Рассвет

В то утро, когда Лань Ванцзы разбудил Вэй Усяня для запланированной поездки в город, он мог поклясться, что чуть не умер от сердечного приступа. Все началось совершенно невинно, он стал трясти Вэй Усяня за плечо, называя его по имени и говоря, что ему нужно было встать, чтобы встретиться с Лань Сичэнем, который настоял на том, чтобы поехать с ними. «Вероятно, моему брату любопытно, как я буду выставлять себя дураком перед Вэй Усянем», - подумал Лань Ванцзы. - Мой брат сказал, что Лань Цзинъи и Лань Сычжуй тоже придут, - сказал Лань Ванцзы своему подопечному, сев на кровати рядом с подушкой. – Думаю, им тоже будет полезно поехать с нами. К тому же тебе будет лучше, если рядом с тобой будет больше людей, которым ты доверяешь. Вэй Усянь сонно замурлыкал и сел, все еще не открывая глаз. Лань Ванцзи3 наблюдал, как он стал слепо ощупывать кровать, прежде чем его пальцы коснулись одной из ног Лань Ванцзы, и он подтянулся ближе к нему. - Вэй Ин? – спросил второй Нефрит клана Лань, приподняв бровь. - Ммм, - простонал Вэй Усянь, а затем прислонился к теплому телу мужчины, положив голову ему на грудь. – Еще пять минуточек... Лань Ванцзы сидел неподвижно, его голова кружилась, а внутренности сжались, когда он смотрел на него сверху вниз. На щеках Вэй Усяня все еще был сонный румянец, и к ужасу Лань Ванцзы его ночная рубашка соскользнула с его плеча вниз, обнажая белоснежную голую кожу, в то же время нижняя часть ее приподнялась, показывая ему мягкость бедра. В довершении всего Вэй Усянь издал еще один низко горловой, удовлетворенный звук, который, если его вырвать из контекста, мог бы звучать очень...хорошо. Лань Ванцзы тяжело сглотнул, стараясь не думать слишком много о том сценарии, который возник в его голове, где он заставлял молодого человека издавать подобный звук, в сопровождении хриплого произнесения его собственного имени. «Что со мной сегодня утром? Я много раз обнимал Вэй Усяня, но никогда не испытывал такой реакции и такие мысли никогда не приходили мне в голову», - подумал Лань Ванцзы, когда крепко зажмурился. На самом деле у него было так мало подобных мыслей о ком-либо в своей жизни, что они даже напугали его. «Так что же изменилось?» Конечно же, он знал ответ на этот вопрос, ведь Вэй Усянь показывал настоящий прогресс, становясь все лучше с каждым днем. Лань Ванцзы выводил его на улицу каждый день, и даже сказал, что он может ходить по территории, когда захочет. Вэй Усянь часто так делал, с каждым днем он становился все увереннее, и радовался тому, как хорошо у него получалось. Чем увереннее он становился, тем ярче светились его серые глаза, тем выше он держал голову, и тем более игривым и смелым он становился с Лань Ванцзы. Вэй Усянь научился не переоценивать каждое свое действие и не беспокоиться о последствиях. Он стал более беззаботным и озорным. Не раз после напряженного дня Лань Ванцзы приходил домой и находил дюжину кроликов, сложенных на своей кровати. Вэй Усянь объяснил это тем, что после того, как он погладит кроликов – то избавится от стресса. В другие дни Лань Ванцзы ловил молодого человека, взбирающегося по стенам и прыгающего по крышам, потому что тот видел, как это делали другие ученики, и хотел проверить вид оттуда. Иногда он спускался, когда Лань Ванцзы просил его, а иногда нет, тогда второй Нефрит клана Лань был просто счастлив, что он научился безграничному терпению, когда дело касалось Вэй Усяня. Такая физическая активность означала, что мышцы молодого человека также стали крепче, и он мог бегать немного дальше с каждым днем. Вэй Усянь совсем не походил на съежившийся скелет, который Лань Ванцзы держал в руках несколько месяцев назад. Талия у него по-прежнему была узкой, но ребер уже не было видно. Его тазовые кости все еще были заметны, но у него были мягкие изгибы и твердые углы там, где должны были быть. Лань Ванцзы предположил, что именно по этой причине Вэй Усянь начал серьезно влиять на него. Его личность также стала проявляться, и хотя это было тем, что сводило с ума старейшин клана, для Лань Ванцзы - это только добавляло очарования Вэй Усяню. С каждым днем он становился все красивее, и у Лань Ванцзы перехватывало дыхание от этого. - Обними меня, - попросил Вэй Усянь, еще немного уткнувшись в него носом. Едва осмеливаясь дышать, Лань Ванцзы сделал так, как его просили, свободно обхватив руками талию Вэй Усяня. Его пальцы дрожали от желания погладить эту соблазнительную обнаженную кожу, но он сдержался. Однако