До и после

      Солнце пекло голову так, что даже панамка не спасала Риту от этого ужаса. Она была в огороде и ухаживала за цветами. Пионы и нарциссы. Илона очень любила именно эти цветы, другие она не принимала. Только вот ухаживала за ними как раз таки Рита, а не Илона. Конечно, мама порой занималась благоустройством садика, но только в случае, если Рита была чем-то занята. А так…              Впрочем, сейчас Риту волновало не то, почему она, а не мать. Ее волновало солнце, ибо почему оно так печет, словно она в духовке под ста градусами печется.       Хочется расплавиться как мороженое и лежать потом лужей на траве, однако не суждено Рите быть мороженым. Придется вот так вот сидеть на корточках и ухаживать за цветами, который ей напрочь не сдались.              Такое сильное желание было просто взять и растоптать эти клумбы! Умрет от руки матери, но зато такая счастливая. Рита аж улыбнулась от одной мысли, что эти цветы сейчас лежат помятые и неживые, а за ней гонится мама. Вот это было бы зрелищно, думала Марго.              Ее мысли прервал резкий запах табака, который исходил неподалеку от дома.              Отец?              Нет, он был на работе, а Илона вовсе чувствовала отвращение к запаху сигарет, потому и не курила. Рита подняла голову и увидела за забором вчерашнего парня — Рому, одноклассника и бывшего ухажера Полины.              Он стоял и курил, глядя на то, как Рита работает. Интерес был сильнее и посему Рита стремительно подошла к забору, попутно снимая садовые перчатки.       Запах был тяжелый и заполнял легкие с каждым вдохом. Дышать было нечем, и Рита закашляла, прикрыв рот и нос. При этом этот запах был не таким уж и отвратительным, как тот, который исходил от отца.              — Можешь, пожалуйста, не курить около моего дома? Моя мама ненавидит этот… неприятный запах, — тихо, с пассивной злостью проговорила Рита. Парень задумался, посмотрел на недавно зажженную сигарету и неохотно ее выбросил, затоптав. — Огромное тебе спасибо, — не от всего сердца поблагодарила его Маргарита, натянув лёгкую и неискреннюю улыбку.              — Мне вот интересно, ты чего в такую глушь переехала? С Морозовой пересекался, говорит, теперь ты в нашей школе учишься. — Рома засунул руки в карманы шорт и выпрямился.              — Вот, свежим воздухом подышать. Мама не говорила всей причины, а просто сказала, что на природе будет… классно.              Она пожала плечами и посмотрела в небо. Ни одного облачка, лишь чистое голубое небо и огромная там, в космосе, но небольшая с вида отсюда, с Земли, дневная планета. Рита вновь взглянула на соседского парня.              — Так, ты ведь Полинин одноклассник, верно? Она много рассказывала о тебе. — На лице шатена появилась улыбка, но быстро исчезла, когда на крыльце появилась она.              — Маргарита!              На крыльцо дома вышла Илона и ахнула, увидев, с кем разговаривает ее дочь. Она быстро сняла домашнюю тапку и бросила в хулигана. Тот это вовремя заметил и увернулся, переводя на женщину ошеломленный взгляд, смешанный с оттенком мимолётного страха.              — Ах ты ж, дрянь такая уличная! Пошел вон отсюда! — Илона сняла вторую тапку и, крепко схватив её, направилась к забору.              Рома мельком взглянул на Риту и тут же бросился убегать прочь, словно угорелый. Рита перевела на маму непонимающий взгляд. Только она успела открыть рот для вопроса, как Илона уже схватила дочь за локоть и повела обратно в дом. Женщина завела ее внутрь и захлопнула дверью так сильно, что показалось — стены прихожей задрожали.              — Это что сейчас было?! — крича спрашивала Илона, глядя на недоумевающую дочку. — Ты! Беседовала с этим хулиганом! Да он же… он же… да по нему сразу видно! С такими общаться запрещено!              — А что в этом такого? — спросила Рита и тут же пожалела об этом. Илона смотрела на нее в бешенстве, уперев руки в бока. Шатенка почувствовала, как мама прожигала ее насквозь, прищурив глаза.              — Что такого?! Маргарита! Его компания только испортит тебя, твои оценки и твое будущее! Ты ведь должна как-то подумать об этом, нет? Ты на золотую медаль идёшь, а потом поступишь в хороший ВУЗ за границей. Неужели ты хочешь всё это потерять?! — Рита с искрой злости взглянула на маму. — Мама умней, я ж для тебя стараюсь. Иди в комнату, отныне за цветами я буду ухаживать. Не дай Бог ты опять с этой шпаной заговоришь.              Рита поднялась в свою комнату под прицелом жгучего взгляда Илоны. Она вошла в комнату и села за стол. Маргарита не знала, чем ей заняться. С одной стороны, она была рада, что больше не будет ухаживать за цветами в жару, а с другой стороны, ей больше нечем было заняться.              Комната была убрана до блеска, дома тоже было чисто, Юля сейчас обедает, все книги, стоящие на полке, Рита читала уже по три и пять раз. Что еще можно было делать в такой день?              Гулять мама сейчас не пустит, поскольку после встречи с Пятифаном она ее не выпустит.              Оставалось только одно.              Она на цыпочках пробралась к родительской спальне и осторожно вошла туда, стараясь не издавать никаких звуков. Рита подошла к стационарному телефону и забрала его в свою комнату, по пути набирая номер Морозовой.       

