Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Медитативная тренировка помогла Лю Вэю собраться с мыслями. Он прочистил разум и дал иллюзорному противнику бой, в котором показал себя достойно. Когда было нужно, Серебряный Дракон прогонял лишние эмоции и сосредотачивался на деле.       Лю Вэй остался собой доволен и чувствовал силы потренироваться ещё... И скоро ему должен был выдастся шанс, ведь время тренировки неминуемо приближалось. Лю Вэй пламенно желал увидеть учителя и поговорить с ним. Ещё не знал, что должен сказать, понятия не имел, что должен сделать, но твердо решил: он последует за своим сердцем. Всё случится, как должно, но он не оставит ситуацию без внимания. Они должны об этом поговорить, и кто знает? Может, господин Тэй Шу снова решит выпить вместе с ним вина.       Су Юн помог Лю Вэю успокоиться. После энергичной тренировки он привёл его в дом, согрел горячим чаем и теплом рук, покормил и сделал массаж. На этот раз лекарь не стремился размять мышцы и воздействовать на энергетические потоки, он невинно помогал Лю Вэю расслабиться, делая нежный, ненавязчивый массаж. Водя кончиками пальцев по коже, он вызывал приятную дрожь, а массируя пальцы, стопы и голень, не разгонял жар по телу, а забирал на себя тяжесть, даря блаженство спокойствия. Ноги Лю Вэя стали лёгкими, словно пух. Воин ощущал, как его покинула усталость, а нежные прикосновения одно за другим приносят удовольствие. Большую часть массажа Су Юн просто ласково поглаживал его кончиками пальцев, нежно улыбаясь.       Лю Вэй откинулся на кровать и блаженно растянулся, позволяя тревогам покидать его. После прикосновений Су Юна на душе всегда было солнечно – не зря же он звался Искоркой! Лю Вэй был ему несказанно благодарен и с улыбкой смотрел на Бай-Бая, что устроился рядом.       Волчонок, видя, что дракону всегда уделяется больше внимания, чем ему, страшно ревновал. Однако, когда он скалил зубы и рычал, Су Юн огорчался, а причинять дорогому хозяину боль волк не собирался, потому Бай-Бай начал повторять всё, что делает Лю Вэй, чтобы привлечь к себе внимание. Началось всё с привычки охотиться, а продолжилось тем, что Бай-Бай разлёгся на кровати, повторяя позу Серебряного Дракона. Он свесил задние лапы с постели и покачивал ими в воздухе, словно намекая, что и он нуждается в чудесных прикосновениях заботливых рук.       Су Юн тихонько посмеивался и мягко нажимал пальцем на розовые подушечки, так и манившие к ним прикоснуться. Бай-Бай поджимал лапы к телу, но затем снова вытягивал и даже осмеливался упираться ими в плечо лекарю, нетерпеливо прося к себе внимания. Вот тогда-то и развязалась настоящая борьба за ласку Су Юна, ведь и Лю Вэй не хотел уступать своё драгоценное время. У Бай-Бая был целый день, чтобы насладиться руками самого прекрасного мужчины Хэкина! А у него – всего лишь жалкие несколько минут утром! Мог бы и уступить! Однако Бай-Бай бросил ему вызов, и Лю Вэй, как настоящий мужчина, принял его с достоинством... Начав паясничать. Он маняще вытягивал ноги, покачивал ими, когда Су Юн «уходил к другому», выдумывал невообразимо изящные жесты и соблазняющие движения... И как тут было устоять?       – Господин Лю Вэй!       Су Юн смущённо смеялся, понимая, что друг намеренно привлекает к себе внимание неординарностью движений, гибкостью и изяществом тела, и всё же невольно заглядывался. Су Юн видел и яркое сияние огненной энергии ци, текущей по магическим венам, созерцал будоражащие изгибы спортивных икр... Ноги Лю Вэя так и манили прикоснуться к ним... Но ведь и пяточки Бай-Бая были невероятно милыми! И как тут выбрать? Су Юн разрывался между родными и в итоге делал массаж сразу двум подопечным, не смея хоть кого-нибудь обделить вниманием. Бай-Бай, конечно, мечтал о большем, но довольствовался и тем, что ему подарили, а когда Су Юн закончил массаж, волчонок прыгнул на лекаря и начал лизать ему лицо.       – Ахах, Бай-Бай! Ну чего ты? Малыш...       Су Юн хихикал, обнимая волчонка, что энергично вылизывал его щеки. Забавно жмурясь, он поглаживал Бай-Бая меж ушек и даже не думал его оттаскивать. Чувствовал себя счастливым.       Лю Вэй слез с кровати и сел на колени рядом с Су Юном, очарованный его улыбкой. Нежно смотрел, словно ждал своей очереди, чтобы выразить благодарность. Бай-Бай, как на зло, словно приклеился – лизался, тёрся мордочкой и носиком, просил ещё ласки, и лишь жажда вынудила его отойти от хозяина и направиться к миске. Тогда к Су Юну тут же прильнул ещё один довольный волк.       – Ну Бай-Бай, снова проказничает!       Су Юн не прекращал смеяться с улыбкой на губах. Бай-Бай обслюнявил его со всех сторон, но Лю Вэй бережно вытер лицо возлюбленного. Су Юн посмотрел на него с благодарностью.       – Он просто выразил признательность. Это совсем не хулиганство, – с улыбкой прошептал лекарь и прижал ладони к груди.       – В таком случае я тоже совсем не хулиганю... – прошептал Лю Вэй и навалился на Су Юна с крепкими объятьями.       Словно мартовский кот, он начал тереться щекой о щеку возлюбленного, выражая признательность в полной мере. Он так крепко сжимал Су Юна, что лекарь почувствовал себя подушкой для обнимания и ужасно смутился настойчивости друга. А ведь он себя ещё сдерживал! На деле Серебряный Дракон был куда более ласковым и энергичным в отношениях, просто берёг свою Искорку от необъятной любвеобильности. Дай ему волю, он бы осыпал Су Юна поцелуями с макушки до пят! А так лишь ласкался носом и щекой, по-волчьи благодаря Су Юна. Был бы у него хвост, он бы сейчас энергично вилял бы им из стороны в сторону!       Су Юн смущённо улыбался, застыв руками на шее друга. От смущения хотелось остановить его, но он не смел, чувствуя чистоту намерений в невинных жестах. Лю Вэй игриво улыбался, но контролировал себя, не переходя границы. В какой-то момент он просто прижался к уху Су Юна носиком и, нежно погладив по выразительному изгибу, прижался губами к его щеке. Это определенно был нежный, невинный поцелуй, но Лю Вэй обыграл всё так, словно он просто прижался к Су Юну.       Невинный лекарь почувствовал нечто необычное и волнующее его, но не осознал, как осмелел его благодарный друг. Лю Вэй совсем не хотел его отпускать и продолжал обнимать, чувствуя, что чтобы выразить благодарность он должен сделать гораздо больше.       – Господин Лю Вэй...       – Я не хулиганю, – прошептал мужчина, не разжимая рук.       – Конечно нет. Но... Вам не холодно?.. Вы ведь без штанов...       Лю Вэй совсем об этом позабыл, ведь длинный подол ханьфу надёжно укрывал его бёдра.       – Всё в порядке, – невозмутимо ответил Лю Вэй. – С Вами не холодно. К тому же, я хочу, чтобы Вы почувствовали глубину моей благодарности.       – Я чувствую, правда.       Су Юн обхватил друга за шею и прижал к себе, наслаждаясь волнующим теплом.       – Но Вам совсем не за что благодарить! Я чуть-чуть...       – Вы мне очень помогли, – решительно произнес Серебряный Дракон. – Теперь я чувствую спокойствие и решимость. Я поговорю с господином Тэем Шу. Мне кажется, я найду нужные слова.       – Обязательно, – почтенно и религиозно отозвался Су Юн.       – И вечером приду к Вам.~ Чувствую это сердцем.       Лю Вэй покрепче сжал его в объятиях. Су Юн понял, что другу пора уходить. Ласково погладил его по щеке, краснея.       – Я буду ждать… То есть... Мы. Мы будем ждать. Уверен, Бай-Бай будет помогать мне делать печенье для Вас.       – Для нас, – нежно нажав на кончик его носа, поправил Лю Вэй. – Это будет самое вкусное имбирное печенье в моей жизни.~       Су Юн воодушевлённо поднял голову.       – Я очень постараюсь!       – Я не сомневаюсь в этом.       Лю Вэй потерся носиком о его нос и поднялся.       – Ещё раз спасибо за массаж и тренировку.       – Вы так быстро растете! – восхитился Су Юн.       – Медитативная тренировка действительно очень сильна. Сегодня я представил себе более сильную версию учителя. Противник получился очень достойный.       – Победили?       – Пока нет. Но я думаю о том, как это можно сделать… О том, чего мне не хватает.       Этот вопрос действительно не оставлял его в покое.       – Но Вам всего хватает, господин Лю Вэй, – добродушно возразил Су Юн.       – Нет. Есть деталь... Я что-то упускаю. Но найду это. Возможно, даже сегодня!       Су Юн нежно улыбнулся, желая вдохновить друга.       – Вы обязательно найдёте то, что ищете, но, как по мне, Вам просто нужно время.       Лю Вэй не удержался и, обхватив его щеки ладонями, нежно уткнулся носиком ему в лоб.       – Чудо Вы.~       Выразив всю свою нежность, Лю Вэй опомнился и напялил штаны. Су Юн воспитанно отвернулся, чтобы не подсматривать. И так всё утро манящими икрами любовался! Стыдился этого донельзя. И как это так получалось?..       – Уже скоро занятия, – скрывая неловкость за энергичностью, объявил Лю Вэй. – Я побежал!       – Я Вас провожу, – вызывался Су Юн.       – Уф!       Бай-бай тоже увязался за ними. Он не любил сидеть в одиночестве, да и к Лю Вэю немного смягчился – то ли из-за покоряющего обаяния и дружелюбия того, то ли из-за нежности Су Юна при взгляде на друга. Даже волк чувствовал, что Лю Вэй – часть его семьи, и, волей-неволей, альфа-самцу приходилось мириться с ещё одним волком в их стае.       Простились друзья довольно легко. Они чувствовали скорую встречу и избежали сентиментальных слов. Лишь обнялись напоследок и пообещали беречь себя.       Лю Вэй не знал, начнется ли тренировка снова раньше или как обычно, потому решил прийти заранее, чтобы не ударить в грязь лицом и не ставить себя в неудобное положение, но на этот раз генерал привел учеников в обыденное для занятий время и приказал строиться. Ученики сохранили положения, что были закреплены в конце тренировки, но два воина поменялись местами. Учитывая, что в строю никто не обратил на это внимания кроме Лю Вэя, дракон догадался, что змеи в курсе причины.        «Выходит, изменения теперь будут касаться не только построений, а в целом успехов учеников. Тэй Шу серьезно взялся за наставничество.»       Лю Вэй им очень гордился. При том, что Тэй Шу был нелюдимым и явно не любил общаться и объяснять что-либо, он учил змей, хотя легко мог переложить эту ответственность на любого другого члена клана. Только вот он никому не доверял и судьбы детей своего клана тоже оберегал сам. Лю Вэй считал это большой удачей для юных учеников, ведь господин Тэй Шу показывал себя как исключительно порядочный наставник с тяжёлым багажом знаний. Если бы не скверный характер, он бы с трудом отбивался от желающих обучаться у него.        «Пока в городе спокойно и нет никаких инцидентов, он может позволить себе уделить больше времени клану. Интересно, а он тренирует учеников днём? Может, приходит к ним на занятия? Читает лекции? Испытывает?»       Лю Вэю было бы интересно об этом узнать, но у него не было ни одного друга среди змей, кроме Шэна, что был далек от черного дворца, а учитель вряд ли бы ответил на прямой вопрос – только холодно бы на него посмотрел.       Лю Вэй гордо занял свое место во главе строя и постарался прочесть эмоции учителя.       Тэй Шу стоял гордо и непоколебимо. От него, как всегда, исходила аура силы. Он сложил руки за спиной, гордо вытянулся и сохранял привычное поведение. В сторону ученика он ни разу не смотрел.       Лю Вэй пытался прочувствовать то, что сокрыто за ледяным равнодушием, но не смог прощупать учителя. Что-то в его ауре изменилось – настолько явственно, что это начало вызывать интерес. Лю Вэй сделал шаг, чтобы почувствовать... И увидел вокруг генерала живую стену из энергии ци. Она окружала его плотным слоем и постоянно находилась в движении, как сторожевые псы, патрулирующие территорию. Тэй Шу и прежде скрывал свою ауру, но когда ученик смог забраться так глубоко, отрезал ему возможность любого восприятия. Защищал себя от него.        «Он боится меня?» – удивился Лю Вэй.       