Maybe We Can Try Again?

***

«У нас с тобой абсолютно разное значение, Не знаю, каким образом Я и ты просто знаем, как это чувствуется, Когда мы влюбляемся Скажи, что сейчас хочешь мне сказать Я хочу просыпаться с тобой по утрам…» Carl Storm, With You in the Morning       Прошло несколько дней, а музыкант так особо и не разговаривал с менеджером. После той стычки мужчина хоть и стал аккуратнее подбирать слова, однако Сону всё равно держал дистанцию, выстроив высокую стену между ними. Не известно, сделал ли старший какие-либо выводы, поэтому парню проще было давать односложные ответы на какие-либо вопросы и всё остальное время заниматься либо написанием, либо прослушиванием музыки. Кажется, менеджера зачастую всё же одолевала неловкость, но он всё равно не решался пересечь проведённую черту. Не понимал, надо ли ему это. Может, попсихует и успокоится.       Ожидая очередные съёмки, Ким сидел один в гримёрке, чиркая что-то в своём блокноте, который зачастую брал с собой. Ему нравилось записывать рандомные идеи и мысли на бумаге или же в процессе оставлять на ней не всегда понятные рисунки. Это либо расслабляло, либо помогало мыслительному процессу. Третьего не дано.       Такая привычка выработалась у парня ещё с подросткового возраста, ведь на занятиях, когда становилось совсем скучно, приходилось как-то спасаться. Случайно найденный листок бумаги и чёрная ручка были лучшими помощниками в этом деле. А когда Ники появился в жизни младшего, то невольно сам начал делать так же, да ещё с особо важным лицом. — Эй, чем это ты там занимаешься? Сону попытался заглянуть парню через плечо, но тот лишь прикрыл свой рисунок руками, закрывая обзор. Ким вскинул брови и плюхнулся рядом на диван, подсаживаясь близко-близко к Рики и смотря в его глаза. Он не понимал, к чему такая конспирация, но, судя по всему, работа шла грандиозная, раз даже большая ладонь танцора не могла полностью спрятать нарисованное. — Малыш, ещё не время, — объяснил Нишимура и улыбнулся, оставляя еле ощутимый поцелуй на кончике носа возлюбленного, — Я не закончил… — А когда это время настанет? — притворно насупился Сону, отчего стал выглядеть ещё милее в глазах собеседника, — Ты же знаешь, что я и «ждать» — вещи несовместимые, хён. — Знаю, — усмехнулся Рики, прикусывая нижнюю губу, — Скоро-скоро покажу, просто подожди…       Вспомнив данную картину, Ким широко заулыбался и почувствовал, как по телу разливалось тепло. Самое интересное, что тогда парень совсем не учёл внезапно раскрывшиеся способности старшего, поэтому отчётливо запомнил собственное удивление, когда тот всё же протянул законченную работу, на которой красовались они вдвоём. Хоть и было заметно, что Рики работал резкими линиями, которые внезапно прерывались, настолько точная проработка деталей действительно впечатлила Сону. Подобный подарок действительно добрался до глубины души и, кажется, этот листок до сих пор хранится где-то дома, ведь музыкант точно ничего не выбрасывал.       Сону понятия не имел, чем сейчас занимается старший, но очень захотелось написать ему. Простое «как дела?» совсем скукота, поэтому парень решил сделать фотографию и отправить её прямиком Рики. Открыв камеру, Ким поднял телефон повыше, захватывая, тем самым, и себя, и блокнот, лежащий на колене. Улыбнулся пошире и всё же сделал снимок, тут же проверяя, как получилось.

