Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Напряжение было бешеным. Все враги господина Тэй Шу уставились на Лю Вэя. Серебряный Дракон чувствовал давление. Он видел смесь эмоций в глазах страждущих: от ярости до предвкушения. Они надеялись, что наследник клана Вэй поступит, как выгодно им, что решит испортить учителю жизнь, ведь о дурных отношениях кланов Вэй и Шу было известно всем. Однако между Тэй Шу и Лю Вэем случилось нечто особенное – учитель и ученик смогли наладить крепкую связь. Они сблизились. Лю Вэй уважал учителя и не собирался топить его, как делали это остальные. Лишь он один верил в господина Тэй Шу и был благодарен императору за данное ему слово, пусть даже это испортит его отношения с главами других кланов. Он не собирался идти у них на поводу. Он сделает по-своему. По справедливости, как и обещал Су Юну.       – Дракон! – криком воззвал Ланг Бао. Император терял терпение.       Лю Вэй не сразу собрался с мыслями, понимая, что его слова войдут в историю Хэкина. Перепишут её. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться и вернуть себе уверенность. Когда Серебряный Дракон заговорил, голос его звучал решительно и твёрдо.       – Я – серебряный наследник клана Вэй, Лю Вэй, как доверенное лицо императора проводил расследование пропажи господина Тэй Шу. Первое, что меня поразило, так это то, что никто из клана Шу не знал, что случилось с главой рода. Не просто не знал. Всем было всё равно. Я видел радость на лицах змей. Подлую, едкую и жестокую радость, причины которой не понимал, – Лю Вэй сделал паузу и осмотрел присутствующих. Взгляд его застыл на коварном змее, порочившем честь своего брата. – Сегодня до меня говорили многие. Долго и пылко господин Янг Шу кричал: «Жизнь клана Шу стала хуже, когда Тэй Шу пришёл к власти!». Но кому стало хуже при нём? Бездельникам, что ничего не делают? Пригретым прошлым главой клана фаворитам? Я общался с простыми людьми. Я видел, как они живут, как видел, что господин Тэй Шу сделал для них. Когда была разруха, когда мир накрыла жестокость, когда город страдал от нападок преступников, господин Тэй Шу дал дом всем, кто его потерял, дал работу тем, кто в ней нуждался, накормил голодных и приютил сирот. Тэй Шу с виду холоден и равнодушен, но он поступает, как человек большой души. Он заботится о людях. Заботится о своем клане. Именно при Тэй Шу клан Шу удостоился чести быть столь близкой семьёй императору. Тэй Шу лично обучает своих учеников. Он строг, но справедлив. Недоверчив, но так и должно быть при его положении. Он беспристрастен, мудр и силен. Силен духом, чтобы противостоять злу, годами копившемуся в Хэкине. Он не побоялся выступить против него, не побоялся взять под свое крыло фениксов на перевоспитание, не побоялся взять на себя ответственность за Хэкин и за каждого его обитателя. Как житель столицы, я заверяю: Тэй Шу сделал всё, чтобы уберечь Хэкин! Он расставил патрули по всему городу, укрепив даже императорский дворец. Он лично нёс дозор без сна и отдыха. Он воплотил сложное заклятье и поддерживал его, тратя неизмеримое количество ци, чтобы следить за состоянием города день и ночь. В его действиях не было ошибки. Его предали. Грубо и жестоко. Когда началась буря в городе, я увидел, как фениксы переходили на сторону врага. Они резали змей в спину, тогда как клану Шу принял их, дав возможность показать свои способности и за дело заслужить все блага клана. Эта ситуация очень показательна. Моны передавали информацию, помогали преступникам, прикрывали врагов на постах стражи, пользуясь доверием, что получили от генерала. Тэй Шу не посадил фениксов на цепь, он отнёсся к ним, как к членам