Лямур, тужур, вампир

Голова Джастина кружилась, будто пойманный в плен барабана рулетки шарик. Ему казалось, он лежит на облаке. Мог ли он так полегчать после потери всего… он не знал… трех с половиной унций крови? Несколько долгих тягучих глотков, и он ощущал себя обезоруженным, ослепленным, лишенным всякой воли. В комнате отеля, которую он снял, чтобы перекантоваться тут ночь, было душно — стоило все-таки открыть окно, — но отчего-то его брал озноб. И Джастин вздрогнул, позволяя телу слабость. Он был не один. Они лежали вместе на скомканной простыне кровати для одного, как сбежавшие от мира любовники, потерянные бродяги, делящие кров и дни жизни. Или не только жизни… Это было странное ощущение. Возможно, Джастин уже сходил с ума. Но тело Эммануэля, прохладное, как капли дождя на подоконнике, стало казаться теплым. Наливающимся этим жаром, словно только включенный радиатор. И место, где они прижимались друг к другу, тоже было теплым. Джастин глубоко вдохнул, ощущая, как палец Эммануэля неспешно скользил по его торсу. От лунки пупка — если бы он задрал футболку чуть выше, он бы коснулся кожи живота, но он не касался, — до впадины грудины. Вверх чуть ближе к горлу и обратно. Эммануэль упирался носом в вену на шее, где теперь зияли два крошечных пятнышка — отверстия от острых клыков. Втягивал запах глубоко и вновь прижимался, словно наслаждаясь каждым мгновением. Джастин не мог вспомнить, как они закончили здесь. Были какие-то разговоры? Что-то же было. Но голова его полнилась занимающей пространство, но невесомой ватой. В ней не было слов или образов, только ощущение. Ощущение спокойствия. Он чувствовал себя так хорошо. Боль длиной в секунду, а потом беспамятство, тянущая нега, растекающаяся до кончиков пальцев. Не похоже ни на одно из ощущений, что испытывал Джастин когда-либо, а он со многими вещами экспериментировал… Да, были в его жизни моменты, которыми он не гордился, но они остались частью познания себя, прощупывания границ и получения драгоценного опыта. Эммануэль был вампиром. Дела обстояли так. Это не было странным приглашением на свидание. Не было заигрыванием с ним и желанием залезть к нему в штаны таким оригинальным способом. Эммануэлю действительно была нужна кровь. Джастин не мог понять, грустно ему от этого осознания, или радостно. Ведь в итоге он не был сумасшедшим. Когда он произносил это про себя в голове, то все еще сомневался в своей дееспособности. Но он чувствовал, как поменялось тело Эммануэля, как он согрелся. И его клыки. Его острые клыки, и такой болезненный, но такой приятный укус, вызывающий истому и забытье. Джастин едва слышно вздохнул, ощущая грудью тяжесть чужой руки, и посмотрел на часы — они перекрутились на его запястье и он сразу различил время. Почти утро. Джастин пошевелил ногами, удостоверяясь, что все конечности при нем, — он не помнил, как разулся и снял носки, но теперь воздух гулял между пальцами, и это было приятно. — Ты же сказал, что уйдешь до рассвета, — прошептал он, припоминая его обещание, когда они только зашли в эту комнату. Эммануэль молчал, продолжая выводить круги по его футболке. С каждым движением все легче и легче. — Да, я так сказал. Кончик его носа коснулся Джастина под подбородком. — Но я хочу еще немного тебя. Можно? Джастин ничего не ответил, только прижал его странно теплое тело ближе. Сладкий морок окутал, и он впервые так наслаждался просто… единением. Больше думать он не мог.

***

Когда Джастин утром открыл глаза, тепло рядом исчезло, а окно, что было точно заперто вечером, распахнулось, развеваясь тонкими льняными занавесками. В комнате он остался один.