этот контроль почти вылетел в окно, когда молодой человек вытянул ноги и тихонько хныкнул от усилия, а когда Вэй Усянь снова затих, Лань Ванцзы посмотрел вниз и увидел, что его штаны опустились, а рубашка приподнялась так высоко, что из под нее выглядывал кусочек его зада. «О, Боги, помогите мне!» - пронеслось в голове Лань Ванцзы. - Знаешь, Лань Чжань, не всегда запах сандалового дерева заставляет меня чувствовать себя в безопасности, - пробормотал Вэй Усянь своим милым, усталым утренним голосом. – Думаю, дело в тебе, ведь ты очень хорошо пахнешь. «Дыши, Лань Ванцзы, дыши», - сказал он себе, и так и сделал, но это было ошибкой, потому что Вэй Усянь тоже хорошо пах. От него исходил сладкий, мускусный аромат, и естественно кровать пахла им, как и вся комната цзинши. - Тебе понравилось, что я сказал? – заметил Вэй Усянь, тихонько рассмеявшись. – Ведь твое сердце бьется так быстро и громко. Я уверен, что выражение на твоем лице такое же стоическое, как и всегда, но твое сердце всегда говорит мне правду. Сказать что-либо в этот момент было слишком опасным, поэтому Лань Ванцзы держал рот на замке, к тому же находиться в этой комнате становилось опасным, потому что сонный, податливый и счастливый Вэй Усянь в неподобающем одеянии казался ему его самой большой слабостью. - Лань Чжань, мой Лань Чжань, - вздохнул Вэй Усянь, и его глаза, наконец, превратились в щелочки. – Почему ты так добр ко мне? Все здесь милы, но никто не относится ко мне так, как ты. Я благодарен за это, но чувствую, что ничего не сделал, чтобы заслужить это. Сердце Лань Ванцзы загромыхало в его груди так, что он подумал, что умрет от сердечного приступа, держа в своих руках самого красивого человека, которого он когда-либо видел. Лань Ванцзи понятия не имел, как ответить на вопрос Вэй Усяня, боясь сказать то, о чем он сможет пожалеть. «Знает ли Вэй Усянь, какое влияние он производит на меня?» - пронеслось в голове Лань Ванцзы. С первого взгляда можно было сказать, что это было не так, ведь Вэй Усянь выглядел так, как будто ему было все равно, его улыбка была легкой, его тело расслабленным, а его слова, казалось, легко сорвались с его языка. Он лениво расчесывал прядь волос Лань Ванцзы, хотя, конечно, у него не было спутанных волос. Однако со второго взгляда, Лань Ванцзы увидел, что в его улыбке была дразнящая нотка, и он стал сомневаться, что Вэй Усянь, назвавший его «своим Лань Чжанем», просто оговорился. По крайней мере, он на это очень надеялся. С другой стороны это были первые позитивные, близкие отношения Вэй Усяня с кем-то. Вот почему он был таким цепким и постоянно просил, чтобы его обнимали и трогали. Поэтому он всегда хотел внимания Лань Ванцзы и так крепко прижимался к нему. Вэй Усянь очень плохо представлял себе, как вести себя в таких отношениях, поэтому ему не приходила в голову мысль, что Лань Ванцзы не всегда может быть в настроении для прикосновений или что он может найти Вэй Усяня странным, когда тот следует за ним из комнаты в комнату или по всем Облачным глубинам. Он просто признал Лань Ванцзы своим единственным источником привязанности, что само по себе было опасным, ведь люди должны получать разные виды привязанности из разных источников, но Вэй Усянь никогда не имел такой роскоши. Таким образом, он развил эту зависимость от него, и теперь сама мысль о разлуке с Лань Ванцзы заставляла его чувствовать, что миру пришел конец. Лань Ванцзы знал это, потому что Вэнь Цин сказала ему об этом, основываясь на некоторых тревожных признаках, которые демонстрировал ее пациент. Так что именно поэтому Вэй Усянь был так привязан к нему и говорил все это. Любой, кто не был на седьмом небе от счастья из-за Вэй Усяня, скорее всего, не стал бы терпеть его поведение так же хорошо, как Лань Ванцзы, или что еще уже, допустил бы его. Он знал, что делает это только потому, что у него просто не было сил отказать этому человеку в чем-либо. Какие бы проблемы это не создаст в будущем, он разберется с ними позже. - Потому что, Вэй Ин – особенный, - ответил Лань Ванцзы, тепло посмотрев на Вэй Усяня. - Нет, я совсем не особенный, - возразил Вэй Усянь, покачав головой. - Для меня ты самый особенный человек на свете. Вэй Усянь замолчал, не зная, что сказать на это. Вместо этого он отвел глаза и стал наблюдать за восходом Солнца через окно, все еще проводя пальцами по длинным волосам мужчины, в то время как Лань Ванцзы смотрел вниз на свое собственное солнце, крепко обнимая его и впитывая его тепло.

