Осколки нашего прошлого

С дерзкой ухмылкой Арген наблюдает за происходящим, совсем немного отстраняет от себя Ригель, и тут же кладёт руку на её талию, показывая, что она его. Феникс замечает это и пытается отстранить от себя Рею, но ничего не получается, девушка только сильнее липнет к нему. – Я вижу, ты решил не затягивать с помолвкой, – усмехается Арген, – это похвально. – О помолвке и речи не идёт... – Феникс закатывает глаза, – я уже сказал, что не готов. А, чем обязан твоему визиту? Ещё и такому скорому. Ведь недавно виделись... Неужели, уже соскучился? – Пришёл показать своей невесте, как низко ты пал, – Арген смерил Феникса презрительным взглядом, – Как сильно ты заинтересован в правлении. Всё, что тебя волнует, оно здесь, в этих стенах. А в Совете тебе нечего делать, понятно? – У тебя забыл спросить, – усмехается Феникс, – Твоё мнение вообще никакой роли не играет. Если бы я хотел занять место консультанта рода Луны, спросил бы у тебя. А со своими семейными делами мы с сестрой прекрасно разберёмся сами. – Такое большое здание... – Арген окидывает строение взглядом, – Пытаешься этим что-то компенсировать? – Ориентировался на твой размер, – ответил Феникс с ухмылкой, – на размер эго. А ты словно специально пытаешься меня задеть. Если ты так сгораешь от интереса, то так и быть, скажу. У меня никаких проблем нет. Все мои девушки оставались довольны. – Феникс! – Рея дёрнула его за рукав, заглядывая в глаза, – Хватит говорить об этом. Лучше дай обещание, что возьмёшь меня в жёны! – Что? – Феникс едва не лишился дара речи, – Нет, в вопросах любви и брака спешить ни к чему. – Рея, твой напор переходит все границы! – вмешалась Ригель, – Феникс не может принять решение о браке самостоятельно, как будущая глава рода Марса, решать буду я. И если ты не прекратишь вести себя так вызывающе, то я буду вынуждена сразу ответить отказом, несмотря на всё уважение к роду Венеры. – Ты же желаешь своему брату только счастья? – поинтересовался Арген, – тогда дай согласие. В твоих интересах устроить его судьбу. Ты понимаешь, что ему в любом случае нужно жениться? И чем скорее, тем лучше. – Зачем?.. – Ригель закатила глаза, – Так боишься слухов, да? Что мой холостой брат крутится возле меня, такой красивый и соблазнительный?.. – Замолчи! – Арген крепче сжимает её руку, заставляя тихо зашипеть от боли, – В любом случае, с этим придётся разбираться. Твою помолвку мы уже устроили. Теперь и его очередь. Ригель дёргает рукой, пытаясь вырваться, но Арген держит крепко, пока она не кивает, соглашаясь с его словами. Тогда он моментально отпускает её руку и поворачивается к Фениксу. Тот уже успел отцепить от себя Рею, пообещав обдумать решение. Поймав взгляд Аргена, Феникс тут же схватил его за руку, отводя в сторону. – Ты идиот, Арген, – заговорил Феникс, – твоя забота обо мне и моей репутации просто очаровательна, но я тебя об этом не просил. Ты, конечно, не знаешь, но у меня давно есть свои планы. Никакая свадьба в них не входит. И прекрати сватать за меня Рею! Она раздражает меня. – То есть, ты собираешься оставаться в Совете, при Ригель, но при этом не собираешься жениться? – спросил Арген, – Я правильно понимаю? Тогда ты инфантильный идиот. Ты понимаешь, сколько грязных слухов породит подобное положение вещей?.. – А тебя так волнуют слухи? – спросил Феникс, – Лично мне вообще всё равно. – Всё равно? – Арген усмехнулся, – на том приёме в доме Солнца мне так не показалось. Ты очень остро реагируешь на любую клевету, и даже не умеешь скрывать своё отношение к таким вещам. Ты хочешь ещё больше слухов на основе твоей порочной связи с сестрой? – А про тебя ничего такого нет? – Феникс хитро улыбнулся, – Что-то ты мной интересуешься больше, чем своей невестой. Вот, оставил её одну, а сам пристаёшь ко мне... – Замолчи... – сдавленным шёпотом еле проговорил Арген, – Не надоело нести весь этот бред? Я хочу услышать от тебя, что ты не станешь лезть к Ригель. Она моя. – Ага, – Феникс скучающе отвёл взгляд, – А ты всё о том же. Она не вещь, и сама будет выбирать, с кем ей хорошо. А я сделаю всё, чтобы моя любимая сестра была счастлива. – Лучшее, что ты можешь сделать, это уйти, – ответил Арген, – хватит уже испытывать моё терпение. – А то что? – Феникс не отступал, настроенный довольно решительно. – Оттрахаю до потери сознания, – медленно и чётко произносит Арген, делая акцент на каждом слове. Феникс едва не теряет дар речи от такой наглости и звенящей пошлости. Он в абсолютном шоке смотрит невидящим взглядом сквозь Аргена. Арген ухмыляется, довольный произведённым впечатлением, смотрит прямо в глаза Фениксу, пытаясь понять, о чём тот думает. И вдруг приходит осознание, что именно он сказал. Чёрт! И как теперь объяснять, что в его голове это звучало совсем иначе, и речь совершенно точно шла о Ригель? Лучше не объяснять ничего, оправдания только сделают хуже. Арген разворачивается и уходит, пока Феникс продолжает стоять, глядя в никуда. – Ригель, пойдём, – говорит Арген, указывая в сторону борделя. От взгляда девушки не ускользает его чрезмерное напряжение после разговора с Фениксом. Опять они что-то не поделили... Точнее, кого-то. Это уже стало обыденностью для Ригель. Она не возражает, вкладывает свою руку в ладонь жениха, позволяя провести её. В этот же момент рядом оказывается Феникс, который ловко перехватывает руку девушки, пока Арген ошарашенно смотрит на него. – Будет лучше, дорогая сестрёнка, если экскурсию тебе проведу лично я, – голос Феникса тягучий и сладкий, – только я один знаю, как здесь всё должно работать. Феникс пользуется секундным замешательством Аргена и проводит Ригель внутрь помещения. Как только они