Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Вот же чудотворная мазь! – Лю Вэй улыбнулся, осматривая себя.       После тренировки с построением на дворцовой площади Лю Вэй нанес мазь Су Юна и подремал несколько часов. Когда он проснулся, на коже почти не осталось следов. Все синяки сошли, виднелись лишь блеклые, едва различимые следы. Боль тоже ушла, а плечо, бережно перевязанное бинтами, чувствовало себя здоровым и полным сил. Ночная тренировка была скоротечной, так что Серебряный Наследник поберег себя, покончив с противником быстро, а утренняя задействовала больше левое плечо, так что юноша чувствовал себя здоровым. Выглянув в окно, Лю Вэй убедился, что ещё светло, но не желая больше прохлаждаться в замке, он надел тренировочное одеяние и вышел на пробежку, чтобы потренироваться самостоятельно. Все приемы, которые показывал Лю Вэю Тэй Шу, рассчитаны были либо на рукопашный бой, либо на меч, и он скучал по своей любимице гуань дао. Несколько часов Лю Вэй бегал и отрабатывал движения драконьих техник вдали от посторонних глаз, а когда пришло время сделать паузу, облачился в клановое одеяние и отправился в гости к Су Юну.        «Навещу его, чтобы он больше не волновался за меня. А то он так суетился... И травмы мои увидел. Не хочу, чтобы он считал меня слабаком и каждой встречи ждал со страхом. Всё будет иначе. Ему не нужно бояться за меня. Интересно, сколько рисунков он успел нарисовать?..»       Чувствуя, что соскучился по компании друга, Лю Вэй с улыбкой направился к землям клана Сён. У врат было тихо, но Лю Вэй все равно решился не попадаться на глаза охранникам. Он был почти что уверен, что Бэй Сён предупредил стражу, чтобы те не впускали Серебряного Дракона. К тому же, он получил разрешение от Су Юна появляться хулиганисто, но зато здоровым, так что без зазрения совести Лю Вэй перепрыгнул через забор.       Пройдя по саду, Лю Вэй разыскал юного лекаря и совершенно не удивился тому, что тот снова хлопочет по хозяйству. На этот раз Су Юн устроил стирку. Перед ним разместились три крупные бадьи, доверху заполненные водой. На камне аккуратно сложена была грязная одежда, а выстиранная висела на нитях, протянутых между яблонями.       Су Юн был прекрасен в ежедневных хлопотах. Он тихонько напевал что-то себе под нос и, крайне бережно обращаясь с вещами, оттирал пятна мылом. В воде плавали лепестки цветов, что должны были придать одежде сладкий аромат.        «Его забота в каждой мелочи,» – с улыбкой подумал Лю Вэй.       Он не сразу подошёл к лекарю. Оставаясь в тени деревьев, юноша хотел ещё немножко понаблюдать за прекрасным юношей. Не хотелось отвлекать его. Тем, как Су Юн плавно двигался, как вкладывал сердце в простые деяния, можно было восторгаться, а наблюдать – бесконечно. Лю Вэй прижал ладонь к груди, чувствуя, как на душе разливается тепло и настигает покой. Глядя на умиротвореннное лицо юного лекаря, он чувствовал, что вернулся домой.       Су Юн закончил оттирать пятно и прополоскал одеяние в чистой бадье, после чего выжал бело-зеленую ткань и подошёл к нитям. Встав на цыпочки, юноша перекинул одеяние и закрепил его прищепками, нежно погладив ткань кончиками пальцев. Он улыбнулся, и в тот момент ветер подул ему в спину. Волосы затрепетались, развеваясь на ветру с поистине волшебным шармом. Су Юн бережно поправил прядь волос, заправляя передние волосы за ухо. Этот невинный жест, совершенно обыденный, но так шедший его характеру и поведению, заставил сердце Лю Вэя биться чаще. Он испытал волнение, восхищённо глядя на юношу, и чувствовал себя малым дитя, что боится сделать шаг к понравившейся девчонке.        «Что я делаю? Прячусь за деревом и подглядываю! Если Су Юн заметит, что он обо мне подумает?» – отругал себя в мыслях юноша, но так и не сдвинулся с места, прижавшись плечом к дереву. Для него было удовольствием даже просто смотреть на то, как работает его друг. Лю Вэй был очарован красотой мира и пряностью витавших в воздухе ароматов.       Су Юн вернулся к бадьям. Он взял в руки нижнее белье и принялся стирать трусы. Лёгкое смущение выступило на его щеках, но юноша оставался бережен к одежде. Работая руками, он старательно натирал мылом ткань, пока ветер не подул вновь. В этот раз мощный порыв подхватил пряди волос, и кончики против воли очутились в воде, в мгновение вымокнув. Су Юн взволновался и повернул голову, рукой помогая себе вытащить длинные волосы. Именно в этот момент Лю Вэй и поспешил на помощь. На ходу он развязал одну из фиолетовых лент, что украшали его пояс, и, беззвучно подобравшись сзади, подхватил волосы юноши, намереваясь подвязать их.       Почувствовав чужие руки, Су Юн взволнованно оцепенел. Сердце его забилось учащенно, но когда он узнал прикосновения, то успокоился, опустив руки. Пальцы взволнованно сжали ткань стираемой вещи. Он застыл, доверяя себя рукам Серебряного Наследника. Не понимая, что тот делает, но чувствуя его искреннюю заботу, испытывая волнение на сердце от лёгких прикосновений могучих и сильных рук, Су Юн притих. Каждое лёгкое касание заставляло его робкое, невинное сердце биться громче, а приятное чувство удовольствия растекалось по телу. Он боялся этих чувств – непривычных и запретных, но они застали его врасплох, и Су Юн доверчиво сдался, позволяя светлой заботе Лю Вэя волновать его сердце.       Зная нрав юноши и его отношение к прикосновениям, Лю Вэй старался избегать их, но чтобы ровно собрать его волосы в хвост, ему пришлось слегка погладить лекаря по голове, равномерно распределяя пряди. Су Юн выгнулся в спине от приятных чувств, словно кот, которого погладили по приятному месту. Улыбнувшись, Лю Вэй уверенно повязал другу пышный бант, восхищённый тем, как хорошо подходит клановая лента Вэев образу Су Юна.       – Так будет легче, – заботливо произнес Серебряный Наследник, убирая от лекаря руки.       – Господин Лю Вэй!       Су Юн взволновано обернулся, потрясенный жестом друга. Он смущенно сжимал в руках нижнее белье, и за тканью хотелось спрятать румянец на щеках, который Су Юн оказался не способен контролировать. Он выглядел так, словно его впервые коснулся кто-то столь дерзко, да и просто коснулся. Су Юн смущенно переминался с ноги на ногу, не зная, как реагировать, но и не чувствуя себя в силах возразить тому, что произошло между ними, лишь робко вопрошая нерешительным взглядом, что только что произошло. Лю Вэй, вспомнив всякие сказочки про «если коснулся – обязан жениться!» и слегка смутился. Он не удивился бы, если Су Юна воспитывали в таких обычаях.       Они молча разглядывали друг друга, и неловкость продолжала расти. А когда Су Юн осознал, что от всколыхнувших сердце чувств невольно прикрывает лицо трусами, покраснел ещё сильнее и спешно опустил белье в воду, отвернувшись. Он не знал, куда деваться от стыда, хотя не случилось ничего, за что стоило бы стыдиться, а затем взволнованно нащупал ленту, опускавшуюся кончиками до его плеч. Крупный бант украшал Су Юна, словно девочку-куколку, но невинному лицу Су Юна, столь нежному и божественно прекрасному, шли подобные украшения. Он становился ещё краше и очаровательнее, совсем не теряя своего мужественного благородства. Лю Вэй не мог сдержать нежной улыбки, глядя на него восхищённым взглядом.       – Господин... – Су Юн был взволнован ситуацией и не сразу нашелся со словами. Он взволнованно повернулся к другу. – Вы... Ваша лента... Думаю, Вы правы, так будет гораздо удобнее. Как же я сам не подумал? В доме есть ещё ленты, я возьму....       