Семейные узы

Люси несколько раз кашлянула, отчаянно пытаясь избавиться от шоколада, который, судя по её сбивчивому дыханию, попал не в то горло, но при этом делала это как можно тише, попутно напрягая слух, чтобы ничего не пропустить из моего телефонного разговора. Её глаза были расширены от шока. – Мистер Муз? Вы здесь? – раздался голос женщины, представившейся Анжелой, который подсказал мне, что я уже несколько секунд молчу, отходя от шока после её слов. – Да-да! Я здесь, извините! – поспешно ответил я, уставившись на телефон, не зная, что ещё ей сказать. – Хорошо, так вы сможете с Люси прийти завтра в клинику в 10 утра и пройти тесты на жизнеспособность? Застыв от внезапности всего происходящего, я повернулся к жене. Она делала ровные частые вдохи, восстанавливаясь после проникновения в её горло сладкого лакомства. Она ждала моего ответа с озабоченным видом. Мне бы хотелось, чтобы она яростно кивнула мне или просто сказала что-нибудь в знак одобрения, но сочетание удивления и шоколадки, похоже, заставило её впасть в ступор, и она была ошеломлена не меньше меня. Я перевёл взгляд с неё на телефон, потом снова на неё и ещё раз на телефон. К чёрту! Я уже начал эту игру и не стану отступать! – Да! Конечно! Завтра мы подъедем к вам! Люси издала возбуждённое мычание, а Анжела сказала: – Замечательно! Я запишу вас и отправлю электронное письмо с документами, которые вы должны будете заполнить перед посещением клиники. Там также будут рекомендации, необходимые вам для успешного прохождения тестов. Ну, что ж, увидимся с вами завтра. До встречи! – Аг-га, до встречи, – сказал я, после чего из трубки раздались знакомые частые гудки, означающие, что звонок официально завершился. Телефон выскользнул из моей руки и с лёгким стуком упал на диван рядом со мной, после чего я медленно повернулся лицом к Люси. Она смотрела на меня и делала маленькие частые вдохи, в то время как её зрачки расширялись, хвост возбуждённо раскачивался взад-вперёд, а крылья непроизвольно дрожали. Её ноги начали подскакивать вверх-вниз, когда она поднесла руки ко рту и пискляво произнесла что-то отдалённо напоминающее английские слова: – Обожечкинемогуповеритьмынаконецсможемпройтитесты!!! Хотелось бы мне сказать, что в этот момент я повёл себя, как и положено истинному мужчине, а именно, показал пример стойкости и, заключив Люси в крепкие объятия, романтично успокоил её страстным поцелуем. Однако это было не так. Вместо этого я вскочил на ноги и начал возбуждённо ходить по комнате. Мои уши светились ярко-красным цветом, в то время как я отчаянно пытался отогнать переполняющие меня чувства. – Ну вот, пришло время тестов на жизнеспособность! А я-то думал, что они будут через несколько недель! Но это случится уже завтра, и мы должны к ним подготовиться! Что же нам делать?! Где то письмо, которое она собиралась прислать?! Почему его до сих пор нет?! Я совершенно не знал, что надо делать. Может, мне и правда стоит охладить свои яйца при помощи льда? И хотя я сказал это в шутку, кто знает, вдруг это и правда необходимо? Люси тоже должна будет что-то сделать перед тестом, верно? Но пока нам не пришлют письмо с рекомендациями, мы ничего не узнаем. Ох, да где же оно? Пока я восполнял запас кислорода, который израсходовал на свои обрывочные восклицания, Люси продолжала издавать взволнованные щебетания, которые лишь отчасти напоминали членораздельную речь. Её щёки пылали всё ярче и ярче, а хвост грозил в любую секунду отделиться от тела и улететь в космос. Она протянула ко мне руки, не в силах встать с дивана, так как её ноги продолжали бесконтрольно топать по полу, а сама она тихо пробормотала, полусмеясь, полуплача: – Ано-о-о-о-о-о-о-о-н… В краткий миг ясности я понял, что она от меня хочет, и, подойдя к ней, помог встать. – Люси! О боже, тесты уже завтра! Она радостно вскрикнула, и я заключил её в крепкие объятия, после чего мы началась раскачиваться взад-вперёд в объятиях друг друга, разделяя наше взаимное, бессвязное празднование. Через несколько минут мы вновь обрели некое подобие здравомыслия. Люси всё ещё боролась с приливом адреналина, испуская странное неистовое хихиканье, раздававшееся через каждые несколько вдохов. Мне с трудом удалось привести себя в порядок. Я всё ещё держал Люси в руках, но при этом старался вести себя рационально. – Ну вот, мы снова разволновались, хотя даже не знаем из-за чего. Помнишь, как тогда после Хэллоуина? – улыбнувшись, сказал я. Она подняла на меня глаза, чтобы встретиться с моими. Её тело всё ещё прижималось ко мне. – Да. Я сказала тебе, что хочу ребёнка, и мы оба… изо всех сил пытались зачать его, но потом испугались, что это невозможно. Она снова засмеялась, дрожа от переполнявших её эмоций. Я коснулся своим лбом её лба. – Да, испугались. Но уже завтра мы будем знать точно, сможем ли мы иметь детей. Она вздрогнула. – О боже… Анон… я так сильно этого хочу. Но что, если… – Никаких «если», Люси. Чтобы завтра ни случилось, я всегда буду любить тебя. – И я тебя, Анон, – сказала она, прежде чем прижаться своими губами к моим. Наше дыхание стало тише, а страсть разгорелась с немыслимой силой, и мы слились в долгом жарком поцелуе. Она вцепилась своими когтями в мою рубашку, а я провёл пальцами по её волосам, обозначив силуэт головы. Мои руки начали спускаться всё ниже и ниже, переходя на её плечи и скользя вниз по фигуре, поглаживая то место, где её крылья соединялись со спиной. Она издала томный вздох, а затем пробормотала несколько романтических слов, пока мы продолжали страстно исследовать друг друга. Жадное желание полакомиться с шоколадом, который она принесла всего несколько минут назад, практически исчез, так как нас обоих охватило восторженное блаженство. Мои руки спустились ещё ниже и прижались к её бёдрам. В ответ она резко подалась вперёд, опрокинув меня на диван. Наш поцелуй стал ещё сильнее, быстро переходя в неистовое желание, пока моя жена начала расстёгивать мне брюки. Но тут что-то твёрдое зашевелилось и пару раз завибрировало. Сначала я не обратил на это внимания, предпочитая направлять руки Люси в её поисках, но потом понял, что это был сигнал о пришедшем сообщении и нерешительно отстранился от губ жены. Она растерянно посмотрела на меня, наблюдая как я, зажав руку между спиной и диваном, достал свой телефон. Нажав на кнопку включения и прижав палец к датчику отпечатков, я разблокировал устройство и увидел пришедшее мне сообщение. – Минутку, это же… о, письмо из клиники! Её глаза быстро расширились, и она откинулась назад, позволяя мне сесть. Наклонив голову, она прижалась к моему плечу и вместе со мной прочитала пришедшее нам письмо: От: angela@volcalderavc.org Кому: anon.mous02@gruumail.com Тема: По поводу вашей встречи 10 ноября Здравствуйте, мистер и миссис Муз, Спасибо, что согласились на смену даты посещения! Мы рады, что вы приедете к нам завтра! Пожалуйста, изучите прикреплённый ниже список для подготовки к