Тэй Шу не доверял никому. Пусть он позволил Лю Вэю видеть и знать чуточку больше, пускать к своей душе и воспоминаниям он готов не был. Даже Су Юн не всё доверял своему близкому другу, тая своё прошлое глубоко внутри. Что уж говорить о хмуром, нелюдимом генерале?        «Я не хотел так его задеть...»       Лю Вэй понимал, что в генерале играл вовсе не страх, а чувство самосохранения. Тэй Шу и защитников выставил, словно от диких зверей. Стоило энергии ученика приблизиться, как защитный механизм включился и волна дикой, агрессивной, зловещей энергии мощным выбросом ударила Лю Вэя в лицо. Он едва устоял на ногах и выставил вперёд руки, чтобы защититься от энергетического всплеска. Он был готов к удару, вовремя почувствовав опасность, но Фу Шу и несколько ребят позади него – нет. Их ударило остаточной энергией. Двое мальчишек свалились на землю, завалив с собой ещё нескольких позади себя.       Тэй Шу пронзительным взглядом впился в ученика, недовольный его наглой попыткой вторгнуться в личное пространство, тогда как вчера Тэй Шу однозначно дал понять, что пересекать границу не стоит. Ученик поступил неосмотрительно, нагло и эгоистично. Лю Вэй сразу понял, что ошибся, когда начал читать энергию. Было очевидно, что учителю это не понравится, но всё произошло как-то само собой...        «Хотел помочь, а сделал только хуже... Нос оторвать за непомерное любопытство!»       Не одному ему пришла в голову эта мысль. Поднявшиеся змеи злобно на него зашипели, а Фу и Янг Шу глянули с такой надменностью, словно одновременно обвиняли его в глупости и дерзости.       Лю Вэй сохранил лицо, невозмутимо расправив спину и плечи. Он ответил учителю добродушным, нежным взглядом, с каким смотрел на друзей. От этого учитель немного смягчился, почувствовав, что Лю Вэй не угрожает ему, а чего-то надумал себе, и, отведя взгляд, гордо поднял голову и начал урок.       – Сегодня тренировка будет сложней. Следите за дыханием и правильно распределяйте силы. За любую ошибку вы сразу отправитесь в конец строя.       Тэй Шу показал скверность своего настроения, а ученики тут же зашептались:       – Это всё из-за Лю Вэя!       – Дракон опять всё испортил!       – Возмутительно!       – Если тренировки по обыкновению тяжёлые, так что же будет сейчас? – ужаснулся кто-то из новичков.       Не стоило и спрашивать – впереди их ждало шесть часов мук. Даже старички не помнили ни одну тренировку, что длилась бы так долго. Тэй Шу был необычайно строг, требователен и критичен – словно вернулся к своему мрачному настроению, что следовало за ним по пятам год назад. Тогда все люди, случайно встречаясь с ним, шарахались юного главу клана и кляли убираться подальше. С появлением Лю Вэя Тэй Шу стал мягче, а последние дни и вовсе проявлял небывалую для себя человечность... А сейчас словно сорвался и раскалённой сталью испытывал учеников на прочность. Ломал их, показывая, сколь они несовершенны. Обрекал делать такие сложные упражнения, что повторять их сложно было даже Фу и Янгу Шу... Однако Серебряный Дракон действовал безупречно. Змеи начали считать, что именно из-за него учитель и так свиреп – Тэй Шу хотел, чтобы Лю Вэй ошибся, чтобы сломался, чтобы оказался в самом конце и «понял своё место», но Лю Вэй был упрям и безупречен. Не зря он столько тренировал волю и тело, не зря отдохнул перед сложной тренировкой – он стойко выдерживал нагрузку, и даже когда мышцы устали, Серебряный Дракон не дал слабости взять контроль над телом. Он запретил себе уставать и двигался с врождённой грацией, силой, уверенностью и решимостью, в точности повторяя за учителем.       Тэй Шу испытывал противоречивые чувства. С одной стороны, он был доволен учеником, ведь Лю Вэй превосходил самые смелые ожидания, а с другой, хотел утереть ему нос и наказать. Лю Вэй не давал себя обесчестить. Дракон прекрасно понимал, что означает эта тренировка, и тогда как Тэй Шу пытался сломать его и доказать свою правоту, Лю Вэй мечтал, чтобы учитель его услышал. Чистое сердце Серебряного Дракона противилось боли, осевшей на душе учителя и желало показать ему свет. Лю Вэй знал, что, если ошибётся, Тэй Шу тут же закончит тренировку и уйдет, задрав нос, потому сражался за то, чтобы получить шанс поговорить. Тэй Шу же оказался крайне упрям, не принимая намерения ученика.       