Усмиритель душ.

Глава 53.

В четыре часа дня, еще до захода солнца, Чжу спешит в больницу с официально утвержденным разрешительным письмом. "Все полицейские из районного отделения уже отозваны. Только что я столкнулся с Малышом Ли внизу, и он сказал, что позже угостит нас ужином, так что..." Тут Чжу останавливается и проглатывает остаток фразы... потому что видит, что к ним идет Шен с напитком. Она делает паузу и переходит на более тонкий тон: "Теперь дело полностью зависит от нас, как ты думаешь, что нам делать". Шен чувствует сомнение в ее глазах, быстро впихивает напиток в руку Чжао и заботливо говорит: "Ты займись делом, а я оставлю тебя одного". Чжао хватает его и показывает свою истинную натуру - липкую конфетку: "Я тебя не отпущу. А вдруг ты передумаешь, и я больше не смогу тебя найти после того, как ты уйдешь?" В коридорах больницы всегда полно прохожих. Кроме того, Чжао - высокий и хорошо сложенный красавец, поэтому он всегда привлекал к себе внимание. Не говоря уже о том, что сейчас у него интимная близость с другим мужчиной, и вскоре на него уставятся любопытные глаза. Шен быстро оглядывается по сторонам и шепчет: "Мы все еще на людях. Будь осторожен". Чжао слышит и тут же поворачивается к тем, кто пялится, смотрит на них в ответ и беззаботно говорит: "Чего уставились? Вы никогда не видели красивых геев?" Они действительно не видели такого властного и самоуверенного парня и смущенно отворачиваются. Чжао пытается продолжить беседу с Шеном и обращается к нему лишь произнося : "Хи-хи-хи". Шен теряет дар речи. Чжу не может поверить, что этот идиот, должен быть их храбрым и грозным вождем Чжао. Ее бушующее сердце замирает, пока не остается несколько слов. "Какое ужасное зрелище". Но Шен слегка хмурится и говорит: "Вы работаете, мне не очень-то уместно тут оставаться". Чжу шепчет: "Да, начальник Чжао, у нас есть правила...". Чжао перебивает: "Я устанавливаю правила, и если они мне не нравятся, я могу изменить их в любое время,кроме того, в правилах сказано, чтобы посторонние не были свидетелями или участниками, но он не посторонний". Шен ошеломлен. На мгновение ему показалось, что Чжао собирается раскрыть его личность. Но Чжао понижает голос и говорит Чжу с самодовольным лицом: "Он мой "супруг" ". Шен снова теряет дар речи. После минутного молчания Чжу поворачивается к окну и говорит Го, как будто робот "набранный вами номер не обслуживается", тем же монотонным голосом: "Малыш Го, смотри, закат такой зеленый! Как будто его замариновали в уксусе!" Го протирает глаза. Чжао сухо кашляет, поправляет выражение лица и вновь обретает самообладание шефа: "Хорошо... Чжу, созови ребят, я хочу, чтобы вся команда была здесь. Особенно Лин, прошлой ночью он ушел очень рано, сегодня я выскажу ему, чтобы он знал о последствиях". Чжу соглашается и разворачивается, чтобы отправить сообщение всем сотрудникам уголовного розыска на Брайт авеню, 4: "Приезжайте в больницу "Храм Желтого Камня", посмотрите на самодовольную рожу нашего ублюдочного шефа". И вот все спешат в больницу, пока небо не потемнело. Но ничего нового они не увидели , только как Чжао сидит, как хозяин, и приказывает всем: "Старик Чу, иди на крышу и установи два слоя "сети", один вход, ни одного выхода; не дай ему сбежать. Малыш Гуо проследи за ним и напиши мне отчет об обучении. Чжу иди и установи "сигнализацию наблюдения", изолируй этот район, преврати его в свою зону, не позволяй никому входить. Сделай все чисто, не оставляй никаких следов... Да Цин поможет с этим". Да Цин слушает Линь, и шепчет: "Посмотри на руку профессора Шена, она обмотана бинтом. Какой же зверь наш шеф". И тут Да Цин, погрузившись в фантазии, слышит свое имя и вздрагивает. Шен неловко одергивает рукав. "Что касается Линь..."