До и после

      На следующий день в школе Рита сидела за партой с Полиной, недовольно прищурив глаза, когда заметила, как Антон, Игорь, Рома и Паша о чём-то оживлённо разговаривали в коридоре.              — Думаю, эти два идиота сговорились, — процедила она с подозрением.              Полина, с мягкой улыбкой на губах, покачала головой:       — Да ладно, ты слишком остро всё воспринимаешь. Ты слишком остра с Ромой. Он так старается.              — Старается? Он дурак и быдло, — произнесла Рита с лёгким отчаянием. — Вчера весь день доставал и под окнами мне пел!              Полина засмеялась:       — О, Паша тоже меня вчера везде встречал. То у почты, то у школы. Эти парни, похоже, просто не знают, как правильно подойти к девушкам.              В этот момент Рома и Игорь вошли в класс, за ними следовал Антон. Рома, как всегда, выбрал тактику обольщения и облокотился на парту Полины и Риты, при этом стараясь выглядеть как можно более непринужденно.              — Дамы, доброе утро. Маргарита, — произнёс он с изящным поклоном, будто они находились на каком-то светском приёме. — Соизволите ли вы пойти со мной куда-нибудь после школы?              Рита, прикрыв рукой рот, не смогла сдержать насмешку:       — Ох… — произнесла она с сарказмом. — Иди на хрен.              Рома при этом лишь развёл руками, не обращая внимания на её резкость, и продолжал:       — Ну ладно, можно подумать, что я ожидал другого ответа!              — Ты так любезен, какая муха укусила тебя, Пятифанов? — саркастично продолжила Рита, при этом не снимая руку с лица и еле сдерживая улыбку.              — Ну, даже не знаю, — ответил Рома, пытаясь сохранить серьёзное выражение лица. Он прищурился, делая вид, что задумался, а затем добавил: — Возможно, это просто вдохновение, вызванное чудесной атмосферой нашего класса.              — Чудесная атмосфера? — переспросила Рита, поднимая одну бровь. — В этом классе? Ты про что вообще?              — Ну да, на, — с лёгким смехом поддержал его Игорь. — У нас тут весело, как в зоопарке!              Антон с интересом слушал их перепалку, иногда подхихикивая. Рита же, всё ещё с серьёзным лицом, наконец убрала руку от рта и посмотрела на Рому.              — Ты знаешь, если ты действительно хочешь, чтобы я с тобой куда-то пошла, то тебе стоит поменять тактику. Эти фокусы не сработают, — заявила она, не скрывая своего недовольства.              — О, конечно, — ответил Рома с хитрой улыбкой, — тогда как насчёт романтического ужина при свечах?              — Смешно, — фыркнула Рита.              — Тогда, может, ко мне домой? — предложил Рома, подмигивая и заигрывая бровями, как будто это было самым естественным делом в мире. Его голос звучал игриво. — Если хочешь, мы всё-таки на полном серьёзе устроим ужин при свечах. Я приготовлю для тебя что-нибудь! — добавил он, уверенно наклоняясь ближе к Рите, как будто они уже обсуждали детали их совместного вечера.              Рита лишь скептически приподняла бровь, ее выражение лица выдавало сомнение. Она смотрела на Рому так, словно пыталась прочитать его мысли, но на лице у него было написано только волнение и задор.              — Не уверена, что ты умеешь готовить, — заметила она, по-прежнему недоверчиво глядя на своего одноклассника.              — Не правда! Я умею… пельмени! — с гордостью выпалил Рома, словно это было величайшее достижение кулинарного искусства. Он с легкостью придавал своим словам веселую интонацию, которая могла бы заставить кого угодно улыбнуться.              — Впечатляет, — с сарказмом ответила Рита, кивнув и прижав губы, чтобы скрыть улыбку. Она не могла удержаться от того, чтобы не подшутить над ним, ведь его самоуверенность выглядела забавно. Даже комично.              Рома явно не обращал внимания на её иронию. Он продолжал развивать свою идею:       — На самом деле, я нашёл рецепт, как сделать их по-особенному, с зеленью и специями. Представь, мы сидим, ужинаем при свете свечей, а вокруг атмосфера романтики!              Рита тихо засмеялась, увидев, как Рома надувает щеки и изображает задумчивого шеф-повара.              — Да, но кто будет делать салат? Или, может быть, ты собираешься просто положить пельмени на тарелку и считать это ужином? — продолжила она, не упуская шанса пофилософствовать о его кулинарных способностях.              — Не переживай! Я всё предусмотрел, — ответил Рома, обдумывая, как бы ему завоевать её доверие. — Я позову на помощь маму. Она знает все секреты.              — Значит, это будет не ужин при свечах, а вечер с мамой твоей и пельменями?              — Почему бы и нет? — с ухмылкой ответил Рома. — Но, если ты всё же согласишься, я обещаю, что это будет незабываемо.              Она без впечатления посмотрела на него, скептически приподняв бровь.              — Я ожидала большего, — произнесла Рита, словно делая ему упрёк.              Рома, не растерявшись, выпятил грудь и с игривой ухмылкой ответил:       — Уж извините, Маргарита, но я не романтик, а плохой парень, — пафосно подмигнул он, стараясь выглядеть по-особенному уверенно.              Рита чуть не засмеялась, но в последний момент смогла сдержать смех, кашлянув в кулак, чтобы скрыть свои эмоции.              — Я заметила… — произнесла она с ухмылкой, глядя на него так, словно читала его мысли.              Рома сделал вид, что глубоко задумался, прижав подбородок к кулаку.              — Ты думаешь, я не способен на романтику? — произнёс он, закатывая глаза, но в его голосе звучало игривое сомнение. — Может, мне стоит вызвать духа поэтов или обратиться к великим романтикам прошлого?              — Или просто прочитать хотя бы одну книгу по кулинарии? — подколола Рита, приподняв одну бровь. Она смотрела на Рому с легким вызовом, который, казалось, только разжигал его азарт. — В любом случае, я вижу, что ты не отстанешь от меня?              Рома усмехнулся, его уверенность не покидала его, даже когда Рита продолжала давать ему понять, что её не так-то просто подкупить.              — Не могу устоять перед твоей красотой и умом, — проговорил он с фальшивой серьезностью, обводя её взглядом. — Если честно, ты единственная, кто может справиться с моей натурой.              — Сильно сказано, — отрезала Рита, но на её губах всё же играла тень улыбки.              Рома заметил это и почувствовал, что добивается своего, даже несмотря на её издевательское отношение.              — Так как, Маргарита, ты всё же согласишься? На пельмени и вечер с плохим парнем?              — Пельмени, как ни странно, звучат неплохо, — наконец призналась она, уже менее сдержанно. — Но помни, ты сам это предложил.              — И я не отступлю! — воскликнул Рома, расправляя плечи и делая вид, что находит это довольно серьезным.              — Ладно, — согласилась Рита, — только не надейся, что я буду есть всё, что ты приготовишь. Вдруг ты меня отравишь.              — Договорились! — с широкой улыбкой сказал Рома, и Рита точно знала, что между ними начинается что-то интересное. А может она об этом пожалеет. Потому лишь вздохнула, опустив и покачав головой.       

