Путь одинокой волчицы

11-е Начала морозов, 201 4Э Владение Истмарк, Скайрим После расставания с Эбонитовым Воином Райнар весь день продвигалась на восток. Путь пролегал по правую сторону от горного массива. Лес периодически сменялся открытой местностью, разбавленной небольшими скалами. Примерно в середине дня бретонка снова оказалась в зоне выпавшего снега. Бандитов она особо не боялась, ведь одиноких путников, не выглядящих богатыми, они обычно не трогают. Женщины с красивой внешностью рисковали стать жертвами, но Райнар, по понятным причинам, не относила себя к ним. Хоть она и успела понять, что в Скайриме её считают более симпатичной, чем на родине. Однако, свои яркие рыжие волосы бретонка продолжала, на всякий случай, скрывать под плащом и капюшоном. Дабы они не мешались в бою в случае чего, она просто повязала тесьму на лоб, вместо того, чтобы убирать в косу. Уже ближе к вечеру, когда воительница миновала другую развилку, дорога на Виндхельм стала, помимо востока, забирать на юг. Спустя пару часов езды после этой развилки Райнар встретила деревушку, в которой и решила встать на ночлег. Это поселение находилось на берегу реки, а лес вокруг него был довольно редким. Оставив Принца в местной конюшне, бретонка решила немного прогуляться, прежде чем идти в таверну. Времени было достаточно: до захода солнца оставался ещё где-то час. Деревня не представляло из себя ничего примечательного по скайримским меркам. Обычное нордское селение, каких Райнар уже успела повидать немало. Она шла по улице, осматриваясь вокруг беглым взглядом. Помня совет Ингрид, воительница перестала надевать маску в населённых пунктах. Здесь на неё и правда косились не так часто, как Хай-Роке. Да и прятаться ей уже не было такого смысла, ведь в этой местности, как минимум, она не находилась в розыске. Когда взгляд Райнар скользул по местной кузнице, она резко остановилась. Хлопочущий там кузнец показался ей чрезвычайно знакомым. Бретонка присмотрелась к нему и у неё не осталось сомнений. Это был коренастый мужчина-норд средних лет с чёрной бородой и серо-голубыми глазами. По прошествии нескольких лет, лысина на его голове увеличилась, но в целом, он никак не изменился. — Дядя Бьяр, это вы? — спросила воительница, не веря своим глазам. Мастер отвлёкся от работы и обратил внимание на Райнар. Какое-то время он всматривался в её лицо, наморщив лоб. Она откинула капюшон, чтобы ему было проще узнать. — Ай, старый дурак, как я мог забыть, — всплеснул руками кузнец. — Разве существует в мире ещё одна красавица с фиолетовыми глазами и огненными волосами? Райнар... Разрази меня молнией прям здесь — это ты! Бьяр вышел из своей мастерской и крепко обнял бретонку медвежьей хваткой. Он был одного с ней роста, но гораздо более крупным. — Во имя всех Богов, ты жива! — продолжал кузнец. — Я давно смирился, что вы все погибли! Как ты выжила?! — обеспокоенно поинтересовался он, размыкая объятия и заглядывая воительнице в глаза. — И что стало с твоим лицом?! — Подождите, дядя Бьяр, не всё сразу, — осадила его Райнар. — Это история не из простых. Этот человек носил имя Бьярни, но все называли его Бьяром. Когда-то он был уважаемым кузнецом в Камлорне, услугами которого часто пользовались члены местной Гильдии Бойцов. Это происходило в основном из-за того, что Бьяр был хорошим другом гильдмастера Гастона. Райнар начала пользоваться его услугами с тех пор, как стала сражаться настоящим оружием. За годы, бретонка хорошо сдружилась с семьёй кузнеца. Его жена частенько угощала юную воительницу чаем с вкусной выпечкой. А его сыновья любили играть с ней, почитая как старшую сестру. Сам Бьяр любил Райнар как дочь, ласково называя её Лисёнком. После того, как в жизни бретонки случились те самые кошмарные события, она ничего не слышала о кузнеце. К его дому она не приближалась даже близко, не желая навлечь опасность. И вот сейчас, спустя три с лишним года, она снова видит его... Живого и здорового...