*фото* Пока пачкал очередной лист блокнота своими каракулями, вспомнил, как ты прятал от меня своё художество :)

      Ники прочитал сообщение моментально, но ответ стал печатать не сразу. Подождав несколько секунд, Ким отложил телефон в сторону и чиркнул только что пришедшую в голову строчку на листе. Она звучала так хорошо, что нельзя было упустить её, поскольку всё когда-нибудь может пригодиться. Любимый♡ А я, когда увидел твоё прекрасную лисью мордочку на фотке, вспомнил, как ты тогда так же широко и мило улыбался…       Щёки Сону слегка покраснели от смущения, и он был очень рад, что находился в гримёрной в полном одиночестве. Каждый раз сердце младшего пропускало несвойственные удары, когда Рики говорил что-то подобное. Он всегда знал, как заставить Кима трепетать изнутри, и тот просто не мог жаловаться. У Нишимуры нет равных, и это факт. Любимый♡ Ты там сейчас на шоу, да? Хотелось бы лично взять тебя за руку и проводить на сцену, но как-нибудь в другой раз ;)

Хён, чего это на тебя вдруг нашло? Мне же выходить через пять минут, а как это сделать с покрасневшими щеками?

Любимый♡ Ладно-ладно, так уж и быть, продолжу вечером, когда никуда не придётся выходить… Кстати, малыш, я тебя бронирую на выходные, поэтому скажи своему менеджеру, что поедешь к родственникам загород

В смысле? Чего это ты там удумал?

Любимый♡ Потом расскажу, не переживай *фото* А это тебе, чтоб не скучал ;)       Сону сразу же открыл изображение и улыбнулся. Рики сидел на полу перед зеркалом, закрывая мобильным часть лица. Он часто так фотографировался, и младший не знал, почему именно, ведь танцор уж слишком красив, по его мнению. На голову накинут капюшон от кофты, которую Нишимура, будто специально, расстегнул так, чтобы шея, ключицы и небольшая часть груди были видны. Ким машинально сглотнул скопившуюся слюну, отметив, как привлекательно выпирает вена на длинной шее старшего, и не в силах перестать рассматривать изображение.       Качнув головой, музыкант снова забегал пальцами по клавиатуре, собираясь отправить сообщение, как в гримёрку внезапно постучались. Сону оторвал взгляд от экрана и посмотрел на менеджера, застывшего в дверном проёме. — Через две минуты выход, — произнёс он, прочистив горло, — Жду тебя в коридоре.       Мужчина исчез так же быстро, как и появился, и Ким, шумно выдохнув, всё же вернулся к чату, чтобы закончить фразу.

Я бы сказал, что хочу сделать, хён, но мне уже пора…

Любимый♡ Даже так? Не торопись, ещё успеешь мне всё рассказать лично ;) Удачи на сцене, малыш, я буду за тобой наблюдать…