вдвоём оказываются за дверями, щелкает замок, отделяя их от Аргена. Тот в ярости дёргает дверь на себя, потом с силой бьёт по ней кулаком. Ничего не помогает. Феникс наблюдает за этими попытками со снисходительной ухмылкой, а потом подносит руку с браслетом к лицу, чтобы оставить сообщение: – Спасибо, что привёз сюда мою сестру, дорогой друг. Теперь я могу провести ей экскурсию, а ты можешь отправляться домой. Я всё-таки её консультант... – По какому вопросу ты собрался консультировать её в борделе? – Арген уже выходит из себя, – По вопросу разврата?! Немедленно открой дверь, я тебя... – Я прекрасно помню, что "ты меня"... – отвечает Феникс, – можешь не повторять. Эти слова явственно отпечатались в моей памяти. Не позволяя ничего ответить, Феникс выключает звук. Арген продолжает ругаться, но его уже не слышно из-за двери. Феникс с ухмылкой поворачивается к Ригель, касаясь её талии совсем слегка, почти невесомо. От этого касания у Ригель замирает сердце, и тут же начинает стучать быстрее. Будь на его месте кто-либо другой, Ригель даже не заметила бы этого касания. Но это был Феникс. Её Феникс, её брат. Любое, даже самое малое проявление близости с ним приносило наивысшее удовольствие. И пусть всё это было неправильно, Ригель давно было наплевать. Пусть осуждают, если им так нравится следить за чужими жизнями. Из-за каких-то дурацких слухов, Ригель не позволит себе лишиться самого дорогого. – Чего ты хочешь?.. – тихий, бархатный голос Феникса слышится совсем над её ухом, от чего кожа непроизвольно покрывается мурашками. – Хочу... – выговаривает Ригель, не подбирая слов, – тебя. Чтобы ты был совсем рядом, и никуда не уходил. Чтобы всегда был со мной, всегда был моим... – Я тоже хочу этого, дорогая Ригель, – с лёгкой грустью отвечает Феникс, – Всегда хотел. С самого детства, мечтал остаться рядом с тобой. Ты готовилась к правлению, а я готовился помогать тебе. Учился налаживать полезные связи. Потому что не мог даже подумать о том, чтобы тебя оставить. Увы, судьба-злодейка распорядилась иначе... – Судьба? – переспрашивает Ригель. Она прекрасно понимает, о чём речь, но всё же хочет уточнить. – Скажем так, – уклончиво отвечает Феникс, – Волей судьбы мне пришлось надолго покинуть тебя. Я лишился всего, и должен был создавать себя заново из того, что осталось... – Как птица Феникс... – заворожённо прошептала Ригель, глядя на брата, – Ты восстал из пепла, чтобы стать лучшей версией себя. – Да, повезло мне с именем, – Феникс засмеялся, – Думаю, отец с самого рождения пророчил мне великую судьбу и невероятную удачу. И если не с первого раза, так со второго я точно добьюсь всего, о чём мечтал. Когда судьба даёт второй шанс, самое главное – не упустить его. – Я не представляю, что тебе пришлось пережить... – тихо сказала Ригель, – но мне безумно жаль, что в твоей жизни было что-то настолько ужасное. Так не должно было быть! В детстве ты был словно луч света во тьме... Всегда яркий, весёлый и счастливый... Я так скучаю по тебе прежнему, мне хочется рыдать и рвать душу на части. – Тише, тише моя дорогая Ригель, – Феникс мягко приобнял сестру, даруя ей чувство спокойствия и защищённости, – Я ведь всё тот же. Только стал немного взрослее. Мы все выросли, такова жизнь. Нельзя всю жизнь оставаться в детстве... А жаль. – Я бы всё отдала, чтобы вновь вернуться в те светлые дни... – совсем тихо прошептала Ригель, – когда мы играли в саду, не задумываясь о трудностях жизни. Когда наслаждались каждым днём, каждым мгновением, проведённым вместе... – Чш... Прошу, не плачь, – Феникс сильнее приобнял Ригель, – Слышишь? Я не вытерплю ни капли твоих слёз. Всё будет хорошо, обещаю. Как прежде..? Не знаю, вряд ли. Но всё точно будет хорошо. Потому что плохо меня не устраивает. Хочешь, подниму тебе настроение?.. Феникс хитро ухмыляется, смотрит на Ригель, рассматривает её в мельчайших деталях. Слегка растрёпанные волосы, покрасневшие от слёз глаза... Всё равно прекрасна, и равных ей нет ни в этом мире, ни в каком-либо другом, если таковые существуют. Феникс крепко прижимает Ригель к себе и оставляет с десяток коротких быстрых поцелуев на её лице, заставляя засмеяться. Сквозь смех Ригель пытается попросить его прекратить, но не может произнести ни слова. Цепляется за его плечи и пытается отстранить его от себя. Как только Феникс замечает это, он тут же отстраняется, взволнованно смотрит в глаза сестре. – Я напугал тебя? – спрашивает он, – Тогда извини. Я хотел тебя развеселить. А то ты совсем грустная ходишь. С такой красотой нельзя грустить, ты всегда должна улыбаться. – Твои слова как бальзам для души, – тихо заговорила Ригель, – лечат старые раны, которые давно кровоточат. Но с тобой все проблемы забываются. Ничто не имеет смысла. Спасибо тебе за это. Я постараюсь чаще улыбаться для тебя. – Вот и умница, – Феникс улыбнулся ей в ответ, – Помнишь, зачем ты здесь? Хотела поговорить со мной о моей жизни здесь... Что ж, спрашивай. Мне нечего скрывать. – Это и в правду бордель? – Ригель окидывает взглядом роскошное помещение, внутри оно не менее великолепно, чем снаружи. – Не совсем, – задумчиво отвечает Феникс, – Это элитный закрытый клуб для удовольствий. Я основал его, как островок свободы от правил и предрассудков. – Мне тоже осточертели все эти правила... – соглашается Ригель, – Всегда мечтала устроить какой-нибудь бунт. Например, обрезать волосы, или сбежать из дома ночью... Но мне не хватало смелости. Или отчаяния. А ты... Я восхищена. – Благодарю, – Феникс прямо просиял от её слов, – Честно, я не был уверен, что ты поддержишь, и даже боялся, что начнёшь осуждать. Я помню как при нашей первой встрече ты предъявила мне за