В сражении, что развязалось между ними, оказались заперты десятки учеников генерала, что молча ненавидели Лю Вэя и молили всех богов, чтобы тренировка закончилась, но Небесные Владыки не слышали молитв, если они касались господина Тэя Шу. На жутком морозе, в метель, что нанесла ученикам снега на волосы и покрывала их инеем, тренировка не заканчивалась и не заканчивалась…       Тэй Шу легко мог подловить ученика и попросту использовать приём, содержащий использование ци, но змей не опустился до низости. Он сделал испытание реальным, и Лю Вэй прошёл его.       Прошёл до конца.       На седьмой час тренировки упражнения стали опасны для здоровья учеников... Но тренировка закончилась лишь потому, что генерал замёрз. Он потёр руками плечи и громко приказал:       – Стройся!       Голос его прозвучал хрипло. Ещё бы – так долго отсчитывать приемы в двадцатиградусный мороз!       – Учитель! – Лю Вэй почувствовал, что сейчас упустит возможность поговорить с мастером, ведь Тэй Шу уже собирался уходить, и поспешно окликнул его.       Змей встретил ученика холодно, но немного сбавив враждебность. Он недовольно цыкнул, но остался стоять подле учеников, показывая, что разговор будет открытым.        «Ещё одна защитная реакция... Учитель огораживает себя от сентиментальных разговоров, ведь знает, что наедине я в покое его не оставлю. Но я не отступлюсь!»       Тэй Шу застыл, выжидающе смотря на решительного ученика. Как всегда, он не тратил слов попусту, а запахнул ворот одеяния и холодно уставился на дракона. Взгляд его неприятно давил.       – Учитель, по поводу вчерашнего...       Ученики сразу навострили уши, заинтересованно наблюдая за разговором. Лю Вэй выбрал не очень удачный момент для откровений, но показал смелость и решимость говорить на эту тему открыто, а затем сбавил тон.       – Прошу Вас, не беспокойтесь! Я понимаю Ваши тревоги. Это действительно страшно. Я не хотел ранить Вас. Я ненамеренно увидел то, что увидел. Я просто погрузился в энергию и... Сегодня тоже не хотел выяснять ничего тайного. Я знаю, что, если Вы решите мне что-то рассказать, Вы сделаете это. Я никогда не буду пытаться читать Вашу энергию вновь. Даже если мне любопытно узнать о Вашем прошлом, я просто спрошу и буду благодарен за то, что Вы решите мне доверить.       Тэй Шу слушал его, надменно задрав голову. Он был совершенно не настроен на сентиментальные разговоры – в целом, как и всегда, а внимание учеников ко всему прочему добавляло его цинизму остроты.       – Вечером тренировки не будет, – грубо произнес Тэй Шу, проигнорировав тираду ученика с безучастным видом.       – Как?.. – опешил ученик. – Почему? У Вас дела?       – Наказание, – хрипло произнес Тэй Шу и повернулся к ученику спиной, показывая, что разговор окончен.       Лю Вэй опешил, совершенно не ожидая такого ответа. Тэй Шу никогда не лишал его вечерней тренировки! Неужели он так сильно провинился?..        «Учитель...»       Лю Вэй чувствовал, что у него болит сердце за мастера, но не стал его догонять. Не при учениках. Он не собирался всё это так оставлять и надеялся поговорить позже, но на душе повисла тяжёлая тоска. После всех стараний на тренировке, всё оказалось бессмысленным. Учитель всё равно хранил на него какую-то необъяснимую обиду. Или просто не мог справиться со своими чувствами?..        «Я ведь не сделал ничего плохого, – тоскливо подумал Лю Вэй, считая обиду учителя несправедливой. – Он злится не на меня. Точно не на меня! Ему просто больно. Больно от того, что случилось тогда...»       Лю Вэй не собирался это так оставлять. И, пусть учитель отменил тренировку, у Лю Вэя сразу же созрел план.