We are true...
30 июня 2024 г., 04:51
Следующий день. 20:12
Намджун наконец-то выбирается из клетки, которую Юнги называет машиной. Конечно, 192 сантиметра роста и тесный салон красного Порше — сочетание так себе. Приходилось подтягивать ноги, чтобы не задеть колени о панель. И всё же, несмотря на дискомфорт, он нашёл в этой поездке что-то завораживающее. Может, дело в самой машине? Или в водителе, который явно игнорировал правила и гнал так, что альфе не нужно было пристёгиваться. Если бы Юнги затормозил, Намджун, скорее всего, вылетел бы как пробка.
— И куда ты меня притащил? — Намджун вылезает из машины и хлопает дверью. Перед ним высится небоскрёб.
— Это наш офис, — спокойно говорит Юнги, бросая ключи охраннику.
— Наш? — Альфа прищуривается, указывая на здание. — Да мне нужно продать всё, чтобы купить хотя бы один этаж этого монстра.
— Ну, точнее мой, — поправляет омега с лёгкой усмешкой. — Пошли, хочу тебе кое-что показать.
— Я в шоке.
— Ты в ахуе, — спокойно добавляет Юнги, направляясь к огромным дверям.
— Эй! — Намджун вспыхивает. — Следи за выражениями!
Юнги лишь хмыкает, а затем начинает смеяться, хрипло и искренне, привлекая внимание сотрудников внизу. Улыбка омеги оказывается неожиданно заразительной, но альфа всё равно чувствует себя неловко под пристальными взглядами людей вокруг.
— Почему ты смеёшься? — бурчит он, чувствуя, как жар поднимается к щекам.
— Ты такой правильный, — фыркает Юнги. — Ну что, стоять тут будешь или пойдёшь за мной?
— Да иду я, — бурчит альфа, догоняя его возле лифта.
Омега нажимает на кнопку, и двери лифта открываются.
— Слушай, ты точно в порядке? — внезапно спрашивает Юнги, задерживая дверь.
— Чего?
— Может, ты боишься лифтов или высоты? Мне нужно знать, — он чуть склоняет голову, явно стараясь понять, что с альфой.
— Нет, всё нормально, — мягко отвечает Намджун, улыбаясь. Это тепло внутри снова вспыхивает — омега действительно заботится о нём.
Когда двери закрываются, Юнги нажимает кнопку с цифрой «100».
— Сколько тут этажей? — удивляется альфа, заметив количество кнопок.
— Сто десять. И ещё три подземных уровня — там оружейная и гараж. Но это я тебе потом покажу.
— Оружейная? — Намджун чуть приподнимает бровь.
— Это охранная фирма, — спокойно отвечает Юнги, опираясь на зеркальную стену лифта. — Легальная сторона. Мы предоставляем высококлассных телохранителей. Среди сотрудников — бывшие агенты спецслужб, даже несколько ЦРУ-шников.
— А нелегальная? — осторожно спрашивает альфа.
— Ну, скажем так, мы можем устранять проблемы. Навсегда. — Юнги пожимает плечами, словно говорит о чём-то обыденном.
— И ты этим руководишь?
— Легальной стороной — да. Я недавно принял управление, до этого был правой рукой отца. Четыре года отсутствовал — проходил обучение в Лиге убийц.
— В Лиге убийц? — Намджун ошарашенно повторяет.
— Да. Это древняя организация наёмных убийц, — спокойно отвечает омега. — Это было необходимо, чтобы доказать что я… Кхм, на своём месте.
— Понятно… — бормочет альфа, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
— Ты в ахуе? — с привычной усмешкой уточняет Юнги.
— Да, — автоматически отвечает Намджун, а затем опомнившись, вспыхивает. — Нет! Не матерись!
Юнги смеётся так громко, что звук эхом отдаётся в кабине.
— Ты просто чудо, — мотает он головой. — Привыкай, это моя манера общения. — Он с лёгким толчком касается плеча Намджуна.
Лифт резко замедляется, и в этот момент они оба чувствуют это. Запахи — костёр с мягкими древесными нотками и металл с едва уловимой сладостью. Они смешиваются, заполняя пространство вокруг, образуя что-то новое, непередаваемое.
Юнги поднимает взгляд и встречается с глазами альфы.
— Ты тоже чувствуешь это? — шёпотом спрашивает он.
Намджун едва заметно кивает, снова вдыхая смесь их запахов. Это что-то необъяснимое, но тёплое и родное.
— Истинность, — тихо добавляет альфа.
Они стоят молча, не в силах отвести взгляд друг от друга.