то, что меня не было рядом... – Прости, – моментально ответила Ригель, – мне очень стыдно за это. Но тогда я была вся на эмоциях, сама до конца не верила, что ты и в правду наконец-то рядом. Так... Расскажи мне ещё про свой закрытый клуб. – Я, кажется, уловил в твоём голосе интерес? – спросил Феникс, – Что ж, хорошо. После того, как я уехал, внутри меня горел такой огонь... Иногда мне казалось, что я сгораю заживо. Я будто физически чувствовал, как лишился души. Чего-то жизненно важного, необходимого... Это был огонь чувств, Ригель. Запретных, и очень сильных. Я страдал. Тогда я открыл этот клуб, он помогал мне забыться время от времени. Но никто так и не смог мне дать то, чего я по-настоящему хочу, в чём так отчаянно нуждался всё это время... – Сейчас ты получил то, что хотел? – спросила Ригель. – Нет... – Феникс вздохнул, – Но я уже в процессе. Ты же знаешь, я никогда не отступлю. И добьюсь того, что мне нужно... Кто мне нужен. Он вдруг резко замолчал, обдумывая всё сказанное. Кажется, в этих словах было слишком много личного. Того, что было спрятано где-то в глубинах души даже от себя самого, не то, что от других. Ригель для него самая близкая, ей можно доверить любую тайну и быть уверенным, что никто об этом не узнает. Но только не это. Этим делиться совсем не хотелось. Даже через иносказательность слов можно было прочесть истинный смысл. Остаётся только надеяться, что Ригель увидит в этих словах то, что захочет видеть, и не станет слишком глубоко копаться в его душе... Феникс вздохнул, провёл пальцами по своему лицу, прогоняя непрошенные мысли. – Как я уже сказал, это закрытый клуб, – продолжал говорить Феникс, – Попасть сюда можно только по особому приглашению. В основном завсегдатаи моего заведения – это высшая знать Атлантиды, члены Совета... Не удивляйся так. Здесь можно оставаться анонимным и получить любой вид удовольствий без каких-либо обязательств. Я знаю всех, кто бывал здесь. Поверь, атланты далеко не святые... – В нашем разговоре в доме Венеры Арман упоминал твоё заведение... – вспомнила Ригель, – ещё и отметил, что одно из лучших в городе. – Бери выше, сестрёнка, – Феникс самодовольно усмехнулся, – Мой клуб лучший во всей Атлантиде. Потому что равных ему нигде нет. Другие подобные заведения все меркнут на фоне моего. Скажу честно, отбросив скромность. Некоторые даже закрылись, не выдержав конкуренции. Хотя, стоит отметить, что подобного рода заведений и так не слишком много, по пальцам можно перечесть. Так что, поверь на слово, мой – самый лучший. – Он круглосуточный? – поинтересовалась Ригель, – Тогда почему сейчас он не работает?.. – Из-за Аргена, – Феникс отвёл взгляд, – Твой жених слишком предсказуем. Когда на приёме он сказал что-то про моё "истинное лицо", я уже мысленно приготовился к вашему скорому визиту. Поэтому и отдал указания всю деятельность в клубе временно приостановить для приёма особых посетителей. Может, хочешь чего-нибудь выпить? Феникс подзывает официанта и что-то тихо ему шепчет. Тот уходит и вскоре возвращается с бутылкой дорогого красного вина и двумя бокалами. Феникс со знанием дела открывает бутылку, разливая напиток по бокалам. Один из них он протягивает Ригель, другой берёт себе. С улыбкой он чуть наклоняет свой бокал, со звоном касаясь края бокала Ригель. – За встречу, дорогая сестрёнка, – произносит он короткий, но ёмкий тост. Феникс поворачивается в сторону дверей и невольно закатывает глаза. Вот ведь упрямый! Арген до сих пор стоит на том же самом месте, пристально наблюдая за происходящим, но его лицо уже не искажено гневом. На нём отражена странная смесь эмоций – глубокая печаль, сожаление, безысходность. Он ловит взгляд Феникса, и не может отвести глаза. Как только Феникс выйдет из своего "убежища", стоит ему прозрачно намекнуть о том, что он забыл сбросить вызов. Всё, что он сделал, это отключил звук, чтобы не слышать Аргена. Но Арген при этом всё прекрасно слышал. Каждое слово. И это всё заставляло его сходить с ума от догадок, о чём же, и о ком, на самом деле говорил Феникс... Не хотелось мучить себя обманчивым впечатлением, а спрашивать прямо в лицо было слишком стыдно. Хотелось не думать об этом вовсе, но слова про "огонь запретных чувств" надолго заняли его голову. Что-то подобное чувствовал и он сам, но ни за что не признался бы. Ни кому бы то ни было, ни даже самому себе. Он до сих пор отчаянно пытается отрицать этот факт. – Ригель... Ты так красива, – словно заворожённый, произносит Феникс, – Я видел тебя во снах. Как у тебя получается сводить меня с ума даже тогда, когда тебя нет рядом? Словно специально находишь меня во снах. В такие моменты я не хочу просыпаться, чтобы это длилось вечно... Чтобы ты была вся моя. Не выдерживая, Феникс резко разворачивает Ригель к окну, вынуждая опереться о тонкие перила. Одной рукой крепко прижимает её к себе за талию, другой обхватывает горло, но так, чтобы не причинять боли или дискомфорта. Он всегда умело сочетал страсть и нежность, никогда не переходя грань, за которой удовольствие превращается в боль. Ригель тихо стонет сквозь плотно сомкнутые губы, когда рука Феникса плавно скользит по её талии, касается бедра, вызывая стихийные волны удовольствия. Туманным взглядом Ригель разглядывает отражение их фигур в окне, замечает взгляд Феникса, который горит страстью, безумным желанием и обожанием. Большим пальцем он касается её губ, раскрывая их, и тут же глухо стонет, когда Ригель обхватывает его палец губами. – Прекрасная... – сбивчиво шепчет Феникс, – такая порочная... Моя. Главная фигура во всех моих самых развратных фантазиях... Хочу тебя всю, без остатка... Но увы. Ты никогда не будешь