Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Дверь с хлопком задвинулась. Оставшись вдвоем, друзья переглянулись. Между ними могла возникнуть неловкость, но юноши хорошо чувствовали себя наедине друг с другом даже несмотря на подколы наставника. Они успокоились и глядели друг на друга, ища слова, что должны были сказать, чтобы разорвать тишину. Лю Вэй переживал, что вновь спал в кровати друга, терзаясь ещё и чем-то более глубоким и личным, а Су Юн взволнованно смотрел на подопечного, переминая пальцами ладони. Он волновался за его здоровье.       – Господин Лю Вэй, как Вы себя чувствуете? – с живым беспокойством спросил юный лекарь.       – Чувствую незавершённость, – произнес Лю Вэй на полном серьёзе и сделал шаг к другу.       Ноги его оставались слабы. Он слегка пошатнулся, но устоял.       – Вам нужно отдохнуть, – с тревогой прошептал Су Юн, подойдя к нему. Он явно хотел усадить друга обратно в кровать, но не смел касаться его просто так, потому его руки заплясали в воздухе, выписывая взволнованные круги. – Господин Бэй Сён случайно разбудил Вас... Вам нужно ещё... Пожалуйста.       – Снова меня в кровать укладываете,~ – по-кошачьи мягко протянул Лю Вэй. Он находил это очень милым.       – Для Вашего же здоровья, – настаивал юноша, украдкой поглядывая на друга и краснея. – Вы ведь чтобы защитить... Поднялись из сна… А ведь Вам больно...       Су Юн был сильно взволнован, но приятно удивлен защитой. Лю Вэй всегда приходил ему на помощь, всегда защищал. Его мужественная спина, словно надёжная стена последнего оплота веры, дарила Су Юну чувство защищённости. Рядом с ним он обретал смелость и безопасный приют.       – Я бы и из мертвых поднялся, если бы знал, что Вам угрожает опасность, – гордо задрал нос Лю Вэй.       Су Юн замотал головой.       – Что Вы такое говорите? Вы не умрете. Ни за что!       Эти слова ранили юношу. Он представил себе страшные вещи, и в глазах застыли блики чувственных эмоций.       – Конечно нет, – смягчился Лю Вэй, не желая огорчать друга. – Я имел в виду, что в любом состоянии буду защищать Вас. Как бы больно ни было, как бы невозможно это ни казалось. Вы – мой дорогой друг, господин Су Юн, и я буду беречь Ваше нежное, хрупкое сердце от всех невзгод. Даже мастер не посмеет на Вас кричать. Я не потерплю этого и никогда никому не позволю. Тем более, Вы не сделали ничего дурного.       – Я ослушался слов мастера... – опустив голову, прошептал Су Юн. Ему явно было неловко оттого, что он подвёл ожидания наставника, но в тот момент, когда он покидал резиденцию клана Сён, чтобы поддержать друга, юный лекарь не колебался и был совершенно уверен в том, что делает. Он сердцем чувствовал свое место – оно было рядом с Лю Вэем. Су Юн просто не мог оставить его одного.       – Вы прислушались к тому, что живёт здесь, – Лю Вэй протянул ладонь и замер возле груди юноши.       Су Юн задержал дыхание, взволнованно глядя на запястье друга.       – Вы были решительны, господин Су Юн. Вы не колебались. Потому я и не смог отговорить Вас. Уверен, даже если бы я, Бэй Сён, да даже сам император были бы против, Вы бы всё равно пришли, потому что считали это правильным. Как и я верил, что должен бросить вызов Чжуну Хэ. С самого начала знал, что поступлю так. Другого выбора не было.       – Я надеялся, что есть другой способ, – прошептал Су Юн уязвимо, отведя взгляд в сторону. – Чжун Хэ – очень сильный соперник, а Вы решили сразиться с ним. Было столько крови... Простите, что не смог ничего придумать и уберечь Вас…       – Это совсем не так! – пылко возразил Лю Вэй. – Вы предложили, должно быть, сотню вариантов, чтобы помочь мне!       – Но они ведь не подошли... – мотнул головой Су Юн.       – Вариант с приглашением на танец был очень остроумным,~ – Лю Вэй дружелюбно улыбнулся.       Су Юн неловко потёр нос.       – Что же Вы, в самом деле?.. Это был самый глупый из всех вариантов. Как бы Вы могли танцевать с ним?.. А если бы на Вас набросились его жены?       Су Юн был абсолютно серьезен в том, что говорил, что делало его слова ещё более очаровательными. Лю Вэй тихонько рассмеялся.       – Думаю, я смог бы отбиться от них.       – Но ведь...       – Сомневаетесь? – игриво прищурился Лю Вэй.       – Ни в коем случае! Но я бы не хотел, чтобы они на Вас набрасывались. Это совсем непристойно.       – Я тоже, – признал Лю Вэй. – Но, полагаю, всё сложилось лучшим образом. Чжун Хэ больше никому не навредит. Я в глубине души надеялся, что его жены были согласны отдавать свою энергию, но, когда магия развеялась, они были дезориентированы и напуганы. Полагаю, они были в таком же плену, в какой чуть не угодила госпожа Мин Бао.       – Их очень жаль, – прошептал Су Юн. Было уже не до шуток, и он опустил голову, при том, что заставлял себя держать спину и плечи в напряжённой идеальности. Лю Вэю хотелось попросить его расслабиться, но он знал, что Су Юн не сможет. Это уже стало его частью. – Надеюсь, господин Ланг Бао не будет с ними строг.       – Они такие же жертвы, как и он. Императору ни к чему быть с ними жестоким, – успокоил друга Лю Вэй, хотя не мог отвечать за действия Сына Неба. Ланг Бао чуть было не убил Лэй Линя – святую душу. А тут погрязшие в разврате женщины...       – Но, главное, Чжун Хэ больше никого не обидит. Вы поступили правильно, господин Лю Вэй. Героически! Несмотря на всех, кто был не согласен, вопреки всем обстоятельствам, что были против... Вы совершили настоящий подвиг. Уверен, его оценили даже Небесные Владыки.       Лю Вэй потеплел в лице. Когда Су Юн говорил так праведно и энергично, не просто нахваливая его, а искренне им восхищаясь, Серебряный Наследник чувствовал невероятный шквал поддержки. Энергия Су Юна, его жизненная сила и рвение придавали Лю Вэю сил и дальше совершать подвиги.       – Без Вас ничего бы не вышло. Вы были со мной всё это время, господин Су Юн. Мы сражались вместе.~       – Это все Вы! – не согласился лекарь.       – Без Вашей поддержки я бы ни за что не справился. Поэтому... Я ещё раз хочу поблагодарить Вас за то, что пошли со мной. Вы подвергли себя опасности ради меня... И вновь спасли мне жизнь.       – Ваша жизнь для меня очень важна, господин Лю Вэй, – искренне ответил Су Юн, – поэтому я никак не мог оставить Вас. Моё место рядом с Вами, и я всегда буду оберегать и лечить Вас.       Лю Вэй так и не убрал руку от его груди. Су Юн осторожно поднес свои ручки к нему, укрывая куполом из ладоней. Они интимно замерли, взволнованно переглядываясь в юношеских, робких чувствах, чистых, как горный хрусталь. Волна тепла накрыла их, согрела, потянула друг к другу. Их руки были совсем рядом, как и души.       Юноши замерли, боясь пошевелиться, нарушить эту интимную, крепкую связь, возникшую между ними, боясь коснуться и развеять магию чувств, но она была нерушимой, абсолютной, вечной, связавшей их сердца задолго до этого жеста абсолютного доверия. Су Юн подпускал Лю Вэя к себе. Доверял ему свое сердце, свою жизнь. Лю Вэй безмолвно клялся, что убережёт его, скользя взором, полным неизмеримой нежности по лику идеального создания, совершенного и прекрасного.       – Су Юн...       