Ключи от сердца

      — Ох Аллах, убереги этого отважного мальчика. — стоящий чуть поотдаль от повелителя, куббе визирь империи — Искендер Паша, прошептал молитву, когда к нему подошёл очевидно раздосадованный Лала Мехмед Паша. — Ты посмотри, Искендер, разве видано такое, чтобы великий визирь стоял со шкатулкой в руках, ожидая пока повелитель сделает то, что полагается? — Лала пренебрежительно осмотрел волнующихся янычар, а уголок рта искривился от негодования. — Не престало янычарам видеть своего падишаха ползающим коленями по земле. Искендер тем временем предпочёл не раздумывая принять решение, которое подсказывало ему его сердце: он снял с головы шлем, от чего волосы с едва заметной проседью растрепались поднимающимся ветром. Бросил его на землю, затем принялся отстёгивать ножны с пояса. — Янычары все прекрасно понимают, Паша Хазретлери, — мужчина споро расстегнул пуговицы походного кафтана резким движением снял его с себя, оставаясь лишь в одной исподней рубахе и штанах. — Понимают, и видят сколь дорога нашему повелителю жизнь, дарованная Аллахом. — Что ты делаешь, Искендер? — шикнул на него Мехмед Паша, в недоумении уставившись во все глаза. — То, что необходимо, Паша Хазретлери. — твёрдо отчеканил Искендер, с силой разрывая свой кафтан на части. — Юсуф! — Приказывайте, Паша Хазретлери! — совсем молодой янычар, пожалуй даже ровесник того самого, лежащего на земле бедняги, мигом подбежал, готовый выполнить любой приказ. — Соорудить немедленно носилки, парня необходимо как можно скорее доставить в лагерь. Нет времени ждать, пока лекарь будет здесь. — Слушаюсь, Паша Хазретлери! — парнишка стремглав умчался исполнять приказ, по пути позвав с собой ещё двоих товарищей. — А вам, Мехмед Паша, лучше не о порядках и устоях разглагольствовать, а поскорее бы начать думать над тем, как объяснить случившееся нашему повелителю, потому что лично я, собираюсь заняться этим делом досконально. Ибо видите ли, не верится мне, что у этого персидского подонка хватило смелости пойти на такое полагаясь лишь на свою глупость. — глаза Искендера блеснули холодной решимостью, и он не стал дожидаться ответа, прошёл вперёд, тут же склоняясь по другую сторону от раненого Баки, напротив Баязида. Он понимал, что чувствует сейчас этот хрупкий, несмотря на всю свою силу и храбрость юноша, за него разрывалось сердце и болела душа. Пережив покушение, молодой повелитель сильно беспокоился за своего спасителя и по этой причине едва мог справляться с эмоциями, которые как он ни старался невозможно было скрыть. Он почти не говорил, в шоке не отходил от парня, весь бледный, а руки, что так крепко зажимали чужую рану дрожали, его самого, Искендер был уверен, пробирала дрожь, поэтому он не думая ни секунды, сразу начал действовать. — Повелитель, позвольте. — голос Искендера ровный, размеренный, тон рассудительный, каждое движение чёткое. В данную минуту он абсолютно точно знает, что надо делать и Баязид повинуется надёжным рукам паши, которые быстро, без колебаний слажено перевязали рану подобием жгута. Повелителю оставалось лишь изумлённо наблюдать и возносить молитвы за Искендера, который вновь несмотря ни на что оказался рядом. Его наставник с самого детства, его близкий друг, надёжный товарищ в будущих сражениях. Искендер всегда подаст свою руку, подставит своё плечо, в качестве опоры, прикроет спину, не посмотрит ни на кого, если посчитает тот или иной поступок необходимым. Он уже давно занимает этот пост и отменно знает своё дело. На него всегда можно положиться. Вот и сейчас он безошибочно почувствовал весь сумбур, который творится в душе и первым пришёл на помощь. — Искендер…о-он…я очень переживаю. — не сводя глаз с потерявшего сознание Джеймса прошептал Баязид, накрывая его руку, которая лежала без движения на поясе, своей. — С позволения Аллаха, все будет хорошо, Повелитель. — ответил ему Искендер все так же уверенно. — Он поправится, ранение не тяжёлое, да и парень видно, что крепкий духом. Да будет доволен им Всевышний, Он руками этого славного Льва, сохранил Вас для нас, Повелитель.