***

Пока Бьяр убирался в кузнице, воительница рассказала ему всё, что с ней случилось. Поведала и о пытках, и о сражениях на грани смерти, и о всей своей одиночной войне с Талмором в целом. Однако о событиях, случившихся уже в Скайриме, она предпочла умолчать. — Бедная девочка... — высказывал впечатления кузнец, сидя на ступеньке. — Сколько же ужасов ты пережила... Но тем не менее, я вижу, насколько ты изменилась, — проговорил он, по-отечески смотря на Райнар. — Если раньше ты казалась мне милой лисичкой, то сейчас я вижу перед собой матёрую тигрицу. Изменился сам твой взгляд, твоя сущность. В тебе уже нет той лёгкости и непосредственности, что была прежде. Теперь твои глаза показывают отпечаток пережитого ужаса и готовность идти дальше, встречая новые трудности. — Я должна была измениться, чтобы свершить свой долг, — поясняла бретонка. — Трудности действительно закалили меня и сделали сильной. Но сейчас моя битва отгремела. Я не хочу больше искать испытания на свой меч и лук. Я хочу сложить оружие и зажить мирной жизнью. Мне надоела постоянная опасность. — В этом я могу тебя понять. После всего происшедшего, ты заслуживаешь покоя больше, чем кто-либо другой. — А что случилось с вами? — поинтересовалась воительница. — Как я погляжу, вы решили уехать из Хай-Рока? — Мы были убиты горем, — мрачно ответил Бьяр. — Мы с самого начала знали, что вы невиновны. Но сделать ничего не могли. Поэтому я взял семью и перебрался на историческую родину. Камлорн мне уже порядком поднадоел: я там оставался только из-за друзей в лице тебя и других членов Гильдии. А когда вас не стало, для нас выдался отличный шанс уехать. После недолгих странствий, мы осели в этой деревне. Местным жителям как раз был нужен кузнец. — А где сейчас остальные? — Агнета ушла к соседке, уже совсем скоро должна вернуться. Аксель где-то гуляет, но к ужину должен подойти. Ну а Сумар сейчас не живёт с нами: в прошлом году он уехал в Солитьюд и поступил в Коллегию Бардов. Приезжает лишь раз в год, на каникулах. — Серьёзно? — удивилась Райнар. — Никогда бы не подумала, что из него выйдет певец и музыкант. — Мы тоже не думали. А он вот взял и открыл в себе талант. Но надеюсь, что он не погрязнет в праздном образе жизни, как многие барды. Авось устроится в какую-нибудь приличную таверну и заведёт детёв с женой. — А ещё бардам бывает свойственно заводить богатых любовниц и потом огребать от их мужей, — отметила бретонка. — Вот именно! — подтвердил Бьяр. — Я ведь знаю все эти опасности, потому и за сына боюсь. Помимо этого, барды частенько бывают пьяницами. Чем чаще человек напивается, тем реже он является хозяином собственных действий. Но я надеюсь на благоразумие моего мальчика. Надеюсь, что воспитал его достойно и он познает радости жизни лишь в разумных пределах. — А что со старшеньким? — поинтересовалась Райнар. — А вот Аксель молодец, ничего не скажешь. Продолжает учиться моему ремеслу, уже полноценный кузнец стал. Он женился, недавно дочка родилась. Я теперь молодой дед, — с гордостью проговорил мужчина. — Правда? Тогда поздравляю! — улыбнулась бретонка. — Даже как-то непривычно осознавать, что тот парнишка теперь муж и отец. — Не ты одна изменилась за это время, — ехидно поглядел на неё Бьяр. — Аксель собственными руками построил отдельный дом для своей семьи. Поступок взрослого мужчины, не иначе. — А что у него за жена? Она красивая? — Скоро сама с ней познакомишься, — заверил кузнец. — Оставайся у нас на ужин. И вообще, если ты ищешь покоя, то оставайся у нас насовсем. Место у нас тихое, безопасное. Знакомые у тебя тут есть. Работа для тебя тоже найдётся, не переживай. — Спасибо за предложение. С радостью отужинаю с вашей семьёй. А насчёт остаться подумаю. Я собиралась в Виндхельм, но могу и здесь обосноваться. — А зачем тебе этот Виндхельм сдался? У тебя там нет никого своих даже. В большом городе довольно сложно жить без знакомых, поверь моему опыту. Если ты, как и говорила, не хочешь искать трудностей, то остаться с нами — самый лучший вариант. — Тут вы правы, — согласилась Райнар. — Обязательно пораздумаю над этим.