своего клана, а они в очередной раз показали своё гнилое нутро. Трагедию не может остановить один человек, тогда как устраивает её множество, и когда клан отвернулся от своего главы, господин Тэй Шу продолжал надеяться на своих подчинённых. И они подвели его! И они предали его! И это не из-за того, что Тэй Шу плохой лидер. Как раз наоборот: потому что он слишком хорош, и жадные до власти люди, вроде Янга Шу, завидуют и хотят занять его место! Но что это будет за лидер, которому всё равно на своего брата? Как такой человек, как Янг Шу, равнодушный к бедам своей семьи, может быть главой рода? Клан рухнет без заботы и любви, ведь власть не может строиться только на высокомерии и силе, не может подчиняться сугубо страху! Власть – это действия! Это забота о своем народе! И Тэй Шу – это пример того, как глава рода может беречь свой клан. Заметьте, Тэй Шу ни разу не обвинил брата за всё это время. Он не сказал ни слова упрека тем, кто пошел против него. Потому что это дело семьи и должно решаться внутри семьи. Это – достоинство главы клана. О том, как вёл себя господин Тэй Шу, когда я отыскал его, я уже рассказал. Раненный, лишенный ци, он еле стоял на ногах, но храбро сражался с Илином. Сражался за империю. За людей. Какого генерала вы ещё хотите Хэкину? Того, кто будет обладать большой силой, но дрогнет и испугается?! Нет. Вы хотите генерала, который будет биться за империю до последней капли крови, кто не испугается, кто возьмёт всю ответственность на себя. Тэй Шу был готов умереть за империю! Вот его решимость и вот доказательство его силы! Доказательство права занимать пост генерала! Он победил Илина. Без ци. Победил Илина, сражавшегося в ПОЛНУЮ СИЛУ! БЕЗ ЦИ! Неужели это – не доказательство его мастерства? Неужели только ци имеет значение в нашем мире? А как же искусство фехтования? Боевой опыт? Стратегические и тактические навыки? Генерал – это не тот человек, что победит всех врагов в одиночку, ведь война никогда не выигрывается в одиночку. Это ещё и командир, ценящий, защищающий и старающийся всеми силами уберечь свой народ от ненужной схватки. Здесь все обвиняют Тэй Шу в том, что ЕГО не было рядом с НАРОДОМ, но так же смело я могу обвинить НАРОД в том, что НИКОГО не было рядом с НИМ. Тэй Шу нашел врага, но никто не пришел ему на выручку, чтобы помочь его остановить. Вы спросили моё мнение, достопочтенный Ланг Бао. Так я отвечаю Вам: я не считаю, что в произошедшем есть вина генерала. В произошедшем прежде всего виноваты Чудотворец и Ю Шу'Мон, устроившие эти беспорядки, люди, что пошли за ними, но никак не защитники, что сражались на пределе возможностей, что рвались в бой, даже когда не было сил подняться! Тэй Шу – генерал. Тэй Шу – глава клана. И если люди не признают этого, они просто его недостойны! – с этими словами Лю Вэй опустился в низком поклоне, отдавая честь Тэй Шу. – Я же благодарю генерала за смелость, мужество и спасение Хэкина. Победить Илина – большой подвиг, что не дался ни госпоже Ла Хоу, ни Янгу Шу, ни Ванхэ Шу'Мону, что бились с ним вместе с отрядом могущественных заклинателей. Тэй Шу же победил демонического владыку один на один! Кому ещё нужны доказательства силы нашего генерала?! Дайте господину Тэй Шу время, и он наведёт порядок на улицах. Он разберется, куда ведут подземные тоннели. Он отыщет Чудотворца и всех преступников, что причастны к трагедии. Вы спрашиваете меня, стоит ли сохранить господина Тэй Шу на месте главы клана? Я скажу да. Вы спрашиваете, стоит ли оставить его на месте генерала? Я прокричу: ДА! В Хэкине нет никого другого, кто достоин занять это место. И дело не в количестве силы, а в воле. Воле защищать людей и исполнять долг империи!       