Клубок

      Прошло уже порядка двух недель с тех пор, как ребята переехали в новое общежитие. Они уже окончательно обустроились в нем, а некоторые даже успели захватить конкретные полки на кухне под свои любимые “смешные, что пиздец” кружки. Енджун обзавелся привычкой аккуратно выглядывать из комнаты перед тем, как полностью вылезти в коридор, чтобы снова не словить приступ “гейской паники” (как он сам это прозвал в очередной заметке в телефоне) от столкновения с “эротично оголенным Субином” (также авторский термин из заметок). Но, к всеобщему сожалению, подобных инцидентов больше не наблюдалось.       В тот день их рабочий график оказался довольно расслабленным, если это слово вообще может быть применимо к расписанию айдолов. Из списка необходимых дел оставалась только примерка образов на предстоящее выступление и подбор прочих нарядов. Погода была, как и предыдущие недели, довольно унылой, с одним лишь изменением - похолодало еще на несколько градусов, и некоторые вынуждены были даже достать из самых глубин шкафа теплые шапки и перчатки.       Енджун, как это часто бывало, примерив какой-то из вариантов наряда, который в последствии забраковали конкретно для необходимых съемок, решил снять несколько коротких танцевальных видео в получившемся образе. Этот наряд представлял собой какую-то навороченную короткую белую рубашку и темно серые брюки с рядом пришитых белоснежных лент.       – Да, поняла. Хорошо, – сказала стилистка кому-то в телефоне и поспешно вернулась к работе, параллельно обращаясь к коллеге, – Мне передали, что Бомгю и Субин приедут через 15-20 минут. Примерь пока на Тэхена весь первый стенд слева, начиная с наряда с юбкой.       – Так, Кай, поснимай меня, пока твоя очередь не подошла. Все равно с талией Тэхена еще полдня возиться будут, – прыснул Енджун.       – Я, вообще-то, не настолько уж дрыщавый, – попробовал защититься оскорбленный айдол.       – Вот именно, что им теперь предстоит разобраться, где у тебя вообще талия.       Енджун был крайне раздражителен в последние несколько дней и всячески подшучивал над ребятами. Особенно часто он делал это в тех случаях, когда под шуткой не было никакого основания, но ему просто хотелось излить яда, как и получилось со skinny legend Тэхеном. После небольшой “токсик-минутки” ребята приступили к съемке.       Ни у кого нет и не было сомнений в том, что Енджун превосходно танцует и отдается танцам полностью, даже если речь заходит о каком-то рядовом челлендже. Но, по воле случая, сегодня он находился не в самом лучшем расположении духа, и видео снял только с 7 попытки, успев при этом сменить трех “операторов”, двое из которых были бедным стаффом, попавшимся под руку.       Сосредоточенно отсматривая итоговый дубль, Енджун вдруг спиной почувствовал, что что-то изменилось в помещении.       “Пахнет как от…”, – и буквально через мгновение после этого осознания он почувствовал укол холода на шее. Эти безликие призрачные ледышки, блуждающий вокруг шеи айдола, заставили того моментально покрыться мурашками от накатившего озноба и пришедшего следом за ним неожиданного удовольствия.       – Эй, что… – только и успел произнести Енджун, прежде чем повернуться и встретиться лицом к лицу с Субином, стоящим в тот момент у него за спиной.       – Что ты такое танцевал, что аж воротник на рубашке вывернул? Я поправил. Надеюсь, это не подпортило тебе дубль, – без доли иронии и смущения объяснился добродушно улыбающийся парень.       – Ужас, что ж у тебя руки такие ледяные… – сказал Енджун.       “Боже, что же у него прикосновения такие страшно возбуждающие”, – подумал он через секунду после озвученной претензии.       “Что? Какие? С каких пор меня заводит… Такое?” – поспорил с самим собой в голове айдол.       – Я не думал, что успею так быстро замерзнуть. Ну, сейчас то уже отогрелся, – оправдался Субин, после чего в качестве доказательства прикоснулся тыльной стороной ладони к щеке Енджуна, – Ой, нет. В сравнении с тобой, я прямо таки мертвец. Долго танцевал, да?       Высокий айдол, продолжая развивать тему сложных танцевальных челленджей последнего времени, прошел к стойкам с верхней одеждой и скинул уже ненужные бежевый шарф и коричневую кожаную куртку с овечьим воротником. Енджун же в это время растерянно потирал то место на щеке, где несколько секунд назад его так непринужденно ласкали недоступные даже для мечтаний руки.       “Я же в каком-то кино видел, что во время эротической сцены люди клали друг на друга кубики льда, а они моментально плавились от жара кожи и тонкой линией растекались все ниже и ниже по телу. Не понимал тогда, в чем смысл. Кажется, теперь понял…”       Вернувшись из мира фантазий в реальность, Енджун первым делом бросил взгляд на причину своих моральных терзаний. Субин в это время расстегивал рубашку, под которой оказалась тонкая белая футболка. Во время таких примерок айдолы часто оставались в какой-то одежде поверх тела, чтобы лишний раз не оголяться перед стаффом, если, конечно, наряд не подразумевал иное. В данном случае примерка была больше для подбора размеров и цветов, поэтому “голый концепт” оказался не особо нужен.       – Ты еще более потрепанную футболку не мог взять? Да у тебя все просвечивает, – сказал Кай, уже “обернутый” в очередной наряд со стенда.       Енджун, естественно, обратил внимание на данное замечание, вследствие чего моментально опустил взгляд с лица Субина на пару десятков сантиметров ниже.       Действительно, футболка парня не в полной мере выполняла свою основную функцию, а если быть точнее - не выполняла ее совсем. Через тонкую ткань одежды легко можно было рассмотреть очертания отлично сложенного и сухого тела айдола, а особенно в глаза бросались вставшие аккуратные соски - по всей видимости, от холода. В голове у Енджуна моментально и неконтролируемо замелькали не самые приличные мысли на этот счет, которые он тут же постарался отбросить, пока резко накатившее напряжение в нижней части живота не стало очевидным для всех вокруг.       – …Скажи же, да? – услышал Енджун только конец реплики Тэхена, по всей видимости, обращенной к нему.       – А?       – Понятно, совсем не слушал. Что завис?       – А, да я про танец думаю… Хороший, вроде, дубль, – с секундным промедлением придумал оправдание айдол, – Я отойду до туалета.       – Спасибо, что сообщил, а то мы бы так волновались, – съязвил Бомгю в попытке разрядить обстановку. Или просто из вредности. Не ясно.       Енджун оперативно ретировался с места происшествия в более безопасную зону - туалетную кабинку.       “Почему, блять, уже второй раз я убегаю от голого Субина в туалет? Все, это теперь моя судьба? Сколько это будет продолжаться…”       Просидев в туалете несколько минут и сделав пару записей, айдол все таки решился покинуть свое укрытие и вернуться к ребятам, но планам его не суждено было сбыться - прямо на повороте на него налетел слегка ошалевший Субин в полу расстегнутой рубашке.       – Есть разговор, - непривычно серьезным тоном заговорил высокий айдол, жестом призывая Енджуна вернуться в только что покинутый туалет. Айдол слегка опешил, но все же развернулся и последовал за товарищем.       – Помнишь, ты рассказывал мне несколько месяцев назад о том, что Тэхен, возможно, встречается с какой-то из стилисток Shinee, – перешел Субин сразу к делу.       – Да, помню. Но с тех пор все было абсолютно спокойно, и я думал, что они прекратили общаться, – слегка растерянно ответил айдол. Он не был готов к такому повороту диалога. – Я просто видел несколько уведомлений от какого-то пользователя “Супер Shinee” в его телефоне, и несколько раз слышал обрывки его разговоров по телефону, в которых они, судя по контексту, договаривался о встрече. Больше ничего. Я думал, это все давно в прошлом.       – Я думал также, но потом стал замечать, что он ведет себя странно. В машине Бомгю рассказал мне, что ночью слышал странный телефонный разговор в соседней комнате. Мол, Тэхен кричал, что “подаст за это в суд” и так далее.       – Что? А как тут завязана эта стилистка?       – Мне кажется, что он решил с ней расстаться, а она его шантажирует, – безапелляционно заявил Субин. Енджуну стало даже как-то не по себе: ему не часто выпадал шанс увидеть лидера их группы в таком расположении духа. – Это пока только догадки, но я хочу попросить тебя вспомнить все подозрительные случаи за последнее время, связанные с Тэхеном, и по возможности передать их мне. Сам он, по всей видимости, с нами это обсуждать не намерен, но я должен понимать, как мы можем ему помочь. Договорились?       – Да, я вспомню, – уже более решительно ответил Енджун. Он понимал, чем могут обернуться скандалы внутри группы для всех них, и сам ни раз об этом думал, когда мельком представлял себя с Субином. Просто ради интереса. Ничего более.       – А, да, и еще кое-что, – вкрадчиво заговорил высокий айдол. – У тебя то никого нет?       – Что? Я? Почему?       – Ну-ну, выдыхай. Я просто спросил. Мне же надо понимать риски. А то с двумя скандалами на группу мы уже не разберемся.       – Ах-хах, нет, нет, никого нет, – несколько раздосадовано ответил Енджун. Где-то в глубине души он рассчитывал, что вопрос, так прямо заданный Субином, носит личный характер. – Может, пойдем уже?       Ребята, как ни в чем не бывало, вернулись обратно к работе, и провели за примеркой еще пару часов, после чего уставшие поехали домой. Но приключения в тот день только начинались.

