Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – ЛЮЮЮЮ ВЭЭЭЭЙ!!! ДРАКОНИЙ ТЫ ПРОХВОСТ!       Пробуждение Лю Вэя нельзя было назвать приятным. Крик наставника, разорвавший пространство жутким воем, вышвырнул его из объятий сладкого сна. Он отнял носик от колена друга, к которому крайне уютно прижимался во сне, и схватился за гуань дао, рефлекторно направив оружие на ворвавшегося с грохотом мастера.       Су Юн очнулся от медитации и смущённо прижал ладошки друг к другу, сведя колени вместе. Ему стало неловко от того, что наставник увидел их вместе, хотя они не делали ничего дурного.       – ТЫЫЫЫ! ТЫЫЫ! – Бэй Сён и без того был в ярости, но увидев, что юноши спят в одной кровати, рассвирепел окончательно. – ЧТО ТЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕШЬ?! МОЕГО МАЛЬЧИКА!.. АХ ТЫ, МЕРЗАВЕЦ!       Едва продрав глаза, Лю Вэй опустил оружие, поняв, что другу ничего не угрожает. Он облегчённо выдохнул, найдя возвращение наставника крайне удачным обстоятельством. Серебряный Наследник никогда бы не подумал, что будет так радоваться тому, что его разбудил учитель. Он живо вскочил с кровати и низко поклонился Бэй Сёну.       – Слава Небесам Вы вернулись, мастер! – со смесью радости и почтения произнес Лю Вэй.       – Учитель! – Су Юн встал рядом с Лю Вэем и поклонился ещё ниже, не отнимая рук от груди. Его волнение явственно чувствовалось в пространстве.       У Бэй Сёна задёргался глаз.       – Он ещё смеет любезничать со мной после того, что натворил! Мерзавец! Ты зачем учеников моих тронул?!       Бэй Сён явно собирался вовсе не за уши ученика дёргать. Он яростно сделал шаг вперёд, но Су Юн возник перед другом, широко раскинув руки.       – Мастер, пожалуйста! Не трогайте господина Лю Вэя!       – Ты его ещё и защищаешь?! Я был о тебе лучшего мнения, Су Юн.       Юный лекарь храбро вынес этот упрёк и лишь шире раскрыл руки, решительно стоя на своем.       – Вы бы лучше за своими родственниками следили, – несдержанно рыкнул Лю Вэй. Тьма все ещё клубилась на улице, что свидетельствовало о том, что наставник вернулся глубокой ночью. – За то, что они сотворили, я бы их...       Лю Вэй едва сдержался, сжимая руки в кулаки.       Су Юн виновато опустил взор. Ему было тяжело находиться меж дорогим другом и кланом, что добродушно приютил его.       – Это всё из-за меня... – прошептал он потерянно.       – Даже не смей! Эти мерзавцы!.. На меня пожаловаться злобы хватило, а как свои грехи признать, так молчат до последнего!       Видя праведный гнев Лю Вэя, Бэй Сён нахмурился. Он рассудил, что Лю Вэй обычно не бросается на людей без причины, а нрав своих родственников знал и того лучше.       – Что произошло? – с тяжелым сердцем спросил он.       – Нечто очень ужасное, – ответил Су Юн и поник, сжавшись. – Простите, господин Бэй Сён. Из-за меня репутация Вашего клана... – он склонился в низком поклоне, не зная, как помочь и загладить свою вину.       Лю Вэй поднес руку к его подбородку. Он не коснулся его, но Су Юн верно понял, что друг просит его поднять голову.       – Прошу вас, Су Юн.       Юноша взволнованно сжал пальчики, но покорно выпрямился, неотрывно глядя на мыски своих сапог. Лю Вэй взял всю ответственность на себя, встав перед другом и держа ответ перед учителем.       – Они опорочили Ваш клан, развесив по всему городу непристойные плакаты! Они посмели упомянуть имя Су Юна, как куртизанки, вывесив плакат в Доме Журавлиной Песни в клане Мон! И они совершенно не раскаиваются, не понимая, что, вручив Су Юну в подарок духи, воняющие самыми грязными куртизанками города, испортили жизнь прежде всего Вам! Я признаю, что я врезал Хай Сёну, но я себя в том не виню! Я защищал Су Юна и гордость Вашего клана. Чем обвинять меня, лучше бы поговорили со своими невоспитанными детьми, что даже не удосужились извиниться, нагадив Су Юну в душу и запятнав его репутацию!       