Лю Вэй говорил пылко и праведно. Он успел позабыть, что выступает перед самыми влиятельными людьми империи. Он говорил от всего сердца и увидел, как глаза Тэя Шу изумлённо потеплели. Учитель не ожидал такой поддержки от ученика, но не расслаблялся, потому что решение суждено принимать не Лю Вэю, а императору. Серебряный Дракон же не сомневался, что его речь достучится если не до всех присутствующих, то хотя бы до императора. Ланг Бао был способен его услышать.       И он услышал.       Ланг Бао выпрямился, потер глаза и снова стал увереннее. Лю Вэй вернул ему силы, но рану на душе Тэй Шу запоздалая решимость Тигрёнка вылечить была не способна. Он увидел сомнения Ланга Бао, и они ударили его больнее слов врагов. После всего, что Тэй Шу сделал для императора, получить в ответ сомнение было попросту обидно.       Ланг Бао уже хотел было что-то сказать, как вдруг разъярённый речью Янг Шу воскликнул:       – Ставишь в укор это нам? А ты не думаешь, что люди отстранились от Тэй Шу не просто так? Это он такой глава клана, которому никто не верит! Это его вина!       – Сколько шагов человек должен делать навстречу? – спросил Лю Вэй терпеливо, сохраняя достоинство.       – Что? – опешил Янг Шу.       – Тэй Шу многое сделал для клана. Он продолжает о нем заботиться. И он продолжит это делать, несмотря на то, что шептали за его спиной прежде и что сказали сегодня. Так сколько шагов нужно, чтобы вы увидели это? Или вам просто нравится жить в недовольстве, купаясь в роскоши и безопасности, что для вас строит господин Тэй Шу?       Янг Шу покраснел от ярости. Лю Вэй переиграл его в словесном поединке, и змей опешил, не зная, что сказать, лишь бессильно открывая рот, как выловленная из воды рыба.       – Господин Тэй Шу – отличный генерал! – гордо воскликнул Лю Вэй. – И он проявит себя. Я знаю это.       Нан Линь невольно улыбнулся и похлопал ученику.       – Поддерживаю! – воинственно воскликнул гордый цилинь.       – Да! – закричали его дети, создавая словесную волну поддержки.       – Я тоже так думаю, – выступил Бэй Сён.       – Тэй Шу – генерал, – произнес Ан Сён.       – Генерал! – поддержал его клан Хоу, а вслед за госпожой Ла ещё несколько людей из семьи Бао.       Ланг Бао увидел, что всё совсем не так однозначно и однобоко, и это успокоило его. Среди людей, что были против Тэй Шу, были и его сторонники.       Император топнул каблуком и призвал к тишине, вновь взглянув на своего советника.       – А что насчёт клана Мон? – строго спросил Ланг Бао.       С этим было гораздо сложнее. По сердцу Лю Вэй не считал, что клан Мон должен находиться в подчинении у змей. Подчинять волю другого клана казалось ему в корне неправильным. Однако, забрав клан Мон у Тэя Шу, он мог навредить учителю. Это могли воспринять как то, что змеи не справляются с властью, данной им, а клан Шу потерял бы огромный кусок влияния. Чем больше людей – тем больше силы. Клан Мон нужен змеям, чтобы стать сильнейшей силой империи.        «Только вот Тэй Шу и так сложно. Ему бы со своим кланом справиться и с долгом генерала... На него свалили слишком много ответственности, а у него сейчас ранено ядро. Фениксы – обуза и вредители, что будут продолжать портить ему жизнь. Лучше от них отказаться, но и оставлять Монов без присмотра нельзя...»       Лю Вэй долго думал над тем, как поступить. Снова настала тишина: вдумчивая и напряжённая. Ждущие пожирали взглядом Лю Вэя. Он чувствовал на плечах ответственность. Если в первом вопросе он не колебался, то тут выбор действительно был непрост. Его должен был делать император, но Лю Вэй не мог отказать ему в совете. Сегодня он – советник короны, и должен сделать взвешенное и правильное решение.       