***

Совсем скоро подошла жена Бьяра и старший сын с семьёй, и они все вместе сели за стол. По понятным причинам, идти в таверну бретонке было уже не надо. На самом деле, она была очень счастлива, что встретила этих людей. Казалось бы, все мосты, все связи с прошлой жизнью навсегда оборваны. Но вдруг, внезапно, она встречает кого-то из своего прошлого, кому она небезразлична. Кого-то, кто готов позаботиться о ней как о родной дочери или сестре. Хоть Райнар и сказала кузнецу, что подумает, но на самом деле, она решила всё сразу. Решила, что точно останется в этой деревне и заживёт тихой жизнью. За ужином бретонка прекрасно провела время. Ей казалось, что она наконец отмучилась после долгих лет страданий. Её радости не было предела. Она с удовольствием выбросит меч с луком и займётся мирным ремеслом. Она забудет опасную жизнь, как страшный сон. Бьяр и его родственники, как и раньше, были очень милой и приятной нордской семьёй. Агнета готовила очень вкусно и, несмотря на возраст, оставалась привлекательной женщиной. Старший сын Аксель признался, что когда-то был влюблён в Райнар. Такому признанию она не удивилась: в неё многие были влюблены, когда у неё ещё не было шрамов. Но бретонке было всё равно приятно, что кто-то помнит её былую красоту. С Агот, женой Акселя, Райнар очень быстро нашла общий язык. Они буквально за один вечер стали лучшими подругами. Сусанну, совсем маленькую внучку Бьяра, бретонка полюбила как своё собственное дитя. Одним словом, рыжая волчица не могла поверить, что вся эта идиллия на самом деле происходит с ней. Когда ужин закончился и подошло время сна, Райнар предложили заночевать на старой кровати Акселя. Сам молодой отец, забрав жену и дочь, удалися спать в свой новый дом. Таким образом, вместе с Агнетой и Бьяром, бретонка улеглась на боковую. Она провалилась в блаженное царство грёз, впервые за долгое время счастливая и довольная.

***

Утром Райнар проснулась от жуткого грохота и не менее жутких криков. В первые секунды ей показалось, что началось сильное землетрясение. Но когда за звуками разрушения последовал пробирающий до костей рык, она всё осознала... Резко подорвавшись с кровати, бретонка рявкнула на кузнеца с женой, чтобы те прятались в подпол. А сама, прихватив лук со стрелами, выскочила на улицу в одной рубахе и штанах, на босу ногу. Она зарядила стрелу и принялась глазеть вверх в поисках источника проблем. Её сердце бешено колотилось, но она умела сохранять хладнокровие в критических ситуациях. Когда она увидела, было уже слишком поздно. Ударная волна от крика «FUS-RO-Dah» задела часть дома, в которой спали Бьяр с Агнетой. Разумеется, за столь короткое время они не успели убратья оттуда. Бретонка отчётливо услышала хруст ломающихся костей и крики боли. В ту же секунду её саму отшвырнуло назад воздействием волны, но она, упав на относительно мягкую снежную землю, совсем не пострадала. Райнар хотела броситься на выручку, но дракон решил приземлиться прямо туда, где перед этим устроил обвал здания. Рефлекторно увернувшись от подвижного хвоста, она запустила стрелу прямо в шею ящера. Крылатый разрушитель, уже начавший поливать огнём все в округе, с характерным звуком прервал этот процесс и взмыл в воздух. Когда бретонка увидела мессиво из костей, мяса и древесины, её сердце чуть не разорвалось на месте. Серьёзно пострадав от силы крика и обломков собственного дома, кузнец с женой оказались окончательно раздавлены массивной тушей дракона. Райнар не выдержала и рассвирипела. Крича от ярости и боли, она побежала туда, куда полетел дракон. Жители деревни выходили из хат с луками, давая злобной твари вооружённый ответ. Но этот ящер оказался куда более подлым и трусливым, чем тот, который напал на Данстар. Он не стал драться до последнего. Как только ему начали оказывать серьёзное сопротивление, он просто взял и улетел. — DOVahKiiN NIS LooST, — раздался на всю округу громогласный голос. Бретонка преследовала существо до тех пор, пока оно совсем не скрылось из виду. От бессилия она пыталась стрелять вслед. Она бежала голыми ступнями по снегу, но ей было наплевать на холод. — Трусливая тварь! Вернись! — остервенело кричала Райнар вслед. — Я оторву твой хвост и заставлю сожрать! Словно подкошенная, Райнар рухнула на землю. Впервые за три года, у неё на лице проступили слёзы. Какой-то стражник помог ей встать спустя минуту и принудительно занёс в помещение.

