Против всех

      Вчерашний звонок Романа застал родителей Андрея врасплох, заставив забыть о четко спланированном времени и вылететь ближайшим рейсом в Москву. В самые тяжёлые моменты жизни чета Ждановых старалась держать лицо, но сейчас Маргарите было абсолютно все равно. Для нее, со звонком Малиновского, время остановилось…       Ее единственный, любимый мальчик, Андрюша. Как же так? За что ему все эти испытания? Разве он недостаточно пережил за последние несколько недель, прошедших с момента исчезновения этой его странной помощницы? И Кира, и Роман, и она сама, а то и все вместе, они пытались помочь ему, а он только отмахивался от них, как от назойливых мух и, словно одержимый, день за днём искал свою Катю, будучи уверенным в том, что по настоящему её любит. А любит ли его она? И любила ли вообще? А как его можно не любить? Да она счастлива должна быть и благодарить небеса за то, что на нее обратил внимание он, Андрей Жданов! Ведь сама она ничего из себя не представляет… Да, умная, но на одном интеллекте далеко не уедешь. Другое дело — Кирочка. Умная, интеллигентная, красивая, с безупречным вкусом. Идеальная пара для ее мальчика. И все у них было хорошо, пока не появилась эта Катя. И что только Андрей в ней нашел?       Не к месту вспомнился эпизод из далёкой молодости, когда Павел, ещё не будучи ее законным супругом, серьезно увлекся одной из моделей, которые работали на показах делающей свои первые шаги в мире моды компании по пошиву одежды и почти расстался с Маргаритой, не зная о том, что та была беременна. Но тогда на путь истинный молодого Жданова наставила его мать, мудростью которой Марго всегда восхищалась. Но женитьба и рождение Андрея не умерили пыл любвеобильного Павла, который открыто изменял молодой жене направо и налево. Воспитанная в аристократической семье, Маргарита Рудольфовна молча терпела его выходки и на все закрывала глаза, а он ее по своему любил. Конечно, со временем, он остепенился и даже приобрел некоторую житейскую мудрость, но это, скорее можно было списать на возраст, чем на изменение поведения…       Марго понимала, что Андрей своим темпераментом пошел в отца и именно поэтому Павел так отчужденно относился к сыну. Он видел в нем себя, словно смотрелся в зеркало, в глубине души надеясь, что Андрей всё-таки изменится раньше, чем повторит его судьбу. И к этой странной девочке, Кате, относился по-отечески тепло, словно видел в ней спасение собственного отпрыска...       Объявили посадку на рейс и Ждановы прошли в самолёт, который некоторое время спустя легко поднялся в небо, взяв курс на далёкую Москву, где их единственный сын нуждался в помощи и поддержке самых близких ему людей…       ***       Боже! Сколько еще будет продолжаться этот сон… Он никогда в жизни так долго не спал, даже в детстве, когда болел и мама дни и ночи просиживала у его постели. И никогда его сны не были такими сумбурными, как сейчас. Тысячи, никак не связанных между собой, картинок, мелькающих, словно кадры кинопленки и едва различимый, до боли знакомый, голос… Слов не разобрать, но есть в этом голосе что-то, что заставляет его слушать. Хочется идти на звук, припасть к нему, словно к живительному источнику, но ноги не слушаются… Почему не получается проснуться? Ему ведь нужно идти. Андрей помнит, что куда-то очень спешил…       А теперь он видит какую-то странную, залитую ярким светом, абсолютно белую комнату со множеством людей в таких же белых, как стены, халатах, склонившихся над изувеченным телом, почти сплошь покрытым бинтами, с проступившими кое-где, через них, бурыми пятнами. И снова слышит голос. Сейчас уже можно различить слова: «Андрей! Мой милый, любимый Андрюша! Я знаю, ты слышишь меня! Возвращайся, родной! Я очень жду тебя! Мы…ждем тебя! Только сегодня я узнала, что беременна… И это такое счастье! Я очень хочу поделиться им с тобой, но пока не могу… Ты далеко и я могу лишь мысленно говорить с тобой… Я знаю, ты сможешь! Ты сильный! Ты нужен нам! Возвращайся, любовь моя! Без тебя меня нет… Умоляю, возвращайся…»       ***       По прилёту в Москву, родители Андрея сразу же приехали в НИИ Склифосовского и подписали все необходимые документы для перевода сына в НИИ Бурденко и последующей срочной операции. Андрея им увидеть не удалось, но встретивший Ждановых Малиновский был этому несказанно рад, так как реально переживал за состояние Марго.       