Лю Вэй неотрывно смотрел на господина Тэй Шу. Змей позволил ему почувствовать его волю – взгляд генерала безмолвно говорил: «Я готов!». Тэй Шу хотел сохранить всю свою власть. Он уже сделал шаги по приручению Монов. Он знал, что с ними делать.       Лю Вэй уже хотел объявить свое решение, как почувствовал жгучий взгляд. Кто-то звал его. Призывал обернуться. Лю Вэй повернул голову и увидел Ванхэ Шу'Мона. Он глядел на Лю Вэя однозначно, судьбоносно и назидательно. Потёр пальцами, подавая знак.        «Вот же...»       Лю Вэй осознал, что это значит. Пришло время исполнить обещание.        «И почему именно в такой ситуации?..»       Ванхэ Шу'Мон не убоялся смерти и рискнул жизнью, чтобы использовать обещание Лю Вэя в такой знаковый момент. Случайность или расчет?        «Неужели он изначально просил моего слова, чтобы в будущем использовать мое сближение с императором для освобождения своего клана?»       Лю Вэй запутался в цепях обещаний. Он обещал полностью поддержать Тэй Шу, но должен был и Ванхэ, ведь если бы не феникс и его наводка к "художнику", Лю Вэй не нашел бы убийцу брата. У них была честная сделка, и совесть Лю Вэя не позволяла предать обещание. Он был человеком слова, и сейчас это слово тяготило его, заставляя метаться между двумя обещаниями.        «Защитить господина Тэй Шу... Поддержать Ванхэ...»       У Лю Вэя вспотели ладони.       Ланг Бао нетерпеливо ждал, впившись пальцами в бедра.       Тэй Шу позволил себе надежду на ученика.       Ванхэ Шу'Мон давил на совесть Лю Вэя, взглядом напоминая об обещании.       Глаза Лю Вэя бегали в ритме быстро бьющегося сердца.       – Дракон! – нетерпеливо воскликнул Ланг Бао.       Ждать было больше нельзя. Пора принимать решение.       Лю Вэй прижал ладонь к груди, успокаивая мысли.        «Есть только один путь. Поступить по совести.»       – Я считаю, что клан Мон должен существовать отдельно, – после рокового молчания объявил Лю Вэй.       Его слова заставили людей ахнуть. Никто не ожидал, что юноша, так рьяно уверявший всех в силе Тэй Шу, на этот раз примет иное решение – заберёт у него часть власти.       Взгляд господина Тэй Шу стал темным. Он сжал ткань одеяния на животе. Ему было больно. Очень больно. И болело вовсе не ядро. После всех обещаний, улыбок и подаренных надежд, Лю Вэй пошёл против воли Тэй Шу, поддержав врага.        «Никому нельзя верить,» – отражалось на его тёмном лице.       Ванхэ Шу'Мон же широко улыбался, ликуя от того, что его план сработал. Он чувствовал себя восставшим из пепла фениксом.       – Вот и все. Клан поднимется с колен, – гордо произнес Ванхэ на ухо брату.       – Я объясню свое решение, – продолжил Лю Вэй, не давая тишине взорваться сплетнями. – Изначально, когда клан Мон и клан Шу слили воедино – это было большой ошибкой. Я говорю вовсе не о том, что господин Тэй Шу не способен справиться с Монами и подчинить их. Всё как раз наоборот. Многие фениксы уже почувствовали, что клан Шу может дать им больше, чем собственный род. Дело в... Клановой гордости. Как верный своему клану человек, я бы никогда не склонил колен перед другим кланом. Со слиянием клана исчезнет его история, традиции, прошлое. Мне понятна боль фениксов. Можете считать меня сентиментальным, но я считаю, что лишь в кругу семьи люди будут по-настоящему верны. Императору, что ценит их целостность, единства и уникальность, они будут верны, но не тому, кто силой ломает их.       Тэй Шу отвернулся, не желая это слышать.       