принадлежать только мне. Только в своих снах я могу наслаждаться тем, как беру тебя снова и снова, а ты выкрикиваешь моё имя... В реальности всё сложнее. Он отпускает Ригель и отстраняется. Пока она с трудом пытается выровнять дыхание, он отворачивается, не позволяя прочесть эмоции. Тихо вздыхает, бросая быстрый взгляд на запертую дверь. Всё ещё там... Смотрит. А так ничерта не легче, только ещё сложнее. В два раза больше чувств, эмоций, страданий... Теперь снова нужно с этим всем мириться. Как бы не сойти с ума окончательно от всего этого... безумия. Да, иначе это и не назвать. Нет этому ни имени, ни названия, только набор больных, запретных чувств, терзающих душу и тело. И чем больше он себе позволяет, тем больше желает. И, кажется, невозможно остановиться, всё время хочется больше и больше. Будто бы он подсел на что-то, воздействующее на сознание. Почти так и есть. Только причина помутнению рассудка не вещества, а двое атлантов, чьи образы преследуют его в фантазиях с самого детства... – Завтра начнётся фестиваль "Объединения", – задумчиво произносит Феникс, – Тебе предстоит лучше познакомиться с остальными наследниками домов. С Лиссой тебе удалось наладить общение ещё в доме Венеры, не будет лишним узнавать её и дальше. И, дом Солнца... Иллиан совсем не тот, кем кажется. Его благородный романтичный облик – лишь фасад, за которым может скрываться нечто тёмное. А его брат Арман... Совсем не невинный ангел. По слухам, он связан с тайным обществом. Будь настороже, Ригель, и помни, что врагов следует держать к себе ближе, чем друзей. – Хочешь сказать, что род Солнца – наши враги? – поинтересовалась Ригель, – Они внушают доверие... Но, возможно, ты прав, и это лишь маски. Здесь все прячутся за масками, как в чёртовом театре... И нужно постепенно узнавать настоящие личности. – Верно, – Феникс улыбнулся, – ты очень точно поняла меня и мои советы. Именно этим ты и займёшься завтра и в последующие дни. Будешь заглядывать за маски, чтобы разглядеть истинные намерения атлантов. И помни... Ты всегда можешь мне доверять. – Ты придёшь завтра на фестиваль? – с надеждой спросила Ригель. – Конечно, – Феникс тепло улыбнулся ей, – как я могу пропустить выступление моей любимой сестрёнки? Ещё никогда я не отказывался от твоей чудесной игры. Я приду, и буду рядом, чтобы поддержать. Если тебе понадобится моя помощь. – Спасибо, – Ригель смущённо улыбнулась, – Но нам не пора идти? Арген... Он до сих пор там. Тебе должно быть стыдно за то, что так поиздевался над ним. Открой уже двери, мы ведь закончили говорить. Не хочется ещё больше его злить. Он и так, кажется, сам не свой... Феникс вздыхает, ничего не отвечая. Но всё же соглашается со словами Ригель. Есть в них что-то мудрое, и это пронзает его уколом совести. Да, возможно, поступил плохо и неправильно. Но так он хотя бы смог выговориться, выплеснуть всё, что тяжким грузом лежало на душе все эти десять лет. Да и Аргена после всех его наглостей проучить стоило. Феникс снимает блокировку и открывает дверь. В тот же миг Арген хватает его за руку и прижимает к стене здания. Ригель всё ещё находится внутри, и не собирается выходить, чтобы не попасть под горячую руку. Арген смотрит на Феникса с гневом и отчаянием, с безумной ревностью во взгляде. – Какого чёрта?! – спрашивает, почти кричит он, – Так стремишься остаться с Ригель наедине? Есть, что скрывать, или просто не хочешь меня видеть? В любом случае, у меня для тебя шокирующая новость. Ты забыл отключить вызов после того, как поиздевался надо мной. И я всё видел и слышал. Всё. Каждое твоё слово. И у меня просто тысячи и тысячи вопросов... – Что ж, придётся тебе как-нибудь пережить без ответов на них, – усмехается Феникс, – потому что это только твои проблемы, что ты подслушивал то, что для твоих ушей не предназначалось. Подслушивать нехорошо. – И это ты пытаешься читать мне мораль? – Арген едва не засмеялся, – Ты, владелец этой обители разврата, ещё смеешь говорить что-то о нормах и приличиях? – "Обитель разврата"? – Феникс усмехнулся, – какая ёмкая, а главное, интересная характеристика... А что, звучит. Мне нравится. – Ты придурок, Феникс! – почти шипит Арген, сильнее сжимая руку, – Больной придурок. Не хочу с тобой разговаривать. – И именно поэтому ты сейчас стоишь со мной рядом? – Феникс вновь усмехается, – Поэтому стоишь так близко, что-то шепчешь мне? Если я больной, то кто ты?.. И почему всё ещё здесь? – Ненавижу. – равнодушно бросает Арген, – Я знаю, чего ты хочешь. Ты никогда этого не получишь. Ригель наконец решает вмешаться, встаёт между двумя друзьями, пытаясь отстранить их друг от друга, чтобы не допустить очередной драки. Феникс долго пристально смотрит на Ригель, в его взгляде мелькает огонь. Тот самый, о котором он говорил за закрытой дверью... Ригель тоже замечает это, смущённо отводит взгляд. Арген тоже переключает своё внимание на Ригель, крепко, почти до боли сжимает её руку. – Прекрати с ним заигрывать, Ригель! – раздражённо произносит Арген, – Ты не понимаешь, какую ошибку совершаешь. – А ты прекрати ревновать, или хотя бы делай это не так очевидно, – усмехается Феникс. В тот же миг Арген с силой бьёт Феникса по лицу. Феникс одной рукой отстраняет от себя Ригель, а другой наносит ответный удар. Не рассчитав силы, разбивает тонкие бледные губы в кровь. Арген усмехается, не обращая внимания на боль. Смотрит прямо в глаза, и снова сжимает руку Феникса, блокируя все возможные последующие удары. Феникс осматривает Аргена, в ужасе замечая следы удара. Свободной рукой тянется к его лицу, чтобы стереть кровь, но Арген перехватывает руку, не позволяя коснуться. Словно ожидал очередного удара. – Не