тестам на жизнеспособность, заполните прилагаемые к этому письму формы и отправьте их по электронной почте, чтобы завершить предварительную регистрацию. Также мы советуем вам не употреблять перед тестами алкоголь, не курить табак и не принимать лекарства в течение суток. И избегайте сексуальной активности в течение 24 часов. Травоядные, не употребляйте кипарисовую лозу в течение 24 часов. Динозавры и птерозавры, не ешьте лимонные кексы с маком в течение 24 часов до приёма. Спасибо, ждём вас завтра в 10 утра! Анжела Мортон Секретарь Клиника жизнеспособности Волкалдера-Блаффс Я повернулся к Люси с облегчённым вздохом. – Фух… ладно, кажется, всё не так уж плохо. Мы особо ничем из этого не увлекаемся, так что всё в порядке. И без того покрасневшие щёчки Люси вспыхнули ещё ярче. – Эм… – она ткнула когтем в экран моего телефона, привлекая внимание к одному из пунктов: «И избегайте сексуальной активности в течение 24 часов». Её глаза отвернулись в сторону. Я перевёл взгляд с телефона на неё, потом вниз, на свои полурасстёгнутые брюки и обнажённое мужское достоинство. – Упс, да, неловко получилось, – улыбнулся я и быстро вернул свой ствол обратно в кобуру, услышав, как Люси взволнованно вздохнула. – Что поделаешь, дорогая, правила есть правила. По крайней мере до завтрашнего дня мы… Я прервался, когда глаза Люси встретились с моими, расширившимися от осознания. Мы оба подумали об одном и том же. Она заговорила первой: – 24 часа? Но мы ведь… уже занимались сексом этим утром. Я почувствовал, как мои уши покраснели от её слов. Несмотря на то, что мы женаты уже почти месяц и не раз были близки друг с другом, у меня до сих пор бегут мурашки по коже, когда она произносит это слово. Я бросил взгляд на часы, чтобы убедиться, что мы не так уж сильно напортачили. – Эм… ну… поскольку мы проснулись примерно в 9:15… значит, этого должно хватить, чтобы к десяти утра прошло ровно 24 часа. Её щёки ещё сильнее покраснели, и она сказала: – О-о-о, ну да. Верно. Значит, мы с тобой… ничего не нарушили… правда? Она отвела взгляд, не в силах поддерживать со мной зрительный контакт и продолжила делать маленькие частые вдохи, чтобы унять участившееся сердцебиение. Мои уши практически полыхали. Мы оба не были новичками в сексе, так что есть вполне реальная вероятность того, что мы в своей страсти… слегка перевалили за десять утра. Я быстро встал с дивана и начал вышагивать по кругу, чтобы немного охладить свой пыл. – Да, мы точно ничего не нарушили! Я уверен, что всё в порядке! Ничего страшного! Врачи ведь всегда говорят, не делать того или этого, и ставят сроки гораздо больше, чем нужно! Ну, знаешь, на всякий случай. Возможно, достаточно не заниматься сексом 12 часов или даже меньше… В этот момент я заметил, как Люси внимательно смотрит на меня. Её взгляд в равной степени был вопросительным и похотливым. Я выпрямил спину и ускорил шаг. – И всё же нам, наверное, не стоит испытывать судьбу. Давай… давай лучше займёмся теми бумагами, что нам прислали. Да! Бумажная работа! Это сработает! Бумажная работа – это совсем не сексуально! Это скучно! Да, тупая скучная бумажная работа с очаровательной птерочкой, на которой я женат, и которая одета в платье, облегающее каждый сантиметр её идеального тела. Я так и представил, как она наклонилась, чтобы собрать со стола какие-то скучные дурацкие бумаги, выпячивая при этом свою милую круглую попку в мою сторону. Заметив мой пристальный взгляд, она заглянула мне через плечо, краснея и хихикая, а после… Чёрт возьми! Тупые сексуальные бумажки! Вы подвели меня так же сильно, как и бейсбол! Оглянувшись на не фантазийную Люси, которая по-прежнему сидела на диване, я увидел только её крылья, которые плотно окружили её тело, чтобы скрыть от меня яростный румянец. Она слегка поёрзала на диване, издавая приглушённые вздохи и как бы говоря, что в данный момент отчаянно борется со своей внутренней страстью (очень надеюсь, что она видит в этот момент более мужественную версию меня, которая так же занимается скучной… но очень сексуальной работой с бумагами). Я знаю, что должен быть переполнен радостью оттого, что завтра нас ждут тесты на жизнеспособность, но, блин… как же это некстати. Особенно для двух горячих озабоченных молодожёнов. Мы по обоюдному согласию решили сперва сходить на прогулку, перед тем как заняться заполнением бумаг, надеясь, что прохладный вечерний воздух слегка остудит вспыхнувший в нас огонь. И хотя наша прогулка началась немного неловко: мы шли на небольшом расстоянии и старались не смотреть друг на друга, чтобы не дать похотливым мыслям вновь обуять нас, мы решили полностью сосредоточиться на свежем воздухе и приятном осеннем пейзаже. Когда мы дошли до конца нашего района, я прочистил горло, чтобы нарушить неловкое молчание: – Эм… у нас, конечно, завтра будут тесты на жизнеспособность и всё такое, но… ты уже подумала о пикнике, который я предложил? Люси бросила на меня виноватый взгляд. – Ах да! Прости, я… я совсем о нём забыла. Она посмотрела себе под ноги. – Как думаешь, сколько времени займут эти тесты? – Даже не знаю. Но уверен, что не более двух часов, – ответил я, почёсывая подбородок. Люси сделала глубокий вдох. – Что ж, в таком случае, в зависимости от того, что мы услышим, я решу, хочу ли я пойти на пикник или нет. Кто знает, какими будут результаты тестов. – А ты уверена, что они вообще будут завтра? Это ведь медицинские тесты и они могут занять несколько дней или даже недель, – резонно заметил я, покачав головой, и Люси посмотрела на меня с озабоченным выражением лица. – Эм… я имею в виду, что в наши дни тесты могут быть довольно быстрыми, но я понятия не имею, сколько времени потребуется, чтобы получить точные результаты, – поспешно прибавил я. Она снова посмотрела вниз и вздохнула. Я подошёл к ней и взял за руку. Она мгновенно переплела свои пальцы с моими и ещё больше сократила расстояние между нами, неосознанно протягивая крыло, чтобы обнять меня, пока мы шли. Я мягко улыбнулся ей. – Знаешь, я думаю, что пикник поможет тебе отвлечься. Мы сможем насладиться приятной осенней погодой, а заодно я покажу тебе одно очень красивое место, которое нашёл. Похоже, это заинтересовало её. – О? И где же оно? – с любопытством спросила она. – Э нет, тебе придётся пойти со мной, чтобы узнать, – сказал я, и она, слегка толкнув меня локтем, улыбнулась. – Ну и ладно. Храни и дальше свои тайны. Она посмотрела вперёд и, немного помолчав, сказала: – Ладно, я думаю, что пикник после посещения клиники не такая уж и плохая идея. Как только мы вернулись домой, то сразу сели на диван и стали внимательно изучать присланные в письме документы, где было всего три анкеты: одна для нас двоих, одна для меня и одна для Люси. Вопросы в них были довольно простым. В основном нам нужно было написать имена, адрес, даты рождения, вид, дату когда мы поженились, когда вступили в половую жизнь друг с другом, и есть ли у нас уже дети, совместные