Су Юн хотел развязать бант, но Лю Вэй остановил его. Он вытянул руку, но так и не осмелился коснуться юноши. Ладонь его замерла в сантиметре от запястья лекаря. Су Юн, без слов поняв, что Лю Вэй хотел сделать, покорно опустил ладонь.       – Прошу, оставьте. Это подарок, – добродушно произнес Лю Вэй. – Вы спасли мне жизнь. Должен ведь я чем-то Вас отблагодарить?       – Но... – взволнованно прошептал Су Юн.       Лю Вэй бережно поправил бантик, не касаясь юноши.       – Не сомневайтесь. Прошу, примите мой подарок. Это от чистого сердца. Если волосы будут мешать, соберите их в любой момент. Эта лента очень крепкая, она всё переживет. И, несомненно, в тяжёлый час напомнит Вам, что Вы не одиноки. У Вас есть друзья, к которым можно обратиться и попросить совета и помощи.       Су Юн осмелился посмотреть на собеседника благодарным, восхищённым взглядом. Доброта Лю Вэя согрела ему сердце.       – Спасибо, господин Лю Вэй. Я буду носить её и вспоминать о Вас. Буду беречь её! Подарок... – само это слово смущало юношу, но он старался вернуть себе привычное самообладание, не давая сентиментальности овладеть его эмоциями.       Лю Вэй расплылся в улыбке и не сдержался.       – Вам очень идёт.       Это окончательно добило Су Юна. Он отвернулся, чтобы справиться с эмоциями, и подошёл к бадье с чистой водой, разглядывая свое отражение. Он не носил украшений кроме того, что оставили ему родители, потому взволновался, подобает ли мужчинам носить подобное.       – Вы правда так думаете?       – Совершенно определенно. Лента походит к Вашим глазам. Одеяние зелёное, лента – фиолетовая. Будто её судьбой было стать Вашей.       Су Юн прижал ладошки к груди, в робком жесте выражая все свои чувства. Привычка помогла ему справиться с нахлынувшим волнением и, когда он обернулся, то нежно улыбнулся другу.       – Спасибо большое, господин Лю Вэй. Я буду беречь Ваш подарок. Буду всегда-всегда носить его! Раз Вам нравится, как я выгляжу с ней, – Су Юн с сентиментальным трепетом коснулся ленты, – то отныне она всегда будет со мной.       Лю Вэя тронули его слова.       – Всегда не нужно. И только если Вам она действительно нравится! Я не настаиваю, но, думаю, Вам будет удобнее работать с собранными волосами. Тем более, они у Вас столь длинные.       – Мне очень нравится, – сентиментально признался юноша. – Это мой первый подарок. От моего первого друга. Я никогда не расстанусь с ним.       – Господин Су Юн, – Лю Вэй отчего-то обжёгся о его слова. Он не мог себе представить, каким образом у столь прекрасного человека никогда не было ни друзей, ни подарков. – Неужели Ваш учитель никогда ничего не дарил Вам?       – Он учил меня, как создавать и добывать. Но подарок... – юноша посмотрел на левую ногу и сжался. – Должно быть, было кое-что. Но мне сложно назвать это подарком. Я знаю, учитель хотел, как лучше, но...       – Вы не были счастливы получить эту вещь? – догадался Лю Вэй.       – Это была не вещь, – многозначительно произнес Су Юн.       Лю Вэю было любопытно, что случилось, и он видел, что юношу терзает прошлое, но также понимал, что Су Юн не хочет об этом говорить. Он поник, сжался и расстроился. Лю Вэй решил просто перевести тему.       – Мои родители дарили мне подарки на каждый день рождения. Когда мне исполнилось тринадцать, мне подарили коня. Это был обученный, хорошо тренированный боевой конь по кличке Мо. Родители купили его в другой провинции и заплатили кучу денег, чтобы породистый жеребец лучшей крови оказался у меня. Но, знаете, я любил того коня, на котором тренировался прежде – Джуна. Он был мне родной душой, а Мо, пусть и являлся отличным конем, казался мне заменой моему старичку. Этот подарок... Я был благодарен родителям, но по-настоящему смог принять его лишь после смерти Джуна. А до этого я ни разу не сел в чужое седло. Я не мог предать своего коня.       – Вы очень верный человек, господин Лю Вэй, – с лёгкой улыбкой прошептал юноша.       – Подарки не всегда могут сразу раскрыть свою ценность. Порой нам нужно нечто совсем другое… Мы так думаем. Но, мне кажется, когда близкие что-то дарят нам, они желают нам лишь добра. Хотят защитить нас.       – Защитить... – Су Юн задумчиво повторил последние слова, затем осторожно кивнул. – Думаю, так и было.       – Как Ваши успехи с дневником травника? – спросил Лю Вэй, жестом приглашая присесть. Он заприметил полянку возле уютно высаженных китайских роз. Место было живописное и манило устроиться неподалеку.       Юноши сели в позу лотоса друг напротив друга.       Су Юну было приятно, что друг интересуется его делами. Он живо поделился:       – Я закончил две трети, но покрасил лишь половину. Сегодня по расписанию стирка и другие хозяйственные заботы, так что я прервался. Да и руке нужно немного отдохнуть.       Лю Вэй присмотрелся и увидел, что на нежных пальцах юноши образовались кровавые мозоли. Су Юн был старательным и много работал руками, так что ему следовало беречь их, но лекарь явно рисовал без устали каждую свободную минуту. Его руки слегка подрагивали от сохранившегося напряжения, но он невозмутимо делал вид, что так все и должно быть. Лю Вэй нахмурился.       – Господин Су Юн, Вы всегда так трепетно заботитесь обо мне, а свои руки не бережете.       Лекарь опустил взгляд на руки и спрятал пальцы под ладони.       – Времени не так много, поэтому я стараюсь успеть. Я хочу закончить блокнот. К тому же, когда я сажусь за работу, я перевязываю пальцы. Просто сейчас это бессмысленно. Я ведь стираю, бинты попросту намокнут.       – Сильно болит? – взволнованно спросил Лю Вэй.       – Чуточку. Но удовольствия в процессе гораздо больше, чем боли. Я так давно не рисовал, что сейчас делаю это с наслаждением.       – И всё же, не стоит забывать про осторожность, – проворчал Лю Вэй. – Растений всё равно столько, что хватит на сотни таких книг. За мгновение Вы всё не нарисуете, а если повредите пальцы, Вам будет тяжело работать.       – Неужто мы поменялись местами, и теперь Вы – мой личный лекарь? – робко спросил Су Юн, смущённый количеством заботы.       – Могу им быть, если господин Бэй Сён не способен за Вами уследить.       – Господин Бэй Сён – очень занятой человек! – гордо произнес Су Юн. – Он много работает. Вчера, как Вы ушли, он принял десять человек, для каждого приготовил лекарство, а потом ушел ночевать в дом к пациентке.       – Красивой? – спросил Лю Вэй.       Су Юн не понял, куда клонит юноша, и уверенно заявил:       – Все люди прекрасны, господин Лю Вэй. Эта девушка очень сильно больна. Она упоминала жуткие вопли в постели по ночам и сверх развитую чувствительность в нижней части тела. О большем мне говорить нельзя, но, поверьте, дело очень серьезное! Господин Бэй Сён на утро вернулся весь встрёпанный и обессиленный, мне было его так жаль! Он даже отказался от завтрака и сразу лег в кровать... Так долго трудился над её исцелением… Поразительная самоотдача.       Лю Вэй с трудом сдерживал улыбку. Наивный лекарь явно не понимал, чем занимался всю ночь напролет его учитель, но Серебряный Дракон не хотел рушить эту чистоту.       – А сегодня господин собирается в дорогу. Пришло письмо с западной границы. Говорят, данийцы отравили какой-то заразой весь скот. Император лично попросил учителя заняться этим. Я хотел отправиться с ним, но господин сказал, что по возвращению проверит наши работы.       – Данийцы... – Лю Вэй разозлился, только думая о них. – Неужели в своей подлости они готовы идти даже на столь жестокие провокации?.. И император спускает это им с рук?       – Его Императорское Величество не хочет лишних жертв, потому он отправил самого сильного лекаря империи на помощь людям.       – Дело ведь не в этом... – мотнул головой Лю Вэй. Они говорили о разных вещах.       – Может, это сделали демоны, – задумчиво произнес Су Юн. – Люди ведь совсем не злы...       Лю Вэй криво усмехнулся.       – Порой люди гораздо более страшные демоны, чем те, кто ими называется. Это данийцы, я уверен.       Су Юн потупил взгляд.       – Порой я не понимаю этот мир.        «Он такой чуткий.... Война – неподходящая тема для его души.»       – Кто останется за главного у вас в доме?       – Дагэ, – ответил Су Юн. – Господин Хин Сён уже вернулся, так что...       – Он хорошо с тобой обращается?       – Он любит мою еду, – уклончиво ответил Су Юн с улыбкой.       – Как её не любить!       – Сегодня я приготовил курицу в кисло-сладком соусе...       Су Юн будто приглашал юношу отведать его старания. Лю Вэю было неудобно объедать семью Сён.       – Это слишком нагло с моей стороны, – вежливо отказался он.       – Всё в порядке! Всё равно господин Бэй Сён сегодня вечером уезжает. Пропадет, если Вы не поможете.       – Вы умеете уговаривать, господин Су Юн.~       Лекарь оживился и попросил немного подождать. Лю Вэй улыбнулся солнцу и подумал, что пикник среди роз в компании Су Юна – лучшее, что могло с ним произойти этим прекрасным днем. Они отпразднуют его победу и отлично проведут время.       Однако Су Юн вернулся лишь с одной пиалой.       – А Вы? – поразился Серебряный Дракон.       – Я не голоден, господин Лю Вэй, – чистосердечно заверил Су Юн.       Серебряный Наследник укоризненно на него посмотрел. Под его исчерпывающим взглядом лекарь сдался и сходил за порцией для себя. Они сели друг напротив друга и приготовились есть.       Су Юн взволновано поглядывал на гостя – боялся, что ему не понравится. Лю Вэй же с аппетитом набросился на еду. Курица была изумительно мягкой, а рис разбавлял сладость соуса и дополнял вкус.       Су Юн бережно держал пиалу на левом колене.       – Очень вкусно! – заявил Лю Вэй, облизываясь.       – Кушайте, господин.       – А Вы?       Су Юн взял палочки в руки и тут же выронил их. Не теряя достоинства, он взял их снова. Лю Вэй взволновался.       – Вы так сильно повредили руку?..       – Нет, дело не в этом. Я... – юноша опустил взор. – Я только начал учиться пользоваться палочками. Учитель не разрешал мне...       Су Юн осекся и затих, но того, что он успел наговорить, вполне хватило на ворчливую реакцию:       – Знаете, это прозвучит грубо, но я рад, что Вы переехали подальше от этого учителя.       Су Юн погрустнел. Было сложно понять, что испытывает юноша. Должно быть, он сам не разобрался, с этим.       – Мне придется вернуться.       – Вы не останетесь с кланом Сён? – удивился Лю Вэй.       – Господин Бэй Сён согласился меня обучать, но когда я закончу обучение, я смогу покинуть его земли.       – И вы вернётесь к тому, кто воспитал Вас?       – Не сразу, – мотнул головой юноша. – Прежде у меня много дел. Есть человек, которого я должен оберегать. Я буду рядом с ним.       – Ваша любовь? – предположил Лю Вэй.       – Мой единственный друг, – простосердечно ответил Су Юн.       Лю Вэй изумленно заморгал. Он сразу понял, что речь идёт о нём, и его насторожило такое рвение юноши последовать за ним. Они были едва знакомы, пусть и комфортно чувствовали себя в компании друг друга, соблюдая границы приличия. Их чувства были взаимными, и оба вкладывали в дружбу душу. Однако подобный шаг казался Лю Вэю поспешным и необдуманным.       – Су Юн... Это слишком... У Вас будут и другие друзья. Я тронут Вашей верностью нашей дружбе, но...       – Вы не хотите, чтобы я остался рядом?.. – Су Юн расстроился и даже не пытался этого скрывать. Его яркие глаза поразительно честно страдали от отказа.       – Я не это имел в виду. Вы ещё юны, господин Су Юн. Не стоит принимать поспешных решений и отдавать свою верность первому человеку, что предложил Вам дружбу. Обдумайте все. Для меня будет честью, если к клану Вэй присоединится столь талантливый лекарь. И... Я буду счастлив увести Вас отсюда и показать просторы Солнечной Арасии – свободной и добродушной. Но Ваша жизнь – Ваша воля. Вам ещё несколько лет учиться у мастера Бэй Сёна. За этот срок может случиться всё, что угодно. Вы можете встретить множество друзей, свою любовь или привязаться к этому дому. Я не хочу сковывать Ваше сердце подобными обязательствами. Пусть Вы мой друг – Вы свободны. И коль судьба разведет нас, я буду писать Вам письма. Обещаю.       – Моё желание останется неизменным, – твердо ответил Су Юн.       Сердце Лю Вэя забилось быстрее. Он почувствовал, что не справляется с мыслями, что появлялись в голове из-за слов добродушного лекаря.       – Отложим этот разговор на час, когда я пройду испытания императора. Даю слово, Су Юн. Если Вы захотите последовать за мной в конце пути, я непременно заберу Вас с собой.       Су Юн тепло улыбнулся, трогательно коснувшись банта.       – Я буду ждать этого дня, господин Лю Вэй.       На сердце обоих потерпело. Они попрятали взгляд, как робкие юнцы. Лю Вэй решил заесть свои мысли и подметил, что Су Юн так и не притронулся к еде.       – Господин, позволите научить Вас, как кушать палочками? Это совсем несложно. Такому мастеру-рукодельнику, как Вы, это должно легко удастся.       Су Юн охотно закивал.       – Я был бы очень благодарен. Мне бывает неловко за это, – Су Юн снова взял палочки, но они лежали в руках крайне криво и грозили выпасть в любой момент.       Лю Вэй подсел к нему. Он хотел коснуться руки друга и вложить ему палочки в нужный хват, но не решился. Вместо этого Лю Вэй последовательно показал, как вкладывать в руку первую палочку, как правильно держать захват и как шевелить второй. Су Юн внимательно слушал и сразу же смог ухватить палочки правильно.       – Получилось!       – Вот так, – улыбнулся Лю Вэй. – А теперь кушайте.       Су Юн опустил взор на чашу. Лю Вэй пристально смотрел на него, так что у юноши не осталось выбора. Он выглядел, как начинающий преступник – огляделся по сторонам, словно входил на запрещённую территорию, а затем положил в рот комок риса.       Лю Вэй удовлетворённо расслабился и перестал пилить юношу взглядом. Су Юн с трудом, но кушал.       – Кстати, господин Су Юн. А почему стиркой занимаетесь Вы? Разве у клана нет слуг? Мне казалось, я видел...       – Они есть, – кивнул лекарь. – Но я не хочу усложнять им жизнь. Дом такой большой! У них и так много хлопот, а о себе я могу позаботиться и сам. К тому же, мне нравится.       – Правда? Неужели стирка — это так приятно?       – Вы никогда не стирали вещи? – озадаченно спросил Су Юн.       – Почему же? Я стирал тренировочное одеяние, которое Вы подлатали. Это был мой первый опыт.       – Вы... – в глазах Су Юна заблестела благодарность. Он почувствовал, почему Лю Вэй сделал это на самом деле.       – Я просто подумал, раз Вы так заняты.... Я мог бы помочь Вам со стиркой, а Вы продолжили бы свой труд. К тому же, я должен как-то отблагодарить за еду.       – Господин Лю Вэй, не стоит...       – Почему?       – Осталось лишь нижнее белье, – неловко ответил Су Юн.       – Я что, по-вашему, никогда мужских трусов не видел?       – Не надо, – взмолился Су Юн. – Я управлюсь сам.       Лю Вэй рассмеялся.       – Смотрите.~ Я предлагал. Просто хочется сделать что-то, чтобы помочь Вам.       – Вы бы могли рассказать мне, как прошел Ваш день, – предложил Су Юн. – Ваши тренировки всегда так энергичны и сложны...       – Хотите осмотреть меня? Чтобы узнать ответ?       Су Юн смутился.       – Полагаю, раз Вы так решительны, то Вы сегодня не позволили никому коснуться Вас.       Лю Вэй кивнул. Ему было слегка досадно, что Су Юн так легко раскрыл его. Внутренне он даже желал, чтобы юноша осмотрел его и убедился сам, но сегодня Су Юн был как всегда проницателен. Должно быть, в прошлый раз он видел боль и скованность в движениях, а сегодня безошибочно определил, что все в порядке.       – Я победил, не получив ни единого ранения!       – Вы растёте с каждым днём. Я горжусь Вами, господин Лю Вэй. Но я всё же осмотрю Вас перед уходом. Если плечо поджило, я сниму бинты.       – Спасибо, – благодарно кивнул Лю Вэй.       Неловкость из разговора исчезла. Они снова невозмутимо общались, делясь новостями. Лю Вэй подробно рассказал об испытании, о Шэне и Янге, о битве на рассвете.       – Я и не знал, что такое лекарство существует, – признался Лю Вэй. – Поразительно, что есть вещи, способные так быстро восполнить силы.       – Нет, – напрягшись, ответил Су Юн. – Среди людских лекарств ничего подобного нет.       – Должно быть, Вы просто не знаете. Но я видел своими глазами, так что, должно быть, это какой-то тайный рецепт! Может, у других лекарских кланов есть тайное учение или это сами Шу что-то изобрели. В любом случае, действие было потрясающим.       Су Юн задумчиво смотрел на пустую тарелку. Он доел, и теперь у Серебряного Наследника не было поводов волноваться о нём.       – Могу я попросить Вас, господин Лю Вэй?       – Конечно. Всё, что угодно.       – Если однажды господин Тэй Шу будет предлагать Вам съесть подобную сферу, ни за что не соглашайтесь.       – Она опасна?.. – озадаченно спросил Лю Вэй.       – Ничто, что так стремительно заполняет ядро, не может быть безопасным. Естественное лечит медленно и редко окрашено в темный цвет. Будьте осторожны, господин Лю Вэй.       – Я не ем из чужих рук. Только из Ваших и ту пищу, что приносят во дворце.       – Вы можете заглядывать и на завтраки, – невозмутимо предложил Су Юн.       – Это будет слишком нагло! К тому же, в замке отлично кормят. Не лучше, чем готовите Вы, но вполне съедобно! Не хочу обременять Вас.       – Вы не...       – Это не обсуждается, – принципиально ответил Лю Вэй. – Вы мне не слуга, чтобы обслуживать меня. Вы мой друг, и единственное, что я хотел бы получать от Вас, это приятные разговоры, что помогают нам обоим. Большего мне и не нужно.       Су Юн лучезарно улыбнулся.       – Тогда приходите завтра. Я буду рад подарить Вам ещё один разговор.       – Обязательно, – Лю Вэй тепло улыбнулся. – Полагаю, мне пора?       – Что Вы, я совсем не потому это сказал...       – Вам нужно работать. А мне скоро на встречу с Тэй Шу.       Су Юн совсем не хотел, чтобы их встреча заканчивалась, но не смел возразить. Он поднялся и собрал грязные пиалы.       – Тогда я осмотрю Вас, и Вы вернётесь в свою жизнь.       – Будто два разных мира, – прошептал Лю Вэй, чувствуя то же, что и его друг. Когда они были рядом, время словно замирало. Им было хорошо друг с другом, чем бы они ни занимались. Но за пределами этого времени у каждого была своя жизнь, и она требовала вести себя иначе и закалять свою душу для грядущих испытаний. Мир не стоял на месте, как бы им того не хотелось. Он продолжал движение и нес их за собой, вынуждая к разлукам, что всякий раз казались всё тяжелей.