***

Когда им, наконец, удалось выбраться из постели и привести себя в приличный вид, Вэй Усянь взволнованно вытащил Лань Ванцзы из цзинши, схватив его за запястье, после того, как тот сказал ему, где их будут ждать Лань Сичэнь и остальные. Конечно же, они нашли его и двух учеников Лань, стоящих возле одного из входов в Облачные глубины. Все они подняли глаза, когда услышали приближение Вэй Усяня и Лань Ванцзы. И все три их взгляда остановились на том, как рука Вэй Усяня держала руку Лань Ванцзы. Лань Цзинъи засмеялся так сильно, что сразу же захрипел, когда Лань Сычжуй хлопнул его по спине, мирно улыбаясь им обоим, а Лань Сичэнь только одобрительно кивнул. Вэй Усянь тут же отпустил его и попытался встать прямо, пряча руки за спину. Лань Ванцзы решил проигнорировать их всех и сосредоточиться на том, чтобы не чувствовать разочарования из-за того, что Вэй Усянь больше не держал его за руку. Лань Сичэнь собрал их всех и повел вниз с горы к городу Цайи, где они планировали провести день. В каком-то смысле Лань Ванцзы был счастлив, что его брат решил присоединиться к ним, ведь он заслуживал того, чтобы выйти и немного повеселиться, как и младшие ученики. Он так редко видел, чтобы они действительно развлекались и занимались делами, не связанными с самосовершенствованием или выполнением своих обязанностей, что было бы приятно увидеть, как они ведут себя как настоящие подростки. Всю дорогу Лань Цзинъи вел беседу с Вэй Усянем о том, что может предложить город Цайи, начиная от продавцов со всеми их товарами и заканчивая тавернами с самой вкусной едой. Он упомянул, что в городе был самый лучший алкоголь под названием «Улыбка императора», хотя ни у кого из них еще не было возможности попробовать его. - Если вы хотите, старший Вэй, то можете попробовать его, пока находитесь не в Облачных глубинах, - заговорчески прошептал Лань Цзинъи. – Хотя я тоже подумаю о том, чтобы тайком пронести его в свою комнату. Они захихикали, и Лань Ванцзы решил, что ему придется заново оценить, кто именно здесь вел себя как подросток.

