Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Снова пошёл снег.       Дворец осыпало белыми хлопьями, но живое воображение Лю Вэя отчего-то окрашивало снег в серый. Видело пеплом. У него было недоброе предчувствие. Ещё и звуки эрху... Они снова раздавались из дворца, затрагивая струны души юного дракона. Молили о помощи.        «Йюнью хочет уберечь своего Избранника и других детей... Она скорбит из-за того, что происходит…»       Лю Вэй слышал в драматичных нотах мольбу богини. Он практически видел её – сидящую на крыше с эрху на коленях, перебирающую две тонкие струны смычком и тоскливо воющую. Длинный шлейф ее одеяния раскачивал ветер. Снег скрывал детали, но силуэт, видневшийся за снежным занавесом, невозможно было не узнать. Йюнью продолжала играть, голос её становился всё печальней и грустней. Сегодня ее песня была трагичной. Сегодня снег был её слезами.        «Я помогу им,» – решительно пообещал Лю Вэй, сложив руки в жесте молитвы. Он не усомнился в богах и не боялся говорить с ними.       От его клятвы песнь Йюнью стала спокойней. На губах богини отразилась доверчивая улыбка, и в тот же миг снег сокрыл ее образ. Божественная песнь исчезла в пронзительном свисте ветра, но даже тогда звуки эрху – далекие и трогающие душу – продолжали раздаваться, словно звучали из завесы иных миров.       Лю Вэй не знал, почему госпожа Йюнью приходит к нему, не понимал, почему помогает, но чувствовал, что она верит в него.        «Я не могу её подвести!»       Решимость разожгла пламя в душе Серебряного Дракона. Лю Вэй бегом направился во дворец, намереваясь немедля поговорить с императором.        «Ланг Бао же просил иногда его навещать. Пришло время нанести дружеский визит.»       Затем сердце уколола совесть. Нан Линь уже долго ждёт своего непутёвого ученика.        «Если бы господин Тэй Шу не вредничал, учителю не пришлось бы ждать!»       Лю Вэй подумал об этом с надувшимися щеками. Он никак не мог переступить через совесть, потому пришлось сменить маршрут. Император немного подождет. Сначала нужно уверить учителя, что всё в порядке. Нан Линь наверняка волнуется за него.       Уже через несколько минут Лю Вэй оказался в библиотеке и распахнул штору, укрывающую выделенную ему комнату. В ту же секунду юноша увидел учителя. Нан Линь спал головой на книге, скрестив ноги в позе лотоса. Щеки его были такими красными, что Лю Вэй было решил, что учитель вусмерть напился.       Серебряный Дракон пересек барьер, поглощающий звук, и в уши ударил оглушительный храп. Лю Вэй заранее сморщил нос, ожидая, что от учителя разит за сотню ли, но на удивление алкоголем почти не пахло. Нан Линь едва выпил.        «А ведь его сын в большой беде...»       Лишь сейчас Лю Вэй осознал, что Нан Линь нуждается в помощи.        «Надеюсь, он не держит на меня зла…»       – Учитель, – взволнованно позвал Лю Вэй. Не хотелось будить наставника, но и оставить его наедине с горем, так еще и в неведении, он никак не мог.       Нан Линь никак не реагировал. Он продолжал храпеть, сладко посапывая и укрывая локтями большую часть лица.       Лю Вэй сел на колени перед учителем и легонько потрепал его по плечу, пытаясь добудиться.       – Учитель!       Когда голос дракона зазвучал бодрее и громче, Нан Линь вздрогнул, поднял голову и резко дёрнул руками. В этот миг он помял страницу на одной стороне книги и наполовину порвал на другой.       Резко вынырнув из пелены сна, Нан Линь враждебно стал озираться по сторонам, ища руками оружие, точно лежало где-то подле, и растерянно впился взглядом в ученика.       – Кто?!Что?.. А? Лю Вэй? Ах, это ты... – Нан Линь продрал глаза, мотнул головой и опустил взгляд. Тогда он увидел рваную страницу и побледнел. – Кто же так подкрадывается?! Из-за тебя это всё переписывать!       