The Way We Burn For Each Other

Фенрис ахнул, скорчившись на полу. Его рука в когтистой перчатке была прижата к боку чуть ниже рёбер. Кровь хлынула рекой, капая на пол. Одна из теней зацепила его когтем. Их было слишком много. Фенрис почувствовал головокружение. На мгновение весь мир вокруг начал кружиться. Он прищурился, нахмурившись, когда зрение затуманилось. Сжав губы, Фенрис попытался подняться, но колени слишком дрожали, а боль была слишком острой и всеобъемлющей. Он повернул голову и увидел Хоука, лежащего на земле. Прямо там, возле каменной балки. Маг лежал на животе, отвернув голову от Фенриса так, что он не мог видеть его лица. — Прекратите сражаться. Это был не первый раз, когда ему давали подобное указание. Оно эхом отдалось в черепе, насмехаясь над ним. «Прекрати сражаться». Неужели всё было так просто? Фенрис чувствовал тяжесть, усталость и изнеможение. Мысль о том, чтобы просто лечь и заснуть, была такой заманчивой. На самом деле даже утешительной. Он так долго сражался. Так долго бежал. Чтобы обрести долгожданную свободу он всё время боролся. Руками и ногами. Карабкался по скалистой стене. Кончики его пальцев были разодраны в кровь. Это было так больно и, казалось, не прекратится никогда. Достигнет ли он хоть когда-нибудь своей цели? Или всё было безнадёжно. Тогда в чём смысл? Какой смысл сражаться? Когда он достигнет вершины, будет ли всё так, как он надеялся? Или всё это обернётся фарсом? — Прекрати сражаться, — снова раздался голос. — Я не хочу убивать тебя, эльф. Из тебя получится такой прекрасный сосуд. Фенрис поднял глаза. В нескольких футах от него замерла Тароне. Малефикар, стоящая за всем этим. Исчезнувшие храмовники. Одержимые. Они смогли найти их благодаря информации Идунны. И в это подземное убежище можно было попасть только через Клоаку. Тароне усмехнулась, полная предвкушения. Она стояла в окружении своих демонов, теней и демона желания. Хоук в компании Фенриса, Мерриль и Себастьяна искали Тароне в этом подземном лабиринте, но оказались разделены. Фенрис не знал, где Себастьян и Мерриль и живы ли они. У него просто не было времени беспокоиться о них. Они с Хоуком наткнулись на Керана, освободив храмовника и отправив его к выходу. Вскоре после этого их выследила Тароне, вызывая на бой. Эта безумная женщина была слишком могущественна. Больше, чем он подозревал. Хоук и Фенрис упорно сражались, но выстоять вдвоем против Малефикара и её толпы демонов было непросто. И эта попытка быстро сошла на нет. В какой-то момент Хоука откинуло заклинанием, а Фенриса ранила тень. — Прекрати сражаться. Фенрис задыхался от боли. Его колени угрожающе подогнулись. Он был на грани обморока. А затем краем глаза он уловил какое-то движение. Раздражённый стон пытающегося сесть Хоука. Он стиснул зубы, устремив на Тароне пламенный, решительный взгляд. — Фенрис, — прошипел он. — Ты ведь не сдашься, так? Я такого не ожидал. Неужели мне придётся разбираться с этой сумасшедшей в одиночку? Эльф дрогнул. Хоук смотрел прямо на него. И хотя ему, кажется, было больно, он одарил его дерзкой, вызывающей ухмылкой. Фенрис сжал губы. Минуту назад его боевой дух почти угас, но Хоук возродил его. Фенрис стиснул зубы, выпрямляясь. Хоук уставился на Тароне прищуренными тёмными глазами. — Я позабочусь о демонах, — объяснил Хоук. — А ты сотри эту дурацкую белую помаду с лица этой суки. Фенрис выдохнул, превозмогая боль. — С удовольствием. Хоук собрал последние запасы маны. Лириумные клейма Фенриса вспыхнули. Они оба знали, что бой нужно закончить быстро. Они просто не смогут