♡♡♡

***

      Выходные для Сону наступили намного быстрее, чем можно было подумать. Он старался успеть много всего, чтобы со спокойной душой отпроситься «к родственникам загород», поскольку иначе всё бы заметно усложнилось. Конечно, менеджер до последнего относился со скептицизмом к внезапной самостоятельной поездке подопечного, но, в итоге, согласился со скрипом. Мужчина сначала хотел лично сопроводить музыканта, но всё же получилось отговорить его от подобной идеи, за что он взял с младшего слово, что тот будет максимально внимателен и осторожен, ведь охраны вокруг не будет.       Хотя о какой охране вообще речь, если рядом Рики?       С ним до безумия комфортно, и Ким вряд ли бы снова променял это чувство на что-то другое. Достаточно было простого присутствия старшего, чтобы музыкант ощущал себя намного лучше, чем до этого. Ники привносил много других красок в его жизнь, однако, кажется, до определенного момента Сону с трудом понимал, насколько этот вклад действительно огромен. Насколько Нишимура всё же является дополнением самого парня.       Какое-то время Сону просто рассматривал стремительно сменяющиеся пейзажи за окном, краем уха слушая музыку, которая звучала в автомобиле. Слушал низкий голос возлюбленного и то, как тихо он подпевал, будто стараясь не мешать. Ловил себя на мысли, что ему нравится само звучание такого родного баса с лёгкой хрипотцой, и лишний раз убеждался, что несколько лет назад совершил самую большую ошибку в своей жизни, отказавшись от всего этого.       Когда Ким поджал губы, Рики, будто почувствовав, положил ладонь чуть выше его колена, заставляя младшего вздрогнуть от неожиданности и повернуть голову. К сожалению, музыкант не успел сказать своему лицу, что тому должно быть весело, поэтому Нишимура с лёгкостью уловил грусть во взгляде и даже поведении пассажира. — О чём задумался? — поинтересовался он, сначала совершенно не отрывая взгляда от дороги, но потом всё же мимолётно посмотрел на Сону, который прикусил губу и улыбнулся. — Да так, о бренности бытия, — несколько отчаянно усмехнулся младший и, опустив глаза на руку Ники, которая покоилась в районе колена, накрыл её своей, — До сих пор не понимаю, как меня вообще выпустили из этой клетки…       Под «клеткой» парень подразумевал загруженный график, который сидел уже в печенках. Он изматывал и не давал по-настоящему насладиться жизнью, душил и навязывал множество рамок. Это не то. Совсем не то, что нужно. Сону ведь просто хотел заниматься музыкой и спокойно писать песни, собрав свой собственный круг слушателей, в котором всегда присутствовал Нишимура, а получил букетище психологических травм и эмоциональное выгорание. Поначалу Ким, конечно, настраивал себя на лучшее, но как-то с приходом большей и большей популярности состояние самого артиста ухудшалось в геометрической прогрессии, отчего зачастую просто не получалось ловить кайф от любимого дела. Это превратилось в каторгу. — Слушай, — вздохнул старший, снова заговорив, — Можешь пообещать мне кое-что? — Что? — Сону вскинул брови, ожидая ответа собеседника, поскольку даже предположить не мог, о чём пойдет речь. — Попробуй сосредоточиться на настоящем моменте и чувствах, которые испытываешь, поскольку я больше, чем уверен, что ты сейчас сидишь и снова жрёшь самого себя за прошлое, — танцор слегка сжал колено собеседника, будто призывая внимательно послушать, — Прекрасно понимаю, что мы наломали дров, но пора создавать новые моменты вместе, малыш. Улавливаешь, о чём я? — Хён, — глаза Кима заблестели от слов Рики, которые пробирались в душу, затрагивая её самые удалённые уголки. Почему-то стало невыносимо грустно. Так, что аж сердце защемило и стало трудно дышать. Сону опустил глаза вниз, чтобы скрыть подступившие слёзы, и аккуратно продолжил, — Мы можем…можем попробовать снова?       Ники вдруг остановился на обочине, включив аварийку, и повернулся к младшему, мягко улыбаясь. Он разглядывал такие грустные, но блестящие глаза сидящего рядом, а потом произнёс: — Разве тот факт, что я везу тебя в дом своих родителей, не служит ответом? М? — произнес Нишимура и склонил голову на бок, продолжая рассматривать Сону, — И, например, то, что мы уже ходили на свидание и целовались? Не, не то? — Хён! — младший кинулся к парню в объятия, совершено не замечая безумно мешающий подлокотник между ними. Музыкант уткнулся в его шею, вдыхая такой знакомый и чертовски приятный аромат. Хотелось просто прилипнуть к Рики и никуда не уходить, однако такое маловероятно, ведь они взрослые люди со своими делами и увлечениями. — Эй, ты чего? — усмехнулся танцор, проведя ладошкой вдоль спины собеседника. Тот явно расчувствовался, — Я, конечно, не против обнимашек, но не когда они на грани, чтобы сломать мою шею, малыш… — Блин, прости, — Сону моментально отлетел от старшего и почесал затылок от неловкости. С каплей вины посмотрел в шоколадные глаза напротив и прикусил губу, моментально меняя свой взгляд на более хитрый. Лисий.       Нишимура широко улыбнулся, ведь музыкант выглядел чрезмерно мило. Хотелось затискать его, однако старший понимал, что ещё предоставится такой момент, ведь они до сих пор не доехали до загородного дома. Сама мысль, что Рики всё же едет не один, безумно грела сердце, и он уже предвкушал, что всё должно пройти хорошо.