Лю Вэя тянуло к нему. Жар подстёгивал коснуться, переступить через все правила и хулиганисто прижаться к ненаглядному избраннику сердца, наплевав на все запреты учителей и правила. Просто сжать его в объятьях, рухнуть на кровать и делиться чувствами в сладостных, горячих прикосновениях... Но Дракон сдержался, прогнав от себя все жаркие фантазии. Он почувствовал, что счастлив и сейчас: в той близости, к которой подпускал его Су Юн, в тех редких взглядах, что они могли позволить друг другу. Сдерживая порывы тела, Лю Вэй открывал близость души, гораздо более сокровенную, и видел именно то, что хотел показать ему Су Юн. В их трепетном отношении друг к другу, в словах, действиях – во всём – они чувствовали настоящее и сокровенное согласие и единство душ. Словно родные, они ценили истинность непорочных, чистых эмоций. Настоящие... Они просто были рядом, потому что нуждались друг в друге, потому что хотели быть вместе и могли просто наслаждаться тишиной, волнительным жаром и близостью, что ощущалась лишь тактильной близостью, но не прикосновением, что волновала и щекотала кончики пальцев, что сбивала дыхание, делая его глубже и горячее, что по-настоящему сближала их. В неспешности жизни, в интимной тишине, в спокойствии бескрайнего времени, они могли вечно стоять так, улыбаясь друг другу и чувствуя тепло родной души, рвавшейся храбро защищать и оберегать своего ненаглядного избранника сердца.       Лю Вэй томно разглядывал лик Су Юна, а юный лекарь взволнованно бегал взглядом по всем объектам кроме самого главного. Ему хотелось смотреть на человека, что восхищал его, но юноша всю жизнь избегал прямых взглядов, потому каждый раз, боясь зайти до конца, осекался, но снова повторял попытку, желая отдаться столь сокровенному и важному моменту целиком.       Лю Вэй смотрел на лекаря, не отводя взора. Он успокаивал его своим терпеливым поведением, не требовавшим от юноши ничего взамен, давая лекарю время привыкнуть к нему, уверяя, что все в порядке, и Су Юн совсем ничего не должен ему, а когда их взгляды наконец пересеклись, установив особую связь, когда Су Юн перестал убегать и позволил Лю Вэю заглянуть в свои яркие глаза, чтобы увидеть его душу, Серебряный Дракон наклонился и навис носом над кончиком носика лекаря. Они почувствовали запах друг друга – цветочный, смешанный с лекарственными травами и мазями. Родной. Их общий.       Близость достигла запредельной отметки. Руки взволнованно шевельнулись. Су Юн по привычке хотел прижать ладошки к груди, но оказавшаяся у сердца рука друга заставляла терпеть, выражая волнение совсем иначе. Боясь быть ближе, но желая этого, Су Юн потянулся в ответ. Он чувствовал дыхание мужчины на своем лице, волнение, согревшее все тело. Лю Вэя накрыла нежность от взгляда, наполненного безбрежной заботой и благодарностью. Они оба чувствовали это.       – Спасибо, господин Су Юн. Вы – мое спасение в тяжёлый час, мое спокойствие в шторме страстей, приют души в любой из дней. Вы... Вы – мой дом и самый дорогой друг. Я Вам очень признателен. За то, что Вы появились в моей жизни, за всё, что Вы говорили и делали для меня… За всё-всё-всё я благодарен Вам и, обещаю, я буду и дальше беречь и защищать Вас. Всю свою жизнь, – поклялся Лю Вэй, почти что касаясь носика юноши и не сводя с его прекрасных, чувственных глаз верного взгляда.       Губы его тоже нависли пленительно близко над сладкими губами лекаря, но Су Юн не думал об этом. Слишком чистый, он доверял Лю Вэю, зная, что тот ни одним своим словом и действием не причинит ему зла. Зная, что он может подпустить его ещё ближе, и с его душой Лю Вэй будет обращаться ещё бережней, чем сейчас – с его телом.       От чувств Су Юн свёл брови, слегка просев в коленях. Томно приподнял голову, не желая разрывать их связи и близости. Позволяя себе смотреть в янтарные глаза, он растворялся в прямом, нежном взгляде, отдаваясь чувствам целиком и полностью. Слова Лю Вэя ласкали слух, нежностью обволакивали душу, исцеляя глубокие раны.       