***

Когда они все-таки прибыли в Цайи, уже был полдень, и повсюду суетились толпы людей. Прежде чем они подошли слишком близко, Вэй Усянь слегка вздрогнул, остановившись на улице. Здесь было слишком громко, гораздо громче, чем в Облачных глубинах, и хотя он, конечно, не был чужд громким звукам, прошло много времени с тех пор, как он слышал их в последний раз. Это звучало почти так, когда люди собирались во время одних из званых вечеров Вэнь Жоханя, и Вэй Усянь машинально сделал пару шагов назад. «Мне не о чем беспокоиться, ведь здесь никто не носит красных одеяний клана Вэнь. Я пришел сюда, чтобы повеселиться», - сказал себе Вэй Усянь. Когда все четыре Ланя остановились, чтобы посмотреть на него с беспокойством, Вэй Усянь встряхнулся и спросил: - Куда мы сначала пойдем? Они все еще смотрели с сомнением, но Лань Сичэнь ответил: - Ну, Ванцзы сказал, что хочет купить вам подходящую одежду. - Одежду...хорошо. По мере того, как они продолжили свой путь, чувство беспокойства постепенно стало исчезать, ведь Вэй Усянь держался рядом с учениками клана Лань и постоянно напоминал себе, где он находился. Кроме того то, что было перед его глазами, быстро стало более важным, чем любые ужасы из прошлого, которые он мог бы испытать. «Лань Цзинъи был прав», - пронеслось в его голове. Вэй Усянь никогда раньше не бывал на таком большом, оживленном рынке, поэтому он был удивлен тем, как много там было всего интересного. Он знал, что они были там с определенной целью, но его любопытные глаза не могли не притягиваться ко всему сразу. Он чувствовал себя все более комфортно, и не в силах остановить себя, стал уходить от группы, когда что-то особенно яркое или блестящее привлекало его внимание. Вэй Усянь переходил от прилавка к прилавку, как исследователь, открывающий новые острова. Он продолжал звать своих друзей, чтобы проверить все, что было выставлено на продажу, как ребенок. Лань Ванцзы с нежностью отметил, что молодому человеку приходилось трогать или сжимать почти все, что выглядело для него интересным, будь то детские игрушки, украшения, гребни или еда. Глаза Вэй Усяня сверкали, а его тело было напряженным и полным энергии, желая быть везде и сразу.

***

В какой-то момент он украл Лань Сычжуя и потащил его полюбоваться выставленными на продажу фонарями. Юноша терпеливо стал кивать, в то время как Вэй Усянь взволнованно восхищался всеми изображенными на них красивыми рисунками. Остальные три Ланя стояли чуть поодаль. Лань Ванцзы любовался этой сценой с такой очевидной нежностью, что Лань Сичэнь не смог удержаться, чтобы не подойти к нему и не сказать: - Знаешь, тоска по нему не заставит его поцеловать тебя. Лань Ванцзы решил проигнорировать его. В любом случае отрицать это было бессмысленным, ведь его брат не был глупцом. - Я знаю, что сегодня ты хочешь купить ему все, что ему необходимо, но возможно, не помешало бы ему купить что-нибудь особенное, – тихим голосом продолжил Лань Сичэнь, когда наклонился к нему. «Что-нибудь особенное?» - мысленно повторил Лань Ванцзы. К своему ужасу, он оглянулся через плечо и увидел, что Лань Цзинъи тоже внимательно слушает, при этом ухмыляясь, словно точно знал, о чем они говорят. «О, Боги, неужели мои чувства настолько очевидны?» - Я...не знаю, что нравится мужчинам, - признался Лань Ванцзы, при этом Лань Цзинъи фыркнул, пытаясь заглушить звук тыльной стороной своей ладони. Лань Сичэнь тяжело вздохнул и похлопал Лань Ванцзы по спине, выглядя так, как будто он тоже сдерживал смех. - Ванцзы, ты только что слышал себя? – терпеливо сказал Лань Сичэнь. – Ты же мужчина. Что сделало бы тебя счастливым? Лань Ванцзы никогда ничего не хотел, так как это было против правил клана – быть эгоистичным и жадным. Но это был Вэй Усянь, который за всю свою жизнь получил так мало, что ему просто нужно было что-нибудь придумать. Его брови нахмурились, и было так очевидно, как глубоко он задумался над этим, что Лань Цзинъи снова рассмеялся, но Лань Сичэнь не стал упрекать его за это. - Может, купить ему хорошей еды? – наконец предположил Лань Ванцзы. - Хорошее начало, - согласился Лань Сичэнь. – Молодой господин Вэй действительно похож на человека, у которого путь к сердцу лежит через желудок. В конце концов, именно так ты завоевал его доверие. - Ах, Ханьгуан Цзюнь, - подошел к ним сзади Лань Цзинъи. – Может, вам стоит подарить ему то, на что он будет смотреть и думать о вас? - Это хорошая идея, - одобрительно сказал Лань Сичэнь. – Ванцзы, посмотри, что бросается ему в глаза, и купи это для него. - Но ему, кажется, все бросается в глаза, - заметил Лань Цзинъи. - Думаю, все, что бы ты ему не подарил, сделает его счастливым, - заключил Лань Сичэнь. Лань Ванцзы на мгновение снова обратил внимание на Вэй Усяня и Лань Сычжуя, которые уже отошли от прилавка, перед которым стояли, и начали возвращаться к ним. Затем он взглянул на Лань Цзинъи и сказал: - Возможно, тебе следует последовать своему собственному совету. Лань Цзинъи фыркнул и стал ярко-красным, прежде чем отвернуться и притвориться, что он понятия не имеет, о чем тот говорит. Но оказалось, что он так и сделал, потому что когда Лань Ванцзы и Вэй Усянь направились в лавку с одеждой, Лань Цзинъи схватил Лань Сыжчуя за руку и потащил его по проходам к другим торговым рядам, а Лань Сичэнь ушел один. Все договорились встретиться и поесть через пару часов. Лань Ванцзы было жаль брата, ведь он был третьим колесом не для одной пары, а для двух.