долго продержаться, но силы для последней атаки ещё оставались. Всё получится. Они должны преуспеть. Фенрис бросился вперёд. Хоук вскинул руки, метая в демонов молнии, чтобы привлечь их внимание. Эльф нырнул в сторону, продолжая бежать. Демон заметил его, но Фенрис смог увернуться, он оставит этих тварей на Хоука. Его целью была Тароне. Магесса попятилась, что-то вскрикнув. Но Фенрис едва её слышал. Адреналин бежал по венам, а в черепе гудела кровь. Всё, что он мог видеть — его цель. Он абстрагировался ото всего, что происходило вокруг. Единственной мыслью в его голове было — добраться до этой женщины. Уничтожить её. Убить. Даже если это будет последним, что он сделает в жизни. Тароне оступилась, в панике распахивая глаза. Она слегка наклонилась вперёд, поднимая взгляд, и увидела перед собой Фенриса. Его зелёные глаза, полыхающие ненавистью. Она разомкнула губы, но из её рта вырвалось лишь слабое бормотание. — Умри, сука! Фенрис рывком выдернул руку, находящуюся глубоко в груди Тароне. Брызнула кровь, неся за собой звук разрываемых органов. Малефикар рухнула на землю. После того, как Тароне и её демоны оказались мертвы, Фенрис судорожно выдохнул. Отчасти от боли, а отчасти и от облегчения. На мгновение он откинул голову назад. Он больше не мог выносить эту боль, но знал, что это ещё не конец. — Хоук… — Я здесь. Маг стоял, прислонившись к стене спиной, в попытке восстановить сбитое дыхание. Его грудь ритмично вздымалась и опускалась. Хоук издал болезненный стон. Заклинание угодило ему прямиком в грудь, а его сила отбросила назад. Открытых ран не было, но вот синяк вполне вероятно. — Тебя трудно убить, маг. Хоук слабо улыбнулся. — Как и тебя, эльф. Ноги Фенриса задрожали, когда он зашипел от боли. Сильнее прижав ладонь к ране на боку, Фенрис пошатнулся, а затем опёрся о ближайшую стену, чтобы не упасть. Хоук тут же вскинул руки, словно готовясь поддержать его или поймать, но затем снова опустил их, спохватившись. — Создатель, Фенрис! — Каффас! Эльф сжал губы, пытаясь дышать сквозь боль. — Всё в порядке, — сказал он неуверенно. — Это просто… просто царапина. Хоук, становясь всё более взволнованным, ответил: — Это не просто царапина, Фенрис! Твои кишки вот-вот на землю повалятся, если продолжишь в том же духе! Маг сделал несколько первых шагов. — Ладно, — сказал он. — Мы не можем ждать Мерриль и Себастьяна. Нужно немедленно добраться до клиники Андерса. Он сможет исцелить тебя! Фенрис заворчал себе под нос. Он был не в восторге от перспективы, что светловолосый целитель спасёт ему жизнь. На самом деле, на секунду он даже задумался, не будет ли смерть менее отталкивающей альтернативой. Сжав губы, он оторвался от стены, сделав несколько шагов, но затем его пронзила внезапная волна боли. Фенрис почувствовал, что в него будто ударило заклинание молнии. Застонав от боли, эльф пошатнулся, но неуверенно встал на ноги, едва удерживая равновесие. Фенрис стиснул зубы, перед ним стоял Хоук. Он обхватил плечи Фенриса руками, пытаясь поддержать его. Лириумные линии задрожали от прикосновения. — Нет, — прошипел он. — Не прикасайся ко мне! — Прости, Фенрис, но без посторонней помощи ты не выберешься на поверхность. И у нас мало времени. Позволь мне помочь. Эльф покачал головой, попытавшись отступить, но в спешке запнулся о собственные ноги. Хоук обхватил его запястья, крепко удерживая. — Мне не нужна твоя помощь! Его колени подогнулись. Задыхаясь, он опустился на пол. Хоук двинулся за ним. Фенрис поднял глаза и увидел, что маг присел перед ним на корточки. На его лице виднелось