Песчаный берег: Загадки океана

-Чимини, только не спеши... -Давай, Юни. Я уже давно готов, - Чимин влажно целует его в шею, обласкивая каждый шрам на теле своего альфы, упрашивая на близость, и Юнги шипит, меняясь с ним местами на время, переворачивая его, опрокидывая на лопатки, и Чимин улыбается распухшими от поцелуев губами, глядя затуманенными черничными глазками: -Это будет немного больно, моя нежность. -Пусть. -Это бельё превосходно смотрится на тебе, - Мин проводит пальцами по дорогому ажуру, добиваясь покрасневших щёчек своего омеги, и опускается лицом к его груди, подцепляя зубами лямку маленького бюстгальтера с прозрачной, силиконовой подкладкой, оттягивая её так, что она возвращается на место с лёгким хлопком, вызывая сбитое дыхание у омеги, - Вся жизнь- обман, и твой лифчик тоже, м? -Но альфе нравится? - Чимин водит ноготочками по его телу, постанывая, когда чувствует, что любимый альфа опускается ниже, ниже, к кромке его белья, щипая легонько внутреннюю часть его бёдер для контраста: -Твоему альфе нравится всё, что его ангел любит. -А ты...Возьмёшь...В ротик? - Чимин облизывается, чуть приподнимаясь на подушках, чтобы видеть полную картину того, как истинный выгнулся по-кошачьи, оттопыривая бледный, голый зад в воздухе, и повиливая им от удовольствия, пока самозабвенно целует его бёдра, подушечками пальцев поддразнивая резные чешуйки, переливающиеся всеми цветами радуги, под ажурным совершенством. -Я всё сделаю для своего котёночка, как надо, - Мин зубами отводит в сторону ажурные трусики, придерживая их с другой стороны большим пальцем, чтобы не мешали, и опускается на его возбуждение ртом, сразу же создавая вакуум и добиваясь впившихся в его плечи пальчиков в ответ: -Юни, Юни, так приятно!!!Так....а-ах... - Чимин пищит от удовольствия, ощущая, как одна рука истинного скользит пониже, огладив мимолётно крохотные, поджавшиеся яички, и шовчик, и спускаясь к девственному входу, поддразнивая его, пока Юнги сладко вбирает в рот его возбуждение, глядя на него с лисьим прищуром и улыбаясь растянутыми губами, - Ещё...Ещё хочу... Альфа отстраняется от него на секунду, переводя дыхание и дыша рвано, возвращаясь к его губам, целуя их нежно, всё ещё поглаживая его вход, гуляя подушечкой пальца вокруг сфинктера, что сладко сжимается, стараясь выпускать поменьше смазки: -Тебе хорошо, котёночек? Тебе вкусно, сладость? - Мин целует ласково в щёчку, потираясь о неё, и получая всхлип и раздвинутые пошире ножки в ответ, - Это бельё такое красивое на тебе, Чимини... - Юнги прекрасно помнит, что нравится его любимому, вгоняя его в краску, и глядя на то, как его член истекает смазкой, подёргиваясь в ответ на голос любимого, - Так и хочется заниматься с тобой любовью прямо в нём. Сделаем это сегодня, сладкий? -Да....Да, Юни...Продолжай, альфа... - Чимин забрасывает одну ножку на его поясницу, притягивая его ближе к себе так, что тяжёлый, свисающий между ними член альфы проезжается по его маленькому, заодно лаская нежные чешуйки сирены, - Про...мм-мммм.... -Я раздвину эти прелестные ножки, и вылижу твою чувствительную попку в первый раз сегодня, Чимини... - Мин уже готов задохнуться от того, что сам говорит, но продолжает дразнить любимого, глядя ему в глаза, и видя, как тот, на всё готовый, кивает, совершенно не боясь своего первого раза. Поцеловав его в раскрасневшуюся щёчку, альфа вновь опускается к его шее, вылизывая её тщательно, - А потом растяну пальцами... Один...- Короткий поцелуй в ключицу, - Второй...- Поцелуй в плечо, - Третий... А потом я добавлю четвёртый палец, чтобы твоя попка принимала своего альфу без боли и сопротивления, котёночек. Хочешь этого? Да? Тогда покажи своему альфе, как сильно ты этого хочешь, Чимини, давай, детка, попроси меня хорошенько... -Юнги...Юнги, умоляю... - Чимин хнычет, расставляя свои ноги так широко, как только может, предлагая себя и выпячивая вперёд уязвимый животик, по которому его сразу же любовно поглаживают, вынуждая замурлыкать, - Я готов, альфа...Я готов, любимый... -Хорошо, сладость, - Юнги тут в БДСМ с мольбами играть не собирается. Он, вообще-то, попросил его уговорить лишь для виду: на самом деле, альфа уже растворился в сладости их момента, сдерживаясь и доводя до исступления Чимина, - Ты так хорошо потёк для меня, малыш... Смотри...- Пальцы альфы поднимаются, тут же отправляясь в рот Юнги, который смакует вкус, прикрывая глаза от удовольствия, урча, пока Чимин глядит на него сглатывая, желая тоже его так попробовать. -Ну же... Мин склоняется, настойчиво укладывая одну его ногу, съезжающую от бессилия, на своё плечо, и целует его в маленькое, сжатое колечко мышц, выпуская язык и поигрывая им со сморщенными мыщцами, когда омега над ним содрогается, кончая и на чешуйки, и на животик, облизываясь и притягивая его голову вплотную к промежности, постанывая. Юнги всасывает кожицу в рот, поигрывая с ней языком, расслабляюще проносясь пальцами по внутренней части гладких, бархатных бёдер, и смакует вкус на языке, звучно отстраняясь и понемногу впуская первый палец. -Жжёт!!Жжёт, Юни! -Тшшш...- Мин продолжает целовать, забирая его боль, перемещая вторую руку с бедра на пах омеги, и перекатывая в пальцах крохотные яички, - Такие прелестные... Такие крошечные яички у моего...котёночка... -Назови...Назови меня так... -Ты правда хочешь этого, сладость?- Юнги отвлекает, усмехаясь добродушно, медленно впуская второй палец и растягивая его вход на манер ножниц, чувствуя, как между пальцами скользит, выталкиваясь наружу, драгоценная смазка. -Пожалуйста...Пожалуйста, Юни... -Моя самочка так любит, когда её ласкают? - Мин выгибает бровь, наблюдая за тем, как член любимого дёрнулся заинтересованно в ответ на прозвище, и продолжил ласкать его тело, толкаясь в тело пальцами, и получая протяжный стон от истинного, что греховно распахнул ротик, превращая свои полные губки в чарующее и красивое "о", - Моя самочка хочет, чтобы её попку заполнили? -Да...Да, ещё... -Моя самочка будет послушной сегодня? - Юнги целует его согнутую коленку, проезжаясь по простате и ухмыляясь довольно: нашёл. - Будет послушно принимать своего альфу, послушно объезжать его, как всегда хотелось? -Д-да...Юнги, больше...Я могу больше...Давай два... Юнги послушно впускает в него четыре пальца, добиваясь скулежа сверху, и Чимин смотрит на него затуманенно, шипя: -Хочу тебя, альфа. Давай. Сейчас. -Хочешь оседлать меня? - Мин влажно чмокает его в чешуйки, слизывая сперму истинного с его тела и глотая её довольно, и тот кивает согласно, кое-как сводя ножки обратно, - Давай, сладкая развратная попка, покажи мне, как ты сильно хочешь этого. Альфа ложится на лопатки, проводя по своему возбуждению рукой, и взгляд Чимина скрещивается с трудом на огромной, бледной головке от отсутствия крови в теле истинного: -Такой вкусный... -Попробуешь? -Да... - Чимин завороженно опускается лицом вниз, жадно перехватывая у основания член, и целуя головку неустанно, пошлёпывая себя по щёчкам и хихикая сладко: не зря смотрел те взрослые фильмы по ночам, альфа смотрит так голодно... Ему явно.... - Нравится, когда тебя обслуживают, альфа? -Чимини... -Такой вку-у-сный... - Ротик Чимина с влажным чпоком впускает и выпускает из себя лишь головку, пока длинный язычок толкается в уретру, и Мин дрожит, шипя и обнажая сточенные клычки: -Ты дразнишь своего альфу. -Но ему это нравится, - Сирена с удовольствием отрывается от крупного члена, носиком вдыхая его феромон, водя им вдоль всего ствола вниз, к тяжёлым яичкам, воркуя, попеременно втягивая их в ротик и причмокивая вокруг сморщенной кожицы, - Мой альфа так давно никого не заполнял... Не наполнял...Я всё сделаю правильно, Юни... -Чимини, я сейчас кончу... -Нет! - Чимин сжимает его у основания, глядя на него запуганно, и альфа кивает ему, протягивая руки к истинному: -Не бойся, моя сладость. Моя булочка так сильно боится остаться без крема? - Юнги поглаживает его животик, когда Чимин седлает его нетерпеливо, направляя пальчиками член в себя, - Тише, любимый, медленно, вот так...Так хорошо принимаешь... - Юнги запрокидывает голову, когда Чимин укладывает ладошки на его грудь, легонько поддразнивая твёрдые соски альфы, и медленно, мучительно долго насаживается на его длину, - Тише, тише...Вот так... - Сирена мычит от распирающего внутри ощущения, глядя вниз, и понимая, что Юнги вошёл до самого основания, и альфа прижимает его к себе, - Держись ладошками за изголовье, альфа поласкает тебя... Юнги ласкает его тело, сладко толкаясь в тело истинного, и Чимин разрушается на нём, с каждым толчком всё крепче сжимая пальчиками изголовье кровати, когда слышит влажные, непристойные звуки, наслаждаясь ими. Член Юнги проезжается по его простате с каждым движением, и Чимин хнычет, скулит над ним, когда ледяные губы втягивают в себя его сосок, покусывая твёрдую горошинку, и оттягивая её. -Так хорошо... Так много... -А теперь попробуй сам, Чимини, давай, моя сладкая булочка с начинкой, - Юнги шлёпает его по попке, подгоняя, и Чимин немного ускоряется, вновь перекладывая свои ладошки на его плотную грудь, фанатея от её правильного холода, ощущая, как внутри всё словно смещается от каждого властного толчка и от сладкого шёпота на контрасте, когда Юнги с шипением кончает в него, выталкивая семя глубже, и омега закатывает от удовольствия глазки, ощущая, как оно стремится спуститься вниз, наполнив его изнутри, но тяжёлый, толстый член любимого не выпускает, вспенивая выделения дополнительными толчками, пока Чимин и сам не кончает вновь, с мяуканьем падая обессиленно на его грудь, сжав плотней попкой член внутри себя, не желая его выпускать из растянутости. -Юни...Узел... Пожалуйста... -Чимини, ты слишком молод для узла, кексик, - Юнги гладит его руки, гладит его попку, оттягивая ягодицы в стороны и плавно выскальзывая с хлюпом, и Чимин хнычет, когда чувствует, как вся сперма, смешанная со смазкой, вытекает с булькающим звуком на пах Юнги, который довольно улыбается, разнеженный своим омегой. - Тебе хорошо? -Так много... - Сирена пускает лениво и устало ладошку между их телами, погладив головку обмякающего члена благодарно, и получая шипение от гиперстимуляции от Юнги, и подцепляя пальчиками сперму. - Такой большой и вкусный... Мой альфа самый лучший, Юни... Будешь? -А моя запеканочка поделится сладостью? - Юнги подмигивает, раскрывая рот с готовностью, и Чимин ёрзает попкой на его паху, проверяя на наличие целой лужицы результата их удовольствия, и пожимая плечами, отправив пухленький пальчик в ротик и сладко застонав, оттягивая им полную нижнюю губу с томным взглядом: -Там много, Юни...Нам обоим хватит... -Тебе точно понравилось, или я был немного... -Мне очень понравилось, - Чимин облизывается довольно и заласканно, мурлыча и потираясь о его нос своим, - Мне понравилось заниматься любовью в трусиках. -Мне тоже, - Мин хмыкает, положив с довольным шлепком руку на его сочную ягодицу, оттянув её немного, - Мой ангел чувствует там пустоту, да? -Ага... А ты можешь...Просто... -Просто вставить и погреться? - Юнги хихикает, получая согласный кивок, и медленно направляет член внутрь вновь, помогая улечься поудобней, - Не знал, что тебе нравится такое прозвище. -Я тоже, - Чимин улыбается нежно, целуя его благодарно в грудь и вздыхая с наслаждением и сбитым дыханием, когда член проскальзывает внутрь целиком, вновь распирая его изнутри, - Я это в одном видео увидел, и мне понравилось... -Ты ведь знаешь, как сильно я люблю тебя, Чимини?- Мин смотрит на него серьёзно, и тот кивает, бросая взгляд на обручальное колечко, - Однажды, у нас с тобой будет котёночек, окружённый заботой и любовью, прямо как это пятнышко на камешке, сладость. * -Я люблю тебя, Юни. - Чимин глядит так же серьёзно в ответ, рассматривая каждый миллиметр кожи лица любимого, шепча ему в губы, - Во всех измерениях люблю. -Ты не можешь избегать меня вечно!- Чонгук рычит, остервенело водя рукой по возбуждению, зажмурившись крепко: на губах всё ещё ощущается фантомный вкус поцелуя: сладкий, медовый, невозможно короткий. Омега издевается над ним, и Чон скулит, кончая себе в кулак, пытаясь перевести сбившееся дыхание, когда в дверь настойчиво звонят. Встав с постели и мало что соображая, он рычит, широкими шагами доходя до двери и открывая её резко, со скрипом, чтобы увидеть нарушителя его гона. -Оу, какой...хорошенький. - Омега облизнулся, хлопая ресницами и сглатывая тяжело, когда увидел его пресс, глазами обласкивая его тело, опускаясь взглядом ниже. - Неплохо, есть, чем гордиться, я бы сказал. -Я сказал вам сегодня утром, что у меня есть сын. - Чон цедит сквозь зубы, не желая задерживаться в дверях, и стаскивает с крючка у двери халат Намджуна, напяливая его на себя и нервно запахивая махровую вещь, пока омега проходит нагло в дом. -Но это ведь не значит, что у этого сына есть папа, - Сирена критично потрогала диван, улыбнувшись его мягкости, и уселась так, словно находится в собственном доме. - И к тому же, у меня тоже есть сын. Но это не ничуть не мешает мне быть... Тут. - Увидев на столе половинку конфеты, омега уже было протянул к ней руку, когда Чонгук схватил её со стола, пряча в карман халата: -Это моего сына. -Расслабься, красный хвостик. Ты всё равно принадлежишь мне. -Отк...- Чонгук рвано выдохнул, глядя омеге в глаза,и тот хихикнул, разводя руками: -Я, конечно, не провидец, но кое-что помню, знаешь ли. Ты всегда был с характером. Особенно, когда тебя бросил тот...Как его там? -Кто вы такой. - Чон стискивает челюсти, с грохотом вытягивая третью полку от плиты и выдавливая практически весь блистер блокаторов, сразу же выпивая таблетки. -Согласись, трахаться с другом было приятно? - Омега посмеивается своим глубоким голосом, раздражая Чонгука, и тот рычит, наступая на него и нависая грозно над ним, - Юнги, верно? Славная кошечка. Мне б такого, ух... Но у меня такие же предпочтения, как у тебя, увы. -Что вам надо в моём доме? -Ты. Мне нужен ты. - Омега пожал плечами узкими, опуская уголки рта и усмехаясь, - С Банчаном вышло так себе. Я его для себя приберёг, а ты умудрился охомутать. Как ты это сделал вообще? Чонгук сел в кресло, крепко сжимая кулаки: выгонять этого пресловутого омегу не имеет смысла, он всё равно прилипнет, как банный лист, обратно. -А как я классно с самолётом придумал, м? Как вы падали прямо ко мне! Птттииииииууу-у-у-у-упщ-щ-щ-щщ!- Омега руками демонстрирует, как самолёт падал, сгорая, убивая в себе людей, и Чонгук расширяет глаза, подрываясь с места и хватая его за ворот: -Кто ты такой, нахуй?! Чего тебе надо?! -Детка, мне нужен только твой хвост. Вместе мы многого добьёмся, Чонгукки, ну же... - Омега шепчет ему на ухо, поглаживая по рукам, и Чон чувствует себя до невозможности грязным, когда в дверь стучат требовательно, и омега закатывает глаза театрально, - Опять нашёл... Ну просто спасу нет... Чонгук всё ещё держит его за ворот крепко, таща к двери, чтобы вышвырнуть за неё, даже не желая узнавать дальше ничего: складывается впечатление, что омега- не доставщик вовсе, а один из тех, кто помогал ему подделывать документы, вот и знает о нём. Открыв резко дверь, Чон швырнул за порог сирену, которая хохочет, подпитываясь скандалом, и распахивает огромные глаза, стоя в полнейшем шоке: -Про...Пр...Прост... -Ничего, с кем не бывает, Чонгукки. - Альфа улыбается явно потерявшему дар речи Чону, и тот кивает лихорадочно, пялясь на него в открытую, когда омега встревает: -Нет, вы только гляньте, он просто слеп! Чонгукки, хватит пялиться на него, алло!!! Я тут, я!!! Тебе со мной идти надо! -Я заберу его, с вашего позволения. Этот омега мой, просто как выпьет, так сразу с цепи срывается. Видимо, - Альфа улыбается, скалясь на омегу между ними, пока Чон пытается подключить дыхание и остатки своих мозгов, - Видимо, я его не долюбил. Пойдём, детка, - Мужчина сжимает на запястье омеги руку до побеления костяшек, совершенно ласково глядя на Чонгука, - Долюблю. Простите ещё раз за испорченный вечер. Альфа увёл беспардонную сирену намного быстрей, чем Чонгук расчехлил свои мозги, выбирая нужную извилину для мышления, и Чон стоит сейчас на пороге, как электрошоком ударенный, глотая внезапно оказавшуюся вязкой слюну, не понимая, что, вообще, нахрен, произошло только что. Закрыв медленно дверь, он оборачивается, видя на кухонном островке фантом своей синеглазой сирены, который самозабвенно поедает медовые соты с тарелочки, помахивая худенькими ножками в воздухе и улыбаясь довольно квадратной улыбкой: фантом, очевидно, видел всё это с самого начала. Чонгук схватился за голову, совершенно не понимая, что происходит, и отпрянул к стене, пугая сирену, что отставила тарелочку в воздухе, спрыгивая со стола и надвигаясь: плавно, мягко, осторожно. Чон заскулил, сжимаясь в углу в беззащитный комок, чувствуя дикую головную боль и пульсацию прямо вокруг шва, когда сирена дотронулась до него, улыбаясь, и потерял сознание, с грохотом падая на пол. -Ты что себе позволяешь?! -Всего лишь забираю своё по праву, - Омега облизывается, провоцируя на очередной скандал, но альфу не обхитрить: мужчина суёт его в машину, рыча по- дикому, и садится следом на заднее сиденье, когда водитель за ширмой отправляет автомобиль в путь. -Если бы я забрал своё по праву ещё столько лет назад, твоя задница бы горя не знала, только ты жить не можешь без интриг. -Тебе не покорить меня. - Омега нахально ухмыляется, получая звонкую пощёчину в ответ на показанные интимные воспоминания, пробежавшие многочисленной вереницей перед глазами альфы. - Что, не нравится? Каждый из них имел меня, как никто другой. -Шлюха. -Горжусь этим. -То, что Чонгукки - твой, совершенно катастрофическая ошибка. -И всё же он мой по праву. - Омега хитро щурится, толкаясь языком за щеку, и мужчина перехватывает его за талию, заставляя оседлать себя, шипя ему в шею: -Ты договоришься. Он не может. Это гнусно. Это грязно. Это отвратительно и выходит за все рамки границ, которые ты когда-либо переступал. Ты не можешь. Я многое прощал тебе, но такое не прощу никогда. -Я не нуждаюсь в твоём прощении, я просто хочу... поиграться ещё немного. -Трахаясь с родным сыном?! - Альфа выписал ему очередную пощёчину, тут же стискивая его челюсть, и заставляя смотреть на себя, - С родным сыном, которого выбросил, как мусор, на улице?! Ты совсем с ума сошёл, очнись!!! -Отдай...- Омега смотрит слезящимися глазами, и оба прекрасно знают, что это лживые эмоции, - Отдай мне его... -Ни за что. То, что ты его рожал, не означает, что он твой! Рука омеги огладила шею альфы, когда он выписал круг на паху мужчины, заставляя того зашипеть, ударяя его по заднице звонко: -Я хочу чистую кровь, ты ведь понимаешь... -Ты сошёл с ума!!! Это будет самая грязная кровь океана! -Брось, ты ничем не лучше. Сколько раз ты обламывал меня? Сколько раз насылал на моих потенциальных партнёров своего дикого питомца? - Омега скулит, чувствуя свою слабость: течка подступает вновь. Срочно надо в воду. -Даже не думай, что я отпущу тебя. Ты проведёшь её со мной. В моей спальне. -Ты даже трахаться в своей стихии не умеешь, а ещё меня попрекаешь. - Омега хохочет, скрывая боль ненависти к альфе, который сжимает властно руки на его боках, действительно- как никто другой. Всеми остальными превосходно получается манипулировать. -Ты отказался от его отца. -Его отец вытрахал из меня всю душу, после того, как оставил на моём теле это. - Сирена шипит, приподнимая свободную рубашку и показывая широкие шрамы на животе от ножа, когда альфа выдыхает рвано, впервые понимая, что происходит с его возлюбленным последние двадцать четыре года: -Он...Где он? -Не бойся, я не убивал отца Чонгука. - Сирена кривится от боли воспоминаний, запрокидывая голову, чтобы сдержать слёзы, - То, что я мёртв, не значит, что со мной можно так обходиться, но ему было очень весело поступать так со мной, когда я был беременным. Он ведь даже не знал, просто решил, что я ему не нужен. -И ты не убил. Не верю. - Ладонь альфы аккуратно оглаживает один из самых больших шрамов на животе омеги: продольный, будто альфа действительно собирался вспороть его, - Ты терпел это, и не убил? -Я думал, - Омега втягивает скулы, ощущая на себе нежные прикосновения, - Я думал, что любил его. -Ты не сможешь никого любить, кроме меня. Признай это. Что с ним? -Он застрелился, когда увидел мой хвост. Бедолага оказался совсем кретином, сказал, что позорно трахает сашими, и не переживёт этого, - Сирена фыркнула, останавливая руку мужчины около сердца, и тот улыбнулся нежно: -Вот теперь мы разговариваем. Я могу поцеловать твой живот? -Нет. -Я хочу этого. -Ты не прикажешь мне. -Поэтому я прошу. - Мужчина склоняет его лицо к себе, властно впиваясь губами в его рот, и омега шипит, пытаясь отстраниться, - Не надо. Тебе не нужна вся эта грязь. Ты просто потерялся в океане, сладкий... -Я не сладкий, - Сирена выписывает мужчине пощёчину, и тот кивает, прикрывая свои хитрые, полные ласки глаза: -Пусть так. Но ты не станешь больше мешать ему жить. -Это мне решать. Чонгук слишком похож на своего отца. -И поэтому ты манипулируешь его мозгом? Поэтому ты заставил его пройти через детский дом, разорвал его отношения с омегой, заставил спать с лучшим другом, боясь, что он сделает омеге больно, заставил притвориться омегой, чтобы почувствовать боль, вступая в отношения с Банчаном? - Мужчина сжимает в руках его волосы, шепча это всё быстро, словно, скажи он это всё молниеносно, все сделают вид, что подобного не было... -А ты решил, что можно вот так просто влезть, и убить его, да? Чтобы он перестал расплачиваться за отцовские грехи? - Сирена облизывается нервно, чувствуя, как течка набирает обороты, - Ты убил, ты и воскресил, да? -Ты видел Тэхёни, парнишка просто клад океана, согласись. Дикая сирена. Лучше партии не найти. -Стало быть, ты его героем заделался? -Отчасти. Санаех прекрасно слушается меня. Он отлично знал, куда утащить его сына. Блистательная работа. -Только я... Не трогай позвоночник...Не трогай, я сказал!!!- Омега впивается пальцами в шею мужчины, получая подмигивание в ответ, и расслабляется, как только рука опускается к пояснице, - Только я устроил небольшой пожар, и ты опять его спас. Когда ты отдашь его мне? -Давай начистоту, - Мужчина выходит из машины, как только она останавливается, и подтягивает на себе тело омеги, что то ли ластится, то ли отбрыкивается, пытаясь совладать со своей течкой, - Спас его Рэйн. Славный малый, правда? - Альфа подмигивает ему вновь, шлёпая по упругому заду, когда вносит в свою спальню, укладывая на постель мягко, любовно, - Тебе я его не отдам, это не обсуждается. Я буду спасать его так часто, как потребуется, но ты его никогда не получишь. -Я не буду убивать его, я же...- Омега всхлипнул стыдливо, ощущая, как с плеч сползает рубашка, оголяя его живот в шрамах, и мужчина зашипел, опускаясь лицом к пупку, целуя глубокий круглый шрам: его любимого омегу не просто полосовали во время беременности, в него вставляли нож, вызывая кровотечение, но не добиваясь его множество раз: мёртвые не кровоточат. -Тшшш...