прикасайся... – тихо произносит Арген, – Не смей меня трогать. – Я не хотел, чтобы так сильно... – отвечает Феникс, – не рассчитал. Мне жаль, если я причинил тебе боль. – Постоянно жаль, – Арген отводит взгляд, – но это не мешает тебе снова и снова издеваться надо мной. Это какое-то извращённое удовольствие для тебя? Или что? Я не могу понять... – Да прекрати уже... – Феникс глубоко вздыхает, – и отпусти меня. Не собираюсь я тебя бить, понятно? Я вообще тебя трогать не буду. Достал. Как вообще терпеть твой ублюдский характер... – Я достал? – переспрашивает Арген, но руки отпускает, – Что я уже успел сделать? Нет, не отвечай. Не хочу с тобой разговаривать. Ненавижу. Видеть тебя не хочу, знать тебя не хочу, понятно?! Его голос слегка дрожит от переживаний, от старательно сдерживаемых где-то внутри слёз. Феникс наблюдает за этой истерикой с равнодушным видом. Но где-то глубоко внутри, он хочет прижать Аргена к себе крепко-крепко, обнять, защитить от всех проблем и несчастий. Невозможно его ненавидеть, когда он, такой беззащитный, смотрит глазами, полными боли и отчаяния. Феникс тяжело вздыхает. На душе паршиво, в горле собирается противный душащий комок слёз. Усилием воли, Феникс подавляет это, не позволяет себе разреветься. Взгляд его снова становится равнодушным, даже несколько насмешливым. Арген неосознанно касается броши на своей груди. Феникс замечает это, едва заметно улыбаясь. Всё ещё хранит, несмотря на всё, что произошло, несмотря на все ссоры и обиды. А это говорит о многом... О сильной нерушимой связи, которой никакие ссоры не помеха. Арген поднимает взгляд на Феникса, и словно не узнаёт его. Перед ним будто бы кто-то совсем другой. Но не тот Феникс, который спас его жизнь, подарил надежду на светлое будущее, несмотря на всю грязь и мерзость, что с ним творилась... Это кто-то совершенно другой, злейший враг, готовый убить. Что-то безумное и опасное чувствуется в его взгляде, и здравый смысл предостерегает держаться от него подальше. Но дурацкое сердце стучит быстрее в его присутствии, словно ощущая тонкую связь... В глазах Аргена слёзы, страх, боль и отчаяние, и что-то ещё. Безумно сильное, тёплое чувство без названия. Не любовь, нет. Что-то обманчиво-сладкое, невесомое, словно воздушные замки. Страшные воспоминания поглощают его с головой, словно тёмные воды беспокойного океана, и никуда от них не скрыться, не сбежать... Как сбежать от самого себя, от своего прошлого?.. Арген сидел в одиночестве на пустынном пляже. Он всегда был один. Брошенный, никому не нужный... Использованный. Мерзко, отвратительно до тошноты, и безумно больно. Он сидел на берегу, обнажённый и окровавленный, и надеялся, что океан заберёт его боль. Смоет с него всю грязь и этот позор... В голове зарождались депрессивные и безумные мысли. Какой смысл жить и мечтать, если всё равно никогда не стать счастливым? Он сломан, просто уничтожен, и не подлежит восстановлению. Всё равно навсегда останется грязным, как бы ни старался отмыться. Каждый вздох приносил нестерпимую боль, напоминал о пережитом кошмаре. Что, если не дышать вовсе? Просто раствориться в океане, перестать существовать?.. Тогда хотя бы не будет больно. Разве может быть больно, если тебя нет?.. – Арген! – отчаянно закричал Феникс, подошедший очень вовремя. Ещё днём он со своим отцом прибыл навестить род Луны. Феникс сразу почувствовал какую-то опасность, иррациональный страх. Он видел, как Арген пытается убедить себя, что всё хорошо. Но это определённо было не так. Интуиция не подвела Феникса. Он узнал такое, о чём лучше бы никогда в жизни не знать. Его едва не рвало от отвращения, сердце сжималось от жалости к совсем незнакомому юноше. А какого было Аргену?.. Феникс во что бы то ни стало решил помочь ему, сделать всё, что в его силах. Феникс всегда жил, окружённый любовью и вниманием, он не знал о страданиях. И то, что он узнал теперь, повергло его в глубокий шок, разбивая на тысячи осколков его утопическую картину мира. Так не должно быть... Отвратительно. Какая тварь может поступать так с ребёнком?! С тем, у кого ещё вся жизнь впереди, у кого в глазах светятся большие мечты и надежды... Нет, дети никогда не должны страдать. А уж тем более, от своих близких, от тех, кому доверяли и кого любили... Это вдвойне отвратительнее и страшнее. И сейчас Феникс оказался в нужном месте и в нужное время. Арген лежал в волнах океана с закрытыми глазами и совсем не дышал. Казалось, что он спит крепким беспробудным сном. Нужно его разбудить, во что бы то ни стало! Нельзя позволить угаснуть столь яркому и прекрасному атланту. Он должен жить, несмотря на весь ужас и грязь. Пока Феникс отчаянно пытался достучаться до Аргена, в голове вдруг промелькнула совсем неподходящая мысль. Красивый и хрупкий... Даже сейчас, весь в ранах и синяках, он не утратил своей очаровательной красоты. Нельзя допустить, чтобы мир потерял столь прекрасное и невероятное создание. Он словно и не от мира сего... Нужно помочь ему, подарить шанс на лучшую жизнь... – Арген! – в очередной раз кричит Феникс, едва не срывая голос, – Ну очнись, прошу! Нельзя, чтобы так! Нельзя! Слышишь?! Ну же, проснись! Тебе нельзя засыпать! Арген вдруг открывает глаза и закашливается, Феникс осторожно подхватывает его, помогая подняться. Арген тут же утыкается лицом в колени, не в силах выдерживать яркий свет, отражаемый волнами. Феникс, прямо в одежде, усаживается рядом с ним на мокрый песок, совсем не задумываясь о том, что вещи придётся отдавать в стирку. Не долго думая, Феникс снимает с себя рубашку и протягивает новому знакомому. Арген смотрит на него с удивлением и с опаской, не решается взять одежду. Тогда Феникс