Birth of death

Танатос пристально осмотрела своё отражение, оценивая наряд, подобранный Клаусом. Он попытался угодить её вкусу, в то же время пытаясь одеть её более современно. Бессмертная не понимала, как согласилась поехать в Новый Орлеан с гибридом, который ехал туда из-за письма от ещё одного двойника Амары, вроде как против него готовился заговор. Возможно, должный эффект справил Сайлас, подтолкнувший её поехать и отдохнуть от Мистик Фоллс. Бессмертный отлично видел, его дочери припал к душе первородный гибрид. Сайлас понимал, когда он вернёт себе Амару, у Танатос никого не будет, к кому она могла бы пойти. И семейство первородных было не плохим вариантом. К тому же поисками Бонни Беннет он может заняться сам. Ведьма нашла место, где прятались бессмертные и потребовала, чтобы Сайлас показал ей истинное лицо, но он снова обманул её, а затем влил в уши новую ложь. Вроде как он желает умереть, чтобы воссоединиться с возлюбленной, но для этого нужно не только лекарство, но и прочесть особое заклинание с надгробного камня для которого и требовались три ритуальных убийства. И он пообщал Бонни, что Танатос никого не тронет взамен, а потом просто уйдёт из города восвояси. Клаус же не знал, почему решил позвать Танатос в эту поездку. Хорошо, он понимал, бессмертная была ему по душе и хотелось лучше узнать её. А поездка в его любимый город, пусть и с целью узнать о заговоре против него, отличная возможность продолжит приятный вечер. — Я похожа на... — Ты прекрасно выглядишь, — улыбнулся Клаус, рассматривая Танатос. Она хлопнула длины ресницами и закатила глаза, но спорить не стала. Новый Орлеан был большим городом, сердцем его был Французский квартал. Улицы полны жизни, веселья и танцев. Фиалковые глаза разбегались от ярких красок, хотелось прикрыть уши от громкой музыки, ей было непривычно. Клаус ухватил Танатос за руку и повёл в толпу, чтобы закружить в ярком танце. Её рухи были не такими уверенными, как с мечом, но она пробовала себя в новом. Её смех был заразительным. Клаус даже на короткое мгновение забыл, что приехал в Новый Орлеан из-за письма от Катерины Петровой, а не просто показать свой любимый город женщине, легко оттеснившей в его мыслях Кэролайн Форбс. Двойник утверждала, против него готовиться заговор ведьмой на имя Джейн-Н Деверо. А Клаус не собирался терпеть против себя даже мнимых заговоров, так что даже если это ложь, то ведьма всё равно мертвец. Будет показательно для остальных. Клаус рассказывал Танатос, как он прибыл вместе с братьями и сестрой к берегам Миссисипи, где находилось небольшое поселение, они же сделали из него город, пока они прогуливались кварталом. Бегать и искать ведьму не имело смысла, но можно было найти другую ведьму, которая ради сохранения своей жизни, расскажет нужную информацию. Вот и они вышли на площадь, где разместились женщины за столиками и предлагали туристам погадать. Танатос подошла к одной из них, почувствовав от неё магию. Она села за столик и потянула руку, прося прочесть её будущее. — Судьба сложная у тебя, — тихо говорила ведьма, смотря на линии на ладони. — Но свяжет она тебя с кое-кем. — С кем же? — усмехнулась Танатос. — Он тёмная личность, но ты будешь счастливая с ним. — Моей спутнице ты погадала, — Клаус обхватил ладонями спинку стула, на котором сидела Танатос. Бессмертная откинулась назад, позволяя голове упасть на грудь гибрида. — Погадай же и мне. — Ты первородный гибрид. Тебе здесь не рады, — голос ведьмы мигом стал холодным, она начала собирать свои вещи. Танатос обидчиво нахмурилась, её явно задело, что её ведьма не узнала, теперь же просто игнорировала. — Меня это не интересует. К тому же, ты уже успела обидеть мою спутницу, — конечно, Клаус успел заметить резкую хмурость Танатос. Он уже хотел представить её, но прикусил язык. Это могло навредить её делам в Мистик Фоллс, так подставлять бессмертную он не хотел. — Я ищу ведьму Деверо. — Ничем помочь не могу. Ведьмам запрещено колдовать, иначе последует смерть. — Кто же это смог усмирить ведьм? — широко улыбнулся Клаус. — Марсель. Это имени хватило, чтобы пробудить в