***

Бретонка до последнего отказывалась верить, что это реальность, а не страшный сон. Как впоследствии выяснилось, дракон уничтожил абсолютно всю семью Бьяра. Дом Акселя одним из первых попал под раздачу. Когда хата запылала, жители в ужасе выбежали на улицу, а там смертоносный огонь настиг и их. Глядя на обугленное тело младенца и его родителей, Райнар была не живая, не мёртвая. Когда она помогала вытаскивать раненых, она видела немало мёртвых женщин и детей. Дракон уничтожил половину всех домов в деревне, жители которых не везде успели спастись. Сначала Ингрид. Теперь Бьяр с семьёй. Шестеро человек, с которыми бретонка имела дружеские отношения, погибли в когтях дракона за короткий срок. Она надеялась, что хотя бы у Ксавьера, Эйрика, Драж'арго и Эбонитового Воина всё в порядке. Потратив пару часов на помощь деревне и отходняк от ситуации, Райнар, скрипя зубами, засобиралась в дорогу. Ей больше не было смысла здесь задерживаться. Она даже не возжелала остаться на похороны. Оплакать погибших бретонка уже успела, и делать это второй раз не видела смысла. Она просто хотела оставить негативные эмоции позади. Как можно скорее убраться из места, которое их источает. Она оделась и снарядилась в путь. С её вещами ничего не случилось, ведь они лежали в той части дома, которую дракон не зацепил. Деревенская конюшня оказалась частично разрушена, а половина лошадей мертвы. Другая половина сильно переполошилась, но уцелела. Райнар благодарила всех Богов за то, что её Принц оказался среди уцелевших. Хотя бы он остался с ней. Бретонка обняла жеребца и уткнулась носом ему в гриву. Ей казалось, что судьба жестоко шутит над ней. Сначала сводит её с близкими людьми из прошлого, а потом безжалостно умертвляет их. Теперь-то все мосты уж точно сожжены. Не надо было вообще соваться в эту клятую деревню! Просто проехать мимо и не встречать семейство Бьяра. Так бы и прожила в счастливом неведении, даже не зная, что с ними случилось. Она, конечно, попыталась их защитить, но всё одно ничего не вышло... Райнар не понимала, почему Боги её так не любят. Они лишают её покоя после того, как она, казалось бы, уже отмучилась. Но в то же время, она осознавала, что так думать — довольно эгоистично. Не её одну касаются эти потрясения. Весь Скайрим страдает от драконов и множество людей теряют своих близких. Бретонке хотя бы повезло в том плане, что она уже подготовленная к жизненным трудностям. Другие, более слабые, мучаются от подобных утрат гораздо сильнее... Сев на коня и выйдя на большую дорогу, Райнар отправилась дальше. В тот момент она понятия не имела, что ей делать. Её прежние планы на жизнь претерпели заметный кризис. О каком покое может идти речь, если происходят такие ужасные вещи? Однако, как бретонка не раз слышала, Виндхельм — это каменный и хорошо защищённый город. Там она сможет отсидеться в относительной безопасности и всё обдумать.