Лю Вэй продолжил:       – Однако, кровавое восстание – не причина дать клану Мон свободу, не причина прогибаться под их требованиями и даровать им утраченные права. Такое давление не продавит империю, такие методы не властны в Хэкине, таким рычагом давлением фениксы не заслужат милости. Они сделали очередную ошибку и долгожданной награды за это не получат. Пусть даже они вновь обретут целостность, как клан, это это не значит, что Моны должны снова стать Клыком или иметь какую-либо власть в Хэкине. Спутавшись с преступным миром, они стали позором империи. Их деяния опорочили не только собственные имена, но и запачкали честь господина Тэй Шу, что открыл им сердце. Я считаю, что клан Мон не достоин быть частью клана Шу и порочить его имя! Находясь в составе клана Шу, фениксы лишь очерняют светлое имя борца со злом, и я не хочу, чтобы эта трагедия легла пятном позора на имя генерала, потому что Тэй Шу не виноват в том, что произошло. Злом был клан Мон, а не клан Шу. Фениксам нет места в клане, где доблесть, верность и отвага написаны на стягах клана.       С этим словами Тэй Шу и Ванхэ Шу'Мон изумлённо приподняли брови. Они оба не ожидали, что речь Лю Вэя примет такой поворот. Лю Вэй сдержал слово – он поддержал Ванхэ, но в тот самый миг, выполнив обещание, он начал говорить все, что думает, поддерживая господина Тэй Шу.       – Фениксы пали слишком низко. Они должны быть лишены всех титулов и привилегий. Кроме того, все их обязанности должен сохранить за собой клан Шу. Клан Мон не может заботиться о порядке империи. Они не способны даже позаботится о порядке внутри клана. Я считаю, что клан Шу должен проверить каждого члена рода, каждого причастного и безжалостно судить всех виноватых. Тот клан, новый клан, что вступит на путь верности империи, возглавит Ванхэ Шу'Мон – человек, показавший себя храбрым доблестным защитником империи в битве с Илином. Клан Шу продолжит следить за фениксами. И, конечно же, клан Мон должен сотрудничать и раскрыть все тайны своей преступной деятельности и сдать всех преступников, их логова и имена. Этим они докажут верность империи и готовность к перерождению в руках нового главы клана. Доблестными подвигами они будут добиваться укрепления влияния в столице, как все малые кланы Хэкина. Я вижу это так.       Тэй Шу гордо выпрямил спину и убрал руки за спину. Он посмотрел на Ланга Бао и понял, что в безопасности. Ему больше не к чему было прикрывать ослабшее ядро в уязвимой позе. Он почувствовал, что исход собрания предрешён громкими и справедливыми словами Лю Вэя. Серебряный Дракон рассудил спор, и его решение в конечном итоге устроило все стороны.       Ванхэ Шу'Мон усмехнулся – без настроения, но всё же спуская эту вольность Лю Вэю. Клан Мон должен был понести ответственность за деяния Ю Шу'Мона, он понимал это.       Тэй Шу не хотел упускать попавших в его руки заклинателей и воинов, но, в самом деле, ему хватало проблем и с собственным кланом, а Моны сыскали дурную репутацию. Лю Вэй предложил не отделить клан Мон от клана Шу, а выкинуть его, как мусор. Это было достойной платой за предательство. Репутация клана Мон была растоптана. Даже если они вернутся в квартал фениксов, они приползут, осуждаемые народом. Люди быстро почувствуют разницу между милостью Тэя Шу и влиянием Монов. К тому же, квартал придется отстраивать с нуля после учиненной ими же разрухи. На это уйдут все средства клана. Фениксы всё начнут сначала, пытаясь восстановить остатки своего могущества и выжить в большом мире, что поглотит их поредевший после свершения правосудия состав. Скорее всего, они не выживут на большой арене. Для змея потерять добычу было обидно, но не унизительно, потому Тэй Шу принял решение ученика.       