Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Собравшиеся изумлённо моргали. Они ждали совсем иного исхода суда и были обескуражены произошедшим.       По клинку императора стекала кровь. Ланг Бао тяжело дышал, вовлекая в процесс все тело, содрогаясь плечами и покачиваясь вперед-назад. Он выглядел уставшим и отчаянным. Окровавленный клинок в его руке застыл в какой-то неестественной позе, будто юноша совсем не знал, как его нужно держать, и взял в руки впервые.       Тэй Шу, увидев состояние Сына Неба, подошёл к Ланг Бао и встал за его спиной.       – Расходитесь, – холодно приказал змей, глядя на оцепеневших свидетелей. – Суд над Гвэйнами состоится закрыто.       Бэй Сён был единственным, кого это известие обрадовало. Он не хотел находиться в зале суда и ушел первым, увлекая за собой взволнованного Су Юна. Увидев смерть, юный лекарь сжался и уже не был в силах отнять руки от груди. Он был слишком нежным для такого зрелища.       Шэн Ву облегчённо выдохнул, глядя на трупы со смесью презрения и ликования. Тела Дау Мона и Чхан Мона – его злейших врагов – лежали без жизни на земле. В последние мгновения жизни фениксы пытались сопротивляться смерти, но Тэй Шу полностью подавил их волю, подарив императору возможность свершить правосудие лично. Шэн Ву считал их смерть справедливой и почувствовал, что душа его обретает покой. Он был отомщён.        «Это не идея Сына Неба,» – подумал Лю Вэй.       Он вспомнил, как император взволнованно держал клинок на коленях. Ланг Бао принес его с собой, готовился к этому убийству. Трусливый и пугливый император... Прежде сложно было представить, чтобы Тигрёнок раскрыл на кого-то пасть и обнажил короткие клычки. Он всегда прикрывался другими, а теперь вершил правосудие сам. Показывал свою силу. Свою обиду. Это далось ему сложнее, чем звучало. Ланг Бао находился на грани истерики и низко опустил голову, пытаясь восстановить сбитое от эмоций дыхание.        «Это идея учителя. Он вложил меч ему в руки. Он сказал это сделать. Ланг Бао был к этому не готов…»       – Вы хорошо справились, – почтительно прошептал Тэй Шу, уложив ладони на худые плечи.       Ланг Бао его не услышал, а на прикосновение никак не отреагировал. Нужно было что-то большее, чтобы вывести юношу из состояния глубокой прострации.       Люди неохотно начали разбредаться. Лю Вэй хвостиком пошел за Су Юном, но постоянно оглядывался. Серебряный Дракон не был удовлетворен произошедшим, ведь некоторые вопросы так и остались нераскрыты. Его не оскорбило то, что его героическому расследованию не придали внимания. Он с самого начала не искал славы в своих действиях, а защищал друзей, но Дракон хотел знать, что будет дальше. И он был в этом не одинок.       – А что будет с Монами? – дерзко спросил Цуй Фэйцвэй.       Тэй Шу глянул на него изничтожающим взглядом.       – Император отдал приказ. Подчиняйся, дракон.       Змей явно хотел, чтобы все немедленно ушли. Ланг Бао пламенно желал того же, но, услышав вопрос, вздрогнул и поднял на главу клана изумрудного дракона ожесточенный взгляд.       – Клана Мон больше нет, – процедил Ланг Бао.       Его слова заставили всех изумлённо переглядываются.       – Что это значит?..       – Фениксов что, всех перерезали?       – Не знаю, их земли под охраной клана Шу...       Люди заволновались, но смолкли, чтобы услышать истину. Ланг Бао выпрямился, взмахнул окровавленным клинком, поцеловал навершие цзяня, обернулся и вложил меч в крупные ладони Тэй Шу.       – Клан Мон полностью переходит под власть Тэя Шу! – жестко объявил император. – Отныне клан Мон прекратил свое существование. Все стяги будут уничтожены, все символы забыты, а те, кто не примут дар благого рода Шу, будут уничтожены. Если они хотят доказать свою верность, то склонят колени.       Народ взволнованно ахнул. Люди ожидали многого, но только не такого радикального укрепления власти рода Шу. Склонится ли клан Мон перед змеем, повинным смерти их главы?       – Верным людям всегда будет дан шанс, – милостиво произнес Ланг Бао, не отпуская рукояти цзяня и почтенно передавая власть в руки доверенного человека. Император смотрел прямо в глаза Тэя Шу, поскольку лишь змей мог унять страхи и боль императора. – Империя ценна людьми! Но, чтобы поддерживать порядок, людьми нужно грамотно управлять. Дау Мон не справился. Тэй Шу возьмёт на себя все полномочия.       