…

      – Я спросил сегодня, есть ли план на следующий выпуск шоу. Не уверен, но если я правильно понял - нам арендуют дом за городом, – рассказал Хюнинкай ребятам последние сплетни на кухне, добытые сегодня. Было поздно, около часа ночи, но ребята в последние дни окончательно сбили себе режим, из-за чего долго не могли заснуть.       – А что мы там делать то будем? – попытался Бомгю выведать все самое нужное как можно быстрее.       – Не сказали…       – Как обычно, самое важное и не узнал, молодец.       Енджун слышал какую-то часть разговора ребят, заваривая себе чай и разогревая купленный после работы кимпаб, но потом снова задумался о своем. Весь вечер он пытался вспомнить хоть одну важную деталь, говорящую о том, с кем роман у Тэхена. И он вспомнил.       “Один раз при обсуждении героев какого-то сериала он странно отреагировал на фамилию “Со”, то ли хихикнул, то ли хмыкнул. Не знаю, наверное, это мелочь, но лучше я скажу об этом Субину. А то я сам уже параноик.”       Енджун решил не медлить и поделиться этой информацией с другом. Перескакивая через две ступеньки, он добрался до нужной комнаты и смело открыл дверь, но тут же застыл из-за развернувшейся перед ним картины.       В комнате было на удивление светло, так как свет от почти полной Луны в полной мере заливал собой все пространство. Рабочий стол был аккуратно убран, ноутбук с минимумом каких-то милых наклеек заботливо был придвинут к стене и стоял на зарядке. Стенд с одеждой выглядел так, будто был частью хорошего магазина с классической одеждой, славящегося концептом “легкой небрежности”. Все было прекрасно организовано и лежало на своих местах, при этом не выглядя слишком “идеально”, но единственным элементом хаоса, нарушающим все вокруг, была кровать.       На ней посреди скомканного белого одеяла и пары хаотично разбросанных подушек мирно спал полностью обнаженный Субин. Видимо, внезапный гость совершенно не потревожил его сон. Руки, небрежно поднятые и покоившиеся на подушке по обе стороны от головы напоминали безупречные каменные изваяния: слегка голубоватые вены выпирали на поверхности кожи, как тонкие ручьи, переплетающиеся и снова расходящиеся в разные стороны, а длинные изящные пальцы навевали воспоминания об их некогда жгучем холоде. Голова была наклонена в сторону, словно открывая место для поцелуев в шею. В свете Луны его грудь, медленно вздымающаяся от размеренного дыхания, казалась еще более фарфоровой. Из-за куска одеяла, лежавшего под поясницей Субина, создавалось ощущение, что он всем телом подается вперед навстречу чему-то очень желанному. Мускулистые, слегка раздвинутые ноги также вызывали по меньшей мере восхищение, а по большей - лишали всех мыслей.       Как бы Енджун не пытался себя контролировать, но взгляд все равно невольно падал на нижнюю часть живота парня, так беззащитно открытую его взору.       “Он действительно весь такой большой…” – подумал Енджун после нескольких долгих секунд, а то и минут любования этой картиной. Тут, поняв, что он уже непозволительно долгое время представляет себя ласкающим Субина, Енджун резко развернулся, вышел из комнаты на цыпочках, закрыл дверь и, не оборачиваясь, ушел к себе в комнату.       “Да у меня в жизни такого стояка не было”, – несколько отрешенно заметил айдол, закрыв за собой дверь в комнату, коснувшись себя в до крайностей напряженной области. – “Ладно, надо просто попробовать уснуть.”       Но уснуть так и не получилось.