Лю Вэй считал, что в условиях, когда Тэй Шу так ослаб, ему действительно не стоит цепляться за всё и сразу. Ему нужно восстановиться, а когда он наберётся сил... Тогда, если захочет, снова подчинит себе ослабших Монов. К тому времени, быть может, они и сами захотят попроситься обратно.       Императора его решение тоже устроило.       – Как складно. Мне нравится, – облегченно произнес Ланг Бао. – Так и поступим. Ты хорошо потрудился ради блага империи, Лю Вэй. Ты будешь приставлен к награде. Останься после собрания.       Лю Вэй поклонился и поблагодарил императора. Ланг Бао протянул руку. Лю Вэй понял, что пришло время вернуть свиток и брошь. Он сделал это без колебания. Он не цеплялся за чужую власть, а выполнил задание и освободился от груза императорского советника.       – Возвращайся на свое место, – приказал Ланг Бао.       Лю Вэй подумал и понял, что это очередное испытание его воли и веры. Он остался стоять на месте советника и верного воина империи, вытащив гуань дао.       – Служу империи! – воинственно произнес он.       Ланг Бао почувствовал себя в безопасности.       Сбросив с плеч груз чужих сомнений, Тэй Шу словно вырос вдвое. Его решимость и важность задавили двоюродного брата. Янг Шу сглотнул, понимая, что единственной в этой ситуации не получил ничего, а лишь выставил себя дураком, однако, ослабшего змея не боялся. Сейчас Янг Шу был сильнее. Братья это понимали.       – Приговор оглашён, – воскликнул император. – За Тэй Шу сохраняется место генерала и главы клана Шу. Клан Мон начинает новую жизнь и обязан сотрудничать с кланом Шу. Клан Шу оставляет за собой право вершить правосудие.       – Служу империи! – повторил Тэй Шу боевой клич ученика.       – Служу империи! – воскликнул Ванхэ Шу'Мон, совершенно не показав возражений.       – Ты знаешь, где Чудотворец? – спросил Тэй Шу, сразу испытывая верность Ванхэ – при императоре, чтобы у него не было шанса отвертеться.       Феникс поднялся после поклона и посмотрел на змея честными глазами.       – Я не знаю. Должно быть, Чудотворец сбежала из Хэкина. Под городом есть тоннели, их использовали Гвэйны, чтобы поставлять лекарства и вывозить их без ведома стражи.       – Чтоооо?! – Ланг Бао раскрыл рот. – Зарыть их! Зарыть немедленно! Весь клан Мон будет этим заниматься! Тэй, ты должен это проконтролировать!       Тэй Шу покорно поклонился через боль.       – Ты знаешь, где она может прятаться? – продолжал пытать феникса змей. Он хотел вкусить крови своего врага как можно скорее.       – У клана Гвэйн есть несколько тайных лабораторий в окрестностях. Я покажу.       – Всех Гвэйнов проверить! – скомандовал Ланг Бао, обретая императорскую уверенность. Он тяжело дышал от праведной ярости, но явно испытывал облегчение от того, как закончился суд. Тэй Шу остался с ним. Это не могло не радовать.       Ещё около часа проходили разговоры с разбирательством подробностей. Вернув себе статус генерала, Тэй Шу говорил много и точно, а его враги затихли, тогда как союзники вдумчиво слушали и продолжали обсуждение. Вскоре беседа утомила всех, особенно Тэй Шу. Генерал уже еле стоял на ногах, но не мог показать этого. Благо, Ланг Бао понял это без слов, и объявил окончание заседания. Тэй Шу вышел из тронного зала первым, за ним – Бэй Сён, несомненно, заметивший состояние змея и поспешивший прийти ему на помощь. Травма ядра была слишком серьезной.       Постепенно все покидали тронный зал. Цуй Фэйцвэй цыкнул, недовольно глянул на Серебряного Дракона, что должен был получить какую-то награду от императора, и ушел последний, оставляя Ланга Бао наедине с Лю Вэем.       