Невесомость любви

-Ты чего не спишь? - Джин включает лампу, видя в дверях Чонгука, который обнимает плюшевую игрушку- зайчика, шмыгая носиком и стоя босиком, - Я ж дал тебе тапки, Куки. -Я боюсь один, там...Там гроза такая... - Чонгук действительно боится, сжимаясь на месте и поджимая пальчики на ногах при каждом раскате грома, трогательно глядя своими огромными глазками на старшего, и тот кивает устало, отодвигая край одеяла и выключая лампу: -Залезай. Завтра будешь спать у себя, Куки. Ты маленький пока. Это неправильно. Чонгук закивал активно, чуть ли не галопом добегая к постели и ныряя под одеяло с головой. Новый раскат грома заставил его встрепенуться от страха, сжаться в клубочек, и Сокджин хмыкнул, кладя свою руку поверх одеяла и обнимая его: -Спи спокойно. Я буду тут всю ночь, зайчонок. Чон улыбнулся широко под одеялом, стараясь не дышать: скажи ему кто, что сегодняшний день окончится вот так- ни за что бы не поверил. Очередной раскат грома вернул его на землю, и он прикусил губу от страха, обнимая себя руками под одеялом, чтобы не запищать и не показаться старшему омеге совсем ребёнком. -Дыши. -Что? -Дыши говорю. Ты не дышишь, я же чувствую рукой. - Джин улыбнулся, притягивая его поближе, и Чонгук шмыгнул носиком, - Не бойся. Со мной будь собой, Куки. -А ес... -Нет. Не настолько, чтобы лезть ко мне целоваться до совершеннолетия. -Но... -Спи, зайчонок. Я разбужу тебя вовремя, ни о чём не беспокойся. Чонгук кивнул под одеялом, закрывая глаза: Ким Сокджин рядом. Это немыслимо, но это - реальность. В какой- то момент парнишка нахмурился: может, где-то стоят камеры, и в какой-то момент ему скажут что всё, мол, съёмка окончена, расходитесь по домам? -Хватит так громко думать. Спи. -Чонгукки-и...Ну вставай уже, заяц... - Сокджин хлопает по спинке омегу, что расслабленно спит на животе, положив одну ножку на другую, и усмехается: и этот ребёнок ему пытался соврать, что ему семнадцать? - Давай, всю школу проспишь... -Мм-мм... - Чонгук зарылся лицом в подушку, не желая отлипать от неё: не столько хочется спать, сколько не отрывать свой курносый носик от подушки, пропитавшейся запахом Сокджина, ведь сегодня ему спать отдельно... -Так, я не понял, я что, на работу опоздать должен? - Джин уже стоит одетый, застегивая последнюю пуговку на рубашке, и смотрит, как Чонгук кивает в подушку: неудивительно, что учится он "не то чтобы". Покачав головой, он усмехается, садясь на край постели и использует запрещённый приём, шагая пальцами по спине младшего, и вызывая у него хихиканье, - Не встанешь с постели- не женюсь на тебе, когда исполнится восемнад... -Я уже, я вот, всё- всё, я уже встал!- Огромные глазки Чонгука сияют, когда он подскакивает с постели так быстро, что ноги путаются в одеяле, и омега падает лицом вниз на пол. Джин успел поймать его за пару секунд до того, как милый испуганный носик шмякнулся о пол, и притянул к себе, обнимая: -Тебе нельзя опаздывать в школу, зайчонок. Я не хочу требовать от тебя, чтобы ты звёзды с неба хватал, но хотя бы просто окончи её достойно. Ладно? -А ты меня в щёчку поцелуешь? -А ты мне за это в дневнике хорошую оценку принесёшь? Чонгук закивал, прикусывая пухленькую губу, и получил короткий поцелуй в щёчку от Сокджина, пища от счастья и прижимая ладошки к груди, не веря тому, что всё это происходит с ним. -Давай, шустренько. Куки, завтрак уже остыл на столе, - Джин зачёсывает его прядки назад, щёлкая по носику, и Чонгук кивает, вставая и глядя на себя сверху вниз: ну что за позорище, хуже ничего не придумал, когда собирал свой рюкзак? - Даже не думай её выбрасывать. Морковочки- это мило. Тебе очень идёт. -Она детская, - Чонгук дёрнул носиком, заходя в ванную, чтобы переодеться, - Родители мне уже четыре года не покупали пижамы, мне друг подарил. -У тебя прекрасный друг. -У меня пришибленный друг- Ким Тэхён, - Голова Чонгука показалась в двери, улыбаясь до ушей: ох, да. Этот Ким Тэхён- лучший, но определённо пришибленный. -Не заговаривай зубы. Купим тебе пижаму, только такую же, на размер больше, идёт? -А тебе...