      — Я слушаю. — Полина очень быстро подняла трубку и этому Рита была очень рада.

      — Полина! Привет. — Скрипачка ахнула и по ее тону было сразу понятно, что она улыбается. — Свежие новости, моя мама в твоего одноклассника тапок бросила.

— Да ладно?! — Полина засмеялась. — Твоя мама никогда не любила тот факт, что ты имеешь право иметь друзей помимо меня. Она хоть попала?

      — Он увернулся, а жаль. Мама просто в бешенстве! Но в этом и плюс есть. — Рита сделала паузу и на радости чуть ли не завопила: — Я больше не буду следить за этими цветами!

— Какая радость!

      — Что насчет тебя? Мне кажется, тогда на площадке ты мне не все новости рассказала.       

— Ну, сегодня мусор пошла выбрасывать, а там Королев по аллее шел! Я же как дура выглядела, ну вот надо же было именно в этот момент ему пройти, — расстроено говорила Морозова, опечалено вздыхая.

      — Полин, он ведь даже не взглянул на тебя…       

— Он, между прочим, на секунду посмотрел в мою сторону!

      — Полина…

— Не суть. Что собираешься делать после выпуска?

      — Ну, как говорила моя мама, поступлю в университет… Она предлагала либо в Германию, либо в Италию, мол, оба языка красивые и учеба там хорошая. К тому же она купила кучу книг про обе страны, чтобы я решила, в какую поступать.       

— Так, а ты сама этого хочешь?

      — Ну…       

— Рита!

      — В Италии круто, наверное. — Рита пожала плечами. Она качалась на стуле, слушая, как Морозова томно вздыхала и явно была недовольна пассивностью со стороны подруги. — Да брось! Я даже не против туда поступить, просто нужно выучить язык хотя бы для начала. Я уже рассказывала, что моя тетя жила там и она поможет найти там жилье, посоветует, в какой университет лучше поступить…       

— Главное, чтоб тебе нравилось. А я вот в Москву хочу, поступлю в консерваторию и стану такой же талантливой скрипачкой, как моя мама. Но сначала — Королев.