Ланг Бао отнял руку от клинка и воскликнул:       – Империя сильна! Благодаря верным защитникам никто и никогда не сломит порядок. Империя Хао будет процветать!       В его голосе слышалась сила. Обычно Ланг Бао звучал как перепуганный тигрёнок, но в этот раз он зарычал, как настоящий тигр. Дау Мон разозлил его. Предал его. Наговорил низостей и гадостей, но в них таилось семя истины, что узрели многие, а Сын Неба пытался сокрыть. В этот последний миг всеобщего внимания он хотел показать силу, прежде чем обмякнуть и снова свернуться в бессильный клубок.       – Для меня честь служить империи и Вам, Ваше величество, – почтительно произнес Тэй Шу и поцеловал лезвие клинка. Кровь Дау Мона окрасила его губы.       Ланг Бао доверчиво кивнул. Этим жестом он вверял в руки змея безопасность столицы и всей империи. Клан Мон был ответственен за подготовку рекрутов, военное довольствие и снабжение, а Дау Мон был военным генералом. Со смертью Дау Мона Тэй Шу получил всё – власть, положение, людей, средства, новые земли, обязанности и должность. В мгновение ока он стал вторым по значимости человеком в империи после императора.       Цуй Фэйцвэй возмущенно раскрыл рот и захрипел, подавившись крахом своих фантазий. Он рассчитывал получить кусок власти, но в то время, как Лю Вэй жертвовал собой, клан изумрудных драконов и пальцем не пошевелил, а Тэй Шу задержал преступника. Змей получил свое преимущество в гонке за властью и любовью императора, а те, кто лишь наблюдали за близкой смертью Сына Неба, остались не у дел. Цуй пожалел о своем вопросе, как будто это могло изменить сказанного, но все было решено уже давно – в тот день, когда Тэй Шу принес императору исцеление и вложил его в уста страстным поцелуем.       Пусть участие Лю Вэя никак не осветилось на суде и все лавры получил учитель, Серебряный Дракон не переживал из-за этого и решил не заявлять о своём участии открыто. Он решил, что так даже лучше – и без того привлек к себе слишком много ненужного внимания. Ему не хотелось, чтобы Моны, обозлившись, подослали к нему десяток наемных убийц, чтобы оборвать его жизнь.       На удивление, пусть власть клана Шу – заклятого врага клана Вэй – укреплялась, Лю Вэй был рад за учителя. Он почувствовал тепло, развивавшееся по душе. Лишь в этот миг Лю Вэй осознал, что привязался к Тэй Шу. Их кланы ненавидели друг друга, но для Лю Вэя Тэй Шу был учителем, которому он мог доверить свою жизнь, ведь уже неоднократно был спасён его своевременным появлением.       Из размышлений его вырвал самодовольный холодный голос Тэя Шу:       – Император ответил на твой вопрос. А теперь прочь.       Ланг Бао зашёл за спину своему защитнику. Его тонкие пальцы, на которых на этот раз красовался всего один перстень, крепко сжали ткань одеяния Тэй Шу. Ланг Бао едва держался, желая уединиться с генералом своих армий. Да... Теперь Тэй Шу перенял и это звание.       Изумрудный дракон прикусил губу и уполз прочь под холодным взором Тэй Шу. Другие люди тоже начали расходиться. Лишь один Лю Вэй застыл, чувствуя смесь эмоций – от радости до тревоги. Су Юн замер за его спиной, беспокойно держа ладошки на груди.       – Господин? Вы в порядке?       Лю Вэй ожил лишь с звуком его голоса. Обернувшись, Серебряный Дракон увидел живые глаза, что хотели поскорее уйти от места свершения казни. Он почувствовал себя виноватым за то, что заставил друга находиться в неприятном ему зале так долго и волноваться за себя.       – Я уже иду. Не беспокойтесь, всё хорошо. Просто немного задумался.       В этот момент с трона поднялась Мин Бао. Она подошла к брату, шёпотом спросила у него что-то, а после окликнула Лю Вэя:       – Дракон!       Лю Вэй изумлённо обернулся, но остался верен своему безупречному воспитанию и низко поклонился.       – Госпожа Мин Бао, я к Вашим услугам.       