тебе так сильно нравится? - Чонгук вышел из ванны в школьной форме, складывая пижаму аккуратно: уж что-что, а вот это он никогда в жизни даже не пытался сделать раньше! -А что, вполне миленькая. Я бы и сам себе прикупил. Но она тебе больше подойдёт. Ты в ней настоящий зайчонок. Готов? -Ага, - Младший покраснел, сдерживая улыбку: если бы Сокджину нравился мешок из-под лука, он бы и его нацепил, с гордостью расхаживая в нём, словно в дизайнерской вещи. -Быстро кушать, чего замечтался? - Джин подходит к омеге, щёлкая пальцами у его лица, возвращая его на землю. Он ещё не знает, что мозг Чонгука порой подвисает, и тот стоит с минуту, пялясь в никуда и перезагружаясь. Чонгук мотнул головой, ускоряя процесс, и обнял крепко Джина, перед тем как выбежать из спальни стыдливо и пошлёпать босыми ножками в носочках с солнышками на пятках вниз: -Я не подведу!!! -Ещё бы ты подвёл, зайчонок, - Омега смотрит ему вслед, усмехаясь и открывая тумбочку, доставая из неё запасной кошелёк: мальчишке надо есть в школе, и теперь эта ответственность на нём. Спустившись вниз, он смотрит на младшего, который смотрит на оладьи, облизываясь, но не притронулся ни к одному, - Ты чего не ешь? -Я без тебя не сяду. -Садись давай, не валяй дурака. -Ты только для меня приготовил. Почему не будешь завтракать? - Чонгук садится, перекладывая в тарелку, которую вытащил с полки, половину своих оладьев, и Джин улыбается мягко, останавливая его руку своей: Чон сглотнул взволнованно, заёрзав на стуле, не смея поднять огромные глазки на старшего: -Ешь всё. Я никогда не завтракаю. -Тогда я то... -Ешь, а то не женюсь на тебе, когда подрастёшь, - Сокджин хмыкнул довольно, наливая себе кофе и усаживаясь рядом, закинув осторожно одну ногу на другую: Чонгук начал есть со скоростью света, смотря на него обиженно- счастливо и бурча с набитым ртом: -Ты теперь всегда меня шантажировать будешь? -Но ведь работает? - Старший омега поиграл бровями, кладя на стол перед ним карманные деньги, и Чонгук проглотил с трудом вставший поперёк горла кусок оладушка, переводя вопросительный взгляд с них на него, - Это твои карманные. Тебе хватит столько на неделю, Куки? Или, может...Давай, я ещё доб... -Нет-нет!- Чонгук встрепенулся, оживая: родители ему никогда денег не дают. Не давали, вернее... Всё, что он получал в школу- два варёных яйца и три ложки риса. Так себе обед для подрастающего организма. Денег в доме особо никогда не водилось. И сейчас видеть, сколько Сокджин положил перед ним денег, считая, что этого ещё и недостаточно?! Чонгуку совестно. - Я не возьму, я работать буду!- Курносый носик гордо вздёрнулся, когда по нему щёлкнули: -Даже не смей мне такое говорить. Ты пока школьник. Единственная твоя забота- учёба. Об остальном позабочусь я. Доедай и в школу, зайчонок. Чонгук стыдливо поджал губки, фыркая забавно носом, и доел оладьи, вставая из-за стола и облизываясь, отправив тарелку в посудомоечную машину. Встав перед старшим омегой, что выше его на голову, и поводив ножкой в смешных носочках по полу, он улыбнулся, тихо шепча: -Я возьму их, если ты поцелуешь меня в щёчку. -Маленький шантажист завёлся в доме, - Сокджин недовольно цыкнул, приподнимая верхнюю губу шутливо, и целуя его в щеку, останавливаясь над его ухом, и опаляя его тихим шёпотом, - Надо будет купить хорошее очищающее средство для зайчат. Чонгук пискнул, хватая со стула портфель и одну, самую маленькую купюру, и убегая из дома счастливо, крича вдогонку: -Один поцелуй- одна бумажка, Джин! -Вот балбес, - Сокджин помотал головой, складывая купюры и кладя их под вазу на столе: завтра Чонгук получит ещё одну. Обязательно. Он за этим проследит. -Хватит подскакивать, когда я прохожу, Куки, - Джин усмехается, проходя мимо стола и открывая холодильник. Чонгук всё никак не привыкнет, что живёт со своей мечтой, каждый раз взволнованно приосаниваясь, когда тот входит. Даже слова, которые он пишет, стелятся безупречным почерком рядом с Сокджином, словно тот- дирижёр. Однако, мозг Чонгука- единственное, что отключается при виде цветущей сакуры. -Я это...