Путь одинокой волчицы

9-е Начала морозов, 201 4Э Ночь в стенах приграничной таверны прошла спокойно. Начинённые выпивкой солдаты не изволили барагозить: никто не колотил в дверь и не орал на всю округу. Только иногда раздавался тяжёлый скрип половицы неподалёку, да с улицы слышался негромкий мат. В общем и целом, девушки выспались. Ингрид, из непривычности к новому месту, уснула далеко не сразу. Райнар отрубилась быстро, привыкшая менять места ночлега, словно перчатки. Правда, чуткий сон вынимал бретонку из своих объятий пару раз за ночь. Проснувшись, они без промедлений собрались и вышли в общий зал. Перед выходом, воительница ещё раз заглянула в шкаф и, вытащив оттуда потешное платье в горошек, усмехнулась: — Не хочешь примерить, дорогая? Размер вроде твой. — И кто вообще забыл здесь это великолепие… — недоверчиво протянула аристократка. — Какой-то уж сильно странный наряд, на мой вкус. — Не знаю, подруга. Ты разбираешься в моде лучше моего, — пожала плечами Райнар, возвращая вещь на место. — Оставим это каким-нибудь ценителям. На первом этаже трактира нашлись несколько братьев бури, восстанавливающихся после попойки. Среди них не обнаружилось вчерашних знакомых: ни Вальгарда, ни Хьяра. Второго бретонка была бы не против порасспросить об интересностях минувшего вечера. Солдаты сидели тихо и пассивно, только лишь одаривая девушек взглядами различной степени дружелюбности. Кто-то из них завтракал, а кто-то просто растёкся по стулу, задумчиво смотря в окно. Девушки съели по тарелке яичницы с хлебом, заняв, на всякий случай, наиболее отдалённый от других посетителей столик. На улице обреталось скопление ходячих, сидячих и лежачих туловищ, никто из которых также не потревожил Ингрид с Райнар. Видимо, самые громкие кутилы до сих пор спали. Единственное, девушки застали момент, как один из братьев бури пытался растолкать другого, спящего прямо посреди площади перед таверной. Это действо сопровождалось такой забористой руганью, что Ингрид аж передёрнуло. Поседлав своих коней, они выдвинулись в путь. Погода с утра стояла пасмурная. Тонкий слой снега хрустел под копытами. Аристократка и воительница снова ехали в плащах друг друга, продолжая вчерашнюю задумку. Райнар гордо светила своим лицом напоказ, надеясь, что это отпугнёт лихих людей. А Ингрид наоборот: убралась под маску, дабы не демонстрировать миловидность. По мере приближения к Данстару, хвойный лес становился всё более редким, пока не превратился в холмистую равнину. Деревья остались в виде небольших островков, точно оазисы в снежной пустыне. Нордка всё волновалась о том, что же она скажет родичам. Бретонка успокаивала её в своём стиле, выговаривая что-то из разряда: «Не с драконом сражаться идёшь, успокойся». До столицы Белого Берега они добрались немного позже полудня. Когда на горизонте появились первые дома, девушки вернули друг другу свои плащи. Ингрид сняла маску и вернула Райнар. Бретонка по привычке решила её надеть перед городом, но нордка её одёрнула: — Не стоит. Боевые шрамы у нас в почёте, даже среди женщин. А вот если будешь в маске, вызовешь подозрение. Воительница лишь пожала плечами: так ей было только лучше. Сам Данстар, своим внешним видом ничем не отличался от Морфала. Точно такой же нордский город среднего размера, состоящий в основном из одноэтажных деревянных хат. Двумя этажами могли похвастаться только некоторые таверны и особо богатые дома. Но центр Белого Берега располагался не на болотах, а на берегу моря, частично окружённый невысокими скалистыми горами. Впрочем, один из участков этого неполного кольца был значительно выше. А на вершине самой высокой