Су Юн поклонился принцессе следом за другом. Она не смогла сдержать улыбки. Юный лекарь казался ей безмерно очаровательным, а вот Бэй Сён, обернувшийся следом за всей троицей, явно нервничал из-за возни ученика. Он был похож на хозяина пса, недовольно тянущего на себя ошейник. Мастер не хотел, чтобы Су Юн находился в высшем обществе и обретал опасные связи вне своей лекарской деятельности, впутываясь в политические игры элит. Бэй Сён опасался за его жизнь, зная, каким легковерным и доверчивым был Су Юн. Однако Бэй Сён не владел его жизнью, потому мягко позвал:       – Су Юн, пора идти.       У юноши сердце разрывалось надвое – нужно было следовать за наставником, но и оставлять Лю Вэя не хотелось – юноша желал обсудить все увиденное. Их разговоры стали очень дороги Су Юну. Он хотел говорить с ним.       Хотел!       Явственно чувствовал это и поразился тому, что его настоящие желания начали так сильно влиять на его поведение.       Вздрогнув от недовольного голоса наставника, Су Юн вновь низко поклонился.       – Мне нужно идти. Прошу меня простить.       Лю Вэй глядел на друга с таким же ярким желанием никогда с ним не расставаться. Однако он не мог обидеть принцессу.       – Я украду его ненадолго, – подмигнула принцесса лекарю.       Су Юн изумлённо захлопал глазами, не разгибая спины. Ему показалось удивительным и крайне смущающим, что принцесса словно просила у него разрешения «украсть» Лю Вэя. Су Юн не знал, как на это реагировать, ведь не считал, что Лю Вэй принадлежит ему. Они оба поразительным образом оказались неревнивы и абсолютно друг другу доверяли, веря в выбор близости и общения.       – Конечно, госпожа. Желаю Вам приятной беседы, – Су Юн улыбнулся, прикрыв глаза. – Господин Лю Вэй, до встречи.       – Я загляну сегодня, – мягко произнес Серебряный Дракон. Он хотел полечить раны друга, однако, Су Юн взял себя в руки и показал смиренное спокойствие, спрятав сомнения и волнения куда-то очень глубоко внутрь себя.       – Должно быть, у Вас много дел. Не беспокойтесь, господин Лю Вэй, Вы и так провели много времени в резиденции клана Сён. Если будет что-то болеть – приходите, а так, прошу, не торопитесь и делайте свои дела. Я буду рад видеть Вас в любой час и совсем не хочу отвлекать Вас.       Су Юн поспешно поклонился трижды и сбежал к учителю.       Лю Вэй удивился такой реакции друга.        «За что на этот раз искорка себя винит? Уж чего удумал! Я обязательно должен прийти к нему сегодня!»       – Не забудьте отдохнуть ночью! – попросил Лю Вэй вслед. Хотелось сказать что-то нежное, и слова сами вырвались.        «Ну что за глупости? Я ведь все равно приду. Разговор с Мин Бао не должен занять много времени, суд над Гвэйнами будет закрытым, а тренировка с Тэй Шу, если она и состоится, то только вечером. А я ему про ночь... Совсем дурак.»       Однако Лю Вэй улыбнулся своим мыслям, провожая возлюбленного. Су Юн взволнованно обернулся, услышав про отдых, счастливо улыбнулся, словно слова друга уберегли его от всех невзгод, и зашагал высоким шагом вслед за мастером.        «Прелестный.~»       Мин Бао слегка нетерпеливо заметила:       – Я ещё здесь, Дракон.       Юношу пробрала дрожь. Он понял, что вёл себя непозволительно, и, подобно Су Юну, поклонился принцессе несколько раз.       – Прошу меня простить. Я...       – Ты идёшь со мной, – властно приказала девушка и поманила его рукой.       Лю Вэй почувствовал, насколько неловкую ситуацию создал – все уже ушли, а он один мешал императору и генералу говорить о делах и готовиться к следующему заседанию.       Тела Монов никто с собой так и не забрал. Кровавая лужа текла, стремясь заползти под сапоги императора. Лю Вэй всем сердцем захотел поскорее уйти отсюда.       – Я готов следовать за вами, госпожа.       Мин Бао потеряла улыбку и вышла из тронного зала. В этот момент ее сразу же окружила взволнованная охрана, глядящая на Лю Вэя крайне враждебно.       Серебряной Дракон вёл себя невозмутимо, никак не провоцируя стражу. Мин Бао вальяжно направилась вперёд по коридору. Принцесса совершенно не обращала на воителей внимания, словно они были частью ее естества, разве что не позволяла себе лишних тем.       – Я хотела поблагодарить тебя, – начала она разговор. – Ты снова спас положение и вовремя пришёл на выручку. Без тебя брат бы умер.       – Вы мне льстите, госпожа. Без Вас я бы ничего не смог.       Мин Бао фыркнула.       – Это не так, и ты это знаешь. Ты бы нашел способ разобраться во всем даже один. Я в это верю. Знаю тебя.       От последней фразы повеяло нежностью.       – Но Ваша помощь была неоценима и открыла мне многие двери. Без Вас было бы гораздо тяжелее, и я мог бы не успеть, так что Ваша заслуга здесь неумалима, и я не смею заявлять, что сделал всё один.       – Я ждала. Думала, ты вернёшься ко мне с лекарством, – она печально улыбнулась. – А ты совершил невозможное сам.       – Это неправда. Мне помогали Лэй Линь, Шэн Ву, Тэй Шу и клан Сён. Один бы я ни за что не справился.       – Скромность тебе к лицу, – улыбнулась Мин Бао. – Но без тебя всего бы этого не случилось. Ты спас жизнь моему брату.       – А Вы спасли жизнь моему другу. Полагаю, мы в расчете.       Мин Бао улыбнулась.       – Всё же, ты удивительный человек, Лю Вэй. Не такой, как другие. Чем ближе узнаю тебя, тем сильнее меня это восхищает.       Лю Вэя смутили ее слова.       – Я такой, какой я есть.       – Именно! Настоящий мужчина, способный на поступки! А не то, что... – Мин Бао опустила взгляд. – Знаешь?.. Когда всё это стало известно, а твоя теория подтвердилась... Было очень тяжело принять произошедшее. Я не скажу, что я считала Монов святыми, или что никогда не слышала о грехах Чхана Мона.... Но чтобы такое...       Девушка вздрогнула и обняла себя руками. Длинные рукава волочились вслед за ней по земле.       – То, что ты рассказал, лишь верхушка айсберга. Тэй Шу тут всех на голову поставил. Как только брат поправился, он водил к нему бессчётное количество свидетелей и приносил ужасающие доказательства.       – Так вот почему... – понял Лю Вэй. То, что он принял за суд, совсем не являлось им. Это было казнью с вынесением приговора, – …всё случилось так быстро?       Мин Бао кивнула.       – Ланг бы не выдержал слушать всё это в зале суда. Вся эта подлость... Грязь... От одной только прощальной речи Дау Мона тошнит.       Лю Вэй задумался, что некоторые вещи были не так уж далеки от истины, однако презрение к фениксам не давало принимать его точку зрения.       – Дау Мон – создание, нарушившее все законы империи и совести. Я удивлен, что император решил пощадить его сыновей.       – Это не последние казни, – возразила принцесса. – Расследование доверено клану Шу. Тэй будет проводить суд над каждым из членов семьи Дау Мона. Головы будут лететь... Но об этом не будут кричать на каждом углу. Одного раза вполне хватило, чтобы Ланга прозвали кровавым.       – Из-за Чжуна Хэ?       Мин Бао сморщилась от упоминания его имени. Ей все ещё было сложно пережить последствия насилия.        «Он ей овладел. Обесчестил...»       Лю Вэй хотел помочь принцессе, но когда она увидела его жалость, то вернула своему лику силу. Лю Вэй понял – она готова говорить с ним о многом, но не о столь личном, и уважал её выбор.       – Тогда много людей погибло. Все эти смерти... Тянут за собой все больше смертей. Были недовольные. Их решили заткнуть.       Лю Вэй изумлённо захлопал глазами. Он об этом не слышал.       – Хотите сказать, в этот раз это специально не предается огласке, чтобы улучшить репутацию Ланг Бао?       – Ему сейчас непросто. Думаю, ты понимаешь, каков из себя мой брат.       Лю Вэю не хотелось соглашаться с этим высказыванием, боясь осуждения, но он все же честно кивнул.       – Он ещё молод и набирается опыта, – максимально мягко ответил Серебряный Дракон.       – Он сел на престол в четырнадцать лет, будучи в душе шестилеткой, – вздохнула Мин Бао. – Ему нужно как можно скорее повзрослеть, но его травмы не дают расти. Ему очень тяжело, Лю Вэй.       – Мне показалось, сегодня Сын Неба вёл себя намного иначе, – осторожно произнес Лю Вэй.       – Ты тоже это заметил? – задумчиво прошептала Мин Бао. Казалось, ей не очень нравились изменения, произошедшие в брате.       – Он казался более уверенным и сдержанным.       – Думаешь, это была уверенность?       В этот миг они достигли лестницы и медленно поднимались на второй этаж. Лю Вэй внутренне помолился, чтобы это была дорога в ее комнаты, а не к игровой комнате императорских сестёр. Лю Вэй, пусть и уважал принцесс, совершенно не желал их видеть.       – Мне так показалось. Будто... Он хочет стать сильнее. Будто... Что-то понял и пытается теперь соответствовать этому учению.       – Он просто говорит, что внушает ему Тэй Шу, – презрительно бросила Мин Бао.       Лю Вэя удивила такая перемена в её настроении.       – Тэй Шу не учит императора ничему дурному. Из того, что я вижу, он действительно о нем заботится.       – Дау Мон тоже о нем заботился, – проворчала Мин Бао.       – Тэй Шу спас Вашего брата. Почему же Вы?..       – Эта история научила никому не верить. Дау Мон тоже много раз выручал моего брата из беды. Ещё в детстве. И все же всё обернулось так. Союзники, которые казались нерушимы, Клыки, что всегда были на страже... Попросту сломались. Моны пали, змеи получили свой шанс, а Тэй Шу жаден до власти. По нему это видно. Так что...       – Вы считаете, что он может навредить императору? После того, как спас его, хотя легко мог допустить смерть?       – Спас его ты, Лю Вэй. И жизнью, я напомню, рисковал тоже ты. Об этом никому не скажут. Но мы с тобой знаем. Тэй Шу скинул на тебя грязную работу и решил избавить себя от хлопот, а теперь кружит вокруг брата, будто мёдом намазано.       – Но он же сильно помог, – не согласился Лю Вэй. – И Дау Мона он арестовал, а не я. Я бы ни за что с ним не справился.       Мин Бао поняла, что спорить бессмысленно. Лю Вэй стоял на своем.       – Просто не доверяй ему так. У власти нет хороших людей.       Лю Вэй понимал это и все же не мог вообразить Тэй Шу в роли какого-то злодея, дурящего всем головы. Он постоянно спасал невиновных и приходил на помощь Лю Вэю, вел внутреннее расследование о преступлениях других кланов, а люди его не доставляли никому проблем. Конечно, Тэй Шу не был святым, но в сравнении с Дау Моном казался светлейшим благодетелем.       – Вы правы, госпожа. Я приму этот совет и постараюсь быть осторожнее.       – Молодец.       Через пару минут они наконец добрались до покоев госпожи. Мин Бао впустила его внутрь и бесстыдно сбросила накидку с плеч, оголяя пленительные плечи, утомившиеся в жаре. Лю Вэй уже бывал здесь, но в прошлый раз ему было не до разглядывания деталей окружения. В этот раз он оценил многообразие живых цветов и узоры в виде птиц на каждой детали интерьера. Это очень подходило Мин Бао – кругом, даже на потолке, свободно парили ласточки.       Охрана осталась за дверью, позволив им находиться наедине. От этого обоим стало дышаться легче.       – Наконец хоть немного свободы! – выдохнула Мин Бао. – Свободы говорить, что думаешь.       – Да, – Лю Вэй заметно расслабился. – Совсем отвык от сопровождения стражи за месяц в Хэкине. В Солнечной Арасии их сопровождение было обязательным, а теперь даже присутствие слуг настораживает.       – Почувствовав вкус свободы, никто не хочет залезать обратно в клетку... Но есть кое-что, к чему нельзя привыкать.       Лю Вэй почувствовал, что Мин Бао подвела разговор именно к той теме, ради обсуждения которой и пригласила его. Он снова стал серьезнее.       – Госпожа, если Вы хотите добиться послабления охраны, я могу попытаться поговорить с...       – Нет. Я хочу поговорить о тебе и твоем дорогом возлюбленном.       Лю Вэй напрягся ещё сильнее. В голосе Мин Бао не было тепла. Когда опасность исчезла, а чувства остыли, она позволила себе показать то, что она об этом думает... Избавив себя от сантиментов вроде счастья рядом с возлюбленным.       – Вы спасли его. Спасибо, – Лю Вэй низко поклонился принцессе.       – Не придуривайся. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Ты уже решил, что будешь с ним делать?       Лю Вэй слегка смутился, почесав щеку.       – Я пока не знаю, как именно и что... Но... Я хочу рассказать ему о своих чувствах. Не сейчас, но однажды, когда он будет готов. Он даст согласие, и мы будем жить вместе. Помогать друг другу во всем, дурачиться и просто любить... – от этих фантазий лицо юноши нежно расплылось в улыбку. Он был кристально честен с госпожой, ведь она единственная знала о его чувствах и не собиралась использовать их для осквернения его чести.       – Тебе это не нужно.       Лю Вэй недовольно нахмурился.       – Как Вы можете так говорить, зная о моих чувствах? Я люблю его!       Лю Вэю даже понравилось повторять эти слова. «Я люблю его.