Лю Вэй виновато почесал затылок. Он совсем не ожидал, что всё так получится, но искренне хотел помочь:       – Простите, господин. Давайте я перепишу книгу за Вас? Всё же, это моя вина…       – Она жёлтого ранга! – трагично воскликнул Нан Линь. Он приподнял книгу и показательно пролистал толстый том. Комнату наполнил громкий шелест старых страниц. Должно быть, том пролежал в библиотеке несколько столетий. – В ней две тысячи страниц! А то и все три! Боги, угораздило же! Тьфу!       За прошедшее время Лю Вэй так и не смог заслужить повышение ранга. Ради учителя он был готов переписать книгу, даже если пришлось бы делать это ночами или в ущерб занятиям, но ранг древнего текста не оставлял ему выбора.       – Может, смочим слюной и приклеим?.. – с неловкой улыбкой предложил Лю Вэй. – Никто не заметит!       Нан Линь взвыл и откинулся назад, опираясь руками о пол.       – Да что ж за день-то такой!       Нан Линь шумно выдохнул и пнул коленом стол. Лишь когда учитель задрал голову и его пышные волосы, напоминающие цветом морские волны, коснулись подушек, Лю Вэй разглядел под светом витающих огней синяки на щеках и шее учителя. То, что ученик принял за пьяный румянец, оказалось кровоподтеками. Синяки были и на костяшках пальцев.       – Учитель... Вы что, с кем-то подрались?.. На кулаках?..       Нан Линь был легендарным заклинателем. Видеть подобное было по меньшей мере странно. Если бы напал какой враг, Нан Линь сражался бы с ним чарами или копьём., но никак не голыми руками!        «Да что опять творится в Хэкине?!»       Нан Линь коснулся щеки и сморщится от боли.       – Ааааучч!.. – шикнул мастер и отдернул руку. – Ты об этом, да? Говорю же, день не задался. Я надрал этому мерзавцу Бэй Сёну задницу! Ноги моей больше не будет в его доме!       Нан Линь разгорячился, и руки его начали искриться от ци. Лю Вэй накрыл их ладонями, чтобы не дай бог Нан Линь ещё и пожар в библиотеке не устроил. И без того после малейшего всполоха магии за стеной послышались шаги каменных статуй. Нан Линь нарушал одно правило библиотеки за другим, не отдавая себе в этом отчёта. Он был слишком печальным, измотанным и усталым, чтобы думать о таких мелочах, как общественный порядок. Под глазами мужчины были темные пятна. Лю Вэй так и не смог определить – фингалы это или мешки от недосыпа.       – Учитель, что случилось?.. – взволнованно спросил Лю Вэй, ласково сжимая руку учителя. – Как Вы умудрились поссорится с господином Бэй Сёном? Вы ведь были так дружны...       – Вот и я думал, что мы друзья! – вспыхнул злобой заклинатель. – Но этот! Этот нахал! У меня нет другого слова! Он отказался говорить мне, что происходит! Сказал, что это тайна... Пха! Тайна!       – Вы говорите о том, что случилось в храме?.. – догадался ученик.       Глаза Нан Линя распахнулись в гневе.       – Тайна! Такая тайна, что уже даже ты знаешь! Боги!..       – Мне Лэй Линь рассказал, – шёпотом произнес Лю Вэй, садясь на колени рядом с учителем. – Господин Бэй Сён мне ничего не говорил. Но я обязательно разговорю его! Я пообещал Вашему сыну помочь и ни за что не отступлюсь.       Нан Линь посмотрел на ученика совсем по-другому. Во взгляде его таились уважение и надежда.       – Я боюсь за Лэй Линя, – признался мужчина с горечью на устах. – У меня было дурное предчувствие с того самого момента, как он решил вернуться в храм. Ты, быть может, забыл, но я… С того самого дня себе места не нахожу. Мне всегда не нравилось, что он вернулся… Отцовское сердце словно знало: не надо ему туда! А теперь его жизнь в опасности... Эта болезнь распространяется! А Бэй Сён ничего не делает! Хуже того, он даже ничего не говорит! Ничего! Он даже не хочет сказать, болен Лэй Линь или нет!       – Учитель... – Лю Вэй очень осторожно подбирал слова, стараясь успокоить Нан Линя тембром своего голоса, способным утешить даже таких непокорных воителей, как генерал Тэй Шу. – Боюсь, господин Бэй Сён действительно не может ответить на эти вопросы. Не стоит на него давить. Ему тоже сейчас непросто и… Есть ведь лекарская тайна...       – Это мой сын! – не желая ничего слышать, взвыл Нан Линь. – Чего скрывать, если он здоров? Так бы и сказал, что всё хорошо! А он! Напыщенный индюк! Все ворчал, что мне не стоит в это лезть, что он ничего не знает! Лжец!       