или от других партнёров. После того как мы заполнили совместную форму, я решил переслать анкету Люси ей на телефон, чтобы она могла ответить на свои женские вопросы, не дожидаясь пока я отвечу на свои. В целом оба бланка были такими же простыми: основная информация, история здоровья семьи (к счастью, "облысение по мужскому типу" не было указано), личная история болезней, недавние проблемы со здоровьем, посещения больницы и… О нет! Я быстро повернулся к Люси, которая в страхе смотрела на свой телефон. Её пальцы неконтролируемо дрожали, явно из-за страха набрать ответ на этот же вопрос в своей анкете. Отложив телефон в сторону, я опустил руку ей на плечо, но она тут же резко встала на ноги и её глаза в панике встретились с моими. – Анон… я… я же… Я тоже встал на ноги и прижал её к себе, помогая унять дрожь. – Не беспокойся, Люси, всё хорошо. Я на мгновение задумался. Я могу успокаивать её сколько угодно, но при этом не знаю наверняка, повлияет ли её недавнее посещение больницы на результаты тестов. И хотя её выписали совершенно здоровой, и она была в полном порядке последние полтора дня, но… в том то и дело, что прошло всего полтора дня. Я сделал глубокий вдох. Если кто-то и сможет ответить нам на этот вопрос, то только клиника жизнеспособности. – Мне кажется, что всё, что мы можем сейчас сделать – это честно и без утайки заполнить все бумаги. А будет ли это иметь значение или нет, мы узнаем лишь завтра, – с улыбкой сказал я. Люси подняла на меня глаза. И хотя её руки по-прежнему дрожали, а дыхание было неровным, в её взгляде я заметил решимость. Она кивнула мне, и я осторожно взял у неё из рук телефон, чтобы помочь заполнить бланк. В графе "Последние проблемы со здоровьем и посещения больницы" я напечатал: «Поступила в отделение неотложной помощи "Волкалдера-Вест" в понедельник, 6 ноября, в связи со случайной передозировкой тримипрамина. Поправилась во вторник, 7 ноября, и была выписана в среду, 8 ноября». Я также указал информацию о её лечащем враче, которому была передана её медицинская карта, чтобы сотрудники клиники жизнеспособности могли запросить у него всё необходимое. Когда я закончил печатать, Люси обхватила мою руку и головой прижалась к плечу. Её серебристые волосы заструились по моей спине. Она дрожала. Я попытался утешить её и поднёс руку к её лицу, поцеловав в лоб. Она резко вздохнула, дрожа, и ещё крепче сжала мою руку. Несколько раз медленно вдохнув и выдохнув, она постепенно успокоилась, как это было предложено в одной из брошюр по самоповреждению, которые мы изучали ранее. Это также напомнило мне о том, как я был в больнице и делал то же самое после того, как выбежал на улицу, отказавшись от поддержки Рипли и Саманты. За раздвижными стеклянными дверями парадного входа мне хотелось кричать, но вместо этого я просто сосредоточился на дыхании. Верно говорят, когда кажется, что весь мир настроен против тебя, иногда нужно просто глубоко подышать, чтобы привести свои мысли в порядок. Через несколько минут Люси успокоилась настолько, чтобы ослабить хватку на моей руке и, выпрямившись, села обратно на диван. Я присоединился к ней, и она посмотрела мне в глаза. – Спасибо, что поддержал меня. – Не за что, любимая. Обращайся в любое время, – с улыбкой кивнул я. Она слегка опустила голову и провела руками по бокам головы, чтобы поправить волосы, которые слегка растрепались, и улыбнулась мне. Её глаза сверкали, когда она смотрела на меня. Ах, она такая красивая. Мне пришлось сознательно побороть желание притянуть её к себе и поцеловать, опасаясь, что это может перерасти в страсть, от которой нам пока стоит воздержаться. А потому я прочистил горло и снова посмотрел на её телефон. – Ну хорошо. Давай посмотрим на следующий вопрос. Кхем… «Когда у вас был последний менструальный цикл?» Я удивлённо открыл рот. – Упс, в моём тесте такого не было. Моя жена весело хихикнула. – Ну разумеется, я в этом и не сомневаюсь. Дай его сюда, дальше я справлюсь сама. Я кивнул и передал ей телефон, после чего вернулся к своей анкете, которая ещё не была до конца заполнена. Через несколько минут мы отправили три готовых пакета документов обратно в клинику. В мой почтовый ящик быстро пришло автоматическое электронное письмо, информирующее меня о том, что наши формы успешно получены. Когда наша задача была выполнена, я отложил телефон и снова повернулся к Люси. – Ну вот. Мы сделали всё, что от нас требовалось, и теперь должны просто подготовиться к завтрашнему дню. Она ответила на мои слова слабым кивком, но ничего не сказала. Какое-то время мы сидели в тишине, пока я не почесал затылок. – У нас ещё есть несколько часов до сна. Хочешь чем-нибудь заняться? Она на мгновение задумалась, после чего мягко покачала головой. – Ну, даже не знаю. Я просто хочу немного отвлечься, а то не уверена, что смогу сегодня уснуть. – Что ж, если память мне не изменяет, то в последний раз, когда я пытался показать тебе аниме «Сатурния», ты потом спала как убитая, – ухмыльнулся я. – Да, это было ужасно. Не знаю, что ты нашёл в этом дурацком сериале, – хихикнула она. – Это же аниме для задротов. Я игриво сверкнул глазами. – Эй-эй, попрошу без оскорблений. Я терпеливый человек, но есть границы, которые даже тебе не стоит переступать. – О боже, мне угрожает озлобленный аниме-ботаник, что же делать? – захихикала она. – Ну всё, ты напросилась! Идём! Сейчас мы будем смотреть с тобой все серии с самого начала! – О нет, я обречена, – театрально закатила она глаза, когда я взял её за запястье и повёл к нам в спальню. Все протесты и игривые шлепки по моей руке не спасли её от предстоящего просмотра. Я отвёл её к месту на кровати, взял в руку пульт и включил устройство для потокового вещания. Моя жёнушка безуспешно пыталась остановить меня, притворяясь обиженной и ворча. – Это расплата за то, что я заставила тебя смотреть тот романтический фильм, верно? – О да, ты чертовски права, а теперь сиди и не сопротивляйся. Сатурния заслуживает глубокого уважения. Мы оба расхохотались, пока я нашёл нужный мне сериал и нажал на кнопку воспроизведения. Мы уютно устроились на своих обычных местах и стали наслаждаться вполне неплохим аниме, которое, к сожалению, было испорчено ужасным одноголосым дубляжем. Но, несмотря на то, что «Сатурния» была дорога моему сердцу, это не спасло её от наших ехидных комментариев и насмешек, когда мы критиковали её слабый сюжет и ужасный темп повествования. Через несколько серий мы сделали небольшой перерыв, чтобы поужинать. И пусть усталость от однообразной пищи уже давала о себе знать, это было намного лучше, чем готовить что-либо самим, особенно учитывая наше состояние. Покончив с едой и убрав посуду, мы вернулись к нашему научно-фантастическому анимешному приключению. Несмотря на свои прежние протесты, Люси досмотрела со мной весь сериал до конца, и, когда титры дошли до неловко снятых финальных эпизодов, в которых были намёки на будущий второй сезон, который