Не привык. -Сегодня будет гроза. Сможешь поспать сам? - Изящные руки наливают чай в две необычные фарфоровые чашки, и кладут на блюдце по конфетке, и Чонгук причмокивает пухлыми губками, моргая часто: парнишка завис, и ручка выпала из его руки, прокатываясь по обеденному столу и падая шумно на кафельный пол. - Всё в порядке? Чонгук кивает медленно, чувствуя: ничего не в порядке. Его течка наступает на пятки. Снова он станет маленьким зайчиком, которому хочется тепла и похныкать. Маленьким солнышком, которое надо обласкать любовью и заботой, которых он ни разу так и не получил от родителей. Ничего у него не в порядке, ему срочно нужно в ванную. Сокджин принюхался, улыбаясь ласково: -Твои сливки говорят за себя, зайчонок. Попей чаю, и иди в ванную, пока я найду тебе сменные вещи. Не стоит ходить в школу сегодня. Чонгук закивал, шмыгая носиком и вставая медленно со стула, то и дело с каждым освободившимся миллиметром поглядывая на то, чист он или нет, прозевав момент, когда старший подошёл к нему сзади, обнимая мягко и целуя в макушку: -Всё чисто у тебя, маленький зайка. Не бойся испачкать мебель, отдадим в химчистку. Просто говори мне, чего тебе хочется, и я всё принесу. -Я...- Чон медленно разворачивается в объятии, утыкаясь носиком в грудь старшего, стыдливо прохныкав, - Я торт хочу... С сакурой и сливками. И поплакать хочу. Можно? -Конечно можно, - Ладонь старшего поглаживает его по волосам, и Джин улыбается, - Отчего же нельзя, если моему маленькому зайчику хочется? -Я...Мне стыдно. Не смотри, когда я плакать буду! -Хорошо. Не буду, как скажешь. Но я буду неподалёку, ладно? Я... -Я морковку хочу. С рыбой. -Ты течный или беременный, Куки? - Джин прыснул, обнимая и успокаивая засмущавшегося вконец омегу сразу же после шутки, - Ну всё, всё, я пошутил...Я всё принесу, а ты сходи, прими душ, пока в состоянии. Только тёплый, хорошо? Горячую воду нельзя. Чон закивал, отправляясь в душ: садясь на корточки под струями воды в душе, он обхватил себя за коленки, утыкаясь в них подбородком и позволяя воде стекать по лицу. Ему уже пятнадцать с хвостиком, а желания...ну, взрослого...того самого...его всё ещё нет. Максимум невинного омежки- желание целоваться и обниматься. Даже во время течки это не меняется. Он уже устал думать, что с ним не так, просто спихивая всё на свой возраст и считая, что просто не созрел ещё, что тоже хорошо. Сокджин бы его мучил ожиданием совершеннолетия, если бы Чонгук был из прытких омег. Только прыткое в Чонгуке только его сердце, готовое вывалиться наружу от переизбытка эмоций, когда тот хнычет, поскуливая и раскачиваясь в ванне, не слыша, как его зовёт Сокджин за дверью обеспокоенно. Не дождавшись никак ответа, Джин входит в комнату со сменными вещами, стягивая полотенце с тёплой батареи и подходя к бортику. Перевесившись через него немного, он выключает воду и совершенно спокойно укутывает в огромное махровое полотенце младшего, помогая тому вылезти из воды на дрожащих ножках, по которым ручейками течёт смазка, и Чонгуку становится стыдно, он пытается скрестить ноги, чтобы этого не было видно, когда... -Пусть течёт. Я всё вымою. Это хорошо, что у тебя её много, Куки, - Ладонь Сокджина поглаживает его щёчку, и он улыбается нежно, целуя его в лоб и обнимая, - Это значит, что твой организм здоров... -Но я всё перепачкаю...