Нан Линь становился неконтролируемым, когда речь шла о благе его сына. В прошлый раз он кричал на императора из-за Лэй Линя, а теперь подрался с другом... Лю Вэю было больно смотреть на него в таком состоянии.       – Учитель, я понимаю, что Вы волнуетесь, но пока нет причин для волнений. Я виделся сегодня с господином Лэй Линем. Он выглядит хорошо.       – Сегодня?.. – удивился Нан Линь и вцепился в плечи ученика. Голос его стал пытливым и нетерпеливым. – Как у тебя получилось? Никого же внутрь не пускают! Даже меня не пустили, а я был очень настойчив!       – Мне повезло, что господин Лэй Линь вышел прогуляться в этот момент, – солгал Лю Вэй, не желая вдаваться в постыдные подробности его хулиганских выходок. – Прошу, учитель, не паникуйте раньше времени. Лэй Линь всё контролирует. И он благословлен богиней музыки. Йюнью не позволит его ранить, я чувствую это. К тому же, господин Тэй Шу начал расследование, и я в стороне не останусь. Я хочу просить у императора участие в нем. Я докопаюсь до правды!       Нан Линь резко вскочил на ноги. Его слегка повело из-за выпитого вина, но он быстро скорректировал позу и решительно шагнул к выходу.       – Пошли!       – Господин Нан Линь?.. – не понял его Лю Вэй. Честно говоря, он опасался за учителя. В таком состоянии в голову заклинателя могло взбрести всё, что угодно.       – К императору! Ты же сказал, что хочешь поговорить с ним. Я пойду с тобой. Я тоже хочу помочь. Боги это или демоны, я сражу любого, чтобы защитить своего сына! – пламенно прокричал Нан Линь и вернулся к ученику, чтобы поднять его. То, что дракон сидел на одном месте, его невероятно раздражало. Нан Линь хотел действовать немедленно. Если бы он один пришел в таком состоянии к императору, Ланг Бао не стал бы его даже слушать, но с Лю Вэем… Это ведь совсем другой разговор.       Лю Вэй поднялся на ноги (в основном благодаря усилиям мастера) и понимающе кивнул.       – Я буду рад Вашей поддержке, но, прошу Вас, успокойтесь. В таком состоянии...       – Каком? – нахмурился Нан Линь.       Лю Вэй не хотел обидеть учителя и поссориться с ним, потому очень осторожно выбирал слова.       – …в крайне возбуждённом… Совсем не стоит являться императору. Вы всегда заводитесь, если Лэй Линь в опасности, но достопочтенный Сын неба не терпит агрессии. Он не станет Вас слушать, если Вы придёте к нему с враждебностью.       – Во мне нет никакой враждебности! – воскликнул Нан Линь, в то время как его глаза метали молнии. Он не знал, куда деваться, и это рвало его душу на части. Хотелось помочь сыну, но он ничего не мог. Бессилие убивало.       Лю Вэй обнял учителя и похлопал его по спине.       – Всё будет хорошо, правда, – ласково прошептал Серебряный Дракон. – Успокойтесь и прежде расскажите мне, что знаете.       Нан Линь стоял столбом, но заботливые руки ученика помогли ему почувствовать себя спокойнее. Он заговорил тихо и устало:       – Да нечего рассказывать... То, что настоятель болен, ты в курсе. Недавно заболели ещё дети… Небесные избранники. У них симптомы гораздо хуже. Они не могут молиться. Я попросил у Лэй Линя осмотреть их, но он позволил посмотреть лишь издалека – боялся, что я могу пострадать. Он вывел этих детей... На них страшно смотреть, Лю Вэй. Они мертвецки бледны и худющи, хотя ещё несколько дней назад я видел их полными жизни. Волосы белые, как снег… Один из детей не мог стоять – Лэй Линь держал его на руках. Так тесно прижимал к себе! Я хотел упрекнуть его, хотел просить не подходить к больным, но потом увидел в его глазах милосердную нежность и понял, что мой мальчик скорее умрет с этими людьми вместе, чем позволит себе отказаться от них. Небесные Избранники в почтенном заточении, в толстых и молчаливых стенах храма становятся братьями, семьёй. Проживая все трудности плечом к плечу, глас к гласу, они сплочаются и держатся друг друга. Лэй Линь всегда добр к ним... Мой мальчик...       