Су Юн взволнованно отвёл плечики назад, выгнулся в спине, горячо выдохнул, прежде и вовсе едва дыша.       – Это я должен благодарить Вас, господин Лю Вэй. Вы... Вы научили меня улыбаться. И смеяться. И... Кушать палочками. С Вами я... Чувствую себя таким счастливым, – трогательно прошептал Су Юн, вкладывая всю искренность и признательность в каждое сокровенное слово. – Со мной это впервые, и я… Хочу всегда... Всегда-всегда!.. Дарить Вам это чувство в ответ... Беречь Ваше счастье.       – Наше, – горячо прошептал Лю Вэй.       Су Юн взволнованно проскулил на выдохе, приоткрыл рот и дрожащими от чувств губами вымолвил:       – Наше. Наше самое сокровенное счастье.       Лю Вэй улыбнулся ему. Нежно, как умеют только влюбленные юноши, познавшие чувства впервые. Дрожащие губы Су Юна изобразили такую же лучезарную и солнечную улыбку. Они наслаждались счастьем, что дарили друг другу, греясь о чувства, что были жарче палящего солнца.       – Но для этого.... Для Вашего счастья... И нашего… Прошу Вас, господин Лю Вэй. Поспите немного.       Су Юн не мог сдержать своей заботливой натуры, взволновано глядя в янтарные глаза. Лю Вэя это восхищало.        «Как же он все-таки милый…~»       – Су Юн... Я в порядке. У нас есть целых три дня, и я хочу провести их с Вами. Прежде нам всегда мешали обстоятельства, но сейчас, пока мир замер... Я хочу быть с Вами. Хочу полить пионы. Я чувствую ответственность, и сердце моё болит за них. Хочу сдержать обещание, данное Вам. Прошу, позвольте мне исполнить свой долг перед Вами.       Су Юн покраснел, понимая, как важно для них обоих это время. Для юного лекаря оно тоже было бесценным, но юноша не мог просто сдаться. Лю Вэя сильно избили. Он не успел восстановиться, а каждое движение – Су Юн знал – причиняло ему нестерпимую боль.       – Но вам ведь больно... – взволнованно прошептал Су Юн.       – Никакая боль не помешает мне позаботиться о наших с Вами малышах. Если я не буду заботиться о подарке, что поднес Вам, как же тогда он порадует Вас? Это моя ответственность перед Вами. Мой долг. Наши малыши ждут нас. Нас обоих.       – Господин... – Су Юн был тронут, но, видя его решимость, чувствуя её в жаре их близости, просто не мог возражать. – Обещайте мне, что как только мы польём цветы, Вы вернётесь в постель.       Лю Вэй покорно кивнул.       – Мы ведь многим можем заняться вместе даже на кровати, – совершенно серьёзно произнес Лю Вэй. – Если, конечно, я не буду Вас отвлекать… Господин Бэй Сён говорил, что у Вас много обязанностей...       – Мне нужно выучить свитки, что оставил учитель, приготовить лекарства, убраться, собрать еду учителю в дорогу...       – Тогда я покорно посплю, чтобы не мешать Вам, а Вы займетесь делами, – предложил Лю Вэй. Он не хотел, чтобы его желания шли во вред обучению юноши. И без того он весь месяц приходил, когда было удобно ему, а Су Юн потом работал без медитаций и какого-либо отдыха ночи напролёт... Осознав это, Лю Вэю стало стыдно.       – Должен позаботиться о Вас, – мотнул головой Су Юн. – Подопечные – самая важная работа лекаря. Потому... Как только я приготовлю учителю еду, я непременно приду к Вам: присматривать, чтобы Вы хорошо отдыхали, выздоравливали и не перенапрягались. А ещё очень важно хорошо питаться, чтобы тело восстановилось лучше, и...       Су Юн с серьезным лицом перечислял лекарственные методы. Лю Вэй довольно улыбался, внимательно слушая его.       – Как же мне повезло с Вами, господин Су Юн. Добрый друг, заботливый лекарь… Вы просто идеал добродетели и заботы.       – Я хочу, чтобы вы были здоровы, – искренне произнес Су Юн.       – И всё же, просто валяться, отдыхать и кушать все три дня я не собираюсь. Так что, пожалуйста, придумайте, с чем я могу Вам помочь, чтобы мы могли провести это время вместе с пользой для Вас.       – Что Вы, господин Лю Вэй? Вам совсем не нужно... – юноше было очень неловко.       Лю Вэй поймал его взгляд.       – То, что важно для Вас, важно и для меня, господин Су Юн. Вы станете хорошим лекарем, и, как и Вы помогаете мне, я хочу помочь Вам. Может, я ничего не знаю о духовных практиках и не мог бы ничему Вас научить, но... Я могу побыть рядом, а также одолжить свое тело для любых практик. Если Вам нужно потренироваться делать массажи, зашивать раны или ещё что-то, я всегда к Вашим услугам.       Су Юн робко вжал плечики.       – Что Вы такое говорите? Я не собираюсь Вас использовать, чтобы тренироваться на Вас. Вы достойны самых лучших прикосновений и помощи! Я...       – Я хочу помочь Вам стать сильнее. Как Вы помогали мне усовершенствовать тело, так и я готов помочь Вам стать лучше, как лекарь. В этом нет ничего страшного. И, я уверен, Вы прекрасно со всем справитесь, ведь у Вас золотые ручки и острый ум.       Лю Вэй был абсолютно серьезен. Су Юн смутился, чувствуя искренность друга.       – Я правда не хочу использовать Ваше тело подобным образом. Но, думаю, мы могли бы почитать вместе.       Эта фантазия казалась Су Юну очень уютной. Он опустил взор и печально улыбнулся, вспоминая сокровенные моменты из прошлого.       – Вы не любите моего учителя, я знаю. Простите, что говорю о нём… Но именно он научил меня всему. Я пришел в этот мир чистым листом и совсем ничего не умел. Ему пришлось очень непросто, обучая меня. Полагаю, другие ученики были гораздо талантливее и умнее меня, потому учитель был очень недоволен тем, что у меня всё получается недостаточно идеально.       – «Недостаточно идеально», – ворчливо повторил Лю Вэй, невольно злясь на прошлое друга. Эта фраза вывела его из себя, пропитав ненавистью к учителю. Он никак не мог успокоиться, раненный этой возмущающей ересью. – «Недостаточно идеально!»       Су Юн замотал головой. Он хотел сказать совсем не об этом. Печальный взгляд ярких глаз призвал Лю Вэя просто выслушать.       – Но как бы сложно ни было, учитель всегда-всегда продолжал меня учить. Каждый день, когда вставало солнце, я приходил к нему и получал задания на день, а вечером, если я со всем справлялся, учитель давал мне свитки. Он садился в большое... Кресло, а я стоял перед ним, как величественный глашатай. Это было очень торжественно! И тогда я громко зачитывал то, что написано в свитках. Честно говоря, я очень долго учился читать... Мне совсем не хотелось расстраивать учителя, поэтому я очень старался, но порой запомнить иероглифы и правда было непросто. Но когда я научился, когда получалось прочесть что-то безупречно, я испытывал такую радость от чтения вслух! Если Вы не против, я хотел бы Вам... Почитать.       Взволнованные глаза посмотрели на Серебряного Дракона почти что с мольбой. Это было очень важно для него.       Лю Вэй был очарован им и нежно улыбнулся.       – Как такому солнышку можно отказать? – нежно спросил он.       Лю Вэй, вне сомнений, чувствовал все горестные переживая, что лежали за словами друга. Он был глубоко возмущён тем, что учитель заставлял его стоять во время чтения и ругал за оплошности. "Недостаточно идеален!" – эта фраза просто взбесила Лю Вэя. Ему хотелось немедля набить учителю морду, но он знал, что другу нужна вовсе не его злоба. Су Юн нуждался в его тепле, что создаст новые, хорошие воспоминания без замороченных потаённых страхов несовершенства и ошибок.       – Я хочу показать Вам, как читают книги в Арасии, – нежно произнес Лю Вэй.       – А как?.. – полюбопытствовал Су Юн. – Есть какой-то особый ритуал?       – Я Вас научу. Но прежде давайте позаботимся о наших детях.       – Наших... Детях… – Су Юн покраснел, повторив слова друга, но кивнул.       Лишь тогда они неловко убрали руки от груди Су Юна и отстранилась друг от друга, почувствовав мучительную нехватку тепла, оставившего их с разрывом близости. Су Юн сделал крохотный шажочек к другу, чтобы еще немного ощутить тепло родного сердца. Лю Вэй понимал его. Они немножко постояли рядом, пока Су Юн не очнулся, взволнованно предложив:       – Тогда сходим за водой.       – С ними ведь ничего не случилось? – взволнованно спросил Лю Вэй, беспокоясь за хрупкие создания.       – Всё хорошо, господин Лю Вэй. Мы укладываемся в график полива.       – Просто такая жара... – Лю Вэй жалостливо свёл брови вместе. – Вдруг они пересохнут?.. Я не хочу, чтобы наши пионы погибли...       – Мы не позволим им сгинуть, – решительно заявил Су Юн. – Вы – очень ответственный родитель, господин Лю Вэй. И даже если Вы будете заняты и не сможете прийти, я ни за что не забуду про наши цветы. Я буду поливать их, и Вы, непременно, тоже будете это делать, когда у Вас будет время. Вам не стоит так волноваться. Всё хорошо. Мы вырастим их здоровыми и сильными.       – Мы должны делать это вместе, – смущённо заверил Лю Вэй. – Я не хочу перекладывать это на Вас. Это наша общая ответственность, потому каждый росточек, каждый кустик, каждый цветочек мы должны взрастить вместе.       – Поэтому я и ждал Вас, – робко произнес Су Юн, прижав ладошки к груди. Обеспокоенно оглядел друга. – Вы правда можете идти? Ваше тело...       – Правда.       Чтобы доказать это, Лю Вэй бодро зашагал вперёд. В теле его мучительно отзывалась боль, но он совершенно невозмутимо шагал вперёд, мне давая Су Юну даже повода для тревог.       Отодвинув дверь, Лю Вэй почувствовал, как лучи вечернего солнца жгуче обжигают кожу.       – Какое жаркое лето, – выдохнул Лю Вэй. Он привык к высоким температурам, живя на юге, но этот год был каким-то особенно знойным.       – Просто солнышко Вас любит, – произнес Су Юн, совершенно забыв о том, что всего пару минут назад солнышком Лю Вэй назвал именно его. – Мы повстречались, и с тех пор всегда светит солнце.       Это прозвучало очень романтично. Лю Вэй улыбнулся.       – Раз так, то пусть всегда светит. А у нас будет причина почаще поливать цветы.~       Су Юн бодро закивал. Они вышли в сад и набрали воды из колодца. Су Юн хотел принести, но Лю Вэй мужественно забрал все ведра. Лекарь беспокойно суетился вокруг друга, но воитель остался непреклонен и сам донес тяжёлые ведра, мужественно выпятив грудь вперед.       Когда они оказались у места посадок, Лю Вэй увидел, что цветы, что Су Юн посадил позже, уже дали ростки, но их пионы все ещё дремали в земле.       – Они в порядке?.. – тут же заволновался Лю Вэй.       – Конечно, – спокойно ответил Су Юн, не понимая тревог друга.       – Но ростков всё ещё нет... – Лю Вэй опустился на колени и коснулся ладонью земли, будто поглаживая незримых детей. – Они не погибли?.. Мы не пришли, а они…       – Господин Лю Вэй, пионы – кустовые цветы. Их семена могут дать первые ростки лишь через четыре месяца. Это в самом лучшем случае. Иногда это занимает год или два... А первые бутоны распустятся не раньше, чем через четыре года.       Лю Вэй опешил.       – Так долго? – он уязвимо свёл брови вместе. – Я и не знал... Я думал, что они быстренько вырастут, чтобы порадовать Вас поскорее…       Лю Вэй явно расстроился.       – Цикл жизни неспешен, – спокойно ответил Су Юн и с нежностью коснулся земли, сев на корточки рядом с другом и второй рукой приобняв колени. – Всему свое время. Семена всходят, когда приходит их время. Как и чувства. Они прорастают сквозь многие годы. Я верю, что мы вложим всю свою любовь в эти цветы, и однажды они непременно порадуют наш взор. А до тех пор за этими хрупкими, нуждающимися в заботе созданиями, мы будем заботиться вместе.       – Это и правда совсем как растить детей, – прошептал Лю Вэй. Он испытывал от этого странное волнение в животе и нижней части таза.       – Оттого приятнее будет увидеть их спустя многие годы, – произнес Су Юн с нежной улыбкой. – Всего лишь четыре года. Это совсем небольшой срок. Мы непременно увидим их вместе.       Лю Вэй почувствовал тепло на душе. Он решительно обернулся к Су Юну.       – Мы обрели друг друга совсем недавно, господин Су Юн, но я уверен, что наша дружба пройдет испытание временем и станет лишь крепче. Сквозь твердую, сухую почву она прорастает под лаской наших рук и голосов и вырастет прекрасным цветком, который ничто не сможет сорвать. Это будет даже не цветок! Большое дерево, многовековой дуб, который не срубят никакие обстоятельства!       Су Юн очаровательно покраснел и кивнул.       – Я не сомневаюсь в этом. Я хочу быть рядом с Вами, господин Лю Вэй. Хочу вырастить цветы и увидеть Солнечную Арасию... И много других мест и людей вместе с Вами. Хочу каждый день видеть Вашу счастливую улыбку и помогать Вам.       Лю Вэй расплылся в нежной улыбке, согретый словами друга.       – Когда мы приедем в Солнечную Арасию, я высажу для Вас тысячи красивых цветов, – пылко пообещал Лю Вэй.       Су Юн робко прижал запястье к носу, пряча румянец.       – Я буду Вам помогать. Можно?       – Конечно! Без Вас ведь я не справлюсь.~       Су Юн вдохновился и с воодушевлением ухватился за лейку.       – Но сначала мы вырастим наши пионы, – бодро произнес он.       Лю Вэю было приятно увидеть столь яркую, чистую улыбку на устах друга.       – Конечно.~       Бережно работая вместе, друзья полили пионы и другие цветы. После этого Лю Вэй покорно вернулся в кровать и принял лекарства.       – Вам нужно поспать, – настаивал Су Юн.       Лю Вэй ворчливо надул щеки, а Су Юн взбил ему подушку и заботливо подложил под голову.       – Пожалуйста, – гораздо мягче сказал лекарь.       Лю Вэй невольно зевнул. Его тело и правда нуждалось в отдыхе, как бы он ни противился этой мысли.       – Я обещал Вас послушать... – сонно прошептал он, желая услышать «сказку на ночь».       Су Юн сел на корточки напротив него и тепло ему улыбнулся.       – Как наберётесь сил, я обязательно почитаю Вам что-нибудь интересное. Обещаю. А пока, пожалуйста, отдыхайте. Вы сегодня большой молодец.       – Су Юн...       – Да?       – Вы такой хороший человек. Спасибо, что однажды Вы согласились быть моим другом, – искренне прошептал Лю Вэй. Он крепко обнял подушку – так сильно, как хотел бы сжать в объятьях Су Юна. От нее нежно пахло их общим запахом.       – Я счастлив, что Вы предложили, – нежно произнес Су Юн и укрыл друга лёгкой простыней. Пусть было жарко, покров создавал чувство уюта и безопасности. Расправив простыню, лекарь нежно улыбнулся другу. – Прошу, отдыхайте и ни о чем не тревожьтесь. Обещаю, когда Вы откроете глаза, я буду рядом.       Лю Вэй доверчиво кивнул ему и закрыл глаза, позволяя организму спокойно регенерировать под действием множества лекарств. Он провалился в глубокий сон, а когда открыл глаза, Су Юн и правда был рядом, встречая пробуждение друга солнечной улыбкой.