***

- Выбирай, что хочешь, - произнес Лань Ванцзы, когда они вошли в торговую лавку. - Но я не хочу, чтобы ты тратил слишком много денег, - сказал Вэй Усянь, с сомнением смотря на предложенную одежду. - Не беспокойся об этом, - возразил Лань Ванцзы, покачав головой. – Я куплю тебе все, что захочешь. Вэй Усянь выглядел так, как будто хотел продолжить спор, но по своему опыту знал, что этот человек был очень упрям, поэтому это было бесполезным. Кроме того, Вэй Усяню ничего не мешало, чтобы выбрать менее дорогие варианты. Осторожно, но взволнованно, он стал осматривать лавку. Все здесь было так красиво, что он понятия не имел, с чего начать. Он провел пальцами по каждой ткани, до которой смог дотянуться. Конечно же, он никогда не носил такую красивую одежду прежде, когда жил с Вэнями, но он и не мог выбирать себе одежду или носить те цвета, которые хотел. После долгих размышлений он выбрал несколько нарядов, которые уже были готовы, и несколько, которые еще нужно было сшить на заказ, и им сказали, что они могут вернуться и забрать их через неделю. Конечно же, даже те наряды, которые уже были готовы, нужно было еще подогнать по размеру. Вэй Усянь едва мог удержаться на месте, ведь был так взволнован, когда стоял в одном из нарядов в то время, как дамы в лавке подкалывали слишком большие участки на его одежде. Он почти все время улыбался Лань Ванцзы, который думал, что тот выглядит очень милым, с его очень длинными рукавами, болтающимися на руках. Им сказали, что потребуется некоторое время, чтобы закончить подшивание, поэтому, пока они ждали, они прошли в другую часть торговой лавки, где оказались ленты и шпильки для волос. Вэй Усянь сразу же загорелся, когда посмотрел на них, ведь здесь был такой же выбор цветов, как и для одежды. - Почему бы тебе не выбрать несколько? – спросил Лань Ванцзы. Вэй Усянь посмотрел на него, проверяя, действительно ли он имеет в виду то, что говорит, и тот настойчиво кивнул. «Лань Ванцзы слишком хорош», - подумал Вэй Усянь, почувствовав себя виноватым, и опустил голову, но мужчина просто потер верхнюю часть его спины, чтобы успокоить. Вэй Усянь стал переводить свой взгляд с одного украшения для волос на другое. К его удивлению его больше всего стали привлекать различные красные ленты, которые были разложены на столе. Некоторые из них были простыми лентами из шелка, некоторые были заплетены в тонкую косичку, а другие - с бусинками, которые позвякивали, когда он поднимал их. Несмотря на то, что в клане Цишань Вэнь его окружал красный цвет, ему всегда нравился этот цвет, который символизировал смелость и страсть. Ему всегда хотелось быть таким же смелым, как этот цвет. - Я не знаю, к-какую выбрать, - запинаясь, сказал Вэй Усянь. – Они все такие красивые. - Тебе же понравились красные ленты? Возьми по одной из них, - заявил Лань Ванцзы. - Лань Чжань... - У тебя темные волосы, и красный