— Намджун, — Сокджин, едва увидев альфу, тепло улыбнулся.
Его всегда привлекали такие, как этот гибрид: внешне грозные, закрытые, с барьером между собой и остальными. Но в Намджуне читалась глубина, что-то необъяснимое, что обычным людям было трудно понять.
— Здравствуйте, — альфа коротко кивнул в знак приветствия.
— Как ты, Намджун? — Сокджин подстроился под его шаг.
— Лучше, спасибо, что интересуетесь, — ответил альфа с уважением.
Юнги вышел вперёд, строгим взглядом окидывая тренировочный зал.
— Хён, от Кана что-то слышно?
— У него сейчас куча забот, — отозвался Сокджин, легко перенося акцент разговора. — Срыв транспортации гибридов и утечка информации копам здорово подорвали его позиции.
— Хорошо, — кивнул омега, сжимая руку в кулак. — Я нарыл кое-что о его матери. Она сейчас в приватном пансионе. Отправь туда наших людей, пусть проведают старушку.
— Окей.
Намджун напрягся. От слов Юнги по коже пробежал холодок, и сердце внутри словно сжалось.
— Юнги, ты хочешь её убить? — Он догнал омегу возле двери, крепко хватая его за руку.
Юнги замер. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы не дать волю своим инстинктам. Резкие действия альфы чуть не запустили автоматический ответ — удар.
— Что? — Омега поднял на него удивлённый взгляд, но в этот момент уловил запах страха.
Кровь и пепел, смешиваясь, заполняли воздух. Это было невыносимо, и всё же Юнги знал, что происходит. Намджун волновался. Не за миссис Кан, а за него.
— Нет, — покачал он головой, сглатывая раздражение. — Нет, я не собираюсь её убивать. Она — председатель компании, а Кан лишь её заместитель. Я хочу поговорить с ней и представить доказательства его плохого управления. Она помогла мне, и я уважаю её.
— То есть, ты будешь с ней просто говорить? — Альфа ещё сильнее сжал запястье Юнги, его голос дрожал, а взгляд метался от омеги к полу.
Сокджин и Тэхён стояли неподалёку, переглядываясь с ехидными улыбками.
— Намджун, я убийца, да, — Юнги сам себе кивнул, словно утверждая этот факт. — Но у меня есть принципы. Я не трогаю тех, кто этого не заслуживает.
Его карие глаза сверкают холодным блеском.
— А теперь отпусти мою руку. — Голос стал ниже, угрожающе тихим. — Иначе ударю.
Намджун мгновенно отшатнулся, словно ошпаренный, и отвёл взгляд.
— Прости…
Юнги выдохнул, и напряжение слегка отступило. Он краем глаза заметил, как альфа смотрит на тренировочный зал, где бойцы отрабатывали удары.
— Интересно? — Сокджин подошёл ближе, обращаясь к Намджуну, который внимательно следил за каждым движением тренирующихся.
— Да, — коротко кивнул альфа. — У них хорошая техника. Но…
— Они дерутся не для обезвреживания, а для уничтожения, — спокойно добавил Юнги, подходя ближе.
— Дай угадаю, ты их учил? — Альфа приподнял бровь.
— Ага. Хочешь попробовать? — Юнги усмехнулся, открывая дверь в зал. — Они не будут тебя жалеть, — предупредил омега, зная, на что способны его ученики.
— Я тоже, — улыбнулся Намджун и уверенно вошёл внутрь, разминая шею.
Как только голос Юнги разнёсся по залу, все бойцы прекратили тренировку и молча поклонились ему.
— Начнём, — спокойно сказал альфа, улыбаясь.
— Тэхён, на пару слов, — Сокджин окликнул младшего.
— Да? — младший альфа закрыл дверь в тренировочный зал, перехватив её перед самим носом одного из охранников.
— Они истинные? — бросил он взгляд на омегу, который, казалось, забыл про всё на свете, не отрывая глаз от происходящей в зале схватки между Намджуном и другим альфой, лучшим бойцом на своём потоке.
— Вроде бы, — Тэхён пожал плечами, будто это не казалось ему чем-то важным. — Юнги ничего не говорил, но… как видишь, у Намджуна появился запах.
— Понятно, — Сокджин прикрыл глаза, задумчиво почесал затылок.
— А к чему такие вопросы? Ты же не из тех, кто лезет в личную жизнь.
— Потому что мне кажется, что у нашего Феникса появился тормоз, — спокойно бросил альфа, но в ту же секунду напрягся, уловив краем глаза движение в зале. — Твою мать!