Может... - Чонгук облизывает губки, поднимая свой жалобный взгляд зайчика в клетке, - Может, я в ванне посплю? -Тебя пригрело? Что за бред, я там уже всё постелил. - Джин подталкивает его в сторону спальни, усмехаясь и идя следом, - Даже матрасик водонепроницаемый, так что теки себе на здоровье, и держи носик морковкой. -Джин... -Да, зайчик? -Ты не уйдёшь? - Чонгук залезает в постель, подрагивая капризно пухленькой губой нижней, умиляя старшего: -Конечно не уйду. Спи спокойно, Куки, - Сокджин влезает в постель рядом, обнимая его бережно, - Я никуда не уйду. Они лежали в обнимку ещё около получаса: Чонгук пыхтел и дёргал носиком от недовольства, пока Джин ласково поглаживал его по волосам и успокаивал. Течка- не самый приятный момент сам по себе, вызывающий бурю смешанных эмоций, но если рядом есть старший омега, который знает, что тебе нужно- течка внезапно становится чем-то зефирно-приторным. Чонгук улыбнулся уголками губ: это, судя по всему, всё равно, что на детской площадке беременному омеге встретить такого же беременного, и протрещать с ним по поводу волнения о предстоящих родах. Фыркнув и уткнувшись поглубже в грудь старшего, омега вздохнул трагично, вызывая смешок у того: -Что такое? Тебе хочется поесть, или поза неудобная? - Воркующий голос разнежил молодого омежку, и Чонгук пропыхтел, ища под одеялом место, куда не натекла его смазка рекой. -Там так мокро всё на одеяле... Мне неловко, Джин. -Всё в порядке. Не переживай, так должно быть. Ещё пара дней, и пройдёт, Чонгукки, а потом мы с тобой поедим вкусных пирожных с видом на Хан, идёт? -А ты...- Чонгук прячет глазки, словно боится, что посмотри он тому в глаза, забудет свой вопрос, или ещё хуже- сменит траекторию падения ответа старшего в его ухо. - Ну-у...Ты уже был когда-то...С альфой? -Один раз. Дальше поцелуев не зашло, - Сокджин протягивает слова, вспоминая старшую школу, - Я его оттолкнул тогда, сказал, омеги наверняка и то нежней будут. -А он не мог...нежно? Альфы не могут? -Могут, конечно могут, зайчонок. Просто меня к ним не тянет, вот и нашёл отмазку. А что? -То есть...Мы оба... - Чонгук сглотнул тяжело, краснея до ушей и поднимая свой взгляд на него, - Это... Сокджин хмыкнул, подмигивая: -Да. Девственники. Это не проблема, Чонгук. Думаю, поэтому я и могу спокойно дождаться твоего совершеннолетия. -Но почему...Ты же такой...Красивый? -М-м, - Джин прижал его тесней, отодвигая от очередной лужицы, и поцеловал в макушку с тихим вздохом, - Внешность- это ведь не самое главное, мой маленький шантажист. -Все в классе говорят, что главное. Я... Меня пинают в классе. Потому что у меня шрам на лице и щёки огромные. А ещё глаза как у рыбы аквариумной и волосы на ногах не брею пока... - Чонгук захлопнул ротик звучно, сболтнув лишнего, словно это не Джин видел его в ванной совсем недавно, и тот фыркнул в ответ, не меняя своего мягкого тона: -Бред. Каждый прекрасен по-своему. Ну и что, что шрам на лице? Разве это кому-то мешало жить? - Тонкий палец осторожно обводит по контуру шрамик, плавно перемещаясь на носик и щёлкая по нему, отчего тот забавно дёрнулся, когда Гук улыбнулся, обнажая кроличьи зубки. - Ты бы сам видел, какие у тебя прекрасные щёчки, а вот в глазках твоих я вообще тону. Я вот даже завидую, веришь? -Ты? Не верю. Ты самый красивый, а я...- Чонгук смелеет, перехватывая ладонь старшего и разглядывая её: безупречная нежность и бархатистость кожи, тонкие пальцы и светлая кожа. И это Сокджин ЕМУ завидует? - Я просто. Бублик. -Допустим. - Омега оживляется, чуть приподнимаясь на постели и обнимая его, облокотившись об изголовье, когда за окном прогремел гром, напугав парнишку, - Тогда давай смотреть на это так. Бублики бывают разные. Есть бублики чёрствые. Откусишь- поперхнёшься крошками во рту, и помрёшь на месте, так и не успев чаем запить. Ты такой бублик? Чонгук активно замотал головой: нет, ну он уж точно не чёрствый бублик. -Есть