Бэй Сён яростно глянул на Лю Вэя. Тот посмел упрекать его в плохом воспитании!.. Но куда больше его взъярило то, что сотворили его родственники.       – Что?.. Быть не может! Они же не такие идиоты...       Многозначительный взгляд Лю Вэя говорил об обратном.       Бэй Сён болезненно сжал рукой повязку на голове.       – Так вот почему...       Он вспомнил, как ему вслед смеялась городская стража. Бэй Сён было решил, что они просто шутят от скуки на посту. Выходит, что нет.       – Стоило только на один день отлучится! – грязно выругавшись, Бэй Сён двумя руками схватился за голову.       – Мы с Шэном уничтожили плакаты. Клан Шу понимает истинное положение вещей. Клан Линь наверняка тоже. Но это...       – Катастрофа, – закончил за него Су Юн.       – Да.       Иное слово подобрать было попросту невозможно. Взгляд Бэй Сёна потемнел. Он не стал приносить извинений, но переключил свою ярость на родственников.       – Эти мелкие... – Бэй Сён с трудом подавил ярость. Затем в глазах его замелькали мысли. Он обдумывал, что должен со всем этим делать. – Где духи?       Су Юн опустил взор.       – Это подарок...       Юный лекарь догадался, что ничего доброго от этого вопроса ждать не стоит. Пусть дурной, но Су Юн полюбил подарок братьев и не хотел с ним расставаться.       – По-моему, муженёк уже об этом позаботился, – заметил Бэй Сён.       Су Юн смущённо поднес руки к лицу. Прошло полночи, но от них всё еще пряно пахло цветами.       – И всё же...       Он до последнего цеплялся за то, во что верил.       – Отдай их, – решительно посоветовал Лю Вэй.       Но к тому моменту, как Су Юн на что-то решился, Бэй Сён уже отыскал духи самостоятельно – они стояли на столе в броском алом флаконе, формой изображающем розу. Принюхавшись, наставник убедился, что это они, и презрительно сморщился.       Су Юн с грустью смотрел на то, как учитель вертит флакон в руках, но ничего не сказал, лишь нежно коснулся рукой ленточки Лю Вэя – искреннего подарка, что Су Юн любил всем сердцем.       – А теперь за мной, – строго приказал Бэй Сён.       Юноши безропотно послушались и последовали за наставником.       Братья ждали в широком зале для чаепитий. Хай Сён сидел на коленях с перевязанным лицом, Фэй беспокойно стоял за его спиной, держа в руках пиалу с чаем и изрядно волнуясь. От звука отодвигающейся двери он подскочил на месте, поскольку в этом жесте было столько ярости, что задрожал весь дом. Фэй Сён уже осознал, что наставник поверит любимому ученику, а они как всегда окажутся виноватыми и плохими. В этот раз они и правда поступили глупо и подло. Он принял это, но Хай Сён все ещё кипел злобой. Это была его идея, и он оставался ей верен, едко ненавидя Су Юна.       – Ах вы мерзавцы! – прорычал Бэй Сён, не сдерживая чувств. На его лице проступила гораздо более яркая эмоция, чем ярость. Его душа была ранена предательством, а каждое слово пропиталось болью. – Как только в голову такая дурь пришла, пустые вы головы?!       Он вошёл в комнату со статностью главы клана. Фэй Сён низко поклонился, опустив голову. Хай Сён глядел прямо, явно желая высказать всё, что думает, но сломанная челюсть не позволяла ему говорить.       – Учитель, я всё объясню...       – Объяснишь?! Зачем мне твои объяснения? Ты хоть понимаешь, что вы двое натворили?!       – Да, – кротко ответил юноша.       – А мне кажется, что нет!       Бэй Сён подошёл к ученику и схватил его за подбородок, глядя в глаза.       – Вы двое опозорили МОЁ имя! Опозорили СВОЁ имя! Вылили позор на НАШ клан! Оскорбили Су Юна!       – Так ему и надо! – сквозь боль прорычал Хай Сён.       Учитель сверкнул глазами.       – Надо?!       – Он чужой, – прошептал Фэй Сён. – Вы клялись, что не возьмёте никого чужого в тот день, когда умерли наши родители. Но Вы нарушили клятву! Его не должно быть здесь!       Бэй Сён стукнул его по макушке.       – Здесь я глава клана, а не вы. Не вам осуждать и критиковать мое решение! Если хотите что-то поменять, учитесь в пять раз усерднее и добейтесь того, чтобы стать главой клана и принимать хоть какие-то решения! А пока я вижу перед собой избалованных, слабых детишек, что кроме пакостей делать ничего не хотят! Вы – мой позор!       Эти слова ошпарили братьев ответным шквалом боли. Хай Сён гневно прокричал:       – Если бы ты учил нас так, как учишь Су Юна, мы бы уже были мастерами! Ты возишься с ним, словно с родным сыном, а мы так – грязь под ногами!       Бэй Сён скривился, не терпя таких обвинений.       – Су Юну я уделял куда меньше времени, чем вам. Он сам учится, стоит ему только показать и объяснить, где взять. Вы же и слушать не хотите! Как малые дети, которых с ложки кормят кашей, а они нос воротят!       – Это не так! Вы постоянно только о нём и говорите! Как только он появился, Вас только он и волнует. Вы даже разрешили этому ошиваться здесь! – Фэй Сён указал рукой на Лю Вэя, стоявшего в дверях перед взволнованным Су Юном, защищая его собой и злобно скалясь. – Сами говорите про защиту тайн Сён, а он ходит тут, как у себя дома!       – И из зависти вы решили разрушить клан? – хмыкнул Бэй Сён.       – Прогнать Су Юна! Теперь, когда он опозорен на весь город, его больше не будет здесь!       Бэй Сён не выдержал. Он открутил колпачок флакона и облил братьев духами, вылив всё до последней капли. Едко-сладкий запах тут же заполнил помещение. Хай Сён сморщился от отвращения, его брат сжался и закашлялся – вонь сделалась невыносимой.       – Кто позор клана – так это вы. Су Юн останется здесь, нравится вам или нет. Он – мой ученик, такой же, как и вы. Я учил его основам, потому что он сильно отстаёт, но с вами я возился не меньше! Когда умерли ваши родители, я занимался вашим воспитанием и обучением. Я вырастил вас, как собственных детей. Если вам этого недостаточно, то проваливайте и живите, как хотите! Найдите себе учителя, который будет вас учить лучше меня.       – Ты серьезно выгоняешь нас? – оскорбленно прошипел Хай Сён. – Из-за какого-то чужака?!       – Прекратите постоянно прикрываться его именем! Сейчас речь о ваших преступлениях и вашей вине! О клане Сён поползут самые ужасные слухи! То, с чем боролся наш клан долгие годы, защищая свою репутацию, снова рухнет! Возможно, нам придется положить всю жизнь, чтобы вернуть себе уважение. А все из-за вашей тупости!       Учитель потянул учеников за уши. Лю Вэй испытал фантомные боли – знал, как это больно.       – Учишь их, заботишься о них, любишь их, а они втыкают в спину ножи, словно враги! Вы не лучше предателей, что разрушили наш клан, – хмыкнул Бэй Сён. Ярость постепенно покидала его, обнажая неприкрытую боль.       – Ты нас не уважаешь! – простонал Хай Сён сквозь муку. У него заканчивались аргументы, но он сопротивлялся до последнего.       – Уважение надо заслужить. А вы его только что полностью потеряли.       Су Юн взволнованно мял пальцами ладони. Он очень хотел вмешаться и защитить братьев, но не мог подобрать слов. Лишь сморщился от едкого запаха. От такого братья долго не отмоются, а одежду скорее всего придется выкинуть.       Фэй Сён опустил взгляд. Хай Сён продолжал злиться. Повисла тишина, что давила на учеников хуже какого-либо наказания. Бэй Сён испытывающе смотрел на братьев, но понял, что дальнейший разговор бессмыслен. Хай Сён продолжал обижаться, а его брат колебался, но всё ещё старался придерживаться какой-то средней позиции. Бэй Сён цокнул языком.       – Вы наказаны. Ближайшие три года вам запрещено приближаться к подопечным. Вы будете готовить лекарства и учиться по книгам и свиткам, – жестоко объявил мастер. В голосе его сквозила обида. – Если я такой плохой учитель, ищите знаний сами.       – Вы совсем не плохой учитель, – прошептал Фэй Сён.       Мастер лишь хмыкнул и отвернулся.       – Вы хороший учитель! – сказал младший ученик более решительно. Голос его звучал с лёгким раскаянием. Он опустил плечи под тяжестью вины. – Теперь правда всё будет так плохо?..       – Мы долго не отмоемся, – прямолинейно сказал Бэй Сён. – Но я сделаю все, чтобы смыть позор с имени нашей семьи. Если вы и дальше будете его очернять, вас я защитить не смогу. Я приготовил за жизнь тысячи лекарств, но лекарства от глупости и зависти изобрести так и не смог.       Бэй Сён развернулся и ткнул ученика в лоб.       – Надо думать, что делаете. О последствиях, а не о ваших желаниях.       – Простите, мастер, – прошептал юноша. Он почувствовал сожаление и задрожал. – Вы и правда растили нас... Именно поэтому!..       – Су Юн – член нашей семьи, – сказал Бэй Сён и посмотрел на ученика. – Он сирота, как и вы. Я приютил его, потому что уверен в нем. Он никогда нас не предаст, и он искренне хочет помогать людям. Этого вполне достаточно.       Су Юн изумлённо распахнул глаза. Его удивили и согрели слова учителя.       – Семья?.. – еле слышно повторил он.       – Конечно семья, – хмыкнул Бэй Сён уверенно. – Потому что такие ссоры бывают только в кругу семьи. И оставаться они должны здесь же. Не ладите? Вы и не обязаны. Но сор из дома выносят только предатели. Ещё раз такое сотворите – не прощу. О семье – только хорошо или вообще никак! Су Юна обижать не позволю. Но и за каждого из вас я заступлюсь, приняв удар на себя. Так что вы создали мне проблем, детишки. – Бэй Сён нервно потёр переносицу. Он выглядел очень уставшим. – Не хватало проблем! Демонопоклонники, восстановление храмов, поиск настоятеля в столицу, обучение заклинателей из других кланов, лечение больных, так ещё и это....       – Простите, – повторил Фэй Сён, опустив голову ниже.       Хай Сён все ещё дрожал от злобы.       – Су Юн нам не семья, – прокряхтел он. – Су Юн – чужой и навсегда останется чужим. Он сам сказал – он уйдет. Члены семьи так не поступают!       Бэй Сён поднял задумчивый взгляд на Су Юна.       – Я... – юный лекарь тут же хотел оправдаться, но Бэй Сён спокойно кивнул ему.       – Он мой ученик, а не пленник. Когда он захочет, он покинет наш дом. Но до тех пор, пока он здесь, я никому не позволю его обижать.       – Я тоже! – гордо выпятил грудь Лю Вэй.       – Муженёк, – хмыкнул Бэй Сён и посмотрел на Хай Сёна. – Ты тоже можешь уйти, если пожелаешь. Но от этого ты не перестанешь быть моей кровью и родственной душой. Семья – это не те, кто живут под одной крышей. Это те, кто заботятся друг о друге. Вспомни, что Су Юн делал для тебя, и хорошенько подумай над своим поведением.       – Су Юн очень тепло относится к вам двоим, – хмыкнул Лю Вэй. Он не хотел этого говорить, но ему казалось, что привести семью к миру – самое лучшее, что он мог сделать. – Он старался, чтобы помочь вам. Он искренне хочет с вами подружиться.       – Это правда, – храбро произнес Су Юн. Глаза его чувствительно дрожали, наполняясь светлыми чувствами. Он не пускал к сердцу зла и обид. – Я хочу... Быть ближе с вами. Я хочу быть вам другом. Но я понимаю, что для этого нужно время, потому я лишь пытался делать то, что могу, чтобы стать к вам ближе. Простите, если чем-то обидел. Я не хотел. И если нужна будет помощь, я всегда помогу вам. Правда. То, что случилось, это ничего. Время пройдет, боль утихнет. Но у нас в руках наше будущее. И я надеюсь, что оно будет светлым.       – Как говоришь... – хмыкнул Хай Сён и прижал ладонь к челюсти. Кажется, говорить он больше не мог – после громкого хруста стало слишком больно.       