— Что? — Тэхён, уловив в его голосе тревогу, повернулся к окну.
Картина была словно из боевика: Юнги оседлал противника, избивая его неразборчивыми, но чудовищно сильными ударами, в то время как Намджун, скрюченный от боли, сидел рядом, прижимая руку к окровавленной толстовке.
— Какого хера тут происходит?! — Тэхён с рыком растолкал охранников, которые даже не думали вмешиваться. И их можно было понять — кто хотел быть следующим в списке Юнги?
— Юнги! — крикнул Сокджин, но омега, поглощённый яростью, не слышал ничего.
— Ты как? — Тэхён опустился на одно колено возле Намджуна, помогая ему сесть.
— Джейсон ударил меня в корпус, — голос альфы звучал глухо, почти шёпотом. — Рана открылась.
— Чёрт, — Тэхён зыркнул на него, заметив кровавую ладонь. — Вы что, не собираетесь его остановить? — кивнул он в сторону Юнги, который, казалось, вот-вот разорвёт противника на части.
— Не-а, — коротко бросил Сокджин. — Это опасно для жизни.
— Юнги… — хрипло позвал Намджун, пытаясь подняться, но боль скрутила его сильнее.
И тут, словно молния поразила омегу, его тело замерло. На секунду всё вокруг стихло. Этот хриплый зов, такой слабый, такой беспомощный, пробился сквозь гневную пелену. Юнги остановился, его кулак завис в воздухе. Перед глазами, будто кадры киноплёнки, промелькнули болезненное выражение лица Намджуна, кровавое пятно, разлившееся по ткани толстовки…
А потом пришло осознание.
Его затопила волна вины и страха. Он, ошеломлённый собственным поступком, резко отшатнулся, словно от удара, и сел на пол, пытаясь отдышаться. Всё тело дрожало, а в носу до сих пор витал запах крови — его альфы.
— Я… — Юнги смотрел на свои окровавленные руки, не понимая, как всё вышло из-под контроля.
— Я отведу Намджуна к Чимину, — спокойно сказал Тэхён, подняв альфу под руку. — Он его осмотрит.
— Хорошо, — Сокджин кивнул, быстро подхватив командование. — А вы, — он строго посмотрел на охранников, — уберите это всё. Джейсона — к доктору О. И побыстрее.
Охранники молча поклонились и покинули зал, унося с собой полуживого бойца.
Сокджин подошёл к брату и присел перед ним на корточки.
— И что с тобой случилось? — он достал платок, протягивая его Юнги.
Омега молча мотнул головой. Его взгляд был прикован к пятнам крови на полу.
— А я тебе скажу, что, — Сокджин аккуратно протёр костяшки Юнги. — У тебя проснулся инстинкт. Омеги.
— Инстинкт? — голос омеги звучал приглушённо, а глаза всё ещё расширены от шока.
— Ты защитил своего альфу, — Сокджин произнёс это спокойно, с лёгкой усмешкой.
— Походу, — выдохнул Юнги, глядя на брата. Его сердце ещё бешено стучало, а запах крови Намджуна никак не выветривался, смешиваясь с собственным — запахом костра, что грозил перекинуться на всё вокруг.