***

Однако, обдумывать она начала гораздо раньше, чем оказалась за стенами столицы Истмарка. Занимать мысли в дороге чем-то надо было. Райнар долго металась от одного к другому. Какая-то её часть твердила, что надо спрятаться, не высовываться, и надеяться, что проблема драконов решится без неё. Бретонка имела полное право на это, ведь она и так уже настрадалась в жизни и заслуживает отдыха. К тому же, её вклад в победу будет очень незначительным. Всего лишь малая доля процента. Она — просто боевая единица в этой войне, пусть и сильная. Но другая часть Райнар, её воинский дух, протестовал этому. Он нашёптывал ей, что она должна дать бой драконам и отомстить за смерть своих друзей. Хотя бы попытаться это сделать. Она изучает военное искусство всю жизнь. Она профессиональная мечница, лучница, охотница, разведчица, шпионка и просто физически развитая молодая женщина. Бежать от битвы с её навыками — позорная трусость. И с чего бретонка вообще взяла, что это не её война? Ни для кого не секрет, что назревает масштабное противостояние с драконами. Это общая война для всех жителей Тамриэля. Однако, Райнар не до конца понимала, что ей именно делать, если она выберет второй вариант. Ходить по Скайриму как Эбонитовый Воин и самостоятельно искать драконов? Или вступить в какой-нибудь отряд охотников, если такие существуют? Если не существуют, можно попробовать сколотить. Да вот только денег у неё не хватит на такое удовольствие. Падать на колени перед ярлами и умолять их остановить гражданскую войну, направляя силы против общей угрозы? Пока бретонка перебирала все эти варианты, у неё родился компромисс. А что, если она осядет в каком-нибудь месте, но воинское ремесло забрасывать не станет? Вроде бы, изначально она именно так и собиралась сделать. Устроится в охрану какой-нибудь важной шишки. Или пойдёт инструктором в армию. В общем, найдёт себе какое-нибудь место, и при этом будет посматривать на небо. Ежели ещё какой дракон объявится на её голову, без раздумий кинется в бой. А там уже, стало быть, как повезёт. Получается, что в таком случае и совесть чиста, и жизнь устроена более-менее стабильно. Однако, Райнар и здесь что-то не нравилось. Было ощущение, что она упускает нечто важное. До Виндхельма она добралась сильно раньше заката. Путь пролегал вдоль реки, стекающей вниз; рядом с внушительных размеров горами. Сам город она увидела задолго до того, как вошла в него. Мощные каменные стены бретонку особо не впечатлили, ведь у неё на родине подобные укрепления встречались часто. Однако её поразил огромный арочный мост, перекинутый через реку и ведущий к воротам столицы. Длиной и шириной он обладал такой, что на нём можно было бы разместить небольшой городок. Четыре телеги там смогли бы разъехаться запросто. А четыре дракона смогли бы пролететь сквозь его арку, ничуть не мешая друг другу. Оставив Принца в конюшнях, Райнар побрела по мосту к воротам. Помимо всего прочего, это гигантское сооружение было многоуровневым. Существовал, как минимум, второй ярус по бокам, по которому чинно вышагивали стражники. Бретонка подошла ближе к стене и обнаружила, что она украшена горельефами в виде птичьих голов с распахнутыми клювами. А участок возле ворот был дополнительно расписан барельефами на пернатую тему. Было во всём этом великолепии нечто древнее и могущественное, вызывающее трепет. Пройдя через ворота, Райнар наконец очутилась в Виндхельме, в который она шла с момента своего попадания в Скайрим. По первым впечатлениям, это был самый «суровый» город из всех, что она видела. Это в принципе был первый крупный нордский город, в котором она побывала. Солитьюд она лицезрела лишь издалека, во время побега из Талморского Посольства. Столица Истмарка почти полностью состояла из серого камня, что выглядело довольно мрачно. Этим камнем были не только выстроены дома со стенами, но и мощены улицы. Причём, назвать всю эту кладку скучной язык не поворачивался. Идеально ровная стена встречалась мало где. Везде всё было обшарпано, сколото, а где-то даже полуразрушенно. Часто встречались различные узоры и рельефы. Мостовая во многих местах была разбита, обнажая голую землю, но под слоем снега это особо не бросалось