так и не был снят, я выключил телевизор и посмотрел в окно, где уже начинало помаленьку смеркаться. Люси впечатляюще широко зевнула и сказала: – Ладно, я стойко вытерпела всю «Сатурнию». Пожалуйста, никогда больше не заставляй меня смотреть её снова. Я оглянулся на неё через плечо. – Это зависит от того, насколько хорошо ты справишься с тестом на знание сериала. И если ты провалишься на паре вопросов, то останешься на второй год, поскольку оценка необходимая для сдачи довольно высока. Она приглушённо застонала. – О нет. Не заставляй меня это делать, пощади. Мы захихикали, после чего переоделись в пижамы, выключили свет и легли в постель. Опустив голову на подушку, я посмотрел на потемневший потолок. Лишь немного лунного света проникало сквозь жалюзи в нашу спальню, освещая небольшие уголки комнаты. Я вздохнул, чувствуя разочарование из-за того, что мне пришлось воздержаться от секса со своей женой. Но ничего, я это переживу. Ведь нам осталось потерпеть чуть-чуть до окончания тестов. В этот момент я почувствовал, как рядом со мной пошевелилась Люси. Через мгновение она прошептала: – Эй, Анон. Я посмотрел в её сторону. Она лежала на боку и смотрела на меня. Я тоже перевернулся на бок, чтобы оказаться с ней лицом к лицу. – Да, милая, что случилось? – спросил я. – Ты… – начала она неуверенно. – Ты уже думал об… имени? – Имени? Чьём? – Ну… нашего ребёнка. Если… если, конечно, мы сможем… Я улыбнулся ей, хотя и не знал, насколько хорошо она видит в темноте, чтобы разобрать моё выражение лица. – Это зависит от того, кто у нас будет – мальчик или девочка. – Ну, я этого пока не знаю, – хихикнула она. – А ты бы предпочла мальчика или девочку? Я заметил, как она задумчиво покачала головой, пока мои глаза постепенно привыкали к темноте. – Я бы хотела иметь и мальчика и девочку. – Тогда нам всерьёз стоит расспросить Розу, как ухаживать за близнецами. Ведь два ребёнка – это не только вдвое больше радости, но и столько же ответственности. Она снова хихикнула. – А как насчёт тройни? – Ну-ну, не торопись, я пока не готов настолько глубоко сунуть шею в петлю, – игриво произнёс я и тоже захихикал. – Если у нас родится мальчик, как бы ты хотел назвать его? – как только мы перестали смеяться, спросила она. – Я уже говорил тебе – Анон-младший, – не задумываясь, ответил я. – А я говорила – этому не бывать. – Почему? А чем тебе не нравится моё имя? Неужели оно такое плохое? – притворно обиделся я. Она снова захихикала, после чего сказала: – Нет, просто я подумала, что Ной было бы хорошим именем. – Ной? Ты хочешь, чтобы нашего сына звали как того старикана из Библии, что построил большую лодку и набирал в неё каждой твари по паре? – Нет, придурок! Я… ну да… вроде того. Мне просто нравится, как оно звучит. Я ненадолго задумался и кивнул. – Ладно, думаю, это имя намного лучше Анона-младшего. Она взяла своими руками мои и нежно улыбнулась. – А если у нас будет девочка? Моё зрение уже достаточно окрепло, чтобы полностью разглядеть её лицо. И сквозь мягкие лучи, которые проникали в нашу комнату, я поглядел в её прекрасные глаза. Её бриллиантовые зрачки были слегка сужены, когда она с любовью смотрела на меня. Ах, эти глаза, в которых я так часто видел радость, слёзы, страх, боль и любовь… их непревзойдённый янтарный блеск был заметен даже в мягком лунном свете. – Знаешь, думаю, у меня есть подходящее имя для нашей девочки, – ответил я.

***

Хотя сон и не пришёл к нам мгновенно, в конце концов мы всё же смогли найти дорогу в страну сахарных замков, волшебных фей и пронумерованных овец. К счастью, никакие фрагменты моего заграничного кошмара не постучались в дверь этого сказочного мира, и единственным сигналом к пробуждению стал лишь будильник моего телефона, который настойчиво трезвонил до тех пор, пока я его не выключил. Быстро смахнув остатки сонливости, я почувствовал, как Люси поднялась со своего обычного места отдыха, положив лицо мне на грудь. Подняв голову, она причмокнула губами, и привычные слюни отделились от её рта. Она вяло посмотрела на меня. – Доброе утро, Ан… – начала она, но тут её глаза внезапно расширились. – О боже! Тесты на жизнеспособность! Мы опоздаем! – Не бойся, у нас полно времени, – тут же улыбнулся я. Однако мои слова не успокоили её. Она быстро сбросила с нас двоих одеяло и, спрыгнув с кровати, побежала в ванную. – Не важно! Мы должны подготовиться! Анон, сейчас же вставай с кровати! Нам надо быть вовремя! Я снова посмотрел на телефон, где не было ещё и восьми утра, а наша встреча должна была начаться только в десять, но тем не менее я догадывался, что нечто подобное может произойти. Я перекинул ноги через край и, потянувшись, заглянул в ванную комнату, где Люси совершала довольно впечатляющий трюк: одновременно включала душ, раздевалась, чистила зубы и каким-то образом при этом умудрялась расчёсывать волосы. Я ухмыльнулся. – Эй, я конечно не эксперт, но разве волосы не нужно расчёсывать после душа? – Не мефай! Луфше нафинай софирафься! – сказала она в ответ с полным ртом зубной пасты. Я пожал плечами. Ну ладно, кто я такой, чтобы учить её как правильно прихорашиваться? Позволив ей и дальше исполнять свой странный утренний танец, я отправился на кухню, чтобы приготовить нам завтрак. – Так, и что же мне сделать? Вновь приготовить вчерашний сюрприз? Да, почему бы и нет? Зачем напрягаться, когда у меня под рукой есть простой и сытный рецепт – собрать всё вместе и съесть. Когда я начал выкладывать отбивные на сковороду, из спальни выбежала Люси. Она всё ещё была завёрнута в полотенце. Мокрая от незаконченного душа, она выглядела крайне взволнованной. – Анон, сейчас же иди в душ! Нам пора, мы опаздываем! Ладно, раньше это было мило, но теперь мне стоит вмешаться. Я подошёл к Люси, взял её за всё ещё мокрые плечи и посмотрел в глаза. И хотя она выглядела сильно напряжённой, она всё же посмотрела на меня в ответ. – Люси, успокойся. У нас полно времени, мы не опоздаем, – твёрдо сказал я. Она открыла рот, чтобы что-то возразить, но я прервал её: – Люси, всё в порядке. Переведи дух, успокойся, и иди вытрись как следует. Я пойду в душ через несколько минут, после того как мы позавтракаем, хорошо? Она на мгновение задержала свой взгляд на мне, а затем сделала медленный глубокий вдох и такой же медленный выдох, после чего повторила это ещё несколько раз, опустив веки. Через мгновение она подняла на меня глаза с лёгким смущением. – Ох, да. Ты прав. Прости, сама не знаю, что на меня нашло. Я поднял бровь и тут же ласково улыбнулся ей. – Ничего страшного. Я понимаю. Ты взволнована. Я тоже взволнован. Мы будем там раньше, чем ты успеешь оглянуться. Иди вытрись, причешись и мы позавтракаем. Она кивнула мне и, повернувшись, пошла обратно в спальню, тут же наступив в лужу воды, которую оставила в коридоре. – О чёрт. Прости… – пробормотала она и на цыпочках прошла мимо лужи к бельевому шкафу, из которого взяла полотенце, чтобы вытереть пол. Я