***
Намджун прикрыл за собой дверь и медленно вдохнул, чувствуя, как напряжение понемногу уходит. Боль в боку, наконец, стала терпимой, но усталость тянула к земле. Он окинул взглядом дом, задержавшись на звуке приглушённых шагов. Чимин показался ему милым, но его двусмысленные взгляды и странные вопросы о Юнги вызывали раздражение. И всё же мысль о том, что он снова здесь, рядом с омегой, грела куда больше, чем он сам ожидал. На кухне свет был тусклым. Юнги стоял у стола, одной рукой доставая бутылку коньяка из холодильника, другой потирая висок. — А где Тэхён и Чонгук? — спросил Намджун, подходя ближе. Омега усмехнулся, покачав головой. — Этот идиот повёл Чонгука в клуб, — с насмешкой бросил он, откручивая крышку. Алкогольный запах смешался с его собственным — тонкий аромат зефира, который теперь стал немного острее. — Что? — Альфа прищурился. — Не спрашивай, — отмахнулся Юнги и, сделав пару глотков, быстро вытер губы ладонью. — Я пошёл спать, тебе того же советую. Он не смотрел на Намджуна. Не мог. — Юнги. — Мм? — омега остановился, но не обернулся. Он напрягся, как натянутая струна, когда почувствовал, как Намджун подошёл ближе. Слишком близко. — Ты же понял это, — голос альфы был мягким, но напряжённым, словно тетива лука перед выстрелом. Юнги закрыл глаза, стараясь не поддаться этому тону, этому запаху. — Что именно? — Истинность, — ответ Намджуна прозвучал твёрдо. Омега на мгновение застыл, но быстро взял себя в руки. — И? — Не притворяйся, — горячее дыхание коснулось его шеи, а затем Намджун осторожно склонился, уткнувшись носом в рыжие волосы. Его запах — древесный, насыщенный, но с тёплыми нотками — заполнил всё вокруг. — Мы оба это чувствуем. Юнги сглотнул, но быстро отстранился, сделав шаг в сторону. — Думаешь, это так просто? — бросил он, наконец, обернувшись. Альфа не сдвинулся с места, лишь наблюдая за ним. Его красные глаза блестели, полные эмоций. — Что именно? — Это! — Юнги махнул рукой, не в силах подобрать точных слов. — Впустить кого-то в свою жизнь… Позволить стать частью всего, что ты есть. Ты думаешь, это легко? Его голос сорвался, но он быстро взял себя в руки. — У нас разное прошлое. Моё, поверь, не лучше твоего, — добавил он тише, оно намного хуже, думает омега, потому что Намджуна ломали физически, а Юнги морально… Ломал подобный Намджуну — альфа. Намджун напрягся. Его запах стал чуть тяжелее, добавив нотку смолы. — Скажи только одно, — проговорил он после паузы, делая шаг ближе. — Ты дашь мне шанс? Юнги замер. Борьба внутри разрывала его на части. Он видел перед собой альфу, который, несмотря на свою силу, выглядел сейчас ранимым. И в то же время внутри него билось что-то дикое, не позволяющее поддаться. Омега кивнул. — Потому что мы истинные? — с горечью спросил он. — Потому что ты мне не безразличен… — тихо ответил Юнги. Альфа напрягся, его глаза вспыхнули. — Можно тебя о чём-то попросить? — Что? — Поцелуй. Всего один, и я тебя оставлю. Юнги молчал, его взгляд опустился к полу. Аромат Намджуна, обжигающий и манящий, уже размывал грань между разумом и чувствами. Он поднял голову и медленно кивнул. Юнги не успевает договорить. Как только он кивает в ответ на просьбу Намджуна, альфа сокращает расстояние между ними в одно мгновение. Их губы сталкиваются — горячо, неожиданно, но это не простой поцелуй. Намджун целует его с нежностью, которая буквально опаляет. Его губы двигаются неспешно, но с таким напором, что кажется, будто он пытается передать все свои чувства через этот единственный жест. Руки альфы ложатся на поясницу Юнги, мягко, но уверенно притягивая его ближе. Омега чувствует, как тепло сильных рук обжигает через тонкую ткань, и от этого мурашки бегут по коже. Это не грубость, к которой он привык в прошлом. В движениях Намджуна нет ни грамма жестокости или желания подчинить. Это скорее трепетная жадность, словно альфа цепляется за него, как за спасительный круг в океане одиночества, который окружал его долгие шестнадцать лет. Юнги пытается сопротивляться самому себе, но… как? Ему это нравится. Чёрт побери, ему нравится чувствовать себя так защищённо. Он ощущает себя не добычей, а сокровищем, которое боятся разбить. Он сам склоняет голову вбок, сам позволяет своему языку встретиться с языком Намджуна. Этот поцелуй — глубокий, искренний, и ему до одури нравится целовать именно этого альфу. Но что-то внутри Юнги трескается. — Чёрт… — он резко отстраняется, толкая Намджуна в грудь. Омега дышит тяжело, глаза опущены, и на секунду он замирает, будто борется с самим собой. Воспоминания всплывают, будто чёрная вода. Ему вмиг становится страшно. Что, если это всё иллюзия? Что, если он ошибается? — Юн? — шепчет Намджун, пытаясь поймать его взгляд, но Юнги