      ***

             После занятий Рома ждал Риту у выхода из школы, его настроение было приподнятым. Они вместе отправились к нему домой, и Рита не могла избавиться от ощущения, что поступает глупо, но, с другой стороны, ей было всё равно, лишь бы не оставаться с мамой, которая накануне снова устроила ей долгий и скучный разговор о будущем.              — Итак, может… — начала Рита, когда они шли по тротуару, слегка дразня свой мозг вопросами, которые не давали ей покоя. — Скажешь всё-таки, почему так резко поменял своё отношение ко мне? Разве мы не играли в игру «эмоциональные качели»?              Она горько усмехнулась, стараясь скрыть ту часть себя, которая на самом деле была обижена на Рому за его прежнее поведение. В её голосе звучала ирония, но в глазах блестели искорки недоумения.              — Времена меняются, — ответил Рома, не глядя на неё, а рассматривая свои подошвы, как будто именно там были все ответы на вопросы.              Рита закатила глаза, понимая, что разговор о его «временной» метаморфозе не приведёт ни к чему хорошему. Её терпение иссякало, и она лишь сдалась, бросив на него взгляд, полный лёгкой досады.              — Ладно, — произнесла она с лёгким вздохом.              Несмотря на всю её неуверенность и внутренний конфликт, что-то в его решении стать лучше её подбадривало. Они продолжили идти молча, и Рита не могла не чувствовать, как между ними возникало что-то новое, непонятное, но интригующее. Впереди маячила дверь его дома, и она чувствовала, что в этом маленьком мире может произойти что-то неожиданное.              — Куртку можешь на вешалке оставить, ну или у меня в комнате где-нибудь, — бросил Рома, не оборачиваясь, идя ну кухню и вскоре оттуда доносились звуки готовки.              Рита медленно сняла ботинки и оставила свою куртку на вешалке, как и попросил Рома. Оказавшись в его доме, она впервые обратила внимание на детали — интерьер был простым, без излишеств, но уютным. На комоде у входа стояли несколько фотографий: на одной был Рома с родителями на отдыхе, на другой — он с друзьями в школьной форме, смех на лицах вызывал тёплое чувство.              Осмотрев прихожую, она тихо пошла на кухню, где Рома уже что-то готовил.              — Это твоя семья? — спросила Рита, осторожно заходя в кухню и кивая на фотографии.              Рома обернулся и бросил быстрый взгляд на неё.              — Ага, — сказал он, не отвлекаясь от плиты. — Это старые снимки, когда мы еще часто отдыхали вместе. Сейчас реже выбираемся куда-то.              Рита кивнула, села за стол и стала наблюдать, как он готовит.              — Значит, пельмени? — усмехнулась она, не удержавшись.              Рома на мгновение остановился, посмотрел на неё и подмигнул.              — Да, шеф-повар Пятифанов в деле. Правда, я не только пельмени могу. Но не сегодня.              Она вздохнула, слегка улыбаясь его попыткам выглядеть уверенно, и откинулась на спинку стула, наблюдая за его движениями.              — Мне помочь? — подала она голос спустя несколько минут.              — Я сам, — отрезал Рома, с деланным пафосом добавив. — Мужчина на кухне — это искусство, которое нельзя прерывать.              Рита закатила глаза, слегка улыбнувшись его словам, и продолжила сидеть, наблюдая за ним.              — Ну, как скажешь, шеф, — проговорила она, слегка потягиваясь и вновь осматривая кухню.              Несмотря на внешнюю простоту Ромы, его дом выглядел достаточно опрятным и ухоженным. Даже на кухне все было на своих местах, чего она, честно говоря, не ожидала.              — И всё-таки, Пятифанов, — нарушила она тишину, — зачем ты меня сюда позвал? Только не говори, что просто ради пельменей.              Рома замешкался на мгновение, но продолжал делать вид, что сосредоточен на готовке.              — Я думал, может, поговорим. Ну и… — он повернулся к ней, ухмыльнувшись, — всё-таки я тебе должен один ужин за осенние «приколы», как ты их называешь.              — Мм, — поджала она губы, — ужин в качестве извинений? Как остроумно, — закатила глаза Тарасенко.              — Осторожней, а то еще глазки закатишь и не найдешь, — поддел её Рома, подмигнув.              