Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Генерал ушел, оставив ученика в смятении. Лю Вэй проводил его потерянным взглядом, осознавая, что учитