Рассвет

До Вэй Усяня Лань Ванцзы никогда не встречал человека, чей разум был бы охвачен таким беспокойством. Он, конечно, понимал причину, почему это было так, но понимание причины и переживание симптомов были двумя разными вещами. Он знал, что исцеление тела Вэй Усяня потребует много усилий, но казалось, что это было ничто по сравнению с тем количеством усилий, которые потребуются для исцеления его разума. Это уже была третья паническая атака Вэй Усяня за неделю. Естественно, он обратился за советом к Вэнь Цин, которая сказала ему, что вполне возможно, что они никогда не смогут полностью исцелить его разум, что бы они ни делали. Как и шрамы на теле, шрамы в разуме могут остаться навсегда и, к сожалению, уроки, полученные через страх, никогда не забудутся.

***

Лань Ванцзы вздохнул, все еще держа на руках сонного Вэй Усяня. Вэнь Цин определенно была права, ведь их подопечному потребовался почти час, чтобы успокоиться и перестать корчиться и хныкать, словно пытаясь избавиться от паники, охватившей его грудь. Он прятался за тело Лань Ванцзы, снова и снова извиняясь за свою слабость. На этот раз причиной возникшей паники - был звук собачьего лая вдалеке. Это произошло поздно вечером, когда все было тихо, и все готовились ко сну, так что Вэй Усянь, конечно же, отчетливо слышал этот звук, и это напугало его до смерти. И вот Лань Ванцзы, похожий на статую, вырезанную из белого нефрита в тусклом свете свечи, сидел на кровати Вэй Усяня рядом с ним, в то время как молодой человек свернулся калачиком в его руках, положив голову ему на плечо. Единственное движение исходило от Лань Ванцзы, при этом его пальцы снова и снова перебирали волосы Вэй Усяня, когда он смотрел на него сверху вниз. Лань Ванцзы взял одно из одеял со своей кровати и завернул их обоих, поскольку Вэй Усянь сказал ему, что запах сандалового дерева помогает ему чувствовать себя в большей безопасности, и уменьшает панику. По правде говоря, Лань Ванцзы был не против помочь ему, и готов был не спать всю ночь с Вэй Усянем, если бы это было необходимо. На самом деле, он ненавидел это признавать, но какой-то его части нравилось, что он был единственным, кто мог успешно успокоить Вэй Усяня. Это заставляло его чувствовать, что он был особенным для этого молодого человека, как будто его выбрал домашний кот, который не любил всех остальных в семье, кроме него. Это только еще больше расположило его к себе, и когда он посмотрел на это уязвимое, спящее лицо у своего плеча, он не смог сдержать тепло, поднявшееся у него в груди. Второй Нефрит клана Лань обнял его чуть крепче. Никто никогда не заставлял его чувствовать себя так, как будто он много значит для другого. Ему было так трудно сблизиться с другими людьми, установить с ними связь, но ему нравилось чувство нежности, которое появлялось в его груди всякий раз, когда Вэй Усянь просил обнять его или прикоснуться к нему. На этот раз было приятно отпустить контроль, который ему приходилось так жестко удерживать. Лань Ванцзы прислонился щекой к темной, теплой макушке, ведь сонное дыхание Вэй Усяня заставляло его чувствовать усталость. Чем дольше они так сидели, тем ровнее становилось дыхание Вэй Усяня, когда он все глубже погружался в сон. Лань Ванцзы захотел, чтобы он мог просто лечь на спину и тоже заснуть, при этом позволив Вэй Усяню спать на его груди всю ночь. Увы, прежде чем он успел подумать о том, как это было бы прекрасно, он услышал легкий стук в дверь, и когда он приказал человеку войти, в открытой двери появилось лицо Лань Сичэня.

***

К счастью, брат Лань Ванцзы был достаточно тактичен, чтобы промолчать, когда заметил, в каком положении тот находится, поэтому вместо словесного приветствия просто кивнул головой. Хотя он полагал, что даже если заговорит, Вэй Усянь не пошевелится. В этот момент он слегка похрапывал, все еще находясь в глубоком сне и теперь очень тяжело лежал на руках у Лань Ванцзы. - Я только что вернулся после того, как сообщил старейшинам о решении Вэй Усяня остаться в Облачных глубинах, - тихо сказал ему Лань Сичэнь. Лань Ванцзы ничего не ответил, а просто посмотрел на брата многозначительным взглядом, призывающим его продолжать. Поэтому Лань Сичэнь тяжело вздохнул и опустил глаза в землю. - Им не понравилась эта идея. Похоже, они надеялись, что он уйдет, как только выздоровеет. - Но почему? – спросил Лань Ванцзы, а его брови удивленно приподнялись вверх. - Я полагаю, что они не обязательно сердятся на него, - ответил Лань Сичэнь. - Скорее всего, их волнует тот эффект, который он оказывает на тебя. - Какой эффект? Лань Сичэнь заколебался, ведь ему совсем не хотелось повторять то, что старейшины передали ему для Лань Ванцзы. - Они говорят, что ты пренебрегаешь своими обязанностями, даже самыми важными, ради того, чтобы как можно дольше оставаться рядом с молодым господином Вэем. - Я ничего подобного не делал, - возразил Лань Ванцзы, сузив глаза. - Они сказали мне, что ты не уделяешь своим ученикам столько внимания, как раньше. Ты также отказываешься покидать клан для различных заданий, ты не ходишь на собрания клана, а когда они хотят видеть тебя, ты постоянно сидишь с молодым господином Вэем. Его младший брат крепче обнял Вэй Усяня, как будто хотел защитить его от обвинений, которые услышал. Вэй Усянь в ответ еще глубже уткнулся носом в шею Лань Ванцзы, подсознательно пытаясь подобраться поближе. Это было так приятно, что у Лань Ванцзы заныло сердце, и он еще больше разозлился на брата. - Я делаю все возможное, - натянуто ответил Лань Ванцзы. – Но не могу надолго оставлять Вэй Ина. Помимо меня, есть много других заклинателей, которые могут отправляться на ночные охоты. - Но не многие из них так же искусны, как ты. - Я делаю то, что могу в то время, что у меня есть, ведь он приходит в отчаяние, когда я нахожусь вдали от него. Я не намеренно пренебрегаю своими обязанностями и заданиями клана, но Вэй Ин тоже нуждается во мне. - Ванцзы, - сказал Лань Сичэнь, успокаивающе подняв руки. – Пожалуйста, пойми меня правильно. Я на твоей стороне, ты же знаешь. Я просто хочу, чтобы ты был осторожен, ведь тоже беспокоюсь за тебя. Гнев Лань Ванцзы немного улетучился, а его плечи расслабились. Он отвел свой пылающий золотой взгляд от брата, чтобы снова сосредоточить его на Вэй Усяне. К счастью, молодой человек, еще спал, поэтому ничего не слышал. Лань Ванцзи не сомневался, что в противном случае, он бы почувствовал себя ужасно виноватым. - Ванцзы, - неуверенно произнес Лань Сичэнь – Ты не обязан отвечать на мой вопрос, но мне интересно...я знаю о твоих чувствах к молодому господину Вэю, но может, ты делаешь это, потому что тебе нравится чувствовать себя нужным? - Разве это плохо? – сказал Лань Ванцзы, не поднимая глаз. - Конечно же, нет, - брат осторожно положил руку ему на макушку и взъерошил волосы. Он лучше, чем кто-либо другой знал, как сильно Лань Ванцзы любил быть значимым для кого-то, и был готов вознаградить того своей преданностью, защитой и любовью, которая, как чувствовал Лань Сичэнь, со временем только усилилась. Но Лань Сичэнь также беспокоился, что они станут слишком сильно зависеть друг от друга, и он понятия не имел, что тогда случится. - Старейшины также велели мне передать, что если ничего не изменится, ты подвергнешься дисциплинарному взысканию, - продолжил Лань Сичэнь, убирая руку. – Или, если ситуация станет хуже, им придется поместить вас в уединение, подальше друг от друга. «Меня разлучат с Вэй Ином? Не разрешат быть рядом с ним, когда он в очередной раз впадет в панику? Они оставят его просто плакать по своему единственному источнику утешения, своему защитнику, который не сможет прийти и успокоить его?» - в страхе подумал Лань Ванцзы, обняв Вэй Усяня еще крепче и натянув одеяло ему на плечи. - Я не позволю этому случиться, - пообещал Лань Ванцзы, его голос был низким и опасным, а его глаза сверкнули при свете свечей. Если бы Лань Сичэнь не знал своего брата так хорошо, он бы сделал шаг назад от испуга. Лань Сичэнь подавил желание покачать головой, ведь когда Лань Ванцзы любил, то он любил очень сильно и глубоко. Если их разлучат, то он не сомневался, что это сокрушит его брата так же, как и Вэй Усяня, и Лань Сичэнь знал, что не сможет вынести, если увидит его в таком состоянии. - Когда он наберется побольше сил, посмотри, нет ли у него интереса к самосовершенствованию. В этом случае, ты сможешь обучить его всему, а потом взять с собой на ночную охоту, - предложил Лань Сичэнь. – Таким образом, ты сможешь выполнять свои обязанности, и вы вдвоем будете вместе. - Брат – ты гений! Большое спасибо за идею. Я непременно сделаю это, - воодушевился Лань Ванцзы. - Ну, прежде чем ты сделаешь это, начни с того, чтобы вытащить его из цзинши и сосредоточить его ум на чем-то более простом, - сказал Лань Сичэнь, одарив его доброй улыбкой. - Может быть, он захочет начать с того, чтобы быть здесь слугой? Тогда он будет зарабатывать себе на жизнь, и старейшинам будет меньше на что жаловаться. - Я обязательно сделаю это, брат. - А теперь не засиживайся допоздна. Иначе тебе будет, что слушать от дяди, - с этими словами он вышел из комнаты, оставляя Лань Ванцзы и Вэй Усяня наедине, но через мгновение Лань Ванцзы снова погладил того по волосам.

***

Лань Ванцзы не стал рассказывать Вэй Усяню о своем разговоре с Лань Сичэнем. Он полагал, что это только усугубит стресс, в котором тот находился, кроме того Вэй Усянь ничего не мог сделать, чтобы изменить ситуацию. Все зависело от Лань Ванцзы, поэтому он будет нести это бремя и упорно трудиться, чтобы осчастливить старейшин. Лань Сичэнь был прав, что Вэй Усянь отчаянно нуждался в том, чтобы выйти на улицу. От самого Вэй Усяня он узнал, что помимо невероятной неуверенности в себе у него была еще одна причина бояться покидать цзинши, которая совершенно разбила сердце Лань Ванцзы. - У меня такие короткие волосы, - сказал Вэй Усянь, опустив голову от стыда. – Я просто боюсь взглядов, которые получу, если выйду на улицу. Это было верным, ведь не все в Облачных глубинах знали о ситуации Вэй Усяня. Поэтому если случайный человек увидит его, то может поспешить с выводами. Обычно те, у кого были короткие волосы, находились в таком состоянии, потому что они сделали что-то, что скомпрометировало их честь, и стрижка длинных волос была способом наказать их и дать всем, кто видел их, знать об их преступлениях. Возможно, это было частью намерения Вэнь Чао, когда он решил остричь волосы Вэй Усяня. Но теперь волосы Вэй Усяня отрасли в нечто вроде боба, который доходил до середины челюсти и, откинув рукой свою беспорядочную, непослушную челку назад, он больше не убирал ее с лица, как раньше. У него было даже несколько упрямых волосков, которые торчали спереди, как усики, что бы он с ними ни делал, но Лань Ванцзы находил их восхитительными.

***

Большую часть дня Лань Ванцзы пытался наверстать всю упущенную работу, даже принес домой в цзинши задания своих учеников, чтобы проверить их, но Вэй Усянь не облегчал ему задачу. Когда Лань Ванцзы опустился на колени перед своим столом и изо всех сил старался помечать бумаги, Вэй Усянь прижался к нему сзади, уткнувшись носом в его волосы и потершись щекой о плечи, как кот. Вэй Усянь сильно навалился на него, скуля ему в спину о том, как сильно он скучал по нему и, прося, чтобы тот приласкал его. Лань Ванцзы мог игнорировать большую часть из этого, пока Вэй Усянь с достаточной силой не потянул за конец его налобной ленты. Он испугался, что молодой человек мог развязать ее, поэтому быстро развернулся и схватил озорную руку. Вэй Усянь подпрыгнул от неожиданного движения и замер, вопросительно посмотрев на Лань Ванцзы. - Оставь это! - предупредительно сказал Лань Ванцзы. Его глаза сверкнули холодом, и Вэй Усянь вздрогнул, ведь видел такой взгляд много раз, перед тем как его собирались ударить. Мгновенно осознав, что он натворил, холод и раздражение покинули Лань Ванцзы, сменившись сожалением и стыдом. Он отпустил молодого человека, и Вэй Усянь опустил голову, ожидая наказания, хотя и не имел ни малейшего представления, что он сделал не так. - Извини, - пробормотал Лань Ванцзы, когда протянул ему руку. Вэй Усянь на мгновение заколебался, прежде чем принять приглашение, но затем подполз к Лань Ванцзы и прижался к нему. Он привык к тому, что люди злятся на него, а он не знает почему, и всегда был счастлив, когда его прощали. И все же страх на самом деле исходил не из-за угрозы удара, а скорее всего от того, что его отвергнут. Когда мужчина обнял его, Вэй Усянь прижался к его груди и спрятал лицо в мантии, снова ища утешения и уверенности в том, что его не отталкивают. Только когда он почувствовал вибрацию на своей щеке от голоса Лань Ванцзы, то осмелился поднять глаза на него. - Никто не может прикасаться к налобной ленте, кроме нас самих и наших партнеров по совершенствованию, - объяснил Лань Ванцзы. – Лента священна. «Что ж неудивительно, что он рассердился на меня», – подумал Вэй Усянь, виновато уткнувшись носом ему в грудь. - Ничего страшного. Ты же не знал, - мягко добавил Лань Ванцзы.

***

Они оставались в молчании еще несколько минут, прежде чем Вэй Усянь снова начал ерзать. Его тело требовало, чтобы он двигался, и цзинши становился слишком маленьким для него. Он все время ерзал, не в силах устроиться поудобнее. «Мой брат был прав, пришло время вывести его на улицу», - подумал Лань Ванцзы. У него было такое чувство, что не только тело молодого человека ощущало беспокойство и скуку, но и его разум. Лань Ванцзы не раз видел, как Вэй Усянь погружался в его личную библиотеку, поглощая одну книгу за другой, а стопки книг возвышались на полу у его ног. К его радости, многие из этих книг были посвящены самосовершенствованию, в том числе и продвинутого уровня. Оставалось выяснить, понимал ли Вэй Усянь их полностью, но в любом случае было ясно, что его разум жаждал стимуляции. Поэтому Лань Ванцзы оттолкнул свою работу и осторожно поднялся на ноги, потянув за собой Вэй Усяня. Молодой человек вопросительно наклонил голову, а Лань Ванцзы просто сказал: - Сейчас вокруг Облачных глубин довольно тихо. Позволь мне показать тебе всю территорию. - В самом деле? – Вэй Усянь загорелся от этого предложения. - Мгм, - кивнул Лань Ванцзы. – Тебе будет полезно пройтись, чтобы укрепить ноги, и если ты сегодня хорошо справишься, в следующий раз я возьму тебя в город, - он протянул руку и осторожно взял прядь волос Вэй Усяня между пальцами, закручивая ее. – У Вэй Ина красивые волосы, но я вижу, что они начинают тебя раздражать. К тайному восторгу Лань Ванцзы, лицо молодого человека стало красным, и он отвел глаза. - Неплохо было бы сходить в город, - тихо сказал Вэй Усянь через мгновение. Итак, Вэй Усянь пошел переодеться в один из самых простых нарядов и пар обуви, которые Лань Ванцзы купил для него. Одежда не подходила ему по размеру, потому что Лань Ванцзы покупал ее без Вэй Усяня, и все было немного великоватым. Однако Вэй Усянь смог с этим справиться и, приведя себя в порядок, последовал за Лань Ванцзы, сделав свои первые шаги за пределы цзинши с тех пор, как он прибыл в клан Гусу Лань.

***

Когда свежий воздух ударил ему в лицо, а ноги коснулись земли, Вэй Усянь все время оставался рядом с Лань Ванцзы, не зная, что ему предстоит увидеть и с чем столкнуться. Хотя Вэй Усянь знал, что Облачные глубины находились высоко в горах, так что вряд ли он здесь столкнулся бы с какой-нибудь опасностью, но оставался настороже. Эта настороженность вскоре сменилась возбуждением по мере того, как они продвигались вперёд. Было приятно наконец увидеть места, которые ему описывал Лань Ванцзы...Сначала они прошли мимо того, что по сути было садом кроликов, хотя он знал, что им было позволено бродить, где им заблагорассудится. И все же они предпочли остаться рядом со своим хозяином, мирно покусывая позднюю летнюю траву, и их малыши, родившиеся пару месяцев назад, резвились вокруг них. Когда Лань Ванцзы прошел мимо, они начали следовать за ним, некоторые из них ползали по его ногам, желая еды или ласки. - Как мило, - заметил Вэй Усянь. – Они любят тебя. Лань Ванцзы не ответил, а вместо этого наклонился, чтобы погладить некоторых из них. Они принялись покусывать его рукава и пытались залезть в них, конечно, точно зная, где он держит их лакомства. Но сегодня у него их не было. И все же, стоя на коленях, когда все эти пушистые черно-белые комочки стекались к нему, Вэй Усянь подумал, что он был похож на доброго пастуха, заботящегося о своем стаде. Ни один кролик в пределах его досягаемости не оставался без ласки, даже если они были меньше или застенчивее остальных. «Боже, неудивительно, что я так люблю этого человека, - подумал Вэй Усянь. - Он так высок, внушителен и серьезен, и в то же время так нежен с хрупкими созданиями, такими как эти кролики и я сам. Интересно, знает ли Лань Ванцзы, какой силой он обладает?» Им предстояло пройти еще много мест, поэтому, в конце концов, Лань Ванцзы осторожно подвинул кроликов в сторону, чтобы, когда он, наконец, встанет, не наступить ни на одного из них. Тем не менее, они последовали за ними, пока не добрались до моста, перекинутого через небольшой горный ручей, а затем уныло смотрели им вслед. Куда бы ни посмотрел Вэй Усянь, везде были сады, простые, но очень красивые. Цветовая гамма, казалось, была голубой, зеленой и белой, почти не было видно других вариантов. Здесь не было ничего слишком роскошного, как в клане Цишань Вэнь, но все наполняло его покоем. Вместе с журчанием воды он слышал, как бамбуковые шесты стучали по камням. Во влажном воздухе стрекотали цикады и сверчки, в нескольких метрах от них струились и ревели маленькие водопады. Он также слышал пение птиц, а некоторые ярко окрашенные пролетали мимо них, когда они шли. Вэй Усянь не сразу заметил, как группа людей стала приближаться к ним, ведь был отвлечен далекими горами и бамбуковым лесом, которые окружали границы Облачных глубин. Это было так таинственно, что часть его захотела исследовать этот лес. Однако прежде чем он успел попросить об этом Лань Ванцзы, он внезапно заметил, что ученики клана Лань собирались пройти мимо них. Все они были молоды, но ни один из них не был Лань Цзинъи или Лань Сычжуем, поэтому Вэй Усянь был настороже. Он съежился позади Лань Ванцзы, замедлив шаг. Тем не менее, юноши продолжали идти вперед, а когда проходили мимо, то к удивлению Вэй Усяня, хотя и посмотрели на него с недоумением, вежливо поклонились сначала Лань Ванцзи, а затем ему. Вэй Усянь полагал, что не мог винить их, ведь он был больше похож на нищего, которого Лань Ванцзы вытащил с улицы, чем на пациента, которого он пытался вылечить в течение последних нескольких месяцев. И все же они были достаточно добры, чтобы выказать ему некоторое уважение, потому что было очевидно, что он был старше их. Вэй Усянь ненадолго поклонился в ответ, прежде чем продолжить путь.

***

Лань Ванцзы бросил на него взгляд через плечо, который сказал Вэй Усяню, что он справился хорошо. Его глаза были довольно теплыми, и он даже слегка кивнул. Вэй Усянь улыбнулся ему в ответ, выпрямляясь и гордясь собой. С другой стороны он привык иметь дело с незнакомцами, как слуга, и ему было легко быть с ними небрежно вежливым. Трудно было иметь более интимное общение с людьми, поскольку он понятия не имел, как построить глубокие, значимые отношения с кем-то. В конце концов, у него никогда не было человека, который хотел бы завязать с ним отношения. - Мой брат сказал старейшинам о твоем желании остаться здесь, - внезапно произнес Лань Ванцзы. – Они сказали, что в таком случае, ты должен зарабатывать себе на жизнь. - Ну, конечно, это же естественно, - оживился Вэй Усянь. – Я тоже думал о том, чтобы быть здесь слугой. - Если хочешь. Я уверен, что другие слуги будут только рады тебе, и наверняка найдутся те, кто пожелают обучить тебя. Кстати, у меня есть кое-кто на примете, кого я могу попросить взять тебя под свое крыло, когда придет время. - Ты, правда, сделаешь это? – глаза Вэй Усяня стали круглыми как блюдца. – О, спасибо тебе, Лань Чжань! В обмен на твою доброту я постараюсь не уронить ни одной тарелки, когда принесу их тебе. Я же не могу испортить твои совершенно белые траурные одежды! Вэй Усянь подмигнул ему, но Лань Ванцзы промолчал, борясь с желанием закатить глаза. - Я также хотел спросить тебя...Я заметил, что ты читал некоторые мои книги по самосовершенствованию. Какая-нибудь из них тебя заинтересовала? Вэй Усянь на мгновение задумался, а затем ответил: - Если честно, я интересовался самосовершенствованием с самого детства, но я, конечно, знал, что никогда не смогу практиковать его. И все же мне хотелось делать то, что могли делать ученики клана Вэнь, например, летать на мече, использовать талисманы и тому подобное. Но все они начинали, когда были детьми. Наверное, даже если бы я захотел начать прямо сейчас, было бы уже слишком поздно. - Необязательно, - возразил Лань Ванцзы, покачав головой. – В то время как хорошо начинать культивировать золотое ядро в юном возрасте, процесс может начаться в любой момент жизни человека. И если это твое желание, я был бы счастлив, научить тебя основам, чтобы потом пойти дальше. Молодой человек ахнул, как будто не мог поверить в то, что услышал. Он выскочил из-за спины Лань Ванцзы, и прыгнул перед ним, чтобы схватить его за руки, останавливая его на полпути. - Ты это серьезно? Ты, правда, будешь учить меня? – спросил Вэй Усянь, при этом его глаза заблестели, как звезды. – Но я всего лишь слуга, а Вэнь Жохань говорил, что слугам запрещено заниматься самосовершенствованием. Разве ты не потратишь на меня свое время зря? - Смешно, - фыркнул Лань Ванцзы. – У нас здесь есть несколько слуг, которые этим занимаются. Кроме того я слышал, что слуги в клане Цзян -довольно сильные заклинатели, и есть много других. А время, потраченное на то, чтобы сделать тебя счастливым – не потраченное зря. - Я...Л-лань Чжань...- заикаясь, пробормотал Вэй Усянь, не зная, что сказать. Он опустил руки, чувствуя, как загорелись его щеки, но, не понимая почему. - Если ты станешь достаточно сильным заклинателем, я смогу взять тебя с собой на ночную охоту, и мне не придется оставлять тебя здесь одного, - добавил Лань Ванцзы, при этом лицо Вэй Усяня еще больше загорелось. - Это...звучит неплохо, - медленно ответил Вэй Усянь. Он искренне посмотрел на мужчину и добавил с улыбкой: - Мне бы очень этого хотелось. Конечно же, я согласен, потому что время, проведенное с тобой, Лань Чжань, никогда не будет потрачено зря. Уши Лань Ванцзы запылали от этого признания, и чтобы скрыть свое смущение, он положил руку на макушку Вэй Усяня, взъерошив и без того несколько растрепанные волосы. Вэй Усянь рассмеялся, радуясь, что его собеседник был так смущен. - Пойдем, - сказал Лань Ванцзы. – Через несколько часов стемнеет, а нам предстоит еще многое увидеть. Итак, Вэй Усянь позволил себя увести. Облачные глубины были такими же обширными и величественными, как он себе представлял, и такими же красивыми внутри домов, как и цзинши. Вэй Усянь обнаружил, что ему очень понравился Библиотечный павильон и комнаты, используемые для обучения учеников. Все они были очень уютными, и он был бы не прочь провести там свои дни. Лань Ванцзы даже привел его в дом для прислуги, который по его словам, был похож на общежитие для учеников, но более тихим. Что ж, это определенно было лучшим жильем, чем то, к которому привык Вэй Усянь. Они прошли столько, сколько смогли, сделав перерыв, чтобы поужинать, а затем стали возвращаться, едва закончив экскурсию, когда темнота стала опускаться на Облачные глубины. Когда той ночью они вернулись в цзинши, Лань Ванцзы с радостью заметил, что Вэй Усянь выглядел совершенно измотанным, ведь едва мог бодрствовать во время купания и рухнул в постель, как только смог. Он предположил, что это было очень большой физической нагрузкой для того, кто не привык к ней, к тому же ему многое нужно было запомнить и переварить в своей голове. У него даже не было сил, чтобы натянуть на себя одеяло, поэтому Лань Ванцзы, с видом человека, который привык к подобным вещам, подошел и уложил молодого человека. Почувствовав его прикосновение, Вэй Усянь пробормотал, не открывая глаз: - Спасибо...сегодня было так весело. Не могу дождаться, чтобы начать здесь жить по-настоящему. Лань Ванцзы не ответил, ведь это было бессмысленно, учитывая, что через пару вдохов, Вэй Усянь начал похрапывать и все равно не услышал бы его. Поэтому вместо этого он задул свечу, которая оставалась зажженной, и направился в свою комнату, стараясь не думать о том, как одиноко он будет чувствовать себя в цзинши, когда Вэй Усянь покинет его.