Рита фыркнула и скрестила руки на груди, наблюдая за его попытками «сразить её наповал» кулинарными талантами.              — А если серьезно, — добавила она, уже более мягко, — ты думаешь, ужином можно загладить все твои выходки?              Рома замер на мгновение, глядя на Риту более серьезно, чем обычно.              — Не знаю, заглажу или нет, — признался он, опустив взгляд, — но я хотя бы попробую. Не могу же я просто оставить всё как есть.              Рита промолчала, слегка опустив голову, словно размышляя о том, что услышала. На кухне повисла тишина, нарушаемая только звуками приготовления еды. Она разглядывала его действия, но уже не с прежним сарказмом, а с каким-то странным любопытством.              — Ну вот, пельмени скоро будут готовы, — произнёс Рома, стараясь вернуть легкость в разговор, но его голос выдал лёгкое волнение.              — Интересно, как ты меня ещё удивишь, — тихо ответила Рита, подперев подбородок рукой.              Рома поднял на неё взгляд и, немного поколебавшись, сказал:       — Может, просто быть с тобой нормальным парнем на этот раз — уже будет достаточно?              — Попытайся ещё, — проворчала Рита, отстранённо поглядывая на его движения. Ей было трудно поверить, что он действительно может измениться. В её памяти всё ещё жила картинка того, как он её дразнил и смеялся над ней.              — Ну, ты же не можешь отрицать, что у нас были хорошие моменты, — сказал Рома, оборачиваясь к ней с надеждой. — Просто иногда я не знаю, как себя вести.              — Это не оправдание, — холодно произнесла Рита, но в её голосе уже не слышалось прежней ярости. Возможно, что-то в его тоне или в его попытках было искренним.              Рома поставил кастрюлю на стол и взглянул на неё с лёгкой улыбкой.              — Так, всё готово. Ужин при свечах, как обещал.              Рита снова посмотрела на него, не веря, что всё это происходит на самом деле. Она никогда не думала, что будет сидеть с Ромой за одним столом, даже в такой непринужденной обстановке.              — Ты же не собираешься мне опять рассказывать о своих «прекрасных качествах», правда? — насмешливо поинтересовалась она.              — Нет, — Рома засмеялся. — Просто давай попробуем сегодня не ссориться.              Рита кивнула, чувствуя, как атмосфера постепенно разряжается. Место было спокойным, а запах пищи напоминал о том, что иногда даже неудачные ситуации могут привести к чему-то интересному.              — Подожди… — Рита прищурила глаза, смотря на тарелку с пельменями. — Ты что, просто вытащил мамины замороженные пельмени и сварил их? Я-то думала, ты сам решишь приготовить.              Рома, не ожидая такого поворота, застыл на месте, морщась от смущения. Он знал, что его план был не самым оригинальным, но надеялся, что, хотя бы попытка произвести впечатление сработает.              — Ну, да, — неуверенно ответил он, опуская глаза на стол. — Но я их варил как настоящий шеф-повар!              Рита не удержалась от улыбки, её насмешливый тон постепенно смягчался. Она всегда знала, что Рома не слишком серьезно относится к готовке, но всё равно была поражена его откровенностью.              — Ты действительно думаешь, что это сработает? — спросила она, наклонившись к тарелке. — Если бы я знала, что всё так будет выглядеть, то, может, сама бы что-то приготовила.              — Эй! — Рома обиделся, но улыбка на его лице не исчезала. — Я думал, что это будет романтично! Ужин при свечах, горячие пельмени…              — Романтично? — переспросила Рита, наигранно прикрыв рот рукой, сдерживая смех. — Да это же стандартное «Я не умею готовить, но все равно хочу произвести впечатление».              — Не будь такой жестокой! — взмолился он, наконец, показывая свою настоящую натуру. — Я же пытался! Да, может, это не самый оригинальный способ, но…              — Но всё равно неплохо, — закончила она, подмигнув ему. — По крайней мере, пельмени не сгорели.              Рома выдохнул с облегчением, радуясь, что его попытка вызвать улыбку всё-таки сработала. Он взял вилку и подал ей.              — Так что, ты будешь пробовать или нет?              Рита медленно кивнула, поднося вилку к пельменям.              — Ладно, давай. Может, ты и вправду сделал что-то стоящее, — с игривым вызовом добавила она. — Ладно, признаю, это вкусно, — кивнула Рита, откусив пельмень.              В этот момент её телефон зазвонил в кармане брюк. Она достала его и сразу ответила. Это была её мама.              — Алло? — произнесла она, пытаясь скрыть раздражение в голосе.              — Маргарита! — крикнула в трубку Илона. — Где тебя носит, а?! Я же говорила: после школы сразу домой! Кто с Юлей, по-твоему, будет сидеть?!              — Мам, Юле двенадцать, она в состоянии остаться одна! Причем тут я? — закатила глаза Рита, пытаясь справиться с нарастающим чувством досады.              — Мне по делам надо! — настаивала мама, её голос становился всё более напряжённым. — Ты что, не понимаешь, как это важно? Я должна уже идти, а ты с сестрой посидеть не можешь!              Рита, переведя взгляд на Рому, который пытался скрыть своё веселье за пельменями, вздохнула.              — Я не могу просто так уйти, у меня… сейчас урок музыки, — попыталась она смягчить тон, соврав.              — Какой ещё урок? — с недоверием переспросила мама. — Ты же вчера только говорила, что больше заниматься не будешь! Я надеюсь, ты не снова с этим Ромкой возишься, а?!              Рита почувствовала, как её лицо заливается краской.              — Мы просто одноклассники, мама.              — Слушай, я не хочу, чтобы ты снова ввязывалась в его дела, — не унималась мать. — Помни, он не лучший выбор.              — Мам, — произнесла Рита с тихим, но решительным тоном. — Я сама решаю, с кем мне связываться. Я ведь уже взрослая!              — Взрослая? Как же! Если бы ты была такой взрослой, ты бы не оставила свою младшую сестру одну дома, — упрекнула её мама.              Рита стиснула зубы, борясь с волнением.              — Ладно, мам, я сейчас домой, — согласилась она, понимая, что продолжать спор бесполезно.              — Сразу, — настаивала мама. — И никаких «я уже дома»!              Рита кивнула, даже не подозревая, что её мама не может этого видеть.              — Хорошо, — произнесла она, стараясь не проявлять раздражение. — Увидимся.              Она положила телефон и посмотрела на Рому, который с любопытством ждал её реакции.              — Ну как, всё не так уж и плохо? — поинтересовался он, притянув к себе тарелку.              — Скажем так, — усмехнулась Рита, — я должна идти домой. Моя мама на меня гневается.              — И что, на этом всё? — спросил Рома, подняв брови домиком. — А я уже собирался тебя развлекать...              — Извини, но с пельменями и твоими «развлечениями» я не могу задерживаться, — с усмешкой ответила она. — Время идти.              Рома вздохнул, покачивая головой, словно расстроенный, но в его глазах всё ещё читалась надежда.              — Ну, ладно. Но я всё равно собирался ещё раз пригласить тебя. На нормальный ужин, — произнес он, подмигивая.              Рита, пытаясь сдержать улыбку, обдумала его предложение, прежде чем покинуть кухню и пойти в прихожую обуваться, но Рома её остановил.              — Куколка, я ж совсем забыл! Иди-ка за мной, — махнул он рукой, зовя её следовать за ним в свою комнату.              — Ну что ещё? Мне же домой надо, Ром, — ответила она, слегка нервничая от его настойчивости.              — Это всего пару секунд, — усмехнулся Рома, его глаза весело блестели.              Рита прищурилась, чувствуя, что тот что-то замыслил. Её телефон не переставал звонить, и она быстро взглянула на экран. Мама снова звонила, но она решила не отвечать, понимая, что разговор не принесет ничего хорошего.              — Чего ты хочешь? — спросила она, стараясь звучать строго.              — Всего лишь маленький сюрприз, — Рома обернулся к ней с хитрой улыбкой. — Ты же не против?              Рита подняла брови. Она не могла понять, что именно он задумал. Но, учитывая его характер, это определенно не предвещало ничего хорошего.              — Ладно, только быстро! — сдалась она, понимая, что не сможет устоять перед его упрямством.              Рома потянул её за собой в свою комнату. Внутри было уютно и слегка беспорядочно: разбросанные вещи, несколько постеров на стенах. Он подошёл к своему письменному столу и открыл ящик, извлекая оттуда что-то, завуалированное тканью.              — Закрой глаза, — приказал он.              Рита закатила глаза, но в итоге послушно закрыла их, чувствуя легкое волнение.              — Ну и что это такое? — спросила она, хотя её голос звучал с недоверием.              — Просто подожди немного, — произнёс Рома, стараясь скрыть свою улыбку. Он аккуратно развернул ткань, и в руках у него оказалась маленькая игрушка — плюшевая собака с длинными ушами.              — Вот, я же говорил, сюрприз! — с энтузиазмом произнёс он. — Это тебе! Собака, кстати, на тебя похожа.              Рита открыла глаза и увидела, что он протягивает ей игрушку. Она не могла сдержать улыбку, хотя поначалу была в недоумении.              — Ты серьёзно? — спросила она, принимая собаку в руки. — Ты даже такую ерунду купил? Эта собака какая-то стрёмная… на ту, что из видеоигры похожа.              — Уточки которая?              — Ага, — кивнула Рита, вспоминая тот кошмарный вечер в комнате Юли, когда в той самой приставке произошёл сбой и детская игрушка выглядела вовсе не детской.              — Зато у тебя теперь есть маленький друг, который будет с тобой, пока ты не дома, — заявил Рома с гордостью.              Рита посмотрела на собаку, на его лицо, вроде бы морда ее пугала, а вроде было приятно за такой неожиданный подарок. Хотя такого нежного жеста от Ромы Пятифана она точно не ожидала!              — Ладно, спасибо, — сказала она, покачивая головой. — Хотя мне нужно уже бежать, чтобы не разозлить маму ещё больше.              Рома снова притянул её к себе, указывая на дверь.              — Подожди, давай хотя бы сфоткаемся с ней! Это будет исторический момент!              Она, всё ещё держа в руках игрушку, кивнула. Рома быстро схватил фотик и сделал несколько снимков, пока она пыталась сдержать улыбку.              — Всё, теперь ты точно должна прийти снова, — произнёс он, когда последний кадр был сделан. — У нас есть собака, которая требует внимания!              — Ладно, я приду, — обещала Рита, всё ещё не веря, что он так серьёзно относится к этой игрушке.              Выйдя из комнаты, она вновь ощутила, как телефон вибрирует в кармане. Не дождавшись ответа, она решила, что не может больше игнорировать звонки, и быстро вышла в коридор, готовясь к тому, чтобы наконец-то вернуться домой.              — Стой! Ещё кое-что! — снова позвал Рома, его голос звучал более настойчиво.              — Да ты меня уже заеб!.. — не успела она договорить, оборачиваясь, как в этот момент Рома вдруг наклонился и прижал свои губы к её.              Рита была в шоке. Её глаза расширились, а ноги подкосились от неожиданности. Она не знала, как реагировать. Сначала её инстинктивно охватила волна тревоги, но потом, когда она почувствовала тепло его губ, её сердце забилось быстрее.              Она попыталась отстраняться, но Рома, казалось, не собирался отпускать её. Его руки легли на её талию, и это вызывало у Риты внутреннюю борьбу: с одной стороны, её сердце замирало от волнения, а с другой — она чувствовала, что это может быть большой ошибкой.              Всё происходило слишком быстро, и, не успев опомниться, она лишь стояла, словно парализованная. Наконец, собравшись с мыслями, она отстранилась от него, глядя в его глаза с полным недоумением.              — Ты что, охуел? — тихо произнесла она, чувствуя, как по щекам расползается горячий румянец.              Рома, удивлённый её реакцией, лишь пожал плечами, будто бы всё это было абсолютно нормально.              — Просто хотел, чтобы ты знала, как я к тебе отношусь, — ответил он, пытаясь скрыть смущение.              Рита чувствовала, как в груди поднимается буря эмоций. Она не знала, как воспринимать этот поцелуй: был ли это просто очередной выход Ромы за рамки его привычного поведения или что-то большее?              — Ты должен был спросить, прежде чем делать это, — укоризненно произнесла она, стараясь сохранить серьёзный тон, но её голос дрожал.              — Да ладно, — поднял руки Рома в жесте капитуляции.              