- Чжао достает маленькую бутылочку, и Линь зловеще вздрагивает. Чжао хитро улыбается и говорит Лин: "Внутри - фрагмент обиды, взятый у одной из жертв". Чу объясняет ничего не знающему новичку: "Все злые призраки рождаются из обиды. Фрагменты обиды остаются на людях, с которыми они вступают в контакт, и они подобны его щупальцам. Поскольку их природа одинакова, призрак будет реагировать на них". Го весь день ходил за Чжао и не ужинал. Услышав это, он почему-то подумал о жареных осьминожьих яйцах и проглотил полный рот слюны; его желудок взвыл. Чу теряет дар речи. Иногда он действительно не может понять, о чем этот кусок мусора думает весь день. Чжао скрещивает ноги и бросает бутылку Лину: "Сегодня случайно убили одного, но тварь не показывалась, наверное, днем не могла. Ночью, боюсь, он не попадется в ловушку, так что твоя задача - раздавить щупальце внутри, когда наступит ночь, и заманить злобного призрака в зону Чжу". Лин молча смотрит на него, а потом переводит взгляд на маленькую бутылочку в своей руке. Поняв, что ему предстоит стать живым щитом, он с эмоциональной тяжестью оратора на похоронах заявляет: "Вы используете меня как приманку". Чжао не колеблется: "Да, и что с того?". Он так открыто признается в своей безнравственности, что видно, насколько он беззаботен! Лин оглядывается по сторонам и видит только хитрую усмешку черной кошки, а все остальные лишены выражения и сочувствия; в нем поднимается отчаяние. Фальшивый монах внезапно разворачивается и набрасывается на Шена, который спокойно стоял у стены: "Король хочет использовать меня в качестве жертвы, пожалуйста, спаси меня, королева!" Шен молчал. Когда он становится Истребителем призраков, все, кто его видит, ведут себя как мыши, увидевшие кошку. С ним никогда так не шутили, и он не знает, как реагировать. Словно ища помощи, он поворачивается к Чжао. Тот находит это особенно лестным и забавным. Он смотрит в другую сторону. Шен делает паузу, чтобы подумать, и берет бутылку: "Тогда, может, я пойду?" Как только Шен это произносит, Лин понимает, что так не пойдет. Конечно же, он тут же чувствует, как два сверкающих глаза пронзают его позвоночник сзади. Взгляд исходит с силой, которая, кажется, пригвоздит его к стене и пронзит тысячью мечей. Лин сухо смеется и берет бутылку обратно. Он отходит в сторону и быстро говорит: "Амитабха. Борьба со злом и защита жизни и имущества людей - наши обязанности. Это славная и сложная миссия, как я могу отказаться от нее? Я ухожу". Затем фальшивый монах убегает со скоростью света. Шен спрашивает: "Так чем я могу помочь?" "О", - говорит Чжао: "Я знаю, что неподалеку есть приличный ресторан, вы можете поужинать со мной". Шен остается в неловком молчании. Чжу скрипит зубами: "Злится, но не смеет ничего сказать". Чу опускает голову: "Не смею сказать". Да Цин мяукает. Го действительно не смеет ничего сказать. К счастью, профессор Шен добр, он видит выражение лиц каждого и слышит их мысли, поэтому он качает головой: "Как это возможно? Давайте так: вы останетесь здесь, а я помогу вам охранять дверь жизни. Если что-то случится, я смогу помочь". После его слов все замолчали. Чжу мгновенно смотрит на Шена с очень сложными эмоциями, и даже Чу теряется в раздумьях. Но Го глупо спрашивает: "Что такое дверь жизни?". Чу игнорирует его, становится серьезным и спрашивает: "Откуда профессор Шен знает, в какой формации будут мои два слоя "сети"?" Шен слегка улыбается: "Два слоя, четыре двери, восемь триграмм; дверь жизни - один вход, дверь смерти - нет выхода". Я понял это по тем местам наблюдения, которые указал Юнь Лань... просто если обида будет слишком сильной, злой призрак может разорвать "сеть", а если дверь жизни станет дверью смерти, то формация потеряет контроль. На всякий случай я буду стоять рядом с охранным глазом". Закончив, он