ухмыльнулся, помешивая содержимое сковороды и добавляя туда гарнир. – Всё в порядке, дорогая. Я всегда хотел, чтобы у нас в доме был бассейн. – Ай, замолчи! – возмущённо сказала она, хотя я отчётливо услышал веселье в её голосе. Вскоре завтрак был готов. Я поставил две тарелки на стол, когда высушенная и одетая Люси вернулась на кухню и мы приступили к еде на скорости чуть выше "неспешной", но всё же не настолько, чтобы перерасти в "хватаю всё подряд и вот-вот поперхнусь". Люси слегка успокоилась, однако по её лицу было видно, что она по-прежнему напряжена. Не дав мне доесть последний кусок, она быстро схватила со стола наши тарелки и жестом указала мне на нашу комнату, давая понять, чтобы я шёл в душ, и я, следуя её указаниям, так и сделал, чтобы позаботиться о личной гигиене, пусть и не так быстро как она, но всё же с некоторой торопливостью. Пока я одевался, она сидела у изножья кровати, сложив руки на коленях, и наблюдала за тем, как я привожу себя в порядок. Она ничего не говорила, но я видел, как нервно подрагивали её крылья каждые несколько секунд. Посмотрев на часы, я надел их на запястье и заметил, что ещё только 8:50 утра. Как только я подошёл к Люси, она быстро вскочила на ноги. – Ну что?! Ты готов?! Мы можем идти?! – Люси… – приподняв бровь, начал я, но она тут же стала пританцовывать на цыпочках и трясти руками, издавая при этом забавные скулящие звуки. Моя бровь поднялась ещё выше. – Надо же, я-то думал, что мы хотим зачать ребёнка, а не чтобы ты сама в него превратилась. Однако она не перестала ныть и лишь взволнованно произнесла: – А вот и нет, папочка, я хочу гулять! Хочу новую игрушку, сейчас же! Ох уж эта женщина. С ней никогда не бывает скучно. – Ну хорошо! Идём. Приедем чутка пораньше и посидим в приёмной… эх… целый час. В ответ на мои слова она тут же прекратила свою мини-истерику и стремительно выбежала за дверь. Я направился вслед за ней, но на пороге замер. – Чёрт! Я забыл собрать нашу корзинку! – Для пикника? Ну же, это не важно, мы можем просто что-нибудь купить по дороге из клиники! – взволнованно сказала Люси. Я строго посмотрел на неё, и птерочка, бросив взгляд на кухню, наконец уступила: – Ладно, давай что-нибудь захватим. Однако готовить будешь ты. Честно говоря, я был удивлён, что она так легко согласилась, и с радостью принял её предложение. Взяв несколько продуктов из холодильника, я начал делать сэндвичи, а она достала корзинку для пикника и пару одеял, чтобы мы могли расположиться на траве. Пока я заканчивал готовить сэндвичи и убирал их в целлофановые пакеты, она положила в корзинку пакет с чипсами, контейнер с фруктами и пару банок газировки. Опустив туда сделанные мною сэндвичи, я направился вместе с женой к выходу. Убрав корзинку и одеяла на заднее сиденье, я залез в машину, где Люси уже пристёгивала ремень. Сделав то же самое, я завёл двигатель, после чего мы выехали на дорогу и направились в клинику. Пока мы ехали, моя жена всё время держала руки на коленях, прижимая их ладонями, чтобы те не дрожали. Я тоже нервничал, но если говорить откровенно, она принимала на себя основную нагрузку. Я протянул ей руку с предложением поддержки, которое она немедленно приняла. Её нога начала неконтролируемо подпрыгивать, так как рука, ответственная за её сдерживание, была занята в другом месте. Клиника находилась совсем недалеко, но нам всё равно пришлось ехать до неё около 20 минут. Когда мы остановились на парковке, часы на приборной панели показывали 9:32. Рано, как я и предполагал, но всё равно намного лучше, чем поздно. Мы встали перед корпоративным зданием и посмотрели на сине-белую вывеску с надписью «Клиника жизнеспособности Волкалдера-Блаффс». Войдя в парадную дверь клиники, мы увидели красиво оформленную комнату ожидания с несколькими удобными креслами напротив стойки администратора. Стены украшали разные фотографии и постеры с изображёнными на них улыбающимися парами с прекрасными младенцами на руках. На каждом из них были изображены различные комбинации динозавров, птерозавров, хищников и травоядных. Была даже пара, состоящая из мужчины-динозавра и женщины-человека, которые держали на руках младенца и светились от счастья. Я толкнул Люси рукой и кивнул в сторону этого фото, наблюдая, как краснеют её щёки, пока она его рассматривала. В ответ она указала мне на другую сторону комнаты, где повесили несколько комичный плакат, изображающий очень усталую маму-опоссума с двадцатью пятью малышами, прижимавшимися к её спине, бокам и животу, и надписью: «Каждый из них – благословение!» Люси посмотрела в мою сторону и вскинула бровь, на что я твёрдо ответил: «Нет». Столько детей нам точно не надо. Мы подошли к квадратному отверстию, вырезанному в стене и служащему стойкой регистрации, где нас встретила улыбающаяся женщина-аллозавр. На табличке на стойке было написано: «Анжела Мортон». Я перевёл взгляд с таблички на неё и улыбнулся. – Здравствуйте, кажется, это вы вчера звонили нам, после чего скинули письмо с документами? – Всё верно. А вы должно быть мистер и миссис Муз? – с энтузиазмом сказала Анжела, после чего сделала паузу. – Я правильно произнесла вашу фамилию? – Ну, на самом деле, моя фамилия произносится как "Мус", но ничего страшного. Такое часто случается, – пожал я плечами. Она виновато улыбнулась. – Ох, простите. Ну, что ж, пойду зарегистрирую вас. Все ваши документы, которые вы прислали, выглядят отлично, так что доктор скоро вас примет. Проходите и присаживайтесь. Мы повернулись к креслам в приёмной и сделали несколько шагов, но тут я остановился, вспомнив о вопросе, на который хотел получить ответ. – Кстати, а можно узнать, как скоро… Но Анжела уже ушла, скрывшись в комнате, расположенной вдали от посторонних глаз, чтобы подготовить всё к нашему приёму. Чёрт, а она быстрая. Я вздохнул, полагая, что у меня ещё будет возможность спросить об этом. Люси тем временем уже расположилась в кресле и сидела там на удивление тихо и неподвижно, уставившись на кафельную плитку между своими ногами. Я сел рядом с ней, и её рука в тот же миг схватила мою, крепко сжав её. Она продолжила пристально смотреть на кафельный пол, изредка вздрагивая и дыша так ровно, как только могла в данной ситуации. Я протянул свободную руку и нежно погладил её по голове. – Не волнуйся, Люси. У нас обязательно всё получится, даже не сомневайся, – произнёс я, пока часы на противоположной стене тикали, отсчитывая время до момента, когда нам надо будет идти к врачу. За несколько минут до конца часа дверь рядом с регистратурой открылась, и на пороге появилась средних лет женщина-велоцираптор в белом халате. Она посмотрела на планшет, который держала в левой руке, а затем на нас с Люси. Её кустистый синий хвост плавно покачивался. Когда она заговорила, в её голосе послышался лёгкий южный акцент. – Мистер и миссис… эм… Моус? Люси вскинула голову и быстро встала на ноги. – Да-да, это мы! – сказала она, игнорируя неправильно