сам, с предельной осторожностью, накидывает рубашку на его плечи, чтобы хоть сколько-то прикрыть наготу. Арген дёргается от дружеского прикосновения, словно обжигаясь огнём. – Не прикасайся... – тихо говорит Арген, – Уходи. Зачем ты только вообще пришёл? – Я не мог это всё так просто оставить, – серьёзно сказал Феникс, – решил, что должен тебе помочь. – Мне не нужна помощь! – резко отвечает Арген, – Это... в порядке вещей. И даже не вздумай кому-нибудь об этом рассказать. Род Луны и так опорочен, а если узнают про это... Так вообще сотрут с лица Терры. И не видать мне в будущем правления в Совете. А мне оно нужно. – Так нужно, что ты решил тут помирать? – переспросил Феникс, – Послушай. Всё, что происходит с тобой, просто ужасно. Отвратительно. У меня даже никак не укладывается в голове. Но... Проблема не в тебе. Ты в любом случае должен жить дальше, преодолеть это. Не позволяй себя поломать, даже в безысходности и грязи. Ты сильный, я знаю. И я буду сильным. Не сдавайся. Из любой, даже самой ужасной ситуации, всегда есть выход. И, поверь... Убить себя – это точно не выход. Так поступают только слабаки, которые хотят бежать от проблем, а не бороться с ними. И, раз уж сегодня я тебя спас, можешь считать это своим вторым шансом на счастливую жизнь. Вот, держи. В знак твоего возрождения. И Феникс протянул новому другу свою брошь в виде пера волшебной птицы. Феникса, в честь которого его при рождении нарёк отец. Арген раздумывал несколько секунд, а потом взял предмет из руки Феникса. Отличный подарок. Никогда в жизни не будет его снимать. Потом Феникс помог Аргену встать на ноги. Пусть с трудом, он еле держался, ведь никаких сил не осталось. Феникс позволил ему опереться на себя, чтобы увереннее стоять на ногах. Осторожно приобнял хрупкое тело, так, словно боялся повредить, но и не мог отпустить. Таким образом, стоять стало действительно легче. – Пойдём ко мне, – заявил Феникс. – Что? – изумлённо переспросил Арген, – мне нельзя! Будут искать, а потом накажут... Мне нельзя общаться с другими детьми и тем более оставаться у кого-то дома. – Плевать! – возразил Феникс, – Тот, кто смеет устанавливать тебе какие-то запреты вообще не является авторитетом. Мерзкая тварь, каким лучше не жить вовсе. – Не говори так... – совсем тихо прошептал Арген, – отец... Любит меня. По-своему. – Ты совсем?! – Феникс едва удержал себя, чтобы не встряхнуть Аргена, – Как ты можешь пытаться оправдывать того, кто творит с тобой все эти вещи?.. Заставляет тебя страдать... Последняя тварь. И плевать, что отец. Вот это не достойно звания отца. И не смей возражать, понятно? Арген молча неуверенно кивнул. Что-то в словах Феникса было похоже на правду. А возможно, он был и полностью прав. Арген никогда не осмелился бы даже думать в таком ключе, не то, чтобы сказать вслух. А Феникс... Кажется, он бесстрашный. Или просто дурак. Нет, не дурак – глаза умные и понимающие. Просто он слишком храбр и не скован никакими предрассудками. Возможно, он плохо воспитан. Неудивительно, он же баловень судьбы и своих родителей. Живёт прекрасно, ни в чём не нуждаясь... Как он может говорить, что понимает проблемы Аргена? Он вообще может понять чьи-то проблемы, если сам никогда не страдал?.. Из таких плохо воспитанных юношей вырастают ужасные атланты, не скованные никакими правилами и нормами морали. Аргену нельзя дружить с такими. Они оказывают плохое влияние на его поведение. Нужно быть идеальным, чтобы ни одного промаха. Тогда, возможно, похвалят. А если случится какой-либо проступок – точно накажут. И правильно. Нужно воспитывать детей, чтобы они росли хорошими... – Эй! Ты меня слышишь? – прямо над ухом раздался звонкий голос Феникса, вырывающий Аргена из мыслей, – Я не шутил, я забираю тебя к себе. Поживёшь пока у меня, а потом я подумаю, что делать. Я бы оставил тебя у себя навсегда. У меня тебе будет хорошо, никто не обидит тебя. Мои родители очень добрые, они любят всех моих друзей и угощают их чем-нибудь вкусным. А когда друзья остаются у меня с ночёвкой, они совсем не возражают. У меня большая спальня, нам обоим хватит места. Не отказывайся, прошу... Твои не узнают, что ты у меня. – Не узнают?.. – переспрашивает Арген, – тогда ладно. Но если отец узнает, куда я пропал, то меня накажут. И тебе тоже достанется. Не хочу ставить под удар нового друга. У меня никогда не было друзей, не хотелось бы потерять первого и единственного. – Я у тебя самый первый друг? – глаза Феникса засияли от счастья, – То есть, ты совсем ни с кем не дружил? Я покажу тебе, что такое настоящая дружба. Ты только не отпускай мою руку. И будь всегда рядом. Я смогу тебя защитить и обеспечить тебе лучшие условия для жизни. – Пошли уже, – тихо сказал Арген, – Я сейчас с ног свалюсь от усталости. – Ты обессилен, тебе срочно нужно поесть, – заявил Феникс, – дома я тебя накормлю. И обработаю твои раны, чтобы быстрее прошли. – И так всё пройдёт, – Арген отвёл взгляд, – всегда проходит. Тебе не зачем утруждаться. – Нет, ты не понял, – продолжал Феникс, – я знаю, что всё проходит само. Но у меня есть одно средство. Оно очень помогает мне при сильных травмах. Я очень активный и постоянно что-нибудь себе повреждаю. А если помазать, то всё проходит намного быстрее. Я и тебе хочу помочь, чтобы тебе не было так больно. – Ладно... – сдался Арген, – всё равно мне ничего не остаётся, кроме как принимать твою заботу. Спасибо тебе, что ли. Что не бросил. Хоть я о помощи и не просил... Без тебя меня бы уже не было. – Всегда пожалуйста! – с улыбкой ответил Феникс, – Я для друга на всё готов... Всё, что ни делается – к лучшему. Арген убеждён в этом. Если бы не был он избит и унижен в тот