близкое к панике и страху выражение. — Ты самый упрямый человек, которого я знаю. Хоук попытался улыбнуться, но глаз эта улыбка не коснулась. Он поджал губы. — Пожалуйста, Фенрис. Эльф почувствовал тепло на своей щеке. Мгновение спустя он понял, что это ладонь Хоука. И даже в этот момент, когда он боролся за свою жизнь, когда боль от раны заставляла его видеть звёзды, его сердце пропустило удар. Внешне, к счастью, разоблачительная реакция никак не проявилась. Фенрис тихо вздохнул в ответ на прикосновение, сейчас он не осмеливался посмотреть Хоуку в глаза. Потому что знал, что этот жест не имел такого значения для мага. Он просто хотел помочь другу, верно? — Не злись на меня, — тихо сказал Хоук. — Но я не позволю тебе умереть в этом воняющем мочой коллекторе. Я этого не допущу. И если придётся, я вытащу тебя отсюда против твоей воли. Но я бы предпочёл получить твоё согласие. Фенрис подавил желание обхватить пальцами ладонь, что всё ещё лежала на его щеке. Но теперь он осмелился поднять взгляд. Посмотреть в глаза этому магу. В голове плыло. Откуда в этом человеке столько сил? Эльф медленно кивнул. Хоук вздохнул с облегчением. — Хорошо. Тебе не понравится то, что я собираюсь сделать. Феррис нахмурился. Но прежде, чем он успел задать очевидный вопрос, эльф почувствовал руку на своей спине, а другую на задней стороне бёдер. Не успел он сказать и слова протеста, его подняли вверх. Осторожно, но с очевидной лёгкостью. Маг нёс его на руках так, словно он весил не больше пёрышка. Эльфом завладело множество противоречивых чувств. С одной стороны, боль мешала ясно мыслить. Но с другой, от тела Хоука исходило приятное тепло. — Прости, — раздался голос мага. — Но потерпи, пожалуйста. Он двинулся в ту сторону, откуда они пришли. Фенрис не осмеливался пошевелиться. Места, где Хоук касался его, словно горели огнём. Он слишком остро чувствовал его прикосновения. Рука за спиной, рука под коленями. А плечо прижато к сильной, широкой груди. Медленно, но неизбежно голова эльфа склонилась набок, укладываясь аккурат в местечко между шеей и плечом. Он слышал сбитое дыхание мага, когда тот широкими шагами пересёк убежище Тароне. — Фенрис? Ты спишь? Тебе нужно оставаться в сознании. Хоук слегка наклонил голову так, что Фенрис почувствовал его подбородок на своей макушке. — Я не сплю, — тихо ответил он. — Хорошо, потерпи ещё немного. Это было так странно. Магия была своего рода болезнью. Естественное явление, способное испачкать собой всех, кого касалось. Фенрис воспринимал магию, как нечто плохое по сути своей. Магия уничтожает. Магия развращает. Магия отняла его жизнь. Он не мог вспомнить ничего хорошего, связанного с магией. Но Хоук… Хоук был магом. Он был тем, кого не приемлет Фенрис. Он не принимал Андерса. Не принимал Мерриль. Но Хоук… Почему он относится к Хоуку иначе? Почему его сердце ёкнуло, когда он так явственно ощутил его присутствие и тепло? Этот человек был другим. Отличался ото всех, кого Фенрис встречал в своей жизни до сих пор. Он был хорошим. Праведным. Бескорыстным и добрым. Он заботится о своих друзьях, защищает слабых. И он делает это просто потому что хочет. Он тот, кто он есть. Харизматичный и весёлый. Куда бы он ни пошёл, люди оборачивались ему вслед — как мужчины, так и женщины. Когда он встретил Фенриса, то без колебаний предложил свою помощь. Даже не смотря на ложь, даже если эльф не мог заплатить ему больше оговоренного золота. Хоук всё равно хотел помочь. И после этого он предложил ему партнёрство. Дал Фенрису возможность осесть в Кирковлле. И всё