Mon coeur

Утром Баки из комнаты выманил запах свежего кофе. Гельмут на кухне просто пожал плечами, будто ничего особенного не случилось. Но это повторилось и на второй день. А на третий до Баки наконец дошло. Он подошёл к Земо, оставил невесомый поцелуй у того на виске. — Выдумать тебя действительно невозможно.

***

Земо лежал на диване, положив голову Баки на колени и копался в телефоне. Барнс, пролистывающий Нетфликс в поисках фильма на вечер, поймал себя на том, что не заметил, когда подобное стало не просто нормальным, но и привычным. Вдруг Гельмут засмеялся и показал Баки экран смартфона. — С каких пор ты смотришь новости про Мстителей? «С тех пор как должен был сократить их количество.» Земо продолжил смеяться, глядя на фото на экране. — Я тогда проснулся в новом веке после десятилетий во льдах и только привыкал к бионической руке. «У тебя был хвостик.» — И что? — Барнс наклонился над Зимним. «Забавно.» Гельмут потянулся и накрутил на палец короткую тёмную прядь. — Могу снова отрастить волосы, если тебе так больше нравится. «Заманчиво.» Земо повёл головой. — Собирайся, пойдём, — решил вдруг Барнс. Трансформация из домашнего Гельмута в Зимнего Солдата произошла за секунду. — Ничего не случилось, просто поедим вне дома. Земо наклонил голову и потёр шею там, где под кожей засел маячок. «Как ты себе это представляешь?» — Просто собирайся. В коридоре Баки отдал Гельмуту свою куртку, так как своей тёплой одежды у Зимнего не было. «Ты же в курсе, что я Зимний Солдат?» — Ага. Надень куртку. Старк поднял тревогу через три минуты. Фьюри — через восемь. Оба были посланы Барнсом куда подальше. Так, постепенно, не без вмешательства Стива, прогулки тоже стали обыденностью. Места, что Баки хотел показать Хелю. Места, что Баки хотел показать Гельмуту. Места, что Баки из сороковых и не мечтал увидеть. И океан — изменчивый, но неизменный.

***

Земо скользнул к двери, прислушался: ничего, и Пятница не предупреждала об опасности, но неясная тревога заставила Зимнего выйти в гостиную. Хотел было позвать Джеймса, но тот сам появился из комнаты. «Что-то не так.» Барнс кивнул. Из источников света — только огни ночного города вдалеке, из звуков — только шум дождя. А потом окна гостиной брызнули осколками, и по квартире прошлась пулементная очередь. Барнс метнулся в кухню, Гельмут — за диван. Джет снял уже ненужную маскировку, оказавшись прямо за окном. — Только давай без «я же говорил», — крикнул Баки, пытаясь выудить винтовку из-под кухонного стола. «А я говорил.» Барнс хотел было подобраться к Земо, но пулемётов на джете было несколько, и один бил ровно между кухней и гостиной. А в следующий момент стрельба прекратилась. Из динамиков донесся искаженный, но вполне узнаваемый голос Рамлоу. — Что он сказал?! — спросил Баки у Гельмута и Пятницы, так как в немецком помнил от силы пять слов. Зимний поднял на него глаза, и у Барнса по спине побежали мурашки: такой взгляд он видел у Гельмута только один раз…

***

— Щеночек, — донеслось из динамиков, — пора домой. Сдайся, или мы разнесем к чертям здание и всех, кто в нем находится. — Что он сказал?! — спросил Джеймс и Земо сообразил, что Кроссбоунс говорил на неизвестном Барнсу немецком. Гельмут улыбнулся, и при виде этой улыбки Джеймс побледнел и бросился к Зимнему. — Не смей! — но пулемёт вновь заработал, возводя между Барнсом и Земо стену, которую не мог пересечь живым даже суперсолдат. Зимний встал и поднял руки. Медленно ступая по стеклу и осколкам квартиры Джеймса, подошёл к джету, зависшему в считанных сантиметрах от окна. Ещё шаг — и люк захлопнулся у него за спиной. Чёртовы панорамные окна…

***

— Привет, щеночек. — Рамлоу встретил его ударом в живот и уколом транквилизатора. — Ты не говорил, что знаком с Барнсом, как тесен мир. Пулемёты стихли — Земо выдохнул, пилот стал набирать высоту. Джет был крошечный — в нем едва поместились пятеро людей, а времени после укола у Гельмута было в обрез. Нужно было лишь отвлечь внимание. Будто в ответ на его мысли что-то с силой ударило в правый борт, вызвав крен и даря Зимнему драгоценные секунды — достать нож и всадить его в пилота хватило. Стрелять в воздушном транспорте было безумием, если хотелось потом приземлиться, но у Земо таких планов и не было, и он разнес приборную панель. И даже успел пустить пулю в одного из охранников. Джет повело, и он начал стремительно терять высоту. Даже в таком положении Рамлоу попытался ударить Гельмута, но слишком привык иметь дело с Зимним Солдатом: Земо увернулся от шокера, и, пока транквилизатор не превратил его в безвольную куклу, успел выдёрнуть чеку у одной из гранат Кроссбоунса и выпрыгнуть из корабля. Приземлился он на крышу одного из бесконечных складов у дома Барнса, если присмотреться отсюда даже можно было увидеть тёмное окно квартиры Джеймса. Земо стёр с лица дождевые капли и на нетвердых ногах направился туда. Через три шага правую ногу пронзила очень знакомая боль пулевого ранения, и Зимний упал на колени. — Тебя просили вернуть живым, — обошёл его порядком подпаленный и раздраженный Рамлоу. — Но разрешили пристрелить, если вариантов не будет. Брок направил дуло автомата в лоб Земо. — Последние слова будут? Гельмут посмотрел прямо в глаза Кроссбоунсу, и на его лице расцвела самая поганая из ухмылок. Сил хватило сложить пальцы пистолетом, направить на Рамлоу и сделать «паф». Брок улыбнулся, и эта улыбка навсегда застыла на его лице, когда пуля вошла ему в висок. Мёртвое уже тело Кроссбоунса пошатнулось и рухнуло, так и не выпустив оружие. Земо откинулся на спину и рассмеялся в дождливое небо — чутье не подвело: у его ангела-хранителя действительно отличный прицел.

***

— Да мне плевать на данные маяка! — донёсся из разрушенный квартиры голос Барнса. — Просто верните его! Земо — промокший, окровавленный — застыл на пороге. Спецы ЩИТа уже сновали повсюду, пытаясь навести хотя бы условный порядок, Уилсон и Роджерс удерживали Джеймса, из которого медики до сих пор доставали осколки. — Гельмут! — подскочил Барнс, стряхивая врачей. Земо всхлипнул и бросился к Джеймсу, врезался в него на полной скорости, оплетая руками и утыкаясь лицом в шею. Барнс пошатнулся, но устоял, крепко прижимая Зимнего к себе. — Ты в порядке? — прошептал он. Гельмут кивнул, продолжая счастливо улыбаться.

***

— Гельмут, блять, пуля в ноге это нихрена не порядок!