зачитывался книгами в библиотеке тётушки Лизы.       Он ради этого просил родителей научить его сражаться.       Он ради этого пошёл в искатели приключений, в конце концов.       А теперь оказался здесь. В Тейвате, в котором всего одна луна.