Су Юн взволнованно посмотрел на него, но крепкая спина Лю Вэя не давала ему подойти. Он считал, что Хай Сён заслужил свое наказание.       – Мастер, прошу, не надо их наказывать! – искренне взмолился Су Юн. – Три года — это ведь очень много...       – Пока не вернут доверие, наказания я не отменю, – принципиально хмыкнул Бэй Сён. – Эта выходка была непозволительной глупостью. Я не собираюсь закрывать на это глаза.       – Я помогу, – предложил Лю Вэй. – Я поговорю с кланом Линь...       – Не лезь в это, – приказал учитель. – Я решу этот вопрос сам.       – Но...       – У тебя своих проблем мало? Лучше подумай о том, как будешь побеждать клан Хэ.       – Я уже в это влез, – мотнул головой Лю Вэй. – Один из плакатов висел на доске в Доме Журавля, так что я поругался с кланом Мон. Опять...       Бэй Сён вопрошающе взглянул на Фэй Сёна.       – Вы серьезно связались с кланом Мон?       – Это должна была быть просто шутка... Изначально, – прошептал Фэй Сён, не видя смысла что-либо скрывать. – Мы хотели подшутить над Су Юном, а потом нас немного занесло...       – Немного?! – недовольно глянул Лю Вэй, складывая руки на груди.       – Довольно сильно... – признал Фэй Сён. – Было весело, и мы вспомнили об одном скандальном художнике из клана Мон. Он всякое рисует, вот и нашу просьбу легко удовлетворил. Сначала мы просто хотели повесить плакаты в комнате Су Юна, но тот парень посоветовал нам развесить их по всему городу. А там мы вошли во вкус и отнесли плакат в Журавлиный Дом. Там нам и дали духи...       – Кому вы отдали плакаты? – нахмурился Бэй Сён.       – Шуюй, что работает там. Больше никому, честное слово!       – Как звали того художника?       – Йишиджу Мон.       – Этот сплетник и мерзавец! – с яростью узнал имя Бэй Сён.       – Но рисует ведь он хорошо!       – Отвратительно, – рыкнул Лю Вэй.       – Рисует? – удивился Су Юн. Он слышал лишь про непотребные надписи на плакатах.       – Там было нехорошее. Вам не стоит об этом думать, господин Су Юн.       Су Юн продолжал об этом думать и волноваться.       – Мастер, если я чем-то могу помочь... – робко предложил он, не в силах бездействовать.       – И я! – рьяно стоял на своем Лю Вэй.       Бэй Сён немного поразмыслил мозгами и прикинул план действий.       – Су Юн, тебе лучше не приближаться к больным какое-то время. Продолжишь обучение и перепись текстов. Вы двое тоже чтобы дома сидели. Ан Сён останется за главного. А ты, муженёк, просто молчи о происходящем. Не нужно поднимать бучу. Отношения клана Сён и клана Вэй должны оставаться тайной.       – Клан Шу знает, – решил сообщить Лю Вэй.       – Да весь город знает! – раздраженно хмыкнул Бэй Сён. – Но в подробности лучше никого не посвящать. Об остальном подумаем потом.       Лю Вэй был огорчён своей ролью в общем деле. Глаза его блестели желанием сделать хоть что-то.       – Не смей! – словно читая его мысли, предупредил Бэй Сён. – Одной глупости вполне хватит. Я сделаю общее заявление. Ан Сён присмотрит за всем после меня. Мне предстоит долгий отъезд в скором времени. Чтобы ничего тут больше не натворили, иначе уши надеру!       – Как скажете, мастер, – отозвались ученики почти что синхронно.       – Нет ничего более болезненного, чем семейные ссоры. Нас и так немного осталось. Берегите друг друга, – серьезно сказал Бэй Сён. – Какими бы вы ни были и что бы ни делали, я люблю вас и не хочу потерять.       Эти слова тронули сердца учеников. Они уважительно кивнули.       – А теперь разошлись по кроватям! – приказал учитель и пристально взглянул на Серебряного Наследника. – Тебя, Лю Вэй, это не касается.       Воитель почесал затылок с неловкой улыбкой.       – Я просто охранял Су Юна.       – Ты дрых у него на коленях! – хмыкнул Бэй Сён.       – Ничего подобного! – возмутился Лю Вэй. – Я бы себе подобного не позволил! Я спал… Рядом.       – В ногах, как сторожевой пёс, – не унимался учитель.       Су Юну было очень стыдно.       – Господин и правда охранял меня. Пожалуйста, не ругайте его.       – Раз уши целы – не ругаю, – пробубнил Бэй Сён и устало зевнул. – На этом все. Подумайте о своем поведении и будущем клана. Нас ждут непростые времена, но будет будущее светлым или темным, зависит от вашей способности вести себя, как благородные люди.       На этом Бэй Сён вышел из комнаты. Лю Вэй и Су Юн тоже не стали задерживаться. Братьям нужно было время, чтобы поразмыслить о произошедшем. Вряд ли кто-то мог уснуть после столь волнительного и важного разговора, но после него стало гораздо спокойнее. Бэй Сён, пусть и был суров на вид, любил свою семью и прямо сказал об этом. В такие моменты невозможно было и дальше предаваться обидам.       Су Юн был взволнован и рад. Он улыбался, тронутый и смущённый словами учителя. Лю Вэй разглядывал его лицо молча, давая Су Юну время переварить услышанное.       Когда они вышли в коридор, Су Юн решительно предложил:       – Я провожу Вас.       Лю Вэй не стал отказываться. Они вышли на улицу и направились к воротам.       – Я рад, что господин Бэй Сён защищает Вас. Теперь Вы в надёжных руках. Хотя я буду присматривать за братьями!       – Мастер назвал меня частью семьи! – радостно произнес Су Юн. Казалось, он мог думать только об этом радостном событии.       Взгляд Лю Вэя потеплел.       – Это очень благородно с его стороны. У Вас замечательная семья, господин Су Юн. Осталось только воспитать братьев.       – Вот почему господин Ан Сён просит называть его дагэ... – взволнованно прошептал лекарь. – Он всегда… Меня… Принимал?..       – Очень на это похоже. ~ Я рад, что Вы обрели людей, что считают Вас неотъемлемой частью своей семьи. Я, конечно, хотел быть первым... – Лю Вэй почесал нос, отводя взгляд.       – Вы?..       Эти слова смутили Су Юна ещё сильнее. Он не мог справиться с эмоциями, потому спрятал румянец за рукавом одеяния.       – Вы ведь согласились поехать со мной в Солнечную Арасию. Я бы относился к Вам, как к члену своей семьи. Может, отец разрешил бы принять Вас в клан. Было бы здорово. Мы бы стали братьями.       Су Юну было невероятно приятно. Он смотрел на Лю Вэя с глубокой признательностью и верностью.       – Прежде у меня был лишь учитель, а теперь так много людей, что считают меня частью семьи и своим другом. Я так благодарен за это чувство. Это невероятно... Чувствовать связь с людьми. Очень приятно и так тепло!       – Да, быть частью семьи – очень приятное ощущение. Рядом люди, что любят и защищают. Именно потому я беспокоился за Вас – Вы ведь совсем один. Но теперь я понимаю, что нет. Господин Бэй Сён очень ценит Вас и принял, как сына.       – Я счастлив это слышать! – искренне произнес Су Юн. – Я тоже очень ценю господина Бэй Сёна. И Вас. Вы так много сделали для меня за это время... Завтра... – щёчки Су Юна покраснели. – Завтра наша последняя тренировка перед Вашим испытанием. Я постараюсь учесть то, что увидел сегодня на Вашем тренировочном бою и немного скорректировать наш танец. Я думаю, я знаю, что Вам нужно потренировать.       – Спасибо, Су Юн.~ – Лю Вэй был тронут его верной заботой. Даже когда сам он испытывал потрясения и переживания, он ни на секунду не забывал о друге. Лю Вэю непреодолимо хотелось обнять его в признательность за все, что он сделал для него.       – Вы обязательно всех победите!       – И вскоре эта шумиха вокруг клана утихнет, – обнадеженно заверил Лю Вэй.       Они робко взглянули друг другу. Этой ночью они были полны чаяний, что мир улыбнется им, как они улыбались друг другу. У них была надежда, что придавала сил проходить через испытания судьбы... Но самое главное, друг у друга были они, верно поддерживая в тяжёлый час и не давая упасть. Их дружба крепла день ото дня.