вечер, никогда бы не подружился с Фениксом. Они слишком разные, были такими с самого детства. Арген всегда правильный, выверенный, холодный. Феникс – яркий, стихийный, безрассудный. Никаких точек соприкосновения, кроме того ужасного случая. Арген ненавидел эти воспоминания, но дорожил ими, как чем-то памятным и ценным. В тот день у него впервые появился настоящий друг. Совершенно чужой мальчик, ставший роднее семьи. Феникс – новая глава его жизни, наконец-то наполненная смыслом, чувствами и эмоциями. В тот день жизнь Аргена перевернулась в лучшую сторону. Он уже давно сидел дома у Ригель. Совершенно не помнил, как до сюда добрался. Как прощался с Фениксом, тоже не помнил. Наверняка, как обычно, ушёл не прощаясь. В доме на столе Арген заметил букет нежных пионов. Прекрасные цветы, в другой обстановке, они бы даже порадовали его. Но не в виде подарка его невесте от неизвестно кого. Кто вообще додумался до подобной наглости? Арген точно знал, что он никаких цветов для Ригель не заказывал. Последний раз это были лилии из небольшого сада возле его дома. В детстве, он любил проводить там время с мамой, сажая цветы. Это было единственное место, где можно не быть идеальным. Можно было перемазаться в земле, пока даришь росткам жизнь... Арген с детства любил цветы. Возможно, странное увлечение для юноши. Все остальные ребята его возраста увлекались поединками, или спортом, а он сидел в саду... – Ригель. – строго говорит Арген, стряхивая сентиментальные воспоминания, – Откуда у тебя эти цветы? – Наверное, Иллиан подарил, – она на мгновение задумывается,– Да, он настоящий джентльмен и отлично умеет ухаживать за девушками. – Пусть забудет о тебе! – резко говорит Арген, – У него есть своя невеста, а он шлёт букеты чужим женщинам... Тот ещё подонок. Никаких цветов от других мужчин в этом доме, понятно? Арген хватает букет со стола и тут же выбрасывает его в мусорное ведро. Смотрит на Ригель с гневом и ревностью, а потом выходит из комнаты, оставляя её одну. Как только Арген покидает дом, Кирос немедленно входит в комнату, чтобы приветствовать Ригель. Он осторожно касается её руки, проверяет пульс. – Пульс в норме, происшествий не было? – интересуется андроид. – Неужели ты переживал, Кирос? – с улыбкой спрашивает Ригель. Кирос не отвечает. А Ригель обращает внимание, что наглый и коварный енот растёкся по его плечам меховым воротником. Ригель не может удержаться от смешка, глядя на это зрелище. – Дикий зверь использует моё тело для перемещения по дому, – сообщает Кирос, – боюсь, что из-за своей лени, он скоро разучился ходить. Кирос хочет приучить его к спорту, чтобы он мог справляться со своим ожирением. Ригель снова смеётся, а енот, услышав слова андроида, кусает его за ухо а потом обиженно убегает в другую комнату, где прячется под столом. – Кирос, я так устала... – Ригель нарочно растягивает слова, почти зевая, – Не мог бы ты помочь мне расслабиться. – Кирос может предложить Вам расслабляющий массаж, – говорит андроид, – Я был уверен, что он Вам понадобится, поэтому подготовил всё заранее. Вам нужно раздеться. Кирос хочет, чтобы Вы чувствовали себя комфортно и получали удовольствие. Я обновил своё программное обеспечение и скачал более тысячи различных техник массажа. Установив кушетку, робот регулирует освещение, погружая комнату в расслабляющий полумрак. Зажигает ароматные свечи. Сладость ванили и терпкость миндаля заполняют воздух в комнате, вызывая у Ригель навязчивые ассоциации с Фениксом. Она тут же прогоняет эти мысли из головы. Раздевается и ложится на кушетку. Ригель прикрывает глаза, чувствуя первое мягкое прикосновение пальцев Кироса к её обнажённой коже. Его движения точные и ритмичные, а пальцы кажутся невероятно ловкими. Удивительное удовольствие распространяется по всему телу, дыхание учащается, а Кирос неуклонно продолжает свою работу. Кажется, он делал нечто большее, чем просто выполнял свою программу. – Я никогда не испытывала ничего подобного... – с тихим вздохом говорит Ригель. – Вам нравится то, что Вы ощущаете? – интересуется Кирос. – Да... – едва произносит Ригель, отдаваясь наслаждению. Каждое касание андроида вызывает в Ригель целую бурю чувств, разжигает страсть и желание. Лёгкая вибрация проходит через каждую клетку её тела, и она с трудом сдерживает стон удовольствия. Чувства и мысли смешиваются между собой, утягивая Ригель в свой омут. Повинуясь внезапному порыву, она переворачивается, встречаясь взглядом с Киросом, и время замедляет свой ход. Взгляд Кироса проникает в самую глубину её души, словно читая, как раскрытую книгу, видит все потайные желания... Кирос наклоняется к её губам, застывая буквально в миллиметре от них. Он тихо произносит, согревая Ригель своим дыханием: – Ваше лицо, тело... Мягкая кожа... Наполняют меня восхищением и желанием служить Вам вечно. В ту же секунду раздаётся довольно громкий звук входящего сообщения, что вырывает Ригель из сладкой неги. Она тянется за браслетом, чтобы посмотреть, что пришло, и замечает уведомление: "Поздравляю! Чувства Кироса полностью разблокированы! Теперь он будет вести себя совсем как настоящий атлант." – Я... Я перешёл границы, прошу прощения, – тихо говорит Кирос, скрывая смущение, – Модуль чувств только начал свою работу, я немедленно займусь его отладкой. Больше не поднимая на Ригель взгляда, Кирос немедленно вылетает из комнаты. Ригель тихонько усмехается. Ну что ж, добилась своего. Разблокировала его чувства. И что теперь? Он и раньше был слишком нетерпим ко всем мужчинам, а теперь наверное будет ещё сильнее ревновать и расстраиваться... Что ж ты наделала, глупая! Испортила андроида. Может быть, можно как-нибудь отключить