***
Джисон играет на грани фола, дергает за невидимые ниточки, надавливает на самые чувствительные точки. Эта игра бесконечная, затягивает. Незаметно для самого себя Чанбин уже играет по его правилам и очевидно проигрывает. Ловит на себе взгляд из-под длиннющих ресниц, цепляет глазами легкую улыбку краешком губ, понимает, что попал в западню. Но ему нравится, господи, как же ему нравится. Нравится неожиданно петь одну и ту же песню, громко на всю гримерку. И видеть восторг в шоколадных глазах напротив. Нравится пререкаться из-за какой-то ерунды в студии, доводить Джисона в ответ, пока тот не начинает шипеть от злости и переходить на «ты». Нравится запоздало осознавать, что он снова попался на крючок, и младший вьет из него веревки. Джисон играет на грани фола, давит на чувствительные точки, иногда обжигается, но видит, что старший поддается. И это заводит ещё сильнее. Никакой пощады Со Чанбину.***
- Хён, что такое? Привет? - Я пришел посмотреть, покажи! Джисон не понимает, медленно моргает, пытаясь понять, что старший делает у них в такое время, отчего Бин теряет терпение, прижимая его к стене и ныряя ладонью под футболку. Холод будто прижигает тёплую кожу живота, по всему телу пробегают мурашки. Джисон на секунду теряется, замирает и не дышит. Расширившимися глазами смотрит на старшего. - Хён, у тебя волосы мокрые, ты что, так шёл по улице? - мозг соображает выдать только какую-то ерунду. - Подожди, мне не до этого, - хрипло отвечает Чанбин, медленно ведя рукой вверх, задирая одежду младшего, оголяя подтянутый живот и левый бок. Кожа все ещё красная пока только по контуру, немного припухшая, хочется её потрогать, наверняка горячая и очень чувствительная. В этот раз она огромная: витиеватая надпись, горящая на левом боку, от подмышки до…Чанбин не верит своим глазам, поэтому кидает быстрый взгляд на Джисона. А у того хитро поблескивают шоколадные глаза. Чанбину не кажется? Ему правда не кажется! Надпись не прерывается на линии пояса, она уходит ниже, скрываясь под тканью шорт. Кожа горячая и очень чувствительная. Джисон шипит. Но это его вина, поэтому пусть терпит.