произнесённую фамилию. Я последовал её примеру, встав рядом с ней. Женщина переступила порог приёмной, протягивая руку в знак приветствия. – Здравствуйте, как ваши дела этим утром? Я доктор Ларсон, ведущий гинеколог в этой клинике. Сегодня я буду помогать вам с прохождением тестов. Люси приняла рукопожатие доктора Ларсон, хотя её рука слегка подрагивала, когда она это делала. Я тоже пожал ей руку, после чего она сказала: – Пожалуйста, пройдёмте со мной. Она провела нас в заднюю часть клиники, где было гораздо просторнее, чем могло показаться на первый взгляд, особенно если смотреть на здание снаружи. Там было несколько дверей, что вели в разные комнаты, где можно было увидеть стулья, кровати и медицинское оборудование. До этого момента я не задумывался над тем, что именно входит в тест на жизнеспособность, и вдруг почувствовал холодок, когда моё воображение заполнили разные болезненные процедуры с иглами и инвазивными прощупываниями. Я никогда не боялся врачей или острых предметов, но осознание того, как мало я знаю о том, во что мы ввязываемся, невольно заставило меня почувствовать себя неловко. Доктор Ларсон проводила нас в небольшую комнату с офисным столом, за который села, и мы заняли места напротив неё, пока она что-то изучала в своём планшете. Люси снова взяла меня за руку и крепко сжала её. Доктор подняла на нас взгляд и, заметив этот жест, любезно улыбнулась. – Волнующее событие, не так ли? Рука Люси сжала мою ещё крепче, и я ответил: – Ну да, сами знаете, переживание, нервы… для нас это очень много значит. Доктор Ларсон снова опустила взгляд на планшет. – Понимаю. Однако я не думаю, что вам стоит о чём-то беспокоиться. Судя по тем бумагам, которые мы получили, и медицинской карте, что предоставил нам ваш врач, анализы должны пройти без проблем. Люси вздрогнула и нервно посмотрела на доктора. – Врач? Вы о моей недавней госпитализации? Это… на что-нибудь повлияет? Доктор провела пальцем по своему планшету, открывая ещё одну страницу с информацией, и слегка нахмурила брови, после чего сказала: – Что ж, не стану вам врать, время, конечно, не самое подходящее, но… исходя из того, что я вижу у вас в досье, это не должно как-то помешать вашим тестам на жизнеспособность или шансам на беременность. Услышав эти слова, Люси испустила длинный расслабленный выдох и откинулась на спинку стула. Было видно, что ей стало значительно легче, хоть она по-прежнему крепко сжимала мою руку. Доктор Ларсон улыбнулась ей. – Обмен веществ и иммунная система птеродактилей – это что-то удивительное. Готова поспорить, что вы в своей жизни никогда не болели дольше одного дня, верно? Люси задумалась над этим вопросом, как и я. Если подумать, то я видел, как она болела всего несколько раз: один в старших классах, другой, когда мы были помолвлены. Оба раза она была прикована к постели в течение дня, а на следующее утро уже выглядела практически здоровой. Через мгновение Люси кивнула. – Ну да, вы правы. Доктор хихикнула. – Что ж, несмотря на всё это, советую вам пристегнуться во время беременности. Потому что ваша иммунная система не спасёт вас от утренней тошноты. Но давайте сперва проведём тесты, чтобы узнать, какие у вас шансы в этом вопросе. Она что-то набрала на своём планшете и сказала: – Во время осмотра я буду сопровождать вас, Люси, а мой помощник займётся Аноном. У мужчин эти тесты всегда проходят немного быстрее. Я прочистил горло, чтобы привлечь её внимание. – Простите, доктор. А вы не знаете, через какое время после проведения тестов мы сможем… Но тут раздался быстрый стук в дверь и из коридора показался мужчина-санитар. Это был зелёный паразавр с чуть более светлым зелёным цветом волос. Посмотрев на нас с Люси, он повернулся к своей коллеге. – У нас всё готово! Доктор Ларсон утвердительно кивнула. – Спасибо, дорогой. Анон, это Трой. Он позаботится о вас. А вы, Люси, пройдёмте со мной, чтобы мы могли заняться вашими тестами. Люси посмотрела на меня, так и не решаясь отпустить мою руку. Я улыбнулся ей. – Давай, милая. Скоро увидимся. Она кивнула и быстро чмокнула меня в щёку, после чего направилась за доктором Ларсон из кабинета и дальше по коридору. Трой подошёл ко мне. – Ну ладно, друг. Следуй за мной, это не займёт много времени. После чего он проводил меня в противоположную от Люси сторону, в комнату через несколько дверей, аналогичную по размеру, но содержащую множество всевозможного медицинского оборудования. Когда я сел в специальное кресло для пациентов, он начал проводить разные базовые тесты: проверять моё давление, измерять температуру, попутно ведя светскую беседу. – Итак, приятель, как давно ты со своей красавицей-женой вместе? – Эм… примерно месяц, – ответил я. – Серьёзно? Вау! И уже подумываешь о малышах? Это круто! Многие люди и динозавры в наше время начинают готовиться к этому лишь через несколько лет после свадьбы. Я посмотрел на него, обдумывая это заявление. Наверное, биологические часы у всех работают по-разному. Нам с Люси всего по 21 году, а мы уже хотим иметь ребёнка. Как удачно, что мы с ней оказались на одной волне. А то если бы только один из нас хотел детей, а другой – нет, это могло бы стать причиной некоторых проблем. Конечно, мы уже обсуждали это, когда были помолвлены, но при этом не задумывались о том, как скоро это произойдёт. А потому я просто рад, что Люси хочет этого так же сильно, как и я. Трой тем временем достал шприц со съёмной колбочкой. – Так, мы почти закончили. Теперь мне нужно взять быстрый анализ крови, сделать кое-что ещё и готово. Он воткнул иглу в мою руку и оттянул поршень. Ничего нового. Мне делали множество уколов и брали кровь, когда я служил в армии. Он ухмыльнулся и вытащил колбочку, на которую приклеил этикетку, после чего сказал: – Ну вот, с мужчинами всегда проще. Наши тесты, как правило, идут гораздо быстрее, чем у женщин. Как правило? Он наложил на мою руку бинт, чтобы предотвратить дальнейшее кровотечение, и взял небольшую пластиковую банку с завинчивающейся крышкой с соседней полки. – Хорошо, приятель, иди за мной. Он отвёл меня в соседнюю комнату в конце коридора и, открыв дверь, протянул мне баночку. – Теперь мне просто нужно взять у тебя образец, и всё. Я перевёл взгляд на пластиковую баночку, а потом снова на него. – Ясно… и что мне нужно с ней делать? Пописать или… Он фыркнул и кивнул в сторону комнаты. – Ну, не совсем, но, думаю, ты и так всё поймёшь, когда зайдёшь внутрь. Пойму? Неужели он хочет, чтобы я… о… о! Я заглянул внутрь комнаты. Там стоял одинокий довольно удобный кожаный стул и придвинутая к нему подставка для ног. Рядом с ними была деревянная тумбочка, с разложенными на ней журналами, где были изображены обнажённые женщины в разных позах, занимающиеся всевозможными непотребствами. Там были как люди, так и динозавры, включая обложку с довольно привлекательной женщиной-птеродактилем в откровенной блузке, на которой, не скрою, мой взгляд задержался немного