      Рита закатила глаза и кое-как сдержалась от смеха, пока Морозова заливалась звонким смехом, лежа на кровати. Девочки разговаривала практически весь день и ни капельки не уставали. Они смеялись и шутили, обсуждали самые разные темы.              Полина рассказывала о школе, готовила свою подругу морально к любым событиям, которые могли бы произойти с ней. Тарасенко же нисколько не волновалась, сколько Морозова. Казалось, что это Полина в новый класс идет, а не Рита.       Разговор подошёл к концу, когда наступило время ужина и обеим пришлось нехотя попрощаться. Марго спустилась на кухню, где уже сидели все, кроме неё самой. Отец накладывал Юле ужин, пока Илона разливала чай по кружкам.              Рита села за стол, и мать начала:              — Дорогой, вот Елена Викторовна сказала, что наша Маргоша настоящий талант. Я ведь говорила, что ей с таким талантом только за границу и надо! Нечего ей тут оставаться. Все учителя так говорили!              Дмитрий же просто кивнул, соглашаясь с женой. Он взглянул на свою старшую дочь, которая по виду словно никогда и не любила заниматься музыкой.       Однако это было не так.       Рита очень любила играть, просто не любила того, как Илона реагировала на игру дочери, она попросту устала от этого.              — Рита, ты решила, в какую страну хочешь поступать? — Илона вновь взглянула на дочь, которая подняла голову и взглянула сначала на мать, потом на отца и вновь на мать. Она проглотила еду и ответила ей, кивнув.              — Италия, а… язык, на мой взгляд, легче кажется, — ответила она совершенно спокойно, но Илона вновь отреагировала слишком бурно, поворачиваясь к супругу и начиная очередной раз лепетать ему о будущем дочери. Рита молча доела и, помыв посуду, ушла в свою комнату.       

***

      Рита шла по улице на урок музыки. Елена Викторовна сказала, что ей совсем не сложно будет работать даже на каникулах, потому Рита шла на занятие. Она брела с опущенной головой: явно о чем-то задумалась.              Это была не ее жизнь, думала она, прокручивая в голове все моменты.              Но ее радовала мысль о том, что ее семья не собирается за границу и что Рита только тогда сможет ощутить себя наконец свободной от цепей укоров матери. Илона больше не сможет контролировать старшую, если она улетит куда-то далеко, за пределы родной страны!              Тарасенко не заметила, как дошла до кабинета, там ее с улыбкой уже встречала Елена Викторовна. Урок начался.              Новая учительница не была похожа на других учителей. Она очень спокойно что-то объясняла и не кричала, если ученица допускала ошибку. Это было плюсом для Риты.              Теперь уроки музыки не были похожи на какие-то пытки, они стали просто теми моментами, когда Рита может погрузиться в мелодию с головой и ни о чем больше не думать.              Елена Викторовна в эти минуты ее не отвлекала, только сидела и внимательно слушала игру своей уже любимой ученицы.              Еще один урок закончился, и Рита словно вновь вернулась в реальность. Такое странное чувство иногда, когда погружаешься во что-то с головой, сосредотачиваешься и, пропуская абсолютно каждую ноту, каждый звук через себя, опять спускаешься с небес на землю. Все начинает казаться таким непривычным… Но это ненадолго.              — Елена Викторовна.              — Что такое, дорогая?              — Могут ли уроки проходить каждый день? — Глаза учительницы расширились после неожиданной просьбы. — Мне все равно нечем заняться, если честно.              — Ну… Если твоя мама не будет против, то конечно можно. У меня тоже, к слову, много времени, я думаю, что мне не составит труда приходить сюда каждый день.              — Правда? — Рита и удивилась, и обрадовалась одновременно.              Наконец-то ей не придется сидеть дома и помирать от скуки в четырех стенах. Илона до сих пор не выпускала старшую дочь на улицу, зная, что на улице полным-полно хулиганов, которые могут «испортить» будущее ее дочери.              Елена Викторовна кивнула, и Рита счастливая покинула музыкальный класс.       

***

             Мои дни проживания в поселке шли медленно и скучно, но еще тогда во мне поселилось предчувствие. Чувство того, что я не смогу просто справиться с грузом у себя на плечах.              Мне снились кошмары по ночам, которые шли обрывками. Короткие сцены менялись каждую минуту. Они сводили меня с ума. Но взрослые отмахивались от моих попыток рассказать им.              Моя бабушка умерла еще когда мне было двенадцать, но порой мне казалось, что именно она и знала ответы на мои вопросы. Будь она тогда со мной, я бы знала, что меня могло там ждать…              Она умерла именно в тот момент, когда собиралась мне что-то сказать. Это напомнило мне о подобных ситуациях в книгах, когда какой-нибудь персонаж перед смертью собирается сказать что-то очень важное, но умирает, так и не раскрыв тайны.       