Нан Линь едва сдерживал чувства. То, что он увидел в храме, глубоко его тронуло, и страшно было представить, что с его сыном вскоре может случиться такая беда. Возможно, не видя того, что стало с маленькими беззащитными Избранниками, Нан Линь смог бы жить хоть немного спокойнее, но теперь тревога изводила его душу, ранила в самое сердце, терзала, не зная пауз.       Лю Вэй попытался вытащить учителя из этого патового состояния, отвлечь вопросами о деле:       – Вы ведь опытный заклинатель, господин Нан Линь. Вы что-нибудь заметили? Следы магии, например?       Нан Линь скорбно мотнул головой.       – Нет, ничего. Поверь, Лю Вэй, я хорошо знаю, как выглядит духовная организация и магические каналы Небесных Избранников. Своего сына я осматривал почти при каждой встрече, и тех детей я тоже хорошо рассмотрел. Я не заметил никаких изменений! Их энергия выглядит здоровой, в них полно ци. Разве что на ядре у каждого больного ребенка тёмные пятна... Но так иногда бывает, если... Человек при смерти. Это телесный недуг, а не духовный.       Лю Вэй задумчиво посмотрел на учителя.       – То есть, они болеют, но причина их состояния не магическая?       – Есть заклинания, не оставляющие магических следов, – пояснил Нан Линь. – Ряд проклятий, например... Но эти дети не прокляты. Такое почувствовал бы Лэй Линь – истинный Небесный Избранник, венчанный с богиней. Он бы сказал, будь это проклятье.       – Я думаю, что это демонопоклонники. Больше некому.       Нан Линь задумался об этом.       – О них давно не слышно... Вполне может быть. Или сами демоны... Если это Илин, я его собственными руками его удавлю!       Нан Линь заворочался в объятьях, сжав пальцы в кулаки. Ему не терпелось подраться с кем-нибудь ещё.       – Поэтому я и хочу объясниться с императором, – спокойно сказал Лю Вэй, не выпуская учителя их объятий. Лишь они могли его усмирить. – Господин Тэй Шу не говорил ему о случившемся, но доверил мне.       – Почему же он не сказал? – напрягся Нан Линь. – Разве это не то, что император должен знать в первую очередь. Возможна эпидемия, что охватит весь Хэкин, а император не в курсе?!       – Вы ведь знаете, наш император очень боязливый. Я боюсь, что если мы скажем ему это такими словами, он снова в ужасе закроется в своих палатах и прогонит всех прочь.       Лю Вэю не хотелось говорить так грубо, но крупных трагедий не случалось уже несколько месяцев. Он не знал, как Тигрёнок может на это отреагировать. Испугается – это точно, а что дальше, не ведомо даже Небесным Владыкам.       – Он вырос из этого возраста, – возразил Нан Линь, веривший в силу духа императора.       Лю Вэй очень на это надеялся.       – В любом случае стоит поспешить. Я хочу получить разрешение от Его Величества. Может, он даже даст мне брошь. С ней действовать будет легче.        Последние полгода император обходился с верным защитником крайне бережно, но в этот раз Лю Вэй собирался настаивать на своем участии до последнего. Он не хотел быть игрушкой, которую держат под кроватью в час беды, желая уберечь. Он мог за себя постоять и не раз доказывал это.       – Тогда пойдем скорее. По дороге расскажешь, что узнал ты. И... – Нан Линь опустил взгляд, нервно потирая руки. – Прошу, говори мне обо всём, что узнал, о каждой, даже незначительной новости. Я спать нормально не могу. Эти мысли меня изводят.       – Конечно, учитель. Я расскажу обо всём.       Лю Вэй наконец разжал объятья и обернулся на стол перед уходом.       – А книга...       – Пускай валяется, – махнул рукой Нан Линь. – Как вернёмся, послюнявим листы. Авось и само приклеится.       Лю Вэй позволил себе улыбку.       – Я всегда так делал, если портил страницы в отцовской библиотеке! Я могу взять у Су Юна клей...       – Пошли уже.       Нан Линь потеплел лишь на мгновение. Судьба сына беспокоила его куда больше, чем порванная страница какого-то текста жёлтого ранга. Лю Вэй кивнул и направился вслед за учителем.