дольше, чем на других. Я повернулся обратно к Трою и поднял палец, открывая рот, но он прервал меня: – Да-да, я буду снаружи. Просто постучи, когда закончишь… хех… свои дела. С этими словами он ухмыльнулся и захлопнул дверь. Я стоял и удивлённо смотрел на закрытую двери в комнате, где мне предстояло надрачивать в пластиковую банку, рассматривая журналы с обнажёнными красотками. Мои уши слегка покраснели, когда я понял, почему Трой сказал, что у мужчин обычно всё проходит быстрее. Моё мужское эго тут же подсказало мне, что я должен буду потратить на это абсурдное количество времени, чтобы доказать всем, какой я мужественный, но потом понял, что это глупо и, скорее всего, приведёт к тому, что Люси будет сидеть в одиночестве и ждать, пока её муж дрочит. Я нерешительно сел на стул и услышал, как он хрустнул под моим весом. Что ж, похоже, мне ничего не остаётся, как вспомнить свои юные годы и… приступить к делу. Открутив крышку пластикового контейнера, я расстегнул ширинку на штанах, но при этом решил не пользоваться журналами. И да, я знаю, что они нужны для создания нужного настроя, но при этом не хочу изменять любимой женщине, пусть даже в фантазиях. Кроме того, мне не хотелось прикасаться к этим журналам, которые ещё неизвестно как и кто использовал и что на них потом капало. Вдобавок у меня всегда было очень хорошее воображение и мне сильно нравится Люси. Я тут же вспомнил свою вчерашнюю фантазию, где она в облегающем платье заполняет свои сексуальные бумаги. Её хвост мягко покачивается, в то время как попка двигается из стороны в сторону. Она заметила, как я жадно разглядываю её, но не стала выпрямляться, а предпочла остаться в этой позе, глядя на меня с вожделением в глазах. Я подошёл к ней ближе, опустил обе руки ей на бёдра и пару раз провёл по ним. Она ответила на это томным вздохом и стонами. Её глаза медленно закрылись в экстазе, и она прижалась ко мне. Мне не потребовалось много усилий, чтобы сдвинуть в сторону её юбку, открывая доступ к самым сокровенным местам. Она прикусила губу и воскликнула: «О боже, Анон!», а затем… … Я кончил? Стоп! Уже?! Я и не знал, что сделаю это так быстро. Чёрт! Я, конечно, понимаю, что мы с Люси не были в интимной близости целые сутки, но всё же… ух! Я закрутил крышку на уже полной баночке и застегнул штаны, прежде чем постучать в дверь. Мгновение спустя появился Трой, протягивая руку в перчатке, чтобы забрать у меня пластиковую банку. Приклеив к ней этикетку, он кивком головы показал мне на туалет, расположенный в другом конце коридора. – Если нужно, можешь помыть руки там. Я кивнул и прошёл мимо него, ожидая услышать какую-нибудь насмешку или издёвку в свой адрес, но ничего подобного не произошло. То есть, я знаю, что тут работают профессионалы, которые занимаются этим не первый год, но… чёрт… как же быстро я кончил! Позор на мою блестящую лысину! Я помыл руки и присоединился к Трою в коридоре, после чего он проводил меня обратно в кабинет, куда вначале нас отвела доктор Ларсон. Как только мы вошли, он сказал: – Ну всё, твоя жена должна скоро прийти, так что располагайся и отдыхай. Я поблагодарил его и сделал шаг в комнату, но тут вспомнил о вопросе, на который до сих пор не получил ответа. – Скажи, а ты не знаешь, когда… Но он уже исчез. Какого чёрта? Здесь что, работают одни ниндзя? Слегка раздосадованный, я плюхнулся на один из стульев и стал ждать возвращения Люси. Хоть я и не знаю, что именно входит в её тесты на жизнеспособность, думаю, логично было бы предположить, что женская сторона этого дела намного важнее. В конце концов, её осматривает полноценный гинеколог, в то время как со мной работал обычный санитар. Ну, не то чтобы я жаловался. Ведь мне предстоит заняться самой захватывающей частью – помочь Люси зачать малыша. Через несколько минут дверь в комнату открылась и ко мне присоединилась Люси. Доктор Ларсон осталась в коридоре и сказала: – Хорошо. Теперь подождите меня тут. Я скоро приду, чтобы сказать вам, что делать дальше. Я открыл рот, в надежде задать тот чёртов вопрос, который уже трижды не успевал закончить, но дверь в этот момент закрылась. Да ради всего святого! Люси села рядом со мной, сложив руки на коленях. Я повернулся к ней. – Ну что? Как всё прошло? Она пожала плечами. – Нормально, я думаю. Она померяла мне температуру, взяла анализ крови и провела вполне стандартный акушерско-гинекологический осмотр, включая тест на беременность, чтобы узнать, не беременна ли я уже, а потому… Её щёки покраснели, и она не смогла закончить предложение. Встряхнув головой, она подняла на меня глаза. – А что насчёт тебя? Я зеркально ответил на это пожатием плечами. – Почти то же самое, за исключением акушерской части. Вместо этого мне пришлось дрочить в пластиковую банку. Она удивлённо моргнула, когда осознала, что именно я только что сказал, а потом захихикала сквозь сжатые губы. – Пф-ф-ф! Ты серьёзно?! – О да. А как ещё, по-твоему, они могут определить всё ли у меня там в порядке? – хихикнул я. – Только старым дедовским методом. Она игриво пихнула меня локтем в бок. – Ну и ну, и этот человек собирается воспитывать нашего будущего малыша? – Конечно. Но до этого, тебе придётся носить его целых девять месяцев. Она улыбнулась мне, но затем её выражение лица стало игриво обвинительным. – Кстати, а какие материалы они тебе дали, чтобы ты… хи-хи… сделал это быстрее? Я взял её за руку и с любовью посмотрел в глаза. – Никакие. Они мне не понадобились. Поняв, что я имею в виду, она растаяла, мгновенно сбросив свой обвинительный тон, и сказала мне: – Я люблю тебя, Анон. После чего обхватила меня руками и крыльями. Боже как же я люблю эту женщину. Через мгновение мы оба отстранились и я спросил: – Скажи, а доктор Ларсон, случайно, не сказала тебе, когда мы получим результаты? Она отрицательно покачала головой. – Нет. Честно говоря, она пыталась завязать со мной беседу, но я так нервничала, что едва смогла произнести больше двух слов. – Чёрт. Я несколько раз пытался спросить об этом, но всё время упускал шанс. Надеюсь, они всё же расскажут нам, как скоро это произойдёт. Люси понимающе кивнула. Было видно, что она не меньше меня хочет это знать. Теперь всё зависело от тестов на жизнеспособность и ответа на простой вопрос: «Сможем ли мы с Люси иметь детей?» И хотя Интернет подсказал нам, что это вполне возможно, однако это не является абсолютной гарантией. Разница наших видов – уже серьёзный барьер, и если наша генетическая совместимость окажется не на должном уровне, у нас вообще не будет шансов. Однако я надеюсь, что это не так. Я молюсь, чтобы все результаты оказались положительными. Боже, если ты есть, дай этому тупому пещерному человеку хоть один шанс. Пусть у меня с Люси будет здоровый ребёнок. Через несколько минут дверь открылась, и к нам вошла доктор Ларсон с планшетом в руках. Люси сразу же оживилась и пристально посмотрела на неё. Велоцираптор села напротив нас. Я мысленно отметил, что