эмоции обратно? Хотя вряд ли это обратимый процесс. Так, нужно успокоиться и подумать, что она будет делать со всем этим дальше. Но не сейчас. Сейчас нужно спать. Но сон почему-то совсем не идёт. И Ригель берёт в руки планшет, чтобы почитать статьи. С того приёма в доме Солнца она так и не проверила прессу... Интересно, сколько там уже жёлтых статей с громкими заголовками?.. Ригель вспоминает слова Иллиана о слухах, которые расползаются с поразительной скоростью, и её пальцы сами стучат по экрану, набирая запрос "Арген и Феникс". По запросу находится несколько статей, и Ригель открывает первую попавшуюся на глаза: "Когда мы говорим о загадочных и влиятельных семьях, то род Луны и род Марса первые, о ком мы вспоминаем. Молодой наследник династии – Арген, притягательный и загадочный, и его заклятый друг Феникс, обладающий завораживающей аурой тайны, стали объектами горячих сплетен в высшем обществе. Сегодня мы раскроем тайну, которая разрушит их искусно созданную иллюзию. Мы обнаружили, что Арген и Феникс вовлечены в намного более запретную и глубокую связь, чем предполагалось когда-либо ранее. Их отношения являются не только тесными дружескими, но и романтическими. Наш инсайдер утверждает, что Арген втянул в это сестру Феникса, Ригель из рода Марса, чтобы заключить с ней фиктивную помолвку для отвода глаз. Это иллюзия, осознанная ложь, задуманная Аргеном, чтобы спрятать романтическую связь с Фениксом и своё истинное "я" от любопытных глаз. Мы продолжаем следить за развитием событий, оставайтесь с нами. У нас только самые актуальные новости." Словно насмешка. "Актуальные новости"? Это так вы теперь называете откровенную клевету и провокации? Это же совершенно точно не правда, что за бред? И кто всё это пишет? Наверняка какие-то одинокие девушки, которые от нечего делать сводят между собой двух симпатичных парней и пишут об этом свои статьи. Это какой-то новый уровень обожания. В высшем обществе полно обожателей как Аргена, так и Феникса. Они оба очень популярные личности. Но так, чтобы обоих сразу и друг с другом... Это стало для Ригель неожиданностью. Хотела бы она посмотреть в глаза тому, кто на полном серьёзе пишет подобные вещи... Ой, а что будет, если кто-то из парней увидит это?.. Наверняка, грандиозный скандал. В какой-то мере, это даже интересно. На мгновение закрадывается мысль, что возможно, хотя бы часть написанного в статье – правда, но Ригель тут же безжалостно её отметает. Отбрасывает планшет в сторону. Уже который раз засыпает то в саду, то в гостиной... Интересно, она когда-нибудь найдёт в этом доме спальню? Просыпается Ригель в комнате, заполненной нежным ароматом пионов. Она удивляется, но тут же понимает, что вся комната уставлена букетами этих чудесных цветов. Ригель словно в огромном цветущем саду. В крупных бутонах совсем рядом с диваном она замечает край записки. Не обязательно даже вставать, можно просто протянуть руку. Ригель берёт записку и неторопливо читает, скользя взглядом по знакомым угловатым буквам: "Если ты примешь ещё чей-то букет, я выкуплю все цветы в Атлантиде. Можешь тратить мои деньги, сколько хочешь. Арген." – Невероятно... – вздыхает Ригель, вдыхая аромат цветов, – Он, конечно, безумец, но мне это нравится. Нужно выбрать лучший наряд, ведь сегодня я должна отправиться на фестиваль "Объединения"... Опять она разговаривает сама с собой... Хоть Кирос и говорил, что ничего страшного в этом нет, Ригель уже начинает волноваться. Она выбирает наряд, в котором она будет смотреться красиво, а главное, ей будет удобно. И отправляется на фестиваль. Там она почти сразу замечает Лиссу, которая стоит одна, без жениха, и задумчиво вглядывается в толпу атлантов. Что ж, Ригель тоже одна. Возможно, это повод поговорить. Краем глаза Ригель замечает Кироса, который старательно пытается смешаться с толпой атлантов. Это вызывает улыбку. – Лисса! – Ригель с улыбкой приветствует подругу, – Я заставила тебя ждать? – Нет, нисколько, – отвечает Лисса, – просто я не люблю находиться в шумном обществе. – Быстрее бы взять в руки арфу... – задумчиво произносит Ригель, чувствуя острую боль в висках. – Ригель? С тобой все хорошо? – взволнованно спрашивает Лисса. – Да-да, всё в порядке, – соглашается Ригель, – Я просто немного волнуюсь, как и ты. – Я вижу Иллиана и Армана, – отмечает Лисса, – они уже ждут нас. Пойдём. Ригель согласно кивает, но головная боль становится сильнее. Девушка проваливается в видение... Совершенно не похожее на прошлое... Широкий тронный зал абсолютно пуст. Посреди зала стоят четыре трона, но занят только один из них. Тусклый свет ламп едва рассеивает полутьму комнаты, поэтому Ригель никак не может рассмотреть фигуру, но она кажется смутно знакомой. Какое-то странное ощущение возникает в груди, когда восседающий на троне в гордом одиночестве обращает внимание на неё. Ригель подходит ещё ближе, пытаясь рассмотреть его лицо. – Ригель? – спрашивает он, и голос тоже кажется ей знакомым, в нем слышна надежда, сменившая долгое отчаяние, и лёгкое безумие, одержимость, – Ты пришла ко мне?.. Ригель пугается, не понимает ничего. Как только она пытается разобраться в видении, оно начинает постепенно исчезать, расплываться. Пока Ригель не оказывается вновь на фестивале. Видения как не бывало, а странный осадок в душе остался. Занят только один трон из четырёх... Значит, кто-то очень сильно хочет заполучить власть в свои руки. Не меньше, чем власть, он хочет заполучить Ригель, поскольку цепляется за её имя как за последнюю надежду... Мысли отказываются складываться во что-то адекватное, Ригель сама прекращает размышления. Берёт себя в руки возвращается к Лиссе и близнецам.