это он делал без предубеждений. Хоук никогда не заставлял его чувствовать себя «просто очередным эльфом». Он никогда не давал ему почувствовать себя слишком сломленным и разбитым. Никогда не смотрел свысока. Ни разу. Но Фенрису казалось, что Хоук был светом, а сам он — тьмой. И если он подойдёт слишком близко, то может заставить чужой свет погаснуть. Он не хочет этой ответственности. Но… Но это было так заманчиво. Хоук нёс Фенриса на руках всю дорогу до Клоаки. Он не сбавлял темпа, не делал передышки и ни разу не остановился. Лишь в какой-то момент его дыхание стало чуть более прерывистым. — Тебе нужно отдохнуть? — спросил Фенрис. — Я слишком тяжёлый? Маг решительно покачал головой, продолжая свой путь. — Не смеши, Фенрис. Я мог бы отнести тебя до Рваного берега и обратно. К тому времени, как они добрались до клиники Андерса, Фенрис был на грани обморока. У него подскочила температура и появилась невероятная слабость. Хоук положил его на одну из кушеток. Мгновение Андерс переводил взгляд с одного на другого, но затем занялся ранами Фенриса. Хоук хотел было вернуться в убежище Тароне, чтобы поискать Мерриль и Себастьяна, но Андерс сказал ему выбросить это из головы, потому как он и сам был ранен. Несмотря на то, что внешне он отделался лишь ушибами, у него могли быть и внутренние повреждения, о которых поначалу и не подозреваешь. Бывший Страж настоял на осмотре и лечении. А поиски двоих его друзей вскоре стали ни к чему, поскольку те явились в клинику самостоятельно — Себастьян даже принёс с собой меч Фенриса. Мерриль буквально повисла на шее Хоука, рассказывая, как они блуждали по убежищу Тароне. Ища Хоука и Фенриса, они обнаружили многочисленные трупы и пошли на выход по кровавому следу. — Клянусь Ужасным Волком, Хоук, я так волновалась! Маг улыбнулся ей, заверив, что с ним всё в порядке. А после рассказал об их встрече с Тароне. Когда он закончил рассказ, Себастьян сказал: — Должно быть Керан вернулся в Казематы. Нам следует навестить его завтра, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. А ещё стоит потребовать награду. Полагаю, рыцарь-капитан Каллен будет весьма щедр. Прикосновения магии никогда не были приятными. И исцеляющая магия не исключение. Лириумные клейма вмиг отреагировали на неё. Фенрису казалось, что в кожу вонзаются иглы. Всюду, где был лириум. А поскольку клеймами была покрыта большая часть его тела, это жгучее ощущение распространялось почти на каждый квадратный сантиметр. Эльф опустил веки, стараясь дышать ровнее. С одной стороны его охватило успокаивающее чувство, когда рана в боку начала затягиваться. Но с другой, с губ сорвался тихий вздох от жжения в лириумных клеймах. На протяжении всего процесса они то и дело вспыхивали голубоватым свечением. Внезапно, Фенрис почувствовал, как кто-то взял его за руку. Первым его порывом было отдёрнуть ладонь. Но он открыл глаза и увидел стоящего рядом Хоука. Это он взял его за руку. — Можешь сжать мою руку. Так сильно, как только сможешь. Не волнуйся, я не сломаюсь. Эльф посмотрел на мага. Этот человек смотрел на него с такой добротой. Этот человек спокойно принимал каждое оскорбление и саркастичные комментарии от него. И Фенрис подумал, что Хоук был слишком хорош для этого мира. И с ту же секунду его охватило осознание, что он попал в беду. Ибо он понял, что вот-вот влюбится в этого человека. Даже несмотря на то, что Хоук был магом. Даже несмотря на то, что они оба были слишком разными. И даже несмотря на то, что Фенрис был уверен — Хоук к нему таких чувств не испытывает. Вишанте каффас.