Но они продолжали стоять очень близко друг к другу. Их разделяли только каких-то пару сантиметров. Рите казалось, что она слышала, как сильно бьется сердце хулигана. Ромка же, словно воспользовался моментом, осторожно положил руки на талию одноклассницы и притянул ее к себе, заглядывая в ее шоколадно-карамельные очи. А Маргарита утонула в его темных, уже не таких холодных, карих глазах. Она невольно коснулась его сильной каменной груди, ощущая ритм биения его сердца.              — Прекращай, — тихо пробормотала она.              — Что именно? — по-волчьи ухмыльнулся Рома, внезапно прижав ее к стене. Встал напротив, упираясь рукой о стену чуть выше её головы, и склонился к ней. Да так близко, что Марго почувствовала уже знакомый аромат ментола и кофе. Колени задрожали, сердце забилось испуганной птицей, но Рита отвернулась от него.              Её ладонь вновь уперлась в его грудь. Горячую, твердую, сильную.              Он замер, и Рита тоже замерла, словно время вокруг них остановилось, а они оказались в космосе, среди ярких звезд и планет. Марго подумала вдруг: «если сейчас повернусь, он точно меня поцелует. Второй раз»              Хотела ли она этого? В тот странный миг хотела. Безумно! До дрожи.              Хотела попробовать его губы на вкус. Снова почувствовать те эмоции, которые она подавляет день за днем. Ненависть? Любовь? Или просто желание?              Хотела обнять за плечи. Зарыться пальцами в волосы. Взять в ладони его лицо.              Его сердце часто билось под ее ладонью — Маргарита чувствовала его удары. И хотела, чтобы оно билось еще чаще — из-за неё.              Она все-таки повернулась и смело заглянула в глаза Ромы, снова с вызовом, снова с желанием, не понимая, почему ее рука скользит по его груди вверх, к плечу и к шее. И он снова наклонился к ней, целуя и сразу углубляя. Тарасенко тотчас ответила, её руки обвили его шею, а его сильные руки сжали тонкую девичью талию, притягивая ее ближе, будто не мог насытиться.              Рома целовал одновременно с напором и нежностью. Ей это понравилось. Она в какой-то момент устала отталкивать. Рите хотелось притянуть его так близко, настолько было возможно, хотя уже некуда. Вечность бы так…              Но он отстранился, облизнув свои губы и оборачиваясь назад. Взглянув на зеркало. Марго тоже посмотрела. Ее глаза мгновенно расширились. Они отражались в зеркале и выглядели так, как Рите никогда бы не представилось: она, прижатая к стене, хрупкая и миниатюрная на фоне массивного и сильного Пятифана; её красная помада слегка размазана, а то и почти на губах не осталось; щеки красные, а зрачки расширенное.              Рома выглядел также, но его губы, наоборот, окрасились в красный оттенок, что вызвало у Марго невольный смех.              — Блять… — выругался хулиган и пошел в ванную смывать. Маргарита последовала за ним, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. Ее сердце продолжало бешено стучать в груди. — Совет тебе на будущее, куколка, — Рома наклонился над раковиной, оттирая свои губы от ярко-красной помады. — Предупреждай, когда губы красишь. Мне как потом к пацанам, блять, выходить?              — Тебе на зло — предупреждать не буду, — с улыбкой бросила Рита, чувствуя, как её настроение немного поднимается. Ей было приятно видеть, как он суетится и раздражается из-за этой ситуации.              — Что за стойкая помада у тебя?! — рявкнул Рома, продолжая пытаться оттереть остатки помады. Он смотрел на своё отражение в зеркале и нервно хмурился, словно это было важнейшее дело в его жизни.              — Ну, я пойду тогда, удачи отмыть её, — хихикнула Марго, гордо приподняв подбородок и направившись к двери.              Рома не успел ей ответить, так как в этот момент он сосредоточился на своей внешности, пытаясь вернуть прежний вид крутого и плохого парня. Она, выйдя за дверь, не могла не улыбнуться, представляя, как он будет мучиться, пытаясь отмыть следы её помады.              По дороге домой она не могла не думать о том, что произошло. Этот поцелуй всё ещё крутился у неё в голове, и она чувствовала себя одновременно взволнованной и смущённой. Рита знала, что между ними возникло что-то новое, но не знала, как к этому относиться. Ей было любопытно, как будут развиваться события дальше, и что именно они значат для их отношений.