в глаза. Бретонка прогулялась далеко не по всему городу, но там, где она прошла, дома стояли сплошь двухэтажные. Какие-то из них были почти полностью каменные, а у каких-то второй этаж был из дерева. И во всех случаях, эта деревянная часть была украшена резьбой и узорами. Люди в этом районе определённо не бедствовали. Но при этом, одет был здешний народ отнюдь не богато, а вполне обычно. Ноги сами потянули Райнар в сторону примечательной таверны, расположенной прямо на площади перед воротами. Это было двухэтажное здание, которое снаружи выглядело полностью каменным, если не считать деревянных оконных рам. Покатая крыша опускалась до самой земли, придавая строению форму треугольника. Надпись возле входа означала «Очаг и свеча». Бретонка уже собиралась заходить внутрь, как вдруг... — DO Vah KiiN! — раздался громоподобный голос, исходящий откуда-то издалека. В первый момент Райнар подумала, что опять нападает дракон, и натянула тетиву лука со стрелой. Но, посмотрев на небо, она не обнаружила стремительно приближающейся точки. Все вокруг глядели туда же, но никто не поднимал панику. Ничего не понимая, бретонка стала искать поддержку в окружающих людях. — Седобородые призывают Довакина на Высокий Хротгар, — пояснил стражник, стоящий рядом. —  Уже второй раз за последнее время. — Ещё один призыв? — непонимающе спросил какой-то горожанин. — Довакин что, не явился по первому? Эти двое явно хотели услышать мнение Райнар, но она уже не обращала на них внимания. — Прошу меня извинить, — убрав лук со стрелой, она отошла от говорящих подальше. Бретонка целиком погрузилась в собственные мысли. К ней наконец-то пришло осознание. Этот призыв Седобородых и слова стражника словно молнией её прошибли. До этого Райнар считала, что даже если у драконов есть предводитель, то его устранение всё равно особо не поможет. Но теперь она резко всё поняла. Поняла, что это было её заблуждением. Бретонка вспомнила рассказы Эйрика об опустевших драконьих курганах. Получалось, что как минимум часть драконов по какой-то причине восстала из мёртвых. И если существует настолько злобный и могущественный некромант, способный на такое, то каких дел он ещё натворит, если его не остановить? Вполне возможно, что именно он и является лидером для крылатых ящеров. А убийство лидера, как ни крути, всегда ведёт к ослаблению отряда. К тому же, тот дракон в деревне тоже что-то болтал про Довакина. Значит ли это, что твари сами считают его занозой в заднице? Дух воина всё-таки взял вверх на внутреннем поле брани. Теперь Райнар ясно видела свою цель. Она твёрдо была уверена, что не станет отсиживаться в стороне. Она сделает всё, что в её силах, дабы не дать этому миру погибнуть. Она отомстит. За Ингрид, за Бьяра с семьёй, и за всех других пострадавших. Воительница не может допустить, чтобы народ продолжал терять близких, как она. Бретонка хотела покончить с воинским образом жизни, но видеть, как всё вокруг медленно умирает — она не вынесет. Да и собственным комфортом она готова пожертвовать ради благого дела. Отдохнуть она сможет потом, когда всё закончится. И это будет полноценный отдых с чистой совестью. Взгляд Райнар просиял. Она отправится на Высокий Хротгар и найдёт Довакина, чтобы помочь ему. Чем был этот призыв, если не знаком свыше? Прямое послание для Драконорождённого и вразумляющий пендель для одной рыжей воительницы. В Посольстве Лейф упомянал, что, кроме какой-то женщины, у него нет помощников. По крайней мере, бретонке так показалось. А это значило, что своим клинком она сможет оказать значительную поддержку этой парочке. По крайней мере, она была уверена, что, идя этим путём, сумеет внести немалый вклад в победу над драконами. Многие люди считают, что Довакин спасёт Скайрим. И Райнар поможет этим надеждам оправдаться, оказав герою максимальную помощь. Вынырнув из раздумий, бретонка обнаружила, что некоторый народ на улице до сих пор стоит и пялит в небо, ожидая узреть там неясно чего. Кто-то просто переговаривался, делясь впечатлениями. Однако, немалая часть из тех, кто до этого выбежал из зданий посмотреть что случилось, заходили обратно. Воительница последовала их примеру, входя в тепло таверны «Очаг и Свеча».