Серебряный Дракон спустился и предстал пред императором, как полагается, низко поклонившись ему. Голова шла кругом от новостей, но на душе было спокойно от того, что он защитил господина Тэй Шу. Честно говоря, пылкая речь высосала все его силы.       – Дракон, спасибо тебе за сегодня, – нежно произнес Ланг Бао.       Лю Вэй поклонился ещё ниже.       – Мой долг – помогать Вам, Ваше Величество.       – Я обещал тебе награду, – припомнил император и, накручивая локон на палец, объявил: – Разрешаю тебе отдохнуть от занятий. Присматривай за Тэем, пока он лечится у Бэй Сёна, следи, чтобы соблюдал все рекомендации. Продолжишь обучение, как только Тэй Шу встанет на ноги. Нан Линю я передам, так что не беспокойся о занятиях в библиотеке и посвяти всё время заботе о Тэе.       Быть может, кто-то скажет, что император продешевил, награждая героя, верного императору всего-то каким-то отдыхом, но для Лю Вэя это и правда было настоящим подарком. Он соскучился по Су Юну, а график тренировок оказался для него слишком тяжёлым. Теперь у него несомненно появится время, чтобы полюбоваться улыбкой любимой искорки. Однако совсем без занятий тоже было нельзя – слишком высокой была планка прохождения следующего испытания.       – Благодарю за Вашу милость, Ваше Величество! Если позволите, я бы хотел пока тренироваться самостоятельно, а также продолжить посещать библиотеку в удобное для меня время.       Ланг Бао им восхитился.       – Какая тяга к знаниям! Даже Джань не был так усерден в обучении. Ты молодец, Лю Вэй.       Серебряный Дракон улыбнулся. Его ядро и сердце согрело приятное чувство.       – Я хочу уберечь господина Тэй Шу и свою семью.       Ланг Бао дрогнул. Казалось, в его голове мелькнула мысль отменить испытание, но он так ничего и не сказал.       – Отдохни. Помоги клану Сён и Тэю. Я рассчитываю на тебя.       – Я сделаю это от чистого сердца, – пообещал Лю Вэй.       – Ступай.       Настроение Лю Вэя заметно улучшилось. Он представил, что мог бы сделать с Су Юном в свободное время, и душа его пела от мыслей об уютных вечерах, совместных занятиях и прогулках. Хотелось сходить с Су Юном куда-нибудь, развеяться и отдохнуть от всех тревог.        «Город успокоится, тогда и можно будет погулять.»       С этими мыслями Лю Вэй вышел из тронного зала, и в тот же миг ему перегородил дорогу Ванхэ Мон. Он улыбался, но глаза его были отнюдь не теплы.       – Ты должен был поддержать меня, Лю Вэй, – прошептал Ванхэ.       – И я сделал это, – твердо ответил Лю Вэй. – Я отстоял твоё право быть главой независимого клана. Я не обещал, что буду отмывать грехи твоей семьи. Тебе дан очень щедрый шанс.       Феникс зловеще улыбнулся.       – Я тебя понял, Лю Вэй. Но, знаешь... Ты всё же не поддержал меня полностью, поэтому... Тебе это вернётся.       Лю Вэй почувствовал, что феникс ему угрожает, и понял, что их хрупкому миру пришел конец.       – Я не боюсь тебя, – прорычал дракон.       – Надо бояться совсем не меня, – рассмеялся Ванхэ.       Он хотел сказать что-то ещё, но Серебряного Дракона окликнул холодный голос учителя:       – Лю Вэй!       Феникс искренне полагал, что учитель уже ушел, но он ждал ученика. Это спугнуло Ванхэ. Он изобразил вымученный кивок уважения и едко прошептал:       – Помогая другим, никогда не забывай о себе. Вот тебе маленький совет.       Лю Вэй плотно сомкнул губы и ничего не ответил. Слов просто не было. Ванхэ задумал что-то недоброе, но Лю Вэй был уверен, что готов к любому удару. Он столько пережил в Хэкине, что ничего не боялся.        «Если приблизишься к моим близким – умрёшь,» – подумал Лю Вэй и шагнул к учителю, стараясь вернуться в мечтательные мысли об искорке. Однако феникс испортил ему настроение. В Хэкине попросту невозможно расслабиться.