цвет будет хорошо смотреться на них. Лицо Вэй Усяня вспыхнуло от этих слов, ведь услышав, как Лань Ванцзы похвалил его любимый цвет, бабочки запорхали в его животе. Он лениво заправил прядь волос за ухо, и наконец, сказал: - Хорошо, если ты настаиваешь. К тому времени, когда они закончили покупать ленты для волос, одежда Вэй Усяня уже была готова. - Есть ли какой-нибудь наряд, который вы желаете надеть прямо сейчас? – спросила одна из швей. Немного подумав, он нетерпеливо кивнул. Поэтому, когда Лань Ванцзы расплачивался, он побежал в раздевалку со своей одеждой. Ему потребовалось несколько минут, чтобы одеться, и когда закончил, то разгладил свою одежду, прежде чем выйти со своей старой одеждой в руках. Лань Ванцзы замер, когда увидел его, и ему потребовались все его силы, чтобы не открыть рот. Одежда, которую выбрал Вэй Усянь, была красного, серого и черного цветов. Эти цвета были смелыми и яркими, гораздо более подходящими этому молодому человеку, чем более тусклые цвета, которые они давали ему носить до этого момента. Вэй Усянь повернулся к нему, при этом его мантии взметнулись вверх. - Что ты думаешь об этом наряде? – спросил Вэй Усянь с широкой улыбкой на лице. – Мне очень нравится вышивка на рукавах этого одеяния. - Отличный выбор, - это все, что сказал Лань Ванцзы, но удивление и нежность в его взгляде говорили о многом. Вэй Усянь выглядел таким счастливым, ведь его улыбка была ослепительной, как летнее Солнце. Он, казалось, был доволен реакцией Лань Ванцзы и, подскочив к нему, крепко обнял его. - Спасибо, - выдохнул Вэй Усянь. – Ты такой... Казалось, что он не мог подобрать нужных слов, поэтому Лань Ванцзы просто обнял его в ответ. - Не нужно благодарности, - сказал Лань Ванцзы. Затем Вэй Усянь вышел из объятий, и все еще улыбаясь, взял одну из купленных ими лент. Он стал держать ее между губами, поспешно откидывая волосы назад. Однако они все еще были такими короткими, что большая их часть упала вперед, обрамляя его лицо. Когда Вэй Усянь закончил завязывать волосы, Лань Ванцзы подумал, что получившийся крошечный хвостик был похож на хвостик кролика, такой же маленький и милый. Лента, напротив, была такой длинной, что свисала ниже его талии, но Лань Ванцзы был прав, она очень красиво выделялась на фоне черных волос Вэй Усяня. Впервые в жизни Вэй Усянь выглядел и чувствовал себя более похожим на самого себя, чем когда-либо прежде. Когда они вышли из торговой лавки, его голова была высоко поднята, и он прыгал вокруг Лань Ванцзы, как возбужденный щенок, не в силах перестать восхищаться своим новым обликом и тем, как сильно ему нравилась его новая одежда. Также Вэй Усянь наблюдал за яркой вспышкой красной ленты, которая развивалась при его движении, в конце концов, он так давно не завязывал волосы на затылке. Теперь он чувствовал, что выглядит нормально и, что люди больше не будут так пялиться на него.