Клаусе ворох воспоминаний. Гибрид отстранился и направился в толпу. Танатос несколько секунд изучала ведьму, затем слишком резко, но всё же плавно встала и последовала за своим спутником. Из воспоминаний первородного она знала, Марсель был мальчиком, которого он вырастил и обратил, затем же он погиб от руки отца первородных. Или же всё-таки нет. Клаус гневно направлялся вглубь квартала, словно там он мог найти ответы на вопросы. Но остановился, вспомнив о Танатос. Черт! Он оставил её с ведьмой. Клаус развернулся, чтобы вернуться и забрать Танатос, но женщина стояла позади и улыбалась, словно ничего не произошло. — Я считал его мертвым, — прошептал Клаус. — Знаю, — кивнула Танатос. Так считают Ребекка и Элайджа. Танатос сложила пальцы в замок, её голова слегка была наклонена на бок. Для неё Клаус был импульсивен, чем-то напоминал ей отца, такова была его природа оборотня, усиленная вампиризмом. Ей было интересно наблюдать за ним, а его реакция на открывшуюся правду не удивила. Когда Танатос узнала о любовнице отца, она устроила ему скандал и потребовала не втягивать её в его разборки с Кетсией. Конечно, что-то пошло не так. Клаус внимательно смотрел на Танатос, её спокойствие помогало ему снова начать трезво мыслить. Этот город был полон сюрпризов. Сперва, какая-то ведьма строит заговор против него, теперь же оказалось его протеже жив и неплохо устроился. Клаус дёрнул плечами и осмотрелся. Танатос моргнула, обошла Клауса и направилась дальше по кварталу. Раз Марсель теперь был главным, стоило идти туда, где магия вампиров ощущается сильнее всего. Клаус хмуро смотрел на красивую спину, Танатос была воином, её мышцы играли под кожей и сильнее приковывали взгляд. Клаус послушно направился следом за Танатос. Они пришли к бару "У Руссо". Клаус первым вошел, Танатос тихой тенью шла позади. Местный бар ей не нравился, она не скрывала этого, поющие вампиры её раздражали, аромат местного пойла был ужасен. Она толкнула вампира, случайно задевшего её плечо, и не заметила, как Марсель и Клаус поприветствовали друг друга, как старые друзья. — Кто твоя спутница? — Тана, — ответил Клаус. Танатос резко дернула головой, услышав сокращение своего имени, отрывая убийственный взгляд от своей жертвы. — Подруга Ребекки. Марсель поцеловал её ладонь. Танатос окинула его холодным взглядом, чувствуя от него неприязнь к своему создателю. Ей здесь не нравилось и она хотела уйти, вообще, во времена своего могущества она легко это сделала бы, теперь же всё изменилось. Власть имели существа весьма низкого ранга и они не боялись противостоять силе намного могущественной. — Никогда не слышал от Ребекки о тебе, — они сели за стол, девушка принесла им три стакана и бутылку бурбона. Танатос накрыла свой стакан, внимательно наблюдая за Марселем, всегда стоит хорошо изучить потенциальную проблему. Она с улыбкой отметила, что пьёт только вино. Марсель кивнул официантке. — Мы познакомились во времена двадцатых в Чикаго, — Танатос откинулась на спинку стула, на которой лежала рука Клауса. Первородный осматривал присутствующих вампиров, отчего-то он знал, бессмертная легко сможет соврать. Ему не хотелось открывать её истинную натуру, остерегаясь засады или увидеть оружие способное контролировать ведьм целого города, ведь, пусть Танатос была сильна, об эффекте неожиданности не стоило забывать. — Она была волшебна в своих платьях с жемчугом. Сложно устоять перед такой, как она. — Понимаю, — кивнул Марсель с широкой улыбкой на лице. — Жаль взаимности получить мне не удалось. Вот недавно встретила Клауса, развлекаемся, — она облизала губы под пристальный взгляд Клауса. Ему захотелось закончить начатое в его гостиной. — Ребекка умеет разбивать сердца. Так что же привело тебя? — Говорят одна ведьма хочет неприятностей мне доставить. Могу ли я рассчитывать на помощь в её поисках? — Конечно. Танатос и Клаус до поздней ночи прогуливались по городу, осматривая его красоты. Они даже прошли мимо особняка, раньше принадлежавшему семье первородных, теперь там жил Марсель. Танатос заметила грусть в голубых глазах, они задержались возле