Mon coeur

Стив поерзал в неудобном кресле и ещё раз посмотрел на Баки на больничной койке. За сутки Барнс так и не пришёл в сознание. Роджерс вздохнул: всё начиналось как обычная плановая миссия, на неё и отправили-то Стива да Баки, ну и ещё Земо — пусть социализируется, объяснил Фьюри остальным. Нужно узнать на чьей он стороне, — объяснил Фьюри Роджерсу. Как будто сейчас непонятно, что Зимний Солдат был и остаётся на своей собственной стороне: не понравилась Гидра и он приложил массу усилий для её уничтожения, но найди он изъяны в Щите и будет уничтожать и эту организацию столь же методично. Мир Земо не делился на плохих и хороших, мир Земо делился на миссию и всё остальное. Сейчас он выбрал своей целью защиту Барнса, то ли по отголоскам старой памяти, то ли потому что Баки действительно «был добр к нему», то ли не представлял себе жизнь без миссии априори. Стив снова вздохнул. Вчера ничего не предвещало такого конца миссии: Барнс шутил про месть за американские горки и немного про большое ограбление поезда. Идея дессантироваться на мчащийся по заснеженному ущелью принадлежала Роджерсу: такая ерунда после всего что они пережили, и Баки привычно встал за его правым плечом. Зимний молчаливой тенью маячил на переферии. В поезде они разделились — Земо остался прикрывать отход — Роджерс так и не смог перестать квалифицировать Зимнего как угрозу и держал подальше от передовой, чтобы не следить ещё и за ним. А дальше всё случилось слишком быстро и осталось в памяти лишь смазанными картинками, ощущением холодного ветра в лицо и разбивающим сердце криком — Стив не предотвратил, не успел, не удержал, и его лучший друг рухнул в ущелье. Роджерс в ужасе замер в проёме… А потом мимо него в пропасть метнулась чёрная тень. Стив перевёл взгляд на вторую койку в палате: врачи сказали, что Земо принял основной удар на себя — сломанные ребра, трещины в позвонках, правое плечо вырвано из сустава… Он так и не выпустил Баки из рук — Зимний действительно ответственно относился к своим миссиям. Барнс наконец зашевелился и застонал, стоило только открыть глаза. — Ты как? — Роджерс помог другу приподняться в кровати. — Будто у меня снова похмелье… — прохрипел тот и, сообразив где находится, резко вскинул голову. — Гельмут! Стив кивнул за барнсово плечо. — Попросил вам одну палату, все равно же не усидите. — Спасибо.

***

Баки разрешили покинуть медицинское крыло уже к вечеру, но он решил дождаться когда — не если, когда, пожалуйста, вселенная, боги, кто угодно… — когда Гельмут придёт в себя. Стив навещал их каждый день, Сэм иногда заносил вкусняшки, Ванда стабильно звонила дважды в сутки. Днями Джеймс занимался своими делами, постоянно прислушиваясь к чужому дыханию, а по ночам пододвигал свою кровать к кровати Зимнего Солдата и держал руку на пульсе Земо. Он понимал, что приборы обнаружат проблему быстрее и надёжнее, но так было иррационально спокойнее. Гельмут пришёл в себя днем — Барнс уловил это по изменению в дыхании. — Эй, — негромко позвал он, — всё хорошо, я здесь. Земо открыл глаза, попытался сесть, вызвав возмущение приборов, и дальше Баки оттеснили медики. Когда Зимнего после проверок избавили наконец от трубок, Барнс присел рядом. — Здравствуй, — улыбнулся он. Гельмут открыл было рот, но затем прикусил губу и просто кивнул в ответ. — Ты меня напугал. «Кто бы говорил. А я выживал в ситуациях и похуже.» Баки поежился. Мягко коснулся волос Солдата. — Зачем ты за мной прыгнул? «Маячок». — Маячок? Серьёзно? Думаешь меня бы иначе не нашли? «Долго». Земо явно был не настроен на разговоры. — Твоя склонность к самоубийственным поступкам меня немного напрягает. Гельмут фыркнул. — Привет, — ввалился в палату Стив, нагруженный пакетами, — о, очнулся? Зимний фурией слетел с кровати и ударил Роджерса по лицу не жалея сил. Не дожидаясь второго удара Баки перехватил Земо поперёк живота, стараясь не тревожить ребра. «Ты бросил его!» зазвучало в наушнике — Пятница транслировала слова Гельмута им обоим. «Ты бросил его!» — Стив, уйди, — попросил Джеймс, с трудом удерживая вырывающегося Зимнего. Капитан без вопросов послушался. — Хватит! — рявкнул Баки, прижимая, наконец, Земо к стене и фиксируя руки. — Выдыхай. Гельмут оскалился, но затих. Зажмурился, стараясь выровнять дыхание. Потом выразительно посмотрел на свои руки. — Ладно, — кивнул Барнс, — но я тебя не отпущу. — И медленно, по одной, переместил ладони на талию Земо, не давая отойти от стены. — Стив не виноват, что самосохранения у него больше чем у некоторых. «Он недавно выпрыгнул в окно трискелиона. Проблема не в самосохранении, а в приоритетах.» — Это другое. Зимний пренебрежительно фыркнул, отводя глаза. Потом посмотрел на Баки очень серьёзно. «Тебе нельзя умирать.» — Тебе тоже. Гельмут упрямо мотнул головой. «Мир не может тебя потерять.» Баки рассмеялся было, но Земо выглядел сейчас абсолютно серьёзным. Печальным. И ещё чертовски ранимым. Барнс легонько боднул его лбом. — Сделаю, что смогу.