***

Когда они встретились с Лань Сичэнем и другими перед таверной, старший Нефрит клана Лань заметил с усмешкой: - Ванцзы, кто этот прекрасный молодой господин? Может, мне пойти к молодому господину Вэю и сообщить ему, что ты заменил его этим красивым незнакомцем, которого нашел на улице? - Брат, - предупредительно сказал Лань Ванцзы. - Старший Вэй, вы сами выбрали это одеяние? – добавил Лань Сычжуй. – У вас отличный вкус, этот наряд отлично смотрится. Двое подростков подошли к нему, став суетиться над нарядом Вэй Усяня и даже похвалили ленты, которые он выбрал. - Теперь вы точно будете выделяться в Облачных глубинах! - сказал Лань Цзинъи. – Думаю, в этом месте не помешает другой цвет, чтобы сделать его ярче! В этот момент Вэй Усянь заметил, что что-то скрывалось в мантии Лань Цзинъи, но он заметил это только на мгновение, прежде чем оно снова скрылось. Инстинкт подсказал ему, что юноша явно не хотел, чтобы это увидели другие, поэтому он наклонился и озорно спросил: - Что у тебя там? Что-нибудь для младшего Ланя? - Старший Вэй! – возмутился Лань Цзинъи, при этом его щеки покраснели. - Не волнуйся, я ничего ему не скажу, - сказал Вэй Усянь. – Однако хочу пожелать тебе удачи! Он подмигнул ему, заставив юношу густо покраснеть. Лань Цзинъи изо всех сил старался не встречаться с взглядом Лань Сычжуя, который стоял все еще позади них и смотрел на них с недоумением, а быстро последовал за Вэй Усянем.

***

Вскоре все пятеро стали наслаждаться обедом в таверне, сев за один из больших столов. Парочки прижались друг к другу, в то время как Лань Сичэнь действовал как буфер между ними. Он наблюдал, как они безнадежно флиртовали друг с другом, но хуже всего было то, что ни одна из пар не могла сказать, что их партнеры действительно флиртовали с ними. Он полагал, что мог простить Вэй Усяня за его тупость, учитывая, что у него не было опыта в таких вещах, а Лань Ванцзы был таким же выразительным, как каменная стена, но от двух подростков ему стало плохо. Краем глаза Лань Сичэнь заметил, что после того как они заказали обед, а Вэй Усянь и Лань Ванцзы были поглощены разговором друг с другом, Лань Цзинъи вытащил что-то из своей мантии и протянул это Лань Сычжую дрожащими руками. Это оказался гребень из зеленого нефрита. «Юноша, вероятно, потратил все свои деньги, которые у него были, чтобы купить его», - подумал Лань Сичэнь. Удивление Лань Сычжуя при виде такой вещи было очевидным, и его рот приоткрылся. Он смотрел то на Лань Цзинъи, то на гребень, как будто не мог поверить в то, что видел. - Цзинъи... - Когда я увидел его, то подумал о тебе...это тебе вместо твоего деревянного гребня, ведь ты заслуживаешь красивого нефрита, - смущенно сказал Лань Цзинъи, прежде чем отвернуться. Лань Сычжуй поблагодарил его с горящими щеками, прежде чем взять нефритовый гребень и засунуть в один из рукавов. Когда им принесли еду, Лань Сичэнь увидел похожую картину на другой стороне. Вэй Усянь заказал самую острую и красную еду из всех, кто сидел за столом, и как только она была поставлена перед ним, начал с удовольствием есть ее. - Это так вкусно! – воскликнул он, подтолкнув локтем Лань Ванцзы. – Лань Чжань, ты должен попробовать, приправа в рисе просто восхитительна! - Во время еды нельзя разговаривать, - сказал Лань Ванцзы, однако Вэй Усяня это не остановило. - Лань Чжааань, ну, пожалуйста! Лань Сичэнь не мог отвести своего взгляда, когда его брат, в конце концов, взял палочками еду Вэй Усяня. Он сделал паузу, словно держал рис с добавлением мышьяка, а не с соусом чили. Затем он глубоко вздохнул и сунул его в рот. Все силы Лань Сичэня ушли на то, чтобы не выплюнуть еду изо рта и не заплакать от смеха, когда он стал свидетелем того, как душа Лань Ванцзы покинула его тело в тот момент, когда его язык ощутил пряность. Он быстро проглотил рис, но Лань Сичэнь представил себе, как загорелось его горло. Обычно спокойное лицо Лань Ванцзы изо всех сил старалось оставаться нейтральным, но в данный момент это было просто невозможно. На глаза Лань Ванцзы навернулись слезы, а его брови нахмурились. - Вкусно? – невинно спросил Вэй Усянь. Лань Ванцзы глотнул воды, а затем сказал сдавленным голосом: - Спасибо, Вэй Ин. Лань Сичэнь ничего не мог с собой поделать и скрыл свой смех за кашлем. Никто никогда раньше не давал его брату острой пищи, и все же здесь был Вэй Усянь, который всего лишь несколькими умоляющими словами и легким хлопаньем ресниц растопил сердце ледяного второго Нефрита клана Лань меньше, чем за пять минут. «Вот же, влюбленные глупцы», - пронеслось в голове Лань Сичэня. Они ушли чуть позже, ведь Вэй Усянь захотел попробовать знаменитую «Улыбку императора». К всеобщему удивлению, несмотря на то, что он выпил целую баночку, он все еще функционировал, как будто не пил ничего крепче воды. Однако, Лань Цзинъи был прав: вино действительно было очень хорошим.