здания. Клауса поглотили воспоминания счастливых трёх веков, этот город смог стать для него и его семьи домом, они всё потеряли из-за Майкла. Это начинало его злить. Когда Марсель сообщил, что нашел ведьму, настроение явно улучшилось. Они надеялись обсудить слух о заговоре, но точно не ожидали, что станут свидетелями смертной казни посреди улиц города в окружении сотни вампиров. Марсель одним ударом батога, что было весьма иронично в глазах бессмертной, ведь вампир был бывшим рабом, рассёк горло ведьмы. Танатос могла попробовать кровь из ещё теплого тела, но вампиры забрали её. Клаус был в ярости. Танатос со стороны наблюдала за их ссорой и просто не понимала в чем проблема убить мелкого вампира. Возможно, две тысячи лет сделали её более чёрствой в отношении названных родных. Хотя она продолжала верить, могут быть люди, которых ты назовёшь семьёй, но разве можно простить их предательство? Кетсия не простила предательство Сайласа и отомстила, Танатос не простила предательства Кетсии и отомстить не могла, хоть и хотела. Но всегда можно легко уничтожить её род. Благодаря чужим воспоминаниям, она знала отношения первородных между собой, знала их порочные секреты. Так что давний поступок Марселя и Ребекки был для неё очевидным, выгоду из него получил вампир. А как же он клялся в любви, что быстро забыл о ней и построил своё маленькое королевство на руинах прошлого. Теперь этот маленький король пытался дать понять старому королю, что здесь новые законы. Сестра ведьмы тоже отказалась говорить, когда они пришли, отметив, за первородным гибридом должны были следить шестёрки Марселя. Клаус становился всё злее, он попросил Танатос подождать его на площади, где они встретили первую ведьму, а сам отправился к Марселю. Танатос осмотрелась на туристов, подошла к небольшому ларьку и взяла картошку с соусом, затем села на одну из лавок. Она наблюдала за людьми, их поведением и отношением друг к другу. За две тысячи лет изменилось мало что, человечество развивалось, с ним развивались и люди, но основа осталась. Любой из них мог искать свою выгоду в общении с другим, кто-то мог быть влюблён, но не соответствовать статусу объекта воздыханий, кто-то искал свободы от социальных убеждений, кто-то не знал своего места. И Танатос легко могла отнести себя к последним. Теперь она не знала своего места в новом мире, но у неё есть намного больше времени, чтобы его найти. — Не думал, встретить тебя в этом городе, — Элайджа расстегнул пуговицу на пиджаке и сел рядом с Танатос. Ещё прошлой ночью он получил сообщение от некой Джейн-Н Деверо с просьбой встретиться. Теперь он искал брата, ведь дело касалось в первую очередь его самого. На площади он сразу заметил Танатос, её бледность и глаза легко бросались. Он догадывался, её позвал с собой Клаус, чем только подтверждал догадки. А ещё новый наряд удивил его, ещё вчера бессмертная стояла перед ним в греческих одеждах, сегодня же она была одета более современно. Элайджа решил, что Ребекка приложила к этому руку, найдя в лице Танатос новую подругу. — Боги благословили этого мальчишку, — Танатос кивнула себе за спину, где стоял ларек. — Это самое вкусное, что я ела с момента освобождения. Элайджа усмехнулся её словам, сейчас она была проще. Конечно, её необычайная божественность всё ещё была при ней, но не было пафоса. Общение с его братом сказывалось на бессмертной. Или она показывала ещё одну свою сторону. — Мой брат ужасный компаньйон. Но как ты согласилась поехать вместе с ним? — Он просто спросил, хочу ли я посмотреть на Новый Орлеан, я согласилась, — пожала плечами Танатос, доедая порцию и не замечая на себе удивлённого взгляда Элайджи. Между этими двумя точно что-то происходило, что было невероятным. Элайджа знал своего брата тысячу лет, Клаус не из тех, кто легко позовёт малознакомую женщину с собой в другой город, он давно стал параноиком и действовал единолично. Значит, его брат, правда, нашел для себя компанию по душе, пусть она на тысячу лет старше и они едва знали друг друга. Невероятно! — К тому же мой отец кошмарит этот мелкий городок. — Кого-то он мне напоминает, — усмехнулся Элайджа. — Разве ты не должна помогать ему? — Я воевала и сражала множество мужчин, пугать детей не для меня, — пожала плечами Танатос. Элайджа более внимательно посмотрел на бессмертную, догадываясь, сейчас у неё была цель, помочь отцу, но потом...