должен спросить у неё, когда мы наконец получим эти чёртовы результаты, прежде чем она кинет себе под ноги дымовую шашку и исчезнет, как и все из ордена ниндзя, что работают тут. Она оторвала взгляд от планшета и улыбнулась нам. – Ну вот, всё готово. Это было не так уж сложно, правда? Я же говорила вам, что волноваться не о чем. На это Люси лишь слабо улыбнулась и кивнула. – Когда к нам записываются на приём, обычно все беспокоятся о том, какие тесты им предстоит пройти и, конечно же, сами результаты. К счастью, наука в этой области за последние годы продвинулась далеко вперёд и все процедуры стали совершенно безболезненными и быстрыми. Она провела пальцем по экрану планшета и что-то изучила, после чего снова обратилась к нам: – Что ж, мы изучили все анализы и выяснили то, что нам нужно. Во-первых, Люси, вы ещё не беременны. Услышав это, моя жена опустила голову и медленно выдохнула через ноздри, поджав губы. Я осторожно положил руку ей на спину и погладил, чтобы утешить, прежде чем… … До меня дошло… Я посмотрел на доктора. – Минутку, вы… вы сказали пока? Люси подняла голову, и её взгляд устремился на доктора Ларсон с невероятной силой. – Да. Все ваши анализы на жизнеспособность дали положительный результат, – улыбнулась велоцираптор. Люси тут же вскочила на ноги, судорожно повторяя: – Что? ЧТО?! ЧТО?!!! Я сделал то же самое, с открытым ртом, уставившись на доктора Ларсон и ожидая её ответа. Её улыбка стала ещё шире. – Именно так. Ваши тесты были фантастическими, вы оба идеально подходите друг другу. Она снова посмотрела в планшет. – 96 процентов. Честно говоря, я никогда прежде не видела столь высокого результата у пары человек-птерозавр. Так что да, вы оба абсолютно жизнеспособны. Она подняла глаза, чтобы сказать что-то ещё, но тут её волосы и хвост отбросило назад порывом ветра. Она прищурилась, и с улыбкой посмотрела на его источник. Крылья Люси начали неконтролируемо хлопать. Она радостно подпрыгивала вверх, угрожая взлететь в этом маленьком помещении, несмотря на то, что не умела летать. Её руки были сложены перед грудью и дрожали с почти такой же скоростью, что и хвост. Она издала высокий визжащий звук, когда попыталась вдохнуть побольше воздуха после того, как её лёгкие истратили весь его запас. Я тут же подбежал к ней и крепко обнял, присоединяясь к её возбуждённым прыжкам. – ЛЮСИ! У НАС МОЖЕТ БЫТЬ РЕБЁНОК! Моя жена ликовала. Из её глаз текли слёзы радости, когда она раскачивалась взад-вперёд, расходуя весь оставшийся воздух, который могла втянуть в свои лёгкие в перерывах между возбужденными криками. Она вся дрожала от переполнявших её эмоций, а я изо всех сил старался этого не делать, прижимая её к себе и проливая свои собственные слёзы, когда говорил, как сильно её люблю. Она медленно опустилась на колени, поскольку ноги её не держали. Я сделал то же самое, обнимая её ещё крепче и поглаживая по спине. У нас может быть ребёнок! У нас может быть ребёнок! Спасибо тебе, Господи! Когда самообладание наконец-то вернулось к нам, я почувствовал, как прямоугольный предмет тычется мне в руку. Я повернулся и увидел доктора Ларсон, наклонившуюся вперёд и протягивающую мне коробку с салфетками. Всё это время доктор терпеливо ждала, пока нас охватывало волнение. Теперь она улыбалась, и я принял её подношение, достав несколько салфеток для нас с Люси. Доктор Ларсон вернулась в своё кресло и, откинувшись, сказала: – Это лучшая часть моей работы. Ничто не делает меня счастливее, чем момент, когда я сообщаю такой милой паре, как вы, что они жизнеспособны. Люси продолжила втягивать ртом воздух, вытирая слёзы, но при этом не переставала улыбаться. Через мгновение доктор слегка наклонилась вперёд и сказала: – Конечно, то, что вы жизнеспособны, ещё не означает, что вы забеременеете по первому же требованию. Вам всё равно придётся постараться и приложить немало усилий. Лучшим временем для зачатия будет сезон течки, но до него ещё пять месяцев. Люси кивнула, делая резкие вдохи, чтобы успокоиться. – Это… это прекрасно… я просто… я должна была знать, что мы можем… Доктор Ларсон показала нам с Люси большой палец. – Понимаю. Уверена, из вас двоих получатся замечательные родители. Немного придя в себя, я покачал головой в недоумении. – Не могу поверить, что вы получили результаты так быстро. Я всё пытался спросить, когда же мы узнаем, что они показали, но я и представить не мог, что это произойдёт ещё до нашего отъезда. Доктор весело посмеялась над этим. – Эй, я же говорила вам, что за последние годы наука шагнула далеко вперёд! Когда я только начинала работать в этой области восемнадцать лет назад, это занимало несколько недель, поскольку нам приходилось пересылать всё по почте. Теперь же, благодаря Интернету и наличию более сложного оборудования, это просто, как кусок пирога умять. Я снова повернулся к Люси и посмотрел на её опухшие, полные слёз радости глаза и задал следующий вопрос доктору: – И что теперь, доктор Ларсон? – Теперь? Вам лучше заняться своей женой, – хихикнула она. – Только не здесь, конечно. Но в остальном мы с вами закончили. – Я имею в виду… есть ли что-нибудь ещё, что нам нужно сделать, чтобы увеличить наши шансы на беременность? Например, я читал в Интернете… – Дайте угадаю, там писали, что нужно охлаждать свои яички в пакете со льдом? – перебила меня доктор, заставив Люси рассмеяться. – Так вот, всё это ерунда. Как бы ни продвинулась наука за последние годы, она всё ещё находится в стадии становления, поэтому найти достоверную информацию бывает непросто. Самое лучшее, что вы можете сделать, это набраться терпения и не унывать. Все шансы в вашу пользу, но беременность всё равно никогда не бывает беспроигрышным вариантом. Если через несколько месяцев у вас возникнут проблемы, приходите ко мне, хорошо? Мы оба кивнули ей, после чего я помог Люси встать на ноги. Доктор Ларсон подошла к нам и поочерёдно пожала руки. Люси всё ещё дрожала от волнения, пока мы шли к стойке регистрации, чтобы оплатить приём, после чего направились к машине. Когда мы вышли на улицу, солнце светило необычайно ярко для позднего утра. Гораздо сильнее, чем я когда-либо видел. Или это просто моё воображение? Сев в машину, я повернулся к Люси. Она смотрела на меня с такой любовью и теплотой, которую я никогда прежде не видел. Все её сомнения и страхи улетучились, уступив место надежде и радости. На мгновение я увидел в своих мечтах, как она лежит на больничной койке, измученная и переполненная счастьем, прижимая к себе нашего первенца. Потом она повернулась ко мне, и её красота неизмеримо умножилась за счёт материнской ауры. – Анон, ты стал папой, – с улыбкой сказала она. Моё сердце учащённо забилось, когда я вновь сосредоточился на прекрасной женщине, сидящей рядом со мной в машине. Моей жене. Той, кто дороже мне всего на свете. Её прекрасные янтарные глаза сверкали в солнечном свете. Я улыбнулся, беря её за руку. – Ну что, милая, как насчёт пикника?