***

      — Сегодня пропал Андрей Левченков, семнадцать лет. — Дмитрий читал свежие новости, сидя за столом. За это время он не притронулся к еде. Илона, снова вздохнув, налила себе еще кофе, добавила туда молока и задумчиво помешивала это ложкой. Мужчина заметил поникшее состояние жены и, опустив газету, наконец взглянул на нее: — Дорогая, что с тобой?              — Я просто задумалась, — ответила она, но Дмитрий сузил глаза, глядя на жену, сканируя ее, словно от этого могло что-то измениться. И изменилось. Илона заметила пристальный взгляд мужа и нахмурилась. — Мне уже и задуматься нельзя? Не смотри так на меня!              — Ты какая-то не такая, — отозвался Дмитрий и вновь принялся за чтение газеты, игнорируя возмущение супруги. — Рита, сгоняй в магазин, купи мне шоколада, а то кое-кто не ест шоколад и не покупает его вообще.       Он сделал сильный акцент на «кое-кто» и косо взглянул на Илону, которая ахнула от накопившегося раздражения.              Все это время рядом сидящая Рита читала книгу и не услышала своего отца, пока похлебывала чай и увлеченно погружалась в рассказ.              — Рита! — повторил Дмитрий уже громче, и девушка наконец подняла голову. — Я говорю, шоколада в магазине купи, Юльке и себе тоже чего-нибудь прикупи сладкого, а то дома ничего нет.              — Гречка вот стоит. — Илона указала на кастрюлю полной вчерашней каши, которую ели только вечером и больше к ней никто не притронулся, кроме самой женщины.              — Твоя гречка вот здесь уже.              Дмитрий провел по шее, намекая, что вообще не притронется к еде жены. Илона аж покраснела от злости, словно спелый помидор, и встала из-за стола, уходя в коридор.              Они много ссорились и всякий раз это случалось из-за того, что их мнения попросту не совпадали.       Илона реагировала всегда бурно, а Дмитрий, наоборот, подливал огня в масло, и казалось, что он чувствует себя в этот момент бесстрашным и бессмертным.              — Рита, денег дать? — Дмитрий повернулся к дочери и уже начал копаться в кармане.              — Давай.              Мужчина достал кошелек и протянул дочери немного денег на сладкое. После Рита ушла. Она зашнуровала ботинки и вышла на улицу, быстрым шагом направляясь к магазину.              Нигде их не было.              Маргарита уже устала под палящим солнцем идти по аллее, ища магазин. Солнце продолжало обжигать нежную кожу и печь голову.       «На макушке уже можно готовить яичницу» — думала Рита, пока шла, словно сутулая собака.              — Помочь?              Внезапно перед ней появилась девушка. Блондинка с зелёными глазами, которые напоминали весеннюю траву и конец учебного года. Одета она была в желтое платье с белыми цветами на подоле юбки. Волосы ее были собраны в аккуратный пучок, нигде ничего не торчало. Про таких говорят: «Как с иголочки».              Рита даже не знала, что ответить, вот настолько неожиданной для нее оказалась встреча. Блондинка рассмеялась и уперла руки в бока, глядя на брюнетку.              — Ты не местная? — На этот вопрос Рита положительно покачала головой, и блондинка протянула ей руку. — Я — Катя, живу неподалеку.              Марго пожала ей руку.              — Я Рита.              — Так, ты куда-то шла? — поинтересовалась Катя, скрестив руки за спиной и слегка наклонившись вперед.              — Я искала магазин. Тут есть неподалеку какой-нибудь? — Катя кивнула и указала пальцем прямо.              — Прямо, а потом налево. Там сразу потом сообразишь. Могу пойти с тобой, если хочешь. — Последнее она пробормотала, словно надеялась пойти с новой знакомой. Рита это заметила и пожала плечами.              — Ну… пошли, ладно.              Катенька обрадовалась и пошла с Ритой в сторону магазина. Девушки шли в тишине и ни одна не собиралась начинать разговор, однако Катя все-таки решила поинтересоваться новой знакомой.              — Так ты городская? — Рита кивнула. — Откуда ты?              — Питер.              — А почему переехали? — Рита пожала плечами. — Ты на все лето?              — На весь год. — После глаза Кати загорелись, она уже шла не отставая.              — Ты здесь учиться будешь? — Рита взглянула на новую знакомую с поднятой бровью, и Катя сразу себя шлепнула по лбу. — Глупый вопрос, конечно, ты будешь здесь учиться. А в какой класс ты перевелась?              — Одиннадцатый «В».              — В ту школу? — Катя указала на здание, что виднелось вдали, и Рита вновь кивнула. — О! Так мы, получается, теперь одноклассницы! — радостно воскликнула блондинка. — Я, кстати, староста. Если у тебя возникнут вопросы, то обязательно обращайся. Кстати, тебе лучше в лес не ходить, там школьники пропадают, — как-то невпопад выбросила Катя.              — Знаю-знаю, все так говорят, спасибо за напоминание.              Рита улыбнулась совсем неискренне, а только из вежливости. Катя оказалась очень болтливой, даже более разговорчивой, чем Полина. Маргарита не была против, но отвечать на каждый вопрос… самый очевидный вопрос — сильно утомляло.              Они дошли до магазина, и Рита начала осматриваться, ища полку со сладостями. Она купила пару плиток молочного шоколада и два Киндера, а Катя лишь шла за ней и ее рот не закрывался ни на секунду.              Рита все оплатила и вышла вместе с Катей. Староста на пол пути сообщила своей новой «подруге», что ей уже пора идти. В душе Рита уже танцевала от радости, но виду не подавала. Они попрощались, обнявшись, и Тарасенко быстрым шагом направилась к себе домой.              Однако по пути она почувствовала пристальные взгляды из леса, которые в миг исчезли, когда она повернула туда голову.       «Странно…» — подумала Рита и, еще немного поглядев на лес, продолжила свой путь.              Кто-то шел позади, Рита чувствовала это и постепенно ускоряла шаг в надежде не столкнуться с неприятностями. Шаги позади становились так же быстрее… Кто-то вдруг схватил ее за плечо и остановил, развернув к себе.              Тот соседский паренёк, одноклассник Полины и тот, кого Илона прогнала тапкой. Рита с облегчением выдохнула, но быстро напряглась, когда увидела его суровый и холодный взгляд.              — Тарасенко, да? — спросил хулиган, и Рита кивнула. — Поговорить хотел по поводу вчерашнего. А че это мамка твоя в меня тапочками кидается? Я, по-вашему, псина какая-то?              — Вышло недоразумением, честно, — отчеканила Рита. — Моя мама вовсе не хотела бросать в тебя ничего. — Она подняла обе руки и скрыла свою неловкость улыбкой.              — А мне кажется, я слышал, как она орала, что я дрянь уличная. — Рома нахмурился, сложив руки в карманы своей спортивки.              — Тебе явно показалось. — Рита поджала губы и закивала, но Пятифанов ей не поверил, а лишь поднял бровь. — Ну… может, не показалось.              — По ее взгляду она явно была готова меня убить, тебе не кажется? — Хулиган слегка наклонился вперед, проникая в личное пространство пианистки, и осмотрел приезжую с ног до головы, подмечая детали, пока Рита задумалась над оправданием.              — У нее всегда такое лицо… — Рома поднял глаза и вновь посмотрел ей в душу, отчего Рите стало не по себе. — М-м-м… Мне кажется, ты слишком близко воспринял это к сердцу, да?              — Вовсе нет, — ответил Рома, качая головой. Не было понятно: зол он или нет. — В следующий раз предупреждай, когда мать твоя решит снова устроить мне дождь из тапок.              — Обязательно, — кивнула Рита. Она уже собиралась уходить, но ей всё казалось, что он хотел сказать что-то еще, однако Рома просто махнул рукой, якобы прощаясь, и ушел. Маргарита пожала плечами и тоже ушла домой.