Не надо делать его грязным просто потому, что он глазками пошёл в отца. У него прекрасная душа, ты сам видел, как он носится с ребёнком. Разве же ты хочешь этого на самом деле? -...Я боюсь. - Омега скулит, сжимая кулачки, и впервые раскрываясь так сильно, получая очередной поцелуй в бок, уносящий с собой боль прошлого: -Чего ты боишься? -Его питомец слишком силён. Я боюсь, что он станет хуже земного отца. -Ты уже достаточно искалечил его, - Пальцы оглаживают подбородок сирены, которая поджимает полные губы, - Не надо. Чонгук никогда не станет убивать, как его отец. Мстя за себя, ты вогнал себя в такой водоворот, что самому сложно. Я же вижу, что ты тянешься к нему... -Ты...-Сирена переворачивается, подставляя доверчиво позвоночник для поцелуев, - Ты слишком много знаешь. -Мы оба знаем, что я не могу не знать. Оставь Чонгука в покое, прошу. -Ты... просишь? - Глаза омеги распахиваются широко, когда он поворачивает лицо на альфу, что улыбается нежно и чарующе: -Прошу. -Но ты... -Никогда не просил. Много тысячелетий не просил. Прошу сейчас. Чонгук должен жить. -Я...Я не трону его. - Сирена закивала, понимая всю грязь своей жизни за прошедшие годы, и он заплакал. Заплакал, словно маленький ребёнок, в руках властного, напористого, манерного альфы, что ласкает его тело, принося ему наслаждение. Впервые в жизни, омега хнычет от удовольствия: душевное наслаждение. Вот, что ему дарит альфа. -Мы можем разобраться без войны в этот раз? Я не хочу убивать твоих питомцев больше, любимый... Омега заскулил, пошире расставляя ноги, когда с них стянули брюки, подпуская альфу ближе и шепча: -Синеглазый будет его любить? -Поверь, Тэхёни будет любить его, как никто другой. -А Рэйн? -Омега хмурится, шипя на секунду от боли вторжения в тело, и альфа целует его в запрокинутую, доверчиво раскрытую шею, проходясь по ней языком: -Рэйни тоже будет любить его всю жизнь. -Ты ничем не лучше меняя-я-й!!!Больно! Сам своих сыновей оставил!!!- Сирена стиснула в кулачках простыни, и альфа поцеловал его вновь смазано, в обнажённую грудь, прямо над сердцем, - Н-не надо... -Ты так боишься сдаться мне, маленькая сладость...Я не оставлял. Папа Юнги выцарапал кошачьими глазками ребёнка ещё в утробе, уговорил, что в шестнадцать сам познакомит его с родной стихией, но умер при родах. Я долго искал парнишку, и дал ему всё, пока ты не разрушил его отношения с омегой, заставляя его заниматься инцестом, влезая в его мозг, детка. -Ты ведь сам выбрал для него...Ангела...- Слёзы текут из глаз омеги, когда он чувствует, как много всего просачивается в него через кожу, и в прямом, и в переносном смысле. -Сыновья Пхайю невероятны. Все трое. -Но у Пхайю было только двое детей... -Я подарил ему возможность воспитать дикую сирену. Это было его платой за столь сильного питомца, и Пхайю с честью выполнил свой долг, оберегая его ото всех до последнего. -С ним общались только братья. -Я подарил ангелу питомца, соответствующего его печати, - Альфа продолжает толкаться в тело омеги, словно они тут не любовью занимаются, а дела насущные обсуждают. По сути, происходит и то, и другое, принося им эстетическое удовольствие от сэкономленного времени. - Этот питомец неуязвим к тому, которого я подарил синеглазке. * Тэхёни нужны были друзья. Братья. Семья. Я подарил дикой сирене всё это, а ты чуть не отнял сегодня. -А что...А что насчёт Намджуна? - Сирена шипит, чувствуя, как толчки учащаются, и альфа прижимает его тесней, владея его телом полностью. Спорить с тем, что это оказалось до ужаса приятно- бесполезно. Омега закатывает глазки, внимательно слушая вкрадчивый голос мужчины: -Папа Намджуна решил, что ему не нужен такой альфа, как я. Испугался, что я утащу его в море, и сговорились на том, что я не буду показываться на глаза сыну, даже питомцев подарю...Не настолько опасных. - Альфа улыбается нежно, вдыхая любимый аромат непослушной сирены.