***

Земо открыл дверь после первого же стука, уже с блокнотом в руках. «Джеймса нет дома» гласила аккуратная надпись. — Знаю, — вместо приветствия сказал Стив. — Я пришёл поговорить с тобой. Зимний выжидательно скрестил руки на груди. — Я зайду? — спросил Роджерс больше из вежливости, уже протискиваясь мимо Гельмута в квартиру. Сел за кухонный стол, занимая позицию между Земо и набором кухонных ножей. Хотя у того наверняка припрятана парочка при себе. Зимний сел напротив, в отличии от дней в допросной без своей фирменной бесячей ухмылки. — Мы с тобой с самого начала не поладили, — начал Стив. За последние месяцы он привык к той версии Солдата, что раскрывалась рядом с Барнсом: спокойной, насмешливой, азартной, почти нормальной. А сейчас имел дело с тем, кого встретил на мосту, о ком передавали легенды громким шёпотом, не бывает у живых людей таких мёртвых равнодушных глаз… Но после этих месяцев что-то появилось там, в самой глубине — что-то живое, тщательно спрятанное, что-то дающее надежду что с Призраком удастся договориться. — Ты не забудешь мне Альпы. Я не забуду Вашингтон. — И Гельмут на секунду отвёл взгляд. — Но нам обоим дорог… Джеймс. Чтобы там между вами не происходило — рядом с тобой он счастлив. И ты его защищаешь. Но я тоже хочу его защитить. Прочитать эмоции Зимнего не представлялось возможным. «Тоже будешь мне угрожать?» Тоже? Нахмурился Роджерс. Ах да… Тони сильно повзрослел с их первой встречи, раз до сих пор не взорвал голову убийце своих родителей. — Я хочу заключить перемирие. Вместе у нас больше шансов уберечь Баки. И всем будет лучше, если ему не придётся больше нас разнимать. Ну знаешь, если ты будешь высказывать мне претензии до попыток проломить череп. Мир? Стив протянул Земо руку. Тот после недолгих раздумий её пожал. И даже не попытался при этом раздробить Роджерсу ладонь. Влияние Барнса на почти столетнего убийцу умиляло. И настораживало.

***

— Зимний теперь официально будет с вами в команде, — поставил в известность Капитана Америку Фьюри. — Он всё ещё нестабилен. — Беннер тоже нестабилен. Старк себе на уме. А Земо — суперсолдат с отличной подготовкой — такими ресурсами не разбрасываются. — Беннер и Старк работают на ЩИТ из-за собственных убеждений, потому что стараются сделать мир безопаснее и лучше, а Зимний… — Зимний здесь только из-за Барнса? Я знаю. И это отличный рычаг давления на него. Все хэндлеры Гидры не сравнятся с тем, как на Солдата действует наш сержант. — Вы хотите использовать Баки? — Зимний за ним в ледяное ущелье бросился, миссию он точно не провалит.

***

Баки изчез из коридора перед кабинетом директора ЩИТа так же тихо, как и появился. Он не хотел подслушивать — просто оказался не в то время не в том месте. Или наоборот — очень даже в том. Его время заканчивалось…