***

— Боже, посмотрите, кто приехал!       Ники не успел выйти из машины, как тут же был затянут в крепкие объятия матери. Женщина, по всей видимости, вложилась по полной, что танцор словил знатный такой флешбэк, ведь буквально час назад младший тоже чуть не сломал ему шею. Видимо, это особенность очень эмоциональных людей.       Хозяйка дома отстранилась и с широченной улыбкой на лице попыталась заглянуть через плечо сына. Сону стоял чуть в отдалении, уже выйдя из автомобиля, и наблюдал за всем действом оттуда. Ему до сих пор было неловко подходить ближе ввиду понятных причин. Однако Кима заметили почти сразу, и старший подозвал его к ним. — Здравствуйте, — застенчиво поклонился Сону и мягко улыбнулся. Женщина несколько секунд по рассматривала гостя, а потом подошла и обняла так же сильно, как и сына. — Расслабься, Сону, мы очень рады твоему приезду, — проговорила она почти на ухо, отчего лицо музыканта вытянулось в удивлении. Родители Рики поистине особенные люди, раз до сих пор с такой любовью встречают бывшего парня своего ребёнка. Это действительно удивительно, и любой бы мог подумать, что в этом есть какой-то подвох, но семья танцора была из тех, кто прямо выражает свои чувства и не старается кому-то угодить. Они просто не видели в этом смысла.       Когда хозяйка дома отошла в сторону, Рики машинально приобнял младшего за плечо и притянул поближе, словно выказывая моральную поддержку, в которой тот нуждался. Сону поджал губы, но всё равно ответил на данный жест, положив ладонь на спину танцора. Хоть ему и сказали, что всё в порядке, Кима трясло, как стиральную машинку на отжиме. Сложно расслабиться, когда жрёт совесть. — Так, и что мы стоим? — не убирая улыбки с лица, спросила мать Рики и направилась к входной двери, — Пойдём в дом, у меня для вас кое-что есть… — Мне уже страшно, — усмехнулся Нишимура и вместе с возлюбленным последовал за ней.       Дом ничуть не изменился с последнего визита музыканта. Разве что некоторые предметы мебели были переставлены чуть по-другому, но, в целом, то же самое. Парень быстро разулся и прошел вглубь, осматриваясь. Уютно, как и всегда. Чувствовалось, что в этом месте живут счастливые люди, которые берегли и дом, и друг друга.       Правда, жаль, что Сону так и не смог познакомить своих родителей с такой прекрасной семьёй и уже никогда этого не сделает.       Спустя несколько секунд Рики всё же нагнал музыканта у входа на кухню. Обвил его талию рукой и чмокнул в макушку. Сону вылупил глаза, не понимая, с чего вдруг старший стал настолько тактильным, однако ничего не сказал. Музыкант лишь мягко улыбнулся и, чуть-чуть приподнявшись на носочки, оставил еле ощутимый поцелуй на уголке губ, поскольку не решился на что-то большее, ведь не хотелось, чтобы кто-то стал невольным свидетелем и чувствовал себя неловко. — От тебя так вкусно пахнет, — прошептал на ухо Нишимура, заставляя тело собеседника покрыться мурашками. Он, по всей видимости, не собирался отстраняться, ведь Ким прекрасно ощущал тёплое дыхание у себя на коже. — Хён, прекрати, — младший стукнул танцора по плечу и сделал шаг в сторону, чтобы увеличить расстояние, — Мы же не одни всё-таки. — Это пока что, — несколько подозрительно ухмыльнулся Рики и уже собирался пойти дальше, как услышал шаги на лестнице. Парни обернулись и их лица моментально вытянулись, выдавая всё удивление с потрохами. Мужчина, который спускался, оторвался от экрана мобильного и посмотрел на них, переводя взгляд от Сону к Рики и широко улыбаясь. — «Мы с Тамарой ходим парой» — усмехнулся он и спустился вниз до конца, останавливаясь уже прямо перед только что прибывшими, — Так и знал, что ты с этого мальчишки не сдвинешься, — после этих слов неожиданный гость перевёл взор на музыканта, осматривая его с головы до ног, — Ну, привет, звезда наша…давно не виделись. — Чонсон-хён?