Мать Андрея, постаревшая за последние несколько часов на несколько лет, позволяет Малиновскому, как маленькую девочку, гладить себя по голове, в то время как ее муж, Павел Олегович Жданов, в некотором отдалении от них, разговаривает с кем-то по телефону. Вернувшись через несколько минут, он обращается к Роману с вопросом:       — Екатерина Валерьевна знает, что случилось с Андреем?       Малиновский лишь утвердительно кивает.       — Странно, — Жданов явно озадачен. — Очень странно. Она ничего у меня не спросила о нём…       — Она очень изменилась, — отрешённо ответил Роман. — И внешне и внутренне. Я ее не сразу узнал. От прежней Кати остались только имя и фамилия…       — Да, я тоже заметил некоторые изменения в ее манере общения. Завтра мы с ней встречаемся, у нее ко мне какое-то взаимовыгодное предложение…       Павел оценил огромный потенциал этой девочки ещё на предварительном собеседовании. Чего только стоило то, что она прислала свое резюме, не прикрепив фотографию. А последующий разговор со Шнайдеровым, сокрушающимся об ее уходе из банка «Ллойд Моррис», окончательно убедил его в том, что провидение сделало компании «Зималетто» и его сыну лично, бесценный подарок в лице Екатерины Валерьевны Пушкарёвой.       Павел, в отличие от Маргариты, никогда не относился к Кире Воропаевой, как к дочери, даже после внезапной смерти ее родителей. И маниакальное стремление супруги во что бы то ни стало женить на этой девочке единственного сына, он не поддерживал. Просто не видел в этом смысла, впрочем как и настоящей любви, между Андреем и Кирой. Их отношения были чем угодно, только не любовью. Павел более чем снисходительно относился к бесконечным интрижкам сына, чем порой, приводил Марго в бешенство, заставляя ее проводить очевидные параллели между ним и Андреем. А Жданов-старший надеялся на то, что сын повзрослеет раньше, чем его больно пнет под ребра жизнь. Надеждам не дано было сбыться. Андрею пришлось покинуть уютное детство через болезненные переживания после исчезновения Катерины. Павел прекрасно видел терзания сына и понимал, что только пережив их и уничтожив себя прежнего, он сможет измениться. И Андрею это почти удалось. Павел как сейчас помнил момент спонтанного звонка сына с сообщением о том, что тот решил добровольно покинуть пост президента компании. Он даже не сразу поверил в услышанное. Но после неоспоримых доводов Андрея, понял, что сын принял единственно верное в данной ситуации решение. И тут вдруг эта авария…       Павел всегда любил Андрея, видя в нем свое отражение, а своей показной холодностью, по отношению к сыну, принимаемой многими за чистую монету, пытался заставить его принимать самостоятельные, взвешенные решения. Заставить его, наконец, выйти из зоны комфорта, которую они с Марго обеспечивали Андрею с самого рождения. И он из нее вышел. Точнее его из этой самой зоны комфорта пинком под зад вытолкнула сама жизнь, заставив на собственной шкуре прочувствовать боль, во всех ее ипостасях. А сейчас, в этот сложный период, Павел и Марго должны быть рядом с сыном, должны дать ему понять, что он не один, что они его любят и ждут. И Марго, всегда считавшая его непробиваемым, не должна увидеть его слез, ведь мужчины не плачут…       ***              Уже глубокой ночью, спустя несколько томительных часов ожидания, в течении которых длилась операция, к ним вышел грузный, седой как лунь, врач и на автомате произнес:       — Операция прошла успешно, но пациент находится в стабильно тяжелом состоянии, поэтому все посещения не раньше, чем через несколько дней, когда будут проведены дополнительные исследования, по результатам которых необходимо определить дальнейший план лечения.       А потом добавил, глядя в полные надежды глаза Марго:       — Все будет хорошо. Просто поверьте старому опытному нейрохирургу. И не таких вытаскивали… Все будет хорошо…