что ей делать потом? — Посмотреть на мир более интересно. — В каком расположении духа мой брат? — Готовый пролить кровь. — А вот и мой брат! — воскликнул Клаус, приближаясь к ним. Элайджа вздохнул, словно ему приходилось иметь дело с противным комаром в жаркую летнюю ночь. — Приехал помочь мне? — Если о ведьмах, то я уже встретился с ними, — Элайджа встал и поправил пиджак. — Думаю, тебе будет интересно услышать и увидеть. Клаус потянул ладонь Танатос, что не скрылось от взгляда Элайджи. Интересно, его брат сам понимает, что он делает? Они направились к кладбищу Лафаэт. Танатос дернула плечами от большого количества склепов, они напоминали ей о острове и собственной каменной тюрьме. Неприятные воспоминание проникали под кожу, вырывались из дальних закутков памяти. Танатос хотелось сбежать из неприятного места, несмотря на понимание того, что здесь ей ничего не грозит. Клаус быстро заметил, как напряглась Танатос, а её взгляд метался от склепа к склепу. Он неосознанно положил ладонь ей на поясницу. Из одного склепа вышло несколько ведьм, Клаус вышел вперед, загораживая собой Танатос. Бессмертная внимательно слушала и смотрела на молодую женщину, выступавшую, как лидер этого посмешища, не способного противостоять мелким вампирам. Софи Деверо, потерявшая в эту ночь сестру, была готова на сделку с Дьяволом в лице Клауса Майклсона. Её внимание привлекла женщина в компании первородных, она точно не была вампиром, ведь от неё не веяло смертью. Но кто же? Ей стоило перейти к главному вопросу. — Мы хотим, чтобы ты помог нам избавиться от Марселя. — Вы требуете это, — усмехнулся Клаус, глаза блеснули в угрозе. Он ненавидел, когда от него чего-то требовали. — Сперва затеваете заговор против меня, он проваливается, а теперь нагло требуете у меня что-то. — У нас есть то, что заставит тебя помочь нам. Софи кивнула ведьмам, они спустились в склеп. Клаус посмотрел на брата, ради этого он тащился сюда? Гибрид перевёл взгляд на бессмертную, изучающую ведьму напротив них, ему хотелось спросить её мнение о сложившейся ситуации, но сдержал себя. Танатос недовольно склонила голову на бок, когда ведьмы вывели к ним Хейли. Она же дала ей амулет, неужели волчица просто проигнорировала его силу и попала в руки этих никчёмных ведьм? Софи довольно дернула подбородком вверх и сообщила, Хейли носит под сердцем ребёнка Клауса, а ещё что соединила себя с волчицей. Теперь даже малейшая царапина Софи отразиться на Хейли и наоборот. Клаус, хоть и помнил неплохую ночь в компании Хейли, отрицал какое-либо причастие к плоду в ней. Элайджа вздохнул, как только брат унеся прочь, он заверил Софи, что Клаус вернётся и поспешил за ним. Танатос неспешно подошла к Хейли, положила руку ей на живот и усмехнулась, почувствовав потенциал нарождённого. — Кто ты? — Софи старалась выглядеть грозной, но рядом с этой женщиной хотелось только спрятаться от неё и молить Бога, чтобы она не искала тебя. — Не волнуйся. Даже в моё время это считалось плохо для матери. Он заберёт тебя, — уверенно кивнула Танатос, отмечая страх в глазах волчицы. Софи повторила свой вопрос, раздражаясь, что её игнорируют. Танатос быстрыми и резкими движениями схватила ведьму за запястья, аккуратно сжала их, помня, любой физический вред отразиться на Хейли. А волчица нравилась Танатос, её восхитило, как она преданно искала свою семью и стаю. — Я стану твоим кошмаром, если эта девочка пострадает, — её голос был тихим, полон яда и угрозы. Фиалковые глаза смотрели холодно, в них плясал огонь войны. — Марсель покажется тебе смешком в сравнении со мной. Одна из ведьм решила попытаться напасть на незваную гостью из-за спины, ведь никто не имеет права угрожать их ковену на его же земле. Танатос отпустила Софи, достала из волос меч, который в движении вернул себе первородную форму, и одним взмахом срубила голову