бублики с маком. Не все любят: выглядят красиво, но, ох, как же этот мак противно застревает в зубах, не выковырять... Ты такой бублик? Чонгук задумался, нахмурив бровки: ну, если смотреть со стороны- он не надоеда. Можно даже сказать, тихоня. До противного тихоня. Омега качнул головой отрицательно, прижимаясь тесней, когда увидел за окном молнию, и Сокджин погладил его по плечу, обнимая: -Хорошо. Есть ещё бублики: трендовые. Чон фыркнул, смеясь заливисто: Сокджин его отвлекает от боли, уча узнавать себя получше через бублики. Что вообще может быть лучше на этом свете? Даже течка, при которой он пока не чувствует того, что должны чувствовать взрослые, не стоит рядом. Это- лишнее волнение. -Это как? -Ну, с ароматизаторами всякими: клубничные там, и так далее. Съешь несколько раз- вкусно будет. А потом вкус надоедает, и ты в какой-то момент перестаёшь покупать эти бублики. Ты разве такой? -Нет, ну, Джин, - Чонгук нахмурился, разглядывая острую линию точеного подбородка старшего и сложив невинно ладошки на его груди, опираясь о неё, - По сути-то мы все, и альфы, и омеги - бублики трендовые, нет? -По факту- да. По сути- нет, зайчонок. Это две разные вещи. Я говорю о том, что если ты будешь есть кашу с одним и тем же фруктом каждый день - тебе надоест либо каша, либо этот фрукт. Считай, как бублик с ароматизатором. У некоторых, кстати, даже аллергию вызывает, ты знал? -Нет. - Глазки распахнулись так широко, будто Сокджин поведал ему тайну за семью печатями, и Джин закивал заговорщически, улыбаясь ласково. -Но есть ещё бублик: маленький, классический. На обычном масле, румяный, в меру сладкий, в меру сухой, в меру богатый ароматом. Для искушённых в плане поедания бубликов, он был бы скучным, может быть. Но это их дело: их всё тянет и тянет на разные вкусы, разные ароматы, некоторых - даже на разные формы. Только по итогу всё возвращается к одной истине, мой маленький зайчонок. - Сокджин потрепал его по макушке, видя, с каким интересом его слушает младший, будто они тут не бублики обсуждают, а план захвата мира. -К какой? Ну скажи, скажи, - Чонгук потянул за пижаму на груди старшего ладошками, похныкивая жалобно, чувствуя, что тот эту истину ему не откроет, и тот закивал, подтягивая одеяло повыше, накрывая плечи омежки: -Истина в том, зайчонок, что они понимают в итоге, что классика- лучшее, что может быть. Чистая, без примесей вкусов и добавок, обычная, румяная, на которую они не захотели смотреть вначале, но по мере взросления всем альфам и омегам, которые называют тебя сегодня бубликом, хочется стабильности. Хочется получить классический бублик, перепробовав все вкусы, и придя к выводу, что лучше, чем классика, они не найдут, можно сказать. Классика, которая будет цениться всегда. Это как та каша с фруктами, знаешь ли. Тебя рано или поздно стошнит от фрукта, который будешь лопать каждый день. Но разве тебя когда-нибудь тошнило от мысли о каше с маслом? Чонгук замотал головой, щуря глазки, и старший подмигнул ему довольно: -Это потому, что кашу маслом не испортишь. А ты у нас...Ох, надо же. Сливки. Знаешь, что из них получают? -М-масло? - Чон облизнулся, сглотнув слюнку, и подтягиваясь повыше, получая согласный кивок: -Это ещё один этап, Чонгукки. Ты станешь тем самым маслицем, когда повзрослеешь. Твой вкус и запах станут богаче, потому что ты- классика в лучшем смысле. Не испорченная примесями и другими ароматизаторами. Вот такой вот бубличный расклад. Ну как, всё ещё не нравится, что ты- румяный бублик? -Кажется, теперь нравится, - Чонгук просиял, покрываясь румянцем: он- классика. А Сокджин во всём любит классику, судя по выбору блюд и одежде в гардеробе. Чонгук- классический, румяный бублик. А вот остальным придётся ещё гадать, какой бублик они, ведь у них нет Ким Сокджина- омеги- мечты, который всё объяснит и разложит по полочкам.