вежливо кивает всем, а затем смотрит на Чжао. Слегка наклонившись, он понижает голос и говорит: "Тогда я ухожу, будьте осторожны". Чжао провожает его взглядом, чувствуя себя превосходно. На этот раз ни Чжу, ни Чу не используют слова Шена, чтобы поддразнить Чжао, они оба поворачиваются к нему. Черная кошка Да Цин лежит на подоконнике и видит, как Шен выходит за пределы больницы и точно встает на "точку". Даже кажется, что он уже знает, что за ним наблюдают, и улыбается, глядя вверх. Глаза Да Цин блестят: "Эксперт". Чжу понижает голос и хмурит брови: "Шеф Чжао, кто этот профессор Шен?" Чжао в прекрасном настроении и не обращает внимания на ее тон. Он полушутя-полусерьезно отвечает: "Вам лучше не знать". Да Цин оборачивается и смотрит на него изумрудными глазами: "Так ты знаешь?" Чжао вяло откидывается на спинку стула и с фальшивой улыбкой спрашивает: "Есть ли что-то, чего я не знаю?" Чжу начинает допрос: "Давным-давно я обнаружил странность, он был там в первом случае, связанном с Сандиалом, а во второй раз так получилось, что он был с нами в горах, где находился Столб. Город Драконов такой большой, что я даже не узнаю всех своих соседей, как может быть столько совпадений? Тебе не кажется, что это слишком преднамеренно? Ты..." Чжао растерялся. Он не думал, что Чжу будет так взволнована.Даже Чу молча смотрит на нее. "О, насчет Четырех Артефактов, у них действительно есть причина",- Чжао делает паузу: "Но я думаю, что он, вероятно, не хочет, чтобы вы знали, поэтому о нем я ничего не могу вам сказать, пожалуйста, поймите, ок". Итак, человек, считающий себя братьями с богами, сказал "пожалуйста, пойми", но Чжу это нисколько не трогает. То, что она чувствует, необъяснимо. Если бы Шен был обычным профессором из Университета Города Драконов, то он мог бы говорить об этих двоих как о шутке с Лином и бандой, дразнить шефа и даже писать о них истории на Weibo. И все же теперь, когда она знает, что Шен не такой уж и обычный, и даже может быть отчасти из "того же сорта" людей, что и они, ей становится очень тяжело. Как будто кто-то проткнул ее сердце тонкой иглой, слегка, и из него с болью сочится холодная жидкость. Чу спрашивает: "Значит, он эксперт по формированию? Может быть, мы сможем обсудить это, когда освободимся?" Хвост Да Цин встает дыбом, и он с сомнением спрашивает: "Значит, на этот раз ты не связана с обычным человеком, что ты собираешься делать? Даже если ты не можешь рассказать нам, хотя бы дай нам знать, из какого он племени?" Чжу все еще хмурится с торжественным лицом,как будто Чжао нашел себе не просто партнера, а сахарного папочку. Наконец, временное расположение Чжао, вызванное его хорошим настроением, рушится перед лицом их энергичных расспросов, и он нетерпеливо отмахивается: "Иди и делай свою работу! Отвалите! Почему вы такие любопытные? Я разве сказал, что это пресс-конференция?" Чу убегает с Го, полный воодушевления; он решает сделать безупречную сеть сегодня вечером, лучше не допустить казуса перед экспертом. Чжу все еще хочет что-то сказать, но Да Цин вскакивает с кресла и поворачивается к ней, мяукая. Чжу делает глубокий вдох, опускает взгляд, сжимая кулаки под рукавами, и молча следует за Да Цин. Чжао чувствует едва уловимую враждебность Чжу, но не возражает... он считает, что женщины особенно внимательны к деталям и склонны много думать. Он внезапно ввел в их круг такого, как Шен, и без всяких объяснений, так что он, должно быть, чувствует себя неуверенно. Поэтому он заботливо окликает ее: "Эй, подожди". Чжу останавливается. Чжао говорит: "Видите ли, я не могу ничего сказать из уважения к нему. Но уверяю вас, беспокоиться не о чем, просто относитесь к нему как ко мне". Чжу ничего не говорит, услышав это, и просто уходит. Ей очень хочется ударить Чжао по лицу.