ведьме. Женщины вскрикнули, Хейли с ужасом смотрела на кровоточащее тело и радовалась, что не была в списке недругов бессмертной. — Вы слабы, — окровавленный меч был направлен в сторону Софи. Танатос была в ярости, никогда прежде её оружие не поднималось против женщин, но времена давно изменились. Если ей угрожают, она ответит смертью! — Если эта волчица пострадает, уничтожу весь ковен. Мужчин, женщин и детей. Танатос развернулась и ушла из кладбища, хотя в ней пылал огонь войны и она желала вырезать слабых ведьм. Элайджа стоял в стороне от входа, его взгляд остановился на оружие, с которого стекала кровь. Это ему не понравилось, он не слышал, чтобы на кладбище что-то происходило. Возможно, ведьмы использовали травы, чтобы притупить вампирские способности. — Что уже произошло? — Провела урок заносчивым ведьмам, — Танатос крепко сжимала эфес. Никто не смеет даже пробовать тягаться с ней, она одна из самых могущественных существ в мире. — Забери девушку и отведи в безопасное место. — Думал, ты отлично видела и слышала реакцию моего брата. — Ваши чувства, эмоции усилены вампиризмом. Твой брат наполовину волк, что делает из него невыносимого гибрида, — один уголок губ дёрнулся в подобие улыбки. Элайджа изучал тонкие черты Танатос. — Ему нужно успокоиться и он вернется. — Мой брат тебе по душе, — скромно усмехнулся Элайджа, Танатос посмотрела на него. Она и не отрицала этого. — К чему скрывать свои чувства, хитрый Гермес? Вам может это по вкусу, но не мне, — её улыбка была снисходительной, словно общалась с ребёнком, а не тысячелетним вампиром. — Мне кто-то по душе я покажу это, скажу это. Меня кто-то раздражает, не скрою этого. Ведьмы уже знают, они мне не нравятся, они уже знают, что с ними будет, если волчонок пострадает. А не будь твой брат мне по душе, не поехала в этот город. — Обычно от моего брата сбегают. — Сложно выдержать сложный характер гибрида, — кивнула Танатос. У её отца характер тоже был не легким, её характер был сложным, Клаус идеально вписывался в их картину. — Забери волчицу. С твоим братом я сама поговорю. Танатос исчезла, ей не хотелось быть так близко к кладбищу, она выбрала безлюдную улицу, села на лавочку. Пришлось оторвать часть накидки, чтобы вытереть кровь с лезвия. Клаус не заставил себя долго ждать, он сел рядом с Танатос и смотрел, как она чистить метал. — Это правда? — Ведьмы уже объяснили, как это случилось, — усмехнулась Танатос и посмотрела на собеседника. Лезвие опустилось на землю, она опиралась о своё оружие. — Я чувствую магию этой девочки. — Девочки? — Клаус удивлено хлопнул ресницами. Танатос знала, такой потенциал в магии был в большинстве свойствен женщинам, ведь только женщины даруют жизнь, как и природа. — Ты любишь этот город, верни его себе, построй королевство для своей наследницы, для своей семьи. Будь королем, императором, — Танатос встала. — А мне пора, меня мой долг зовет. — Когда закончишь, ты можешь прийти ко мне, — Клаус направился следом за Танатос. Бессмертная широко улыбнулась, тронутая таким предложением. — Я радо встречу тебя и приму в своём замке. — Ты очарован мной? — она остановилась и наклонила голову, смотря в голубые глаза гибрида. Клаус слегка опешил от прямого вопроса, но с Танатос разве могло быть иначе, она ничего не скрывала за всё время их знакомства. Это ему нравилось. — Да, — признался Клаус. Танатос кивнула, перевела взгляд на своё оружие. Возможно, это предложение было лучшим вариантом для неё, после окончания дел в Мистик Фоллс. Танатос потянула Клаусу свой меч. — Пусть он будет моим обещанием вернуться в этот город. А теперь строй своё царство. Танатос оставила на прощание сладко-горький поцелуй и исчезла. Клаус продолжал стоять в тёмном переулке и сжимать эфес. Он сам не понимал, когда она успела околдовать его, от её обещания вернуться к нему было хорошо на душе. И никакая ведьма сегодня не испортит ему настроение. — Брат, — Элайджа появился рядом с ним. — Я забрал Хейли и отвёл в дом губернатора. — Отлично. Тогда пришла пора вернуть город нашей семье, — Клаус крепче сжал эфес, а в голове уже зародился план.