Лямур, тужур, вампир

— И что, ты серьезно вампир? — спросил Джастин, смотря на городок сверху. Вид с крыши открывался потрясающий. Пусть городок был малоэтажным, но он сверкал, как рождественская игрушка желтыми огоньками буквально в каждом доме. Чуть поодаль красными линиями мелькало шоссе и съезд на магистраль. Его путь. — Серьезно. Эммануэль поболтал ногой, смотря, как и он, вниз. — Вампиров не существует. Ну, в смысле, они есть только в книгах, фильмах. Мультиках. — Ну да. — Комиксах. — Я понял, что ты имеешь в виду… — Видеоиграх. На этот раз тот промолчал. — Зато комары существуют. Не люблю комаров, — Джастин раздраженно потер шею. Для комаров еще было холодновато, но он всегда жутко чесался от их укусов. По этой причине его визит на тот же Американский Юг, укрытый пахнущими тиной и багульником болотами, которые таили в себе не только крокодилов, но и полчища кровососов, продлился не очень долго. — Может быть, у тебя просто аллергия на чеснок, — предположил Джастин, чтобы больше не думать о насекомых. — И на солнечный свет. — И на солнечный свет. Такое бывает. Он был почти уверен. — И я пью кровь. — Как и комары. — По-твоему, я комар? Джастин притворился, что внимательно разглядывает его. — Довольно симпатичный для комара. И немного крупноват, но, возможно, это потому, что ты хорошо кушаешь. Эммануэль смотрел на него, смотрел, а потом рассмеялся. Приятным низким смехом, который хотелось слышать вновь, и поэтому смешить его. — Я забавный, не правда ли? — Джастин широко улыбнулся. — Правда. Редко люди забавные. Они обычно пугаются. — Тебя? Не знаю. Страшным ты не кажешься. Или опасным. — Джастин наклонился вперед. — Или ты о своем в-вампиризме? — Да, я о нем. — Кстати, об этом. — Он потер подбородок, как будто серьезно размышлял. — Разве это не должен быть типа секрет? Эммануэль некоторое время просто молчал. — Это секрет. Но мне хотелось увидеть, как ты отреагируешь перед тем, как… — Перед тем как? — Перед тем, — твердо закончил он. Эммануэль облокотился спиной о трубу воздуховода и прищурился, смотря в растворенные фиолетовые, синие и черные оттенки неба. Он изучал их так, будто сам был оттуда родом — с небес. Джастин вздохнул. Слишком загадочно для него. Но с этим пазлом ему хотелось продолжать. — И как я отреагировал? Я прошел проверку? Эммануэль мягко улыбнулся, и его глаза укрыли щетки пушистых каштановых ресниц. — Нет никакой проверки. Джастин зацокал, с напускной досадой качая головой. Когда он вновь глянул на Эммануэля, улыбка того растворилась, как утренний туман. — Может быть, это и хорошо, что тебе весело, — сказал он. — Завтра ты все забудешь, и это станет лишь шуткой. Он говорил легко, будто о чем-то незначительном, но сердце Джастина колотилось, как безумное. Интересно, если Эммануэль и вправду тот, кто говорит, то… То есть это невозможно, конечно, но раз он себя таким считает… — А если я не захочу? — прошептал Джастин и не сдвинулся с места. — М? — Если я не захочу забывать. Что тогда? Эммануэль приоткрыл губы, будто делает глубокий вдох. Но вдоха не было.