***

Хотя казалось, что Лань Ванцзы не обратил никакого внимания на то, что Лань Цзинъи отдал гребень Лань Сычжую, он определенно был заинтересован, и это придало ему смелости отвести Вэй Усяня в сторону в то время, как остальные пошли по проходам между различными торговыми рядами, пообещав, что они догонят их через минуту. Они встали вдали от торговых лавок, не желая, чтобы прохожие обращали на них внимание. «Сейчас или никогда», - пронеслось в голове Лань Ванцзы. Он глубоко вздохнул и вытащил что-то из своей мантии, прежде чем взять одну из рук Вэй Усяня и положить предмет в его ладонь. Вэй Усянь ахнул, когда Лань Ванцзы убрал руку, и он увидел золотую шпильку для волос, украшенную темно-красным камнем. Когда он поднял ее, чтобы рассмотреть, то заметил, что на красном камне также были золотые вкрапления, а на концах шпильки свисали маленькие золотые шарики. Вэй Усянь переводил взгляд со шпильки на Лань Ванцзы с нескрываемым удивлением, но тот, казалось, слишком нервничал, чтобы встретиться с ним взглядом. Вместо этого, он уставился на шпильку, его уши были такими же красными, как она. - Я знаю, что у тебя короткие волосы, – начал объяснять Лань Ванцзы. – Но я подумал, что когда они станут длиннее, ты сможешь носить ее. Шпилька подходит к одежде, которую ты выбрал сегодня, и когда я увидел ее, она напомнила мне о твоем внутреннем огне, Вэй Ин, который отказывается погаснуть, несмотря ни на что. Рот Вэй Усяня стал открываться и закрываться, как у рыбы, вытащенной из воды, пока он обдумывал услышанное. От волнения у него перехватило дыхание, и он прикрыл рот свободной рукой, чувствуя, как слезы стали жечь его глаза. - Она такая красивая, Лань Чжань. Тебе не нужно было...я имею в виду, что не заслуживаю ничего подобного, - с огромным усилием произнес Вэй Усянь. - Ты заслуживаешь гораздо большего, - возразил Лань Ванцзы. Вэй Усянь не смог сдержать слезы, и попытался вытереть их, но безуспешно. - Лань Чжань...спасибо. Я всегда буду дорожить твоим подарком, и уже не могу дождаться, когда смогу надеть шпильку. Лань Ванцзы понадобилось немало усилий, чтобы сдержать улыбку. «Вэй Усянь станет еще более красивым, когда наступит тот день», - подумал Лань Ванцзы.