~» Он хотел защищать свои чувства.       – Боги, Лю Вэй! Какая любовь?       Услышать такие слова от нее было сродни предательству. Лю Вэй был благодарен принцессе за то, что она приняла его чувства и не стала осуждать его любовь, но теперь... Она говорила полностью противоположное.       – Крепкая и настоящая, – защищал себя юноша. – Я не собираюсь отказываться от Су Юна.       – А как же любовь к семье? Лю Вэй, ты – второй наследник. Твой клан умирает. Ему нужно разрождаться. А твои родители? Думаешь, они будут рады приезду жениха вместо пары прекрасных невест?       Лю Вэй сжал пальцы в кулак.       – Я люблю свою семью, – его оскорбляло, что Мин Бао ставила это под сомнение. – И я делаю всё, что в моих силах, чтобы защищать их и принести им славу.       – Им нужна не слава, а дети, Лю Вэй, – настаивала Мин Бао. Голос ее смягчился. – Послушай же, дракон. Я говорю это не потому, что я такая злая и хочу лишить тебя счастья, раз сама не способна обрести его. Просто я знаю, как это бывает. Отчаянно хочется быть тем, кто ты есть, но ты не можешь. Потому что, если продолжишь быть собой, общество вышвырнет тебя, а всё вокруг рухнет. Ты должен быть как все, Лю Вэй. Может, чуть лучше, чем все они. И тебе нужны дети, чтобы спасти свой род. Я знаю про твой идеализм и верность в любви, именно поэтому я хочу предложить тебе помощь и подтолкнуть к правильному решению. Выкинь Су Юна из сердца, пока не увяз в чувствах к нему, и живи.       – Без него это уже не будет жизнью, – процедил Лю Вэй.       – А кто из нас наслаждаемся тем, что имеет? Лю Вэй, ты – наследник клана! Пойми уже наконец, что любить мужчину для тебя недопустимо!       У Лю Вэя сердце рвалось на части.       – Я не собираюсь отказываться от него! – принципиально произнес Лю Вэй. – Я люблю его и всегда буду любить. Никого другого уже никогда принять не смогу. Он – мой свет. Я не отрекусь и никогда не предам его!       – Что за детский сад? – сморщившись, воскликнула Мин Бао, пытаясь достучаться до него. – Лю Вэй!       – Моё сердце отдано одному человеку, и я буду любить и беречь своего единственного избранника. Он – чудо, самое светлое что есть в моей жизни. Мой лучик надежды и тепла. Я не посмею обидеть его. Не посмею бросить. Не посмею забрать то, что принадлежит ему и лишить той заботы, что нужна ему, чтобы жить.       Мин Бао мотала головой на каждое его слово.       – Тебе уже повредили отношениями с ним, Лю Вэй! Ты чуть не погиб из-за него. Ты ранил себя!       – И сделал бы это вновь, – решительно произнес Дракон, ни о чем не жалея.       – А как же семья?       – Я не отказываюсь от них и клятв, что принёс. Я буду хорошим вторым наследником. Вторым. Мои дети всё равно не унаследуют клан, а Джань справится. У него очаровательная, крепкая невеста, она родит ему несколько сыновей. А я... Я подарю семье шанс выжить, а после хочу просто быть счастливым, вернуться в Солнечную Арасию и жить. Жить с ним.       – Это дурость. Лю Вэй, поверь, от этих чувств легко избавиться, пока они только-только возникли и не случилось ничего, о чем потом ты будешь горько жалеть. Стоит только убрать Су Юна....       – Не смейте трогать его!       Лю Вэй оскалил зубы. Девушка почувствовала, сколько любви он вкладывает в ярость. Казалось, его любовь просто не поместилась в крупный сосуд – его тело. Она выливалась в пространство, заполнила комнату, коснулась души Мин Бао. Она вздрогнула и посмотрела на Серебряного Дракона. Словно хищный зверь, он рьяно защищал своего избранника.       – Я не собираюсь вредить ему, Дракон. Просто отошлю его на несколько месяцев. Пока его не будет, страсть немного остынет, и ты сможешь взглянуть на мир трезво. Подумай об этом.       Лю Вэй был в ужасе от этого предложения.       – Не надо. Прошу Вас, не трогайте его! Он счастлив в клане Сён, то место – его дом. Он ведь не вещь, чтобы куда-то отнести его и запереть! Он живое создание. И я не хочу расставаться с ним. Просто не мыслю этого. И он тоже не сможет, я знаю. Я не хочу, чтобы ему было больно.       – Пока ты видишь его день за днём, ты не можешь трезво мыслить. Любовь туманит рассудок. Ты становишься слабее, что недопустимо в Хэкине. К тому же... Однажды он может стать жертвой. Однажды Су Юн уже едва не умер из-за тебя. Ты хочешь, чтобы это продолжалось? Чтобы твои враги без конца приходили к нему, пытаясь отравить, оболгать, обесчестить и убить?       – Нет, я не хочу этого. Но я смогу защитить его!       Мин Бао начало это раздражать.       – Почему ты такой упрямый? Лю Вэй, я хочу, как лучше. Ты ведь понимаешь...       – Понимаю. Но я люблю его и никогда не откажусь от этого чувства. Быть может... Быть может, я не смогу признаться ему, быть может, он не готов будет услышать или принять мою любовь, но я не изменю себе. Я буду защищать его. Я буду сражаться за право быть с ним. За право любить его. Я ценю Вашу заботу, принцесса, но... В этот раз я не могу принять Вашего совета. Я благодарен и полагаю, что Вы можете быть правы. Но у меня свой путь и я никогда не сверну с него. Никогда не посмею обидеть Су Юна. Всегда буду заботиться о нем. Это солнышко я буду крепко держать в руках и защищать своей спиной.       Мин Бао опустила руки.       – Ты действительно веришь, что ваша любовь может быть принята? Что твоя семья сможет понять тебя?       – Я верю в то, что чувствую, госпожа. Как бы было непросто, я буду сражаться за наше счастье. Быть может, мне удастся объяснить это семье. Я верю, что у меня есть немного свободы. Свободы выбирать того, кто будет со мной всю мою жизнь. А иначе... Иначе я не смогу. Любя его, я не могу любить никого другого, касаться никого другого я... Верен любви к нему, пусть... Не знаю, взаимно ли это чувство. Мы не говорили об этом. Пока... Рано, и...       Лю Вэй потер смущённые щеки. Ему было сложно говорить о таком. Сердце стучало, как бешеное.       – Я хочу подобрать правильный момент. Сделать всё красиво, чтобы он не испугался моих чувств. Он такой запуганный… Ему с детства внушали, что он недостоин быть любимым и ему нельзя иметь отношения. Какая глупость… Я так хочу показать ему, что он может любить и быть любимым. Хочу любить его всего без остатка. Отдать ему всё, что есть во мне, чтобы согреть и защитить, чтобы исцелить от потаенной боли и разрушить глупые законы жестокого учителя!       – А если он отвергнет тебя? – прямо спросила Мин Бао.       – Это ничего не изменит. Мы останемся друзьями, и я буду защищать его так же рьяно, как сейчас. Я хочу быть с ним, госпожа. Прошу, никогда больше не предлагайте мне отказаться от любви. Я не посмею, и ответ мой никогда не станет другим!       – Это лишь совет, – смягчилась девушка. Она видела искреннюю любовь в глазах Лю Вэя и осознала, что его не переубедить. – Лю Вэй, ты стал важной фигурой в Хэкине. Для своей семьи ты – луч надежды. Поэтому я не хотела бы, чтобы ты всё разрушил отношениями, что вредят тебе.       – Эти отношения спасают мне жизнь. Я не откажусь от Су Юна. Коль понял, что полюбил... Ни за что от него не отрекусь, кто бы ни был против. Я знаю его, знаю, как никто другой. И после всего, что он сделал для меня, я хочу стать ему спасителем и отогреть его израненное, покрытое льдом сердце.       Мечтательный и влюбленный взгляд исчерпывающе давал ответ. Мин Бао поняла, что зря завела этот разговор. Хотела помочь, но... Разве можно уберечь влюбленных от чувств? Они сами обожгутся, сами поймут всё, когда будет уже слишком поздно… Но, может, у них всё сложится по-другому? Может, у кого-то в Хэкине может получиться просто быть счастливыми и сохранить свою любовь? Может, Лю Вэй и правда сможет остаться рядом, уберечь своего избранника и вернуться домой, где его тепло примет любящая семья?       – Вас действительно связала настоящая, глубокая любовь, – сказала она наконец. – Любовь, побеждающая все преграды.       Лю Вэй кивнул.       – Су Юн стал кусочком меня самого. Настолько родной, что душа не может быть цельной без него, – юноша прижал ладонь к груди ровно так же, как делал это возлюбленный.       – Знаешь, когда я увидела его сегодня... Его уважительность, поведение, взгляд, обращенный к одному лишь тебе... Думаю, тебе не стоит волноваться, – многозначительно произнесла Мин Бао.       Лю Вэй улыбнулся, заглядывая внутрь себя с потаенным теплом. Погладил себя по уязвимому сосуду.       – Я чувствую его взаимность. В каждый миг... От каждого его слова и действия... Столько заботы. Столько нежности. Я боюсь спутать, но мне так хочется верить, что он тоже... Однажды сможет осознать, что это за чувство. И тогда...       Лю Вэй потер покрасневшие щёчки.       – Мне неловко об этом говорить, правда. Это очень глубокое и пока ещё непознанное до конца. Я...       – Все в порядке, – заверила Мин Бао, словно он был его близкой подружкой. – Если нужен будет совет, я готова поделиться опытом и выслушать. Полагаю, ни с кем другим обсудить это тебе не удастся.       – Но с Вами, принцесса…       – Я уже всё сказала. Считай, что ты мой младший брат. Особенно после того, как спас мою жизнь и дважды жизнь моего брата. Я хочу извиниться, если оскорбила тебя своим предложением. По поводу Су Юна... Я действительно желаю тебе счастья, Лю Вэй. И я знаю, что порой то, что нужно, и то, что хочется – совсем разные вещи. Этот выбор всегда рвёт сердце на части.       – Я буду бороться за наши отношения, – решительно произнес Лю Вэй. – Сначала за дружбу, а потом.... Потом я бы хотел... Хотя бы раз по-настоящему обнять его.       Мин Бао изумлённо захлопал глазами. Ей показалось крайне удивительным, что самая интимная фантазия Лю Вэя со своим возлюбленным – это всего-навсего невинные объятья. Однако для них с Су Юном это было большим шагом вперёд.       – Я верю, что мы сможем пронести это счастье сквозь всю жизнь.       – Ты такой романтик, Серебряный Дракон, – улыбнулась Мин Бао.       – Да, но... Покуда рядом любимый человек, эта жизнь непременно будет счастливой. Я буду беречь своё счастье. Свою любовь.        «Свою искорку.»       Мин Бао смотрела на него с улыбкой.       – Тебе очень повезло, что ты родился вторым наследником, Лю Вэй. Я надеюсь, что у тебя и правда получится отстоять свое счастье и стать счастливым. Я искренне желаю вам обоим счастья. Су Юн кажется очень хорошим юношей.       Лю Вэй благодарно посмотрел на принцессу.       – Спасибо, госпожа. Я искренне благодарен за Вашу веру. Су Юн – самое светлое и доброе создание. Он… Он!.. Он просто лучший, – Лю Вэй обнял себя руками так крепко, как бы хотелось прижать юношу к себе. Тосковал даже в краткой разлуке с ним. Мин Бао это видела.       – Зови меня просто «сестрёнка», – нежно улыбнулась она. – После всего, что связало нас, я не хочу, чтобы ты видел во мне всего лишь принцессу. Я хочу быть тебе другом.       – Это большая честь, – искренне произнес Лю Вэй и низко поклонился. – Но... Такое отношение не положено и может быть неправильно воспринято...       – Только на людях. А когда мы наедине – совсем другое дело.       Лю Вэй все ещё не мог перебороть себя и назвать её сестрёнкой, однако искренне ответил:       – Я всегда хотел иметь сестру, – признался Лю Вэй. – И большую-большую семью.       – Су Юн не сможет тебе этого дать, – горько произнесла принцесса.       – Он даст мне гораздо больше. Я не знаю, как это объяснить, но с ним... Это что-то особенное. Нежность, интимность, искренность... Я знаю, что буду счастлив с ним и никогда не пожалею об этом. Просто знаю.       – Это видно. Ты светишься от одной только мысли о нем.       Лю Вэй улыбался.       – Я очень сильно люблю его и хочу быть с ним. Он – моя искорка счастья.       Мин Бао тронуто улыбнулась. Теплота и любовь Лю Вэя не могла не согреть. Он восхищал ее и очаровывал, как прекрасный на лицо и галантно воспитанный мужчина, но она понимала, что сердце Серебряного Дракона отдано другому. Когда он говорил о любви, он был таким счастливым и теплым, что ей тоже хотелось поверить, что у них с Су Юном может все получиться, ведь Лю Вэй умел бороться и умел любить, а его слова никогда не были пустым звуком.       – Тогда береги его любой ценой. И борись ради счастья, которое для себя выбрал.       Лю Вэй неосознанно поцеловал браслет на запястье.       – Я буду бороться и буду любить. Эту жизнь и все следующие. Всегда.       Из слов многих людей вечные обещания любви звучали лишь сладостной ложью, что ласкали уши любимых людей, но Лю Вэй был совершенно искренен. Его сердце уже не впустит никого другого, и Су Юна ни за что не выпустит. Он любил его глубоко и искренне, и это было на всю жизнь... На все жизни.