отворачивается. В этот момент звонит телефон. Омега хватает трубку, словно это спасение. — Помоги, хён, — хрипит в динамик голос Чонгука. — Еду, — отвечает Юнги, его голос звучит глухо. Он сбрасывает звонок и поднимает взгляд на Намджуна. Тот всё ещё тяжело дышит, глаза красные, полные эмоций. Он не отводит взгляда от губ омеги, словно боится потерять этот момент. — Больше такого не будет, пока я не приму решение, — резко говорит Юнги, его голос холодный, но внутри он весь дрожит. — Если ты сделаешь что-то, что я посчитаю неправильным, ты больше не увидишь моего лица. Я отправлю тебя к Сокджину. Его запах — смесь тревожного костра и сладкого зефира — становится настолько насыщенным, что Намджуну буквально тяжело дышать. Но он не говорит ничего. Юнги бросает последний взгляд на альфу и скрывается за дверью. Намджун остаётся стоять посреди кухни. Ему кажется, что он только что потерял что-то важное и одновременно нашёл то, о чём мечтал всю свою жизнь. Его сердце сжимается от радости, потому что теперь он знает — это его человек. Но и от грусти, потому что этот человек его боится.***
Чонгук с Тэхёном вышли на улицу, стараясь не привлекать лишнего внимания. Тэхён, пьяненький, весело болтал, обнимая омегу. Но когда они подошли к группе альф, остановились. Один из них, более крупный и с явным желанием закончить начатое, преградил им путь. — Что за нахер?! — он ухмыльнулся и встал перед Чонгуком. — Решили съебаться? Чонгук бросил взгляд на Тэхёна, который смеялся и пытался похлопать его по плечу. — Я приношу извинения за своего альфу… — спокойно сказал Чонгук, не обращая внимания на его насмешку. — «Своего»? — Тэхён пьяно усмехнулся и крепче обнял Чонгука. — Я твой альфа, снежок? — он прижался к омеге, но Чонгук лишь отстранил его рукой. — Отвянь! — он оттолкнул Тэхёна и снова посмотрел на альфу. — Но я заплатил вам за испорченные брюки, а теперь, съебитесь с моего пути. Пока я сам вас не убрал. Альфа зловеще усмехнулся. — Да что мне может сделать фриковский омега? — он толкнул Чонгука в плечо. Чонгук только вздохнул. Он увидел в его глазах всё то, что обычно не стоило оставлять без внимания, но уже не было времени на колебания. Он мягко посадил Тэхёна на землю. — Подожди немного, — сказал Чонгук, поднимаясь и оглядывая трёх альф. Его взгляд был пустым, но решительным. Он знал, что сможет сделать с ними, и чувствовал себя неуязвимым. — Да что ты мне сделаешь, фрик? — один из альф подошёл ближе и угрожающе посмотрел на омегу. — Сначала я сломаю вам колени, потом ударю вашего братка в глаз и отберу нож, которым вскрою горло сначала ему, потом другому, а вам этим ножом отрежу член и всажу в задницу, — без эмоций сказал Чонгук, как будто описывал рецепт. Смех альфов был таким же нелепым, как и их самоуверенность. Но они не успели даже насладиться смехом, как темнота вокруг них начала меняться. Один из них стал понимать, что что-то не так, но было уже поздно. Он появился из тени. Был как взрыв, как гроза, что накрыла всех своим буйным приходом. Рыжие волосы сверкали в темноте, когда он буквально вылетел из-за угла, как смертоносная тень, пронзая воздух. Он не просто подошёл — он влетел в этот круг, как молния, и первым ударом отбросил одного альфу в сторону. Тот даже не понял, как оказался на земле. Он был неудержим. Его удары шли одно за другим, и каждое движение было как стихия, разрушавшая всё на своём пути. Он был как вихрь, свирепо ломавший всё, что попадалось ему на пути. Альфы не успели понять, что происходит, как один за другим они оказывались на земле, не в силах противостоять этому яростному напору. Он даже не смотрел на Чонгука, просто молча, с бешеным выражением на лице, продолжал бить их. Его кулаки и ноги летели с такой мощью, что сами камни на земле казались слишком мягкими, чтобы удержать этот поток разрушения. — О, какая отличная груша для битья! — Юнги безумно улыбнулся, как будто сам не верил в то, что творил. Он был как дикий зверь, которому просто нужно было спустить пар. Чонгук не мог отвести глаз от него. Всё, что он ощущал, это безумную ярость и одновременно какой-то странный, но знакомый страх. Это был тот Юнги, которого он знал, но теперь он был другим, сотрясающим всё вокруг своей мощью. Юнги остановился на мгновение, когда последний альфа был повержен. Он тяжело дышал, стоя среди тел своих врагов. В его глазах было что-то большее, чем просто победа. Паника. Страх. Он был в шоке от того, что только что сделал, но продолжал смотреть прямо вперёд. Его дыхание было тяжёлым, и в глазах — какое-то странное опустошение, которое Чонгук почувствовал. Это был страх, страх от того, что ему пришлось сделать. Юнги стоял там, как победитель, но в его глазах горела тревога. И это было страшно.