– он полуулыбнулся, затем коснулся рукой лба и волос Баки. — Отважный, смелый, отчаянный.– с гордостью и одобрением произнёс Искендер, вновь возвращая внимание повелителю. Баязид согласно кивнул, полностью с этим соглашаясь. — Аминь, Искендер, аминь. Не знаю, как такое могло произойти, я даже толком ничего не успел понять. — сокрушался полушепотом, молодой человек. — Подонков не нужно понимать Повелитель. — покачал головой Искендер, а непослушная прядка волос выбилась на лоб, и слегка колыхалась от ветра. Взгляд излучал тепло и понимание, а напряжённая морщинка между бровей разгладилась. — Нужно просто принять как данность факт того, что они бесстыжие, и творят дела себе под стать. Разве мог тот персидский бесчестный победить вас в честном поединке? — конечно нет. Падишах согласно кивнул, а на губах мелькнула полуулыбка. Искендер всегда знает, как надо поддержать моральный дух, чтобы сразу стало легче. — Верно. Не смог бы. — юноша вновь вернул своё внимание Джеймсу, который тяжело дышал, морщил лоб, а его грудь рванно поднималась и опускалась от неравномерного дыхания. Аллах, да где же этот лекарь? — Повелитель, вам необходимо принять Багдад, как и полагается, дабы избежать волнения со стороны воинов и пашей. — Искендер был прямолинеен, коснулся предплечья Баязида и слегка его сжал, дабы окончательно привести в чувство. — Этим стервятникам только дай повод, они тут же начнут плести интриги и распускать сплетни, что юный Падишах проявил на поле боя слабость и проигнорировал порядок. — Но это вовсе не так, и ты об этом знаешь, Искендер! — тут же пришёл в себя Баязид, сурово сведя брови к переносице. — Знаю, мой Повелитель. Однако мой долг защитить вас. — мягко, по-отечески ответил Искендер. — Даже в Совете, и пред вашей Старшей Валиде, если понадобится, а уж стараниями Мехмеда Паши, до неё и это дойдёт, несомненно. Баязид признал — все от первого, и до последнего слова, чистая правда. Искендер прав во всём. Ни в коем случае не нужно давать лишних поводов для разговоров. Боже, как же это сложно. Он глубоко вздохнул, чтобы унять внутреннюю дрожь, напоследок взглянул на Джеймса, и обратился к Искендеру: — Вверяю его сначала Всевышнему, а потом тебе и лекарю. — Не волнуйтесь, Повелитель, я его не оставлю. — пообещал Искендер. — Повелитель! Паша Хазретлери! — голос подбежавшего Юсуфа заставил обоих синхронно повернуться в его сторону. — Всё готово! Глаза Баязида заблестели, он рывком поднялся на ноги, и возблагодарил Всевышнего. — Давайте скорее! — следом вскинулся Искендер, пока двое воинов уже склонились над Джеймсом, чтобы перенести на носилки. — Держись, держись, мой Лев. — шептал от переполняющих чувств, Баязид, внимательно наблюдая за тем, как Юсуф и ещё трое воинов взяли носилки с четырёх сторон, а Искендер поклонившись Повелителю, под его одобряющий и ободряющий кивок, рывком оседлал своего коня, чтобы в следующий миг, задать темп по направлению к лагерю. Он уезжал со спокойной душой, ведь Повелитель обрёл душевное спокойствие, сумел взять себя в руки и успокоиться, а сердце паши переполняла гордость, ведь именно сейчас, в данную минуту, его маленького шехзаде — его славного, благородного Повелителя, чествуют и разделяют одну, общую радость от долгожданной победы.