- Я всегда следил за ними издалека. Устраивал им стипендии, дарил им возможность работать, подталкивал к образованию и даже к истинным, так что, можно сказать, я- косвенно удавшийся отец. Даже у Чонгукки покупал монетки, которые твой красный хвостик вытащил с моего дна. Надо ведь парнишке было кормить чем- то крохотного хозяина Санаеха. -За что ты...мм....За что ты любишь...Я не достоин... -Когда-нибудь ты поймёшь, мой непослушный, что всё, что я делаю, я делаю ради нас, и наших детей. Я не могу не любить своего, - Мягкий толчок вызвал очередной протяжный стон, и слёзы брызнули из глаз омеги, когда острые клыки впились в его шею властно, не позволяя шелохнуться, вливая в пустые вены свой феромон. Альфа припал губами к своей метке, с наслаждением мыча и прикрывая глаза, вылизывая её, доводя сирену до исступления, - Истинного. Всегда. Всю нашу бесконечность. -Ты...Знал...Всё время... -Ты что же, - альфа практически мурлычет, хихикая, ему в грудь вновь, - Думал, я совсем карасик, что ли? -Но ты...Те омеги... -Ты не давался мне. Спал со всеми, отдавался каждому, кроме меня, отлично зная, что я- единственный, кто тебе нужен. Я просто ждал и... Занимался своей жизнью. -Я хотел...Хотел сына... - Омега хнычет разнеженно, ощущая ледяные губы на своём виске, всё ещё поддаваясь тягучим толчкам внутри себя и позволяя оглаживать своё тело, - Я хотел сына вернуть в дом... -Он дома, любимый... Он дома... А твой дом- рядом со мной... - Альфа стискивает его в объятиях, постанывая в его ухо и кончая глубоко в омегу, что хнычет, чувствуя долгожданное удовольствие: -Не выходи...Не вы...Не выходи, я хочу узел... -Не сегодня, родной. Не сегодня. Я уже достаточно вымотал тебя, - Альфа целует его в аккуратный нос, укрывая заботливо обоих одеялом, и прижимает поближе к себе, выскальзывая из его тела, целуя сирену в висок крепко и шепча, - Тебе ведь хорошо со мной...Хорошо, как ни с кем не было... -Да... -Ты сдаёшься мне? -Ты поможешь мне вернуть сына? - Тихий всхлип слышится в комнате, когда альфа кивает ему в шею, возвращаясь к вылизыванию метки: -А ты прекратишь делать ему больно. -Что угодно...Я...Я ослеп от мести...Я не могу больше...Я сдаюсь. -Вот и ладненько, - Мужчина поглаживает по худенькому боку свою сирену, игриво кусая в плечо острыми, словно бритва, клыками, - Вот и умничка. Я люблю тебя, Ликси. -Хосок... Кажется, я хочу ещё... - Феликс усмехается, получая нежный поцелуй в ответ, и альфа шепчет ему в ухо: -Всё, что пожелает мой нежный Кракен, детка. -Я буду твоим, Великий Ктулху. Я сдаюсь тебе. -Танни, ты слышал? - Тэхён прислушивается к странным звукам в доме, поглядывая на щенка, что забавно виляет хвостиком, - Я тоже слышал. Думаешь, ему больно? Так ему и надо, вредине. Пусть его Хосок накажет. - Тэхён поглаживает по пушистой шёрстке щенка, подаренного заботливым альфой, улыбаясь ему, - Этот красный хвост совсем обалдел, когда меня увидел. Прямо как карасик на пол хлопнулся. Давай ещё раз попробуем? Омега закрывает глаза, прикусывая пухлую губу, и Чонгук распахивает свои, лёжа на холодном кафеле и глядя на голые, стройные ноги в коротких шортиках перед собой. Тэхён улыбается, протягивая ему руку, и Чон поднимается, словно в трансе, ощущая, как головная боль успокаивается, сходя на нет: омега тут по собственному желанию. Тэхён идёт спокойно в его спальню, вставая в дверях, взглядом указывая альфе на постель, и тот ложится послушно, закрывая глаза, не говоря ни слова, боясь спугнуть дикую сирену, чей фантом нависает над ним, целуя его молча в лоб, тихо шелестя: -Ищи синеглазку... Чонгук распахивает свои глаза широко, слыша впервые желанный голос: глубокий, оседающий мёдом на сердце, и заставляющий колени дрожать. Фантом исчез в ту же секунду, как он открыл глаза, и альфа улыбается, тяжело выдыхая: -Искать...Синеглазку.