горы находилась полуразрушенная башня жуткого вида, нависающая над городом. Девушкам не позволили спокойно пройтись по улицам. Кто-то из прохожих узнал Ингрид и возопил на всю округу: — Внучка ярла вернулась! Вернулась! Этот клич подхватили другие горожане. В городе как раз был обеденный перерыв, и некоторые работяги выбежали из домов и ближайшей таверны, дабы воочию увидать услышанное явление. Стражники тоже подоспели, дабы держать ситуацию под контролем. Один из законников спросил: — Госпожа, где Вы были? С Вами всё в порядке? Мы всем городом волновались! — Всё в порядке, — заверила его Ингрид. — Дайте мне и этой женщине пройти до дома. Стражник понимающе кивнул, хоть и покосился на Райнар с недоверием. Солдаты отвадили других людей, желающих поговорить с аристократкой. Некоторые зеваки не желали расходиться, предпочтя пойти вслед за Ингрид. Так образом, в сопровождении толпы горожан и нескольких стражников, девушки двигались по улице. Процессия оживляла город по ходу своего движения. Из домов высыпались кричащие, подходящие узнать, и просто желающие посмотреть жители. Так как Райнар не знала нордского языка, она могла лишь по интонациям и действиям догадываться, о чём идёт речь. Она прокомментировала: — А они не ждали, что ты вернёшься просто вот так. Не удивительно. Долго добираться до места назначения им не пришлось. Довольно скоро показался двухэтажный дом, который был больше всех остальных в Данстаре. Возле входа в это здание, подходящую толпу встречала целая семья из знатно выглядящих людей: мужчина, женщина и два юноши. На крыльце, оперевшись на перила, стоял облысевший старик, одетый в особую, богато украшенную одежду. У Ингрид пересохло в горле и вспотели ладони. Райнар была немного взволнована важностью момента. Не успели они толком подъехать, как знатная женщина резко сорвалась с места и побежала навстречу, едва не поскользнувшись на льду. Горожане и стража расступились перед ней. Ингрид оказалась в её объятиях, как только спрыгнула с лошади. — Девочка моя, хвала Богам, ты вернулась! — причитала она, обнимая молодую аристократку и гладя по волосам. — Где ты пропадала? Тебя похитили? — Мам, я всё объясню, давай только в дом зайдём сначала, — сказала Ингрид, неловко отвечая на объятия. — Конечно-конечно, пошли, — проговорила мать, освобождая девушку и увлекая её за собой. — Тебя уже все заждались. Райнар, на которую даже не обратили внимания, тоже спешилась, но осталась стоять в толпе. — Вернулась? — спросил знатный мужчина у Ингрид, сложив руки на груди. — А солдатик где? — Он умер, пап, — сухо пояснила девушка. — Так значит, тебя всё же похитили? — всплеснул руками отец с явным удивлением в голосе. — Выбралась? — Эйвар, оставь! — осадила мужа женщина. — Ты же видишь, девочка напугана! — Меня не похищали, я сама СБЕЖАЛА, — всё-таки вымолвила Ингрид, вложив всю свою храбрость в голос. На одном из слов она сделала особый акцент. — Мы с Хориком сбежали, потому что ЛЮБИЛИ друг друга. Но на нас напали бандиты, Хорик умер. А эта женщина, — указала она на Райнар, — спасла мне жизнь. И тут все взгляды устремились на бретонку. Воительница подобралась, посмотрела на семью аристократов, но ничего не сказала. — Интересно девки пляшут. Вот же ж... — Довольно с этим! — подал голос старик на крыльце, не давая Эйвару договорить. — Войдёмте во внутрь, там Ингрид и будет ответ держать. Нечего выставлять семейные проблемы на людное обозрение. Ты, рыжая, тоже входи. — Дед, она не нордка, — объяснила внучка ярла. — Иди с нами, Райнар. Зеваки явно разочаровались, что не удастся насладиться дармовым развлечением в виде разборок ярловской семьи. Ингрид и её родичи, немного потоптавшись, пошли исполнять волю старика. Райнар побрела вслед за ними. Один из знатных юношей открыл рот, дабы сказать бретонке нечто язвительное, но тут же осадился под её взглядом. Уже на крыльце, прежде чем войти в дверь, воительница обернулась на толпу. Один человек из этого сборища горожан приковал её внимание. Это был очень высокий редгард в эбонитовой броне, стоящий в задних рядах. Будучи на полторы головы выше, чем средний житель Данстара, он спокойно мог видеть всё, что происходит у дома ярла. Бретонка не смогла рассмотреть его как следует, ведь шедший позади стражник втолкнул её внутрь и претворил за ней дверь. Райнар могла с точностью сказать, что тот темнокожий был отнюдь не простым. В Хай-Роке позволить себе эбонитовую броню мог не каждый рыцарь, и в других провинциях эта ситуация вряд ли отличалась. Однако, в данный момент было важно не это. Воительница обозрела взглядом зал, в котором очутилась. Просторное помещение в традиционном нордском стиле, отапливаемое двумя очагами в центре. В дальнем конце, напротив входа, находился деревянный трон. Лысый старик расположился на нём, а остальные встали кругом. Дальше началось выяснение отношений, из которого Райнар пыталась понять как можно больше. Мать Ингрид, выглядящая как более старшая версия дочки, часто обнимала виновницу торжества и как-будто постоянно оправдывалась. Отец, обладающий максимально простой и не запоминающейся внешностью, что-то усиленно доказывал собравшимся. А два парня, которые были братьями-близнецами, вообще молчали как мебель, не принимая участия в разговоре. Глава семейства исполнял роль стороннего судьи всего этого, но периодически не сдерживался и срывался на крик. В какой-то момент бретонку, стоявшую чуть поодаль, изволили почтить вниманием. — Райнар, подойди, — подозвал старик на тамриэлике. — Приветствую, господин, — вежливо поклонилась она, встав перед троном. — И вас, достославные родичи, — кивнула головой семье Ингрид. Воительница поняла, что этот дед скорее всего был местным ярлом. Сидеть на троне в такой небрежно-величественной позе умели только правители, державшие власть много лет. Давно ей не доводилось представать перед кем-то столь титулованным и она надеялась, что сказала всё правильно. Хотя, даже в лучшие времена она плохо знала дворцовый этикет. Однако, старик задал вопрос неожиданный: — Почему глаза такие? Ты колдунья? — Нет, сир, я только воительница. А глаза у меня такие с рождения, не знаю отчего. Просто редкий цвет, скорее всего, — отчиталась Райнар. — Сир, говоришь? — усмехнулся ярл. — Мы не в Хай-Роке, девочка. Называй меня просто ярл. Или просто Скальд. Слишком стар я для этих придворных выкрутасов. — Я Вас поняла, Скальд. — А то, что ты воительница... Это хорошо, — продолжал старик. — Судя по твоему лицу, опытная не по годам. И да, Ингрид всё рассказала. От имени всего своего рода, благодарю за спасение моей внучки. В награду проси всё что хочешь, но в разумных пределах. Сейчас идёт война, стране нужны деньги, сама понимаешь. Когда Ингрид говорила, что её семья богата и влиятельна, Райнар не думала, что речь идёт про семью самого ярла. Насколько она знала, скайримские ярлы по важности были равны бретонским герцогам и графьям. Однако, по сравнению с властителями Хай-Рока, нордский правитель отличался скромностью существования. Вместо каменного замка, окружённого толстыми стенами, он жил в деревянном доме, соседствующим с другими зданиями города. По характеру же Скальд создавал впечатление человека среднего: не приземлённого, но и не надменного. Райнар рассудила, что ежели предлагают награду, то не стоит включать гордость и отказываться. Поэтому, она сказала: — Мне бы коня, а то моя лошадь недавно погибла. Буду рада, если позволите забрать того, на котором я приехала. — Тебя проведут в конюшни и позволят выбрать любую из свободных лошадей. Будет тебе конь, — согласился ярл. — Это щедрый подарок, почтенный Скальд. Но напоследок хотелось бы спросить: что там с Ингрид? — Её не посадят на цепь, не переживай. И замуж насильно не спихнут. Мы дадим ей время подумать, чего она вообще хочет в жизни. Отец предложил ей стать жрицей или пойти в ученики к придворной чародейке. Мадена не раз говорила, что у девчонки есть способности. Кстати, вечером состоится пир в честь её возвращения. Приходи, будем рады видеть. Бретонка опять поклонилась. Скальд что-то сказал одному из своих охранников. — Этот человек проведёт тебя в конюшню и ты выберешь себе лошадь за счёт Владения, — старик кивнул на высокого и широкоплечего юношу в броне, до сего момента стоявшего возле трона. Названный стражник шагнул вперёд и позвал воительницу следовать за собой. — Ступай, Райнар, — добавил ярл напоследок. — Ждём тебя на пиру. Однако, спокойно покинуть помещение бретонке не дали остальные родственники. Они пожелали лично возблагодарить спасительницу Ингрид, каждый по-своему. Мать обняла Райнар и проговорила тёплые слова благодарности. Отец по-воински пожал руку и похвалил её боевые навыки. А один из братьев-близнецов произнёс: — Наша сестра зануда, но мы всё равно её любим. Спасибо тебе. Сама Ингрид сказала: — Ещё свидимся, Райнар. Я бы хотела, чтобы ты задержалась в Данстаре на пару дней. — Может и задержусь, но ничего обещать не могу, — призналась воительница. Покончив с любезностями, бретонка направилась к стражнику-провожатому, что ждал её возле двери. Внезапно, на полпути до выхода, Райнар услышала крик нескольких десятков глоток, раздавшийся с улицы. Она ускорила шаг, дабы посмотреть, что произошло, но её оттолкнул и чуть не сбил с ног стражник, сломя голову ворвавшийся в дом ярла. — Тревога! Дракон над городом! — в панике доложил солдат. Райнар не поняла слов стражника, но по его взгляду видела, что произошло нечто из ряда вон ужасное. Она не знала, что ей делать и как действовать. Бежать на улицу? Оставаться в доме? Прятаться в подвал? — Дракон... — перевёл специально для неё другой стражник. Воительнице этого хватило, чтобы разобраться в ситуации. Она стояла в полном замешательстве, осознавая смысл слова. — Во имя Талоса, все в подпол! — прикрикнул Скальд на свою семью, вставая с трона. — Стражу в боевой порядок! Гражданских в укрытие! Бретонка совершенно не хотела сражаться с драконом. Эта была не её битва, приказам ярла она не подчинялась. Она имела полное право затаиться где-нибудь и переждать. Но с другой стороны, дух воина внутри неё протестовал. Он призывал идти и драться, вместо того, чтобы убегать. Да и терять Райнар было особо нечего. У воительницы не имелось никого, кто стал бы долго горевать о её смерти. Ни родных, ни любимых, ни друзей. Только лишь хорошие знакомые навроде Ингрид. Все её близкие люди находились там, на небесах. Погибнув в бою, она оказалась бы среди них. Пока бретонка решалась, что же ей делать, обстоятельства решили за неё. Из той комнаты, куда кинулись родственники ярла, раздался звук масштабных разрушений. Люди в ужасе выбегали оттуда, спотыкаясь и мешая друг другу. Огромная ящериная морда пробила стену, оказавшись в главной зале. Подняв голову повыше, дракон дыхнул огнём на упреждение, преграждая убегающим путь к отступлению. Мать Ингрид и один из братьев попали под этот поток. Их тела за секунды обуглились и они упали без чувств, словно куски пережаренного мяса. Напрочь разрушив стену и обвалив часть крыши, белая чешуйчатая тварь полностью ворвалась в помещение. Ярл Скальд оказался проткнут когтем перепончатого крыла. Убегающая Ингрид была поймана зубастой пастью и перекушена на две половины в районе живота. Глядя на беспомощно ползающее туловище своей недавней приятельницы, из которого вываливались внутренности, Райнар пребывала в ужасе. Семья, ещё минуту назад счастливая, погибла большей частью своих членов. И всё благодаря древнему чудищу, которое бретонка не ожидала увидеть вблизи так скоро. Эти жёлтые змеиные глаза, наполненные первородной злобой и ненавистью, она не забудет никогда... Находящиеся в помещении стражники кинулись дракону наперерез, дабы прикрыть отход своих господ. Господа, в лице выживших отца и брата Ингрид, пробежали мимо Райнар к выходу. Именно они вынули бретонку из оцепенения, потащив её за собой. Очутившись на открытом воздухе, воительница услышала ещё один выдох смертоносного огня. Очередное обугленное тело на скорости вылетело следом. — DaaR LeiN FEN Dir,— раздался низкий, жуткий и громогласный голос из разрушающегося ярловского дома. Часть гражданских убегала и пряталась, а другая часть выбегала из хат с оружием, желая сражаться. Стража заняла укрытия с луками на изготовку. Дракон выбрался из горящего здания с задней стороны и взлетел. Немного покружившись, он набрал воздуха и, пролетая низко над землёй, окатил город внушительным потоком огня. Стражники успели дать залп по чудищу. Часть стрел прошла мимо, часть не причинила ящеру сколько-нибудь существенный урон, но часть попала в крыло, основательно его продырявив. Дракон явно разозлился на это. Немного западная на правую сторону, он развернулся и, нацелившись туда, где по его мнению было больше всего стражников, крикнул: — FUS-RO-Dah! Одна только громкость этого крика была способна напугать. Очень мощная ударная волна вырвалась из зубастой пасти. Она буквально снесла несколько домов на своём пути, завалив обломками прячущихся солдат. Райнар, тем временем, достала свой лук и принялась настреливать по дракону вместе с остальными. Краем глаза она увидела высоченную фигуру в эбонитовой броне. Без сомнений, это был тот самый редгард из толпы, надевший шлем для битвы. Он стоял в одном из переулков, неподалёку от бретонки, и стрелял в крылатого ящера из своего эбонитового лука. Рядом с его ногами лежал эбонитовый щит, ждущий своего часа. Дракон, утыканный стрелами точно ёжик, никак не хотел улетать. К слову, помимо стрел, в него иногда прилетали заклинания. Он кружил вокруг, убивая защитников города небольшими пачками за раз. Райнар повезло не попасть под эти смертельные атаки, ведь она стояла в стороне от основного скопления стреляющих. В какой-то момент, крылья летающего чудовища оказались повреждены настолько, что оно больше не смогло удерживаться в воздухе. Издав яростный, прошибающий до костей рёв, дракон стал падать вниз по косой траектории. Упал он в то место, которое находилось совсем рядом с Райнар. Находящиеся около бретонки защитники поступили по разному: кто-то продолжал стрелять, а кто-то, издав боевой клич, бросился в ближний бой. Один из солдат кинул копьё. Райнар оказалась в числе тех, кто ринулся навстречу верной смерти. «Если умру — воссоединюсь с Жаком. Мне будет хорошо на небесах.» — твёрдо решила она. Убрав лук и достав меч, воительница изрекла боевой клич не менее могучий, чем у здешних нордов. — Во имя Исмира, добьём супостата! — прокричала нордка-стражница, поддерживая других. Бретонка не поняла, но ей и не надо было. Она и так знала что делать, и делала это. Бежала прямо в пасть древнего чудища, где её ждала либо смерть, либо слава. А может быть, всё вместе. Когда Райнар ощущала азарт боя, её рефлексы значительно усиливались. Она могла уворачиваться даже от самых быстрых атак противника, а уйти от её удара было делом отнюдь не простым. Дракон хоть и являлся невероятно сильным существом, но особой быстротой движений не блистал. Другая проблема состояла в том, что его атаки, ввиду габаритов, были размашистыми. Они покрывали большую площадь, задевая несколько человек сразу. Огромный, раненный ящер оказывал сопротивление из последних сил. Он отшвыривал людей, словно тряпичные куклы, а его пасть прокусывала кольчугу как орех. Дабы держать оборону с разных сторон, дракон крутился, точно юла. Он применил огненное дыхание и в очередной раз обернулся вокруг оси, создавая пылающее кольцо вокруг себя. Райнар успела очутиться внутри этого кольца, но была сбита с ног кончиком хвоста, который оказался чересчур подвижным. Валяясь на земле, она увидела того самого эбонитового рыцаря, что стоял с выставленным щитом, принимая на себя прямое воздействие огненного дыхания. Казалось, древняя магия совершенно не причиняла ему вреда. Также, редгард прикрывал парочку бойцов, стоящих за его спиной. Бретонка вскочила и кинулась к голове древнего ящера. Поняв, что огнём эбонитового воителя не взять, дракон прекратил дыхание и схватил его зубами. Но использовать свои мощные челюсти в полную силу чудище не успело, ведь Райнар с разбегу вогнала меч ему в шею. Редгард извернулся в зубах дракона и ткнул ему куда-то в глотку своим мечом. Ощутив боль в двух жизненно-важных местах сразу, тварь разжала хватку. Эбонитовый рыцарь высвободился и, выбросив меч со щитом, принудительно захлопнул драконью пасть. Он обнял челюсти и принялся изо всех сил удерживать их закрытыми, дабы не дать ящеру использовать крик. Так как редгард был достаточно силён, а дракон был достаточно ослаблен, пасть так и оставалась в сомкнутом положении. Возможно, огромное существо смогло бы скинуть проблемного человека, но к тому моменту подоспели остальные защитники города. Пробираясь прямо сквозь огонь и стоящие рядом дома, горожане и стражники набрасывались на древнее чудовище. Они кололи и рубили супостата, с каждой секундой приближая его смерть. Райнар, словно заведённая, делала дракону шейные кровопускания. — Это тебе за Ингрид! — приговаривала она. Когда пасть чудища перестала сопротивляться, рыцарь отпустил её, поднял своё оружие и тоже присоединился к добиванию. Прежде чем могучий враг окончательно испустил дух, раздался тихий, слабый, но зловещий голос: — NIS QahNaar ALDUIN, JooRE. Никто не понял смысла этих слов, но всем было наплевать. Дракон был повержен и лежал без движений. Из него всё ещё вытекали кровавые ручьи, а тело было изорвано в клочья. Радовались победе далеко не все. Кто-то с горестью рухнул, а кто-то просто стоял, не проявляя лишних эмоций. Райнар оказалась в числе последних. Она попросту не могла радоваться победе, доставшейся такой ценой. Редгард в эбонитовой броне снял свой шлем и взобрался на тушу дракона. Подняв меч в героической позе, он громогласно оповестил округу: — Я — Эбонитовый Воин! И я спасу Скайрим от драконов! Торжественных возгласов раздалось больше, чем ожидала бретонка. Кто-то подошёл к редгарду, чтобы лично пожать ему руку. Вклад этого человека в победу был очевиден: он отвлёк на себя немало драконьего внимания, давая остальным подойти и нанести удар. Что-то обсудив с другими бойцами, рыцарь спустился с туши и подошёл к Райнар. — Этот дракон помял бы мою броню, если бы не ты, — сказал он бретонке. — Благодарю тебя. Чтобы посмотреть ему в глаза, воительнице пришлось неслабо задрать голову. Этот темнокожий мужчина был настоящим гигантом. Райнар, будучи высокой для женщины, приходилась ему по плечо. Даже среди альтмеров ему бы очень мало нашлось равных в плане роста. Лицо у Эбонитового Воина было симпатичное, молодое: выглядел он лет на 30-35. Длинная борода была стянута в хвост резинкой, а волосы были коротко обстрижены до ушей. — И тебе спасибо. Твоё вмешательство предотвратило немало лишних жертв, — ответила воительница, с помощью чистого снега вытирая клинок от крови. — Но позволь узнать: кто ты такой? — Я же сказал, я — Эбонитовый Воин. Путешествую по всему Тамриэлю и ищу опасности, которые можно превратить в подвиги. Многие слышали обо мне. — Я, к сожалению, не слышала. Меня, кстати, Райнар зовут. И я прекрасно понимаю, что привело тебя в Скайрим. — Не трудно догадаться. Сражение с драконом — достойная битва и благое дело. Приятно познакомиться, Райнар. Сейчас мне надо идти, но ближе к вечеру можем с тобой выпить. Я бы с удовольствием послушал истории о том, как ты заработала свои шрамы, — заговорщически подмигнул ей редгард. — Приходи в таверну «Пик ветров». Если она, конечно, уцелела. Эбонитовый Воин оставил бретонку и пошёл дальше. Желающих поговорить с ним было ничуть не мало. Должно быть, и правда известная личность. Райнар заинтересовал этот человек, но гораздо сильнее её мысли занимала прошедшая драка с драконом и смерть Ингрид. По опыту бретонка знала, что после располовинивания на две части долго не живут. Жители Данстара суетились: тушили огонь, разбирали завалы и помогали раненым. Этот дракон нанёс городу поистине большой урон. Зато теперь воительница убедилась, что одолеть такую тварь вполне возможно. Она вообще не думала, что ей когда-то предстоит сразиться с древним ящером из легенд. Но жизнь, как водится, решила за неё. Райнар была привычна к смертям и разрушениям, но ей всё равно было нелегко на душе. Бретонка вовсе не была разбита горем, она просто находилась в печали. По Ингрид она не сильно тосковала, хоть ей и было жаль нордку. Они провели вместе слишком мало времени, и воительница просто не успела к ней привязаться. К тому же, им всё равно предстояло расстаться в скором времени: Райнар бы пошла дальше, а Ингрид бы осталась с семьёй. Однако, ощущение всё равно было паршивое. Ощущение того, что произошло нечто неправильное. Впервые за три года бретонка обрела подругу, так она тут же скончалась. Если бы Райнар возжелала осесть в Данстаре, они с Ингрид могли бы стать настоящими подругами. Хотя... Стала бы аристократка дружить с воительницей, когда вокруг есть другие аристократки, более близкие по духу? На этот вопрос она не знала ответ. Но бретонке вряд ли было бы скучно, ведь Скайрим знаменит своими воинственными девами. Возможно, с кем-то из них Райнар сумела бы завести дружбу. По иронии, из размышлений её вывела та самая воинственная дева: — Эй, чего лицо такое кислое? — нордка-стражница со шрамом поперёк носа похлопала бретонку по плечу. — Мы же победили, не кручинься. Восстановимся, оправимся и крылья этим драконам пооторвём! — Хорошо, что кто-то сохраняет положительный настрой, — отметила Райнар, вымученно улыбнувшись. — Горем делу не поможешь, милочка. Кстати, ты же видела конец битвы? Эбонитовому Воину предлагаю дать прозвище «Невкусный». Дракон ведь его пожевал, да выплюнул. — Думаю, он оценит, — согласилась бретонка. — Пойду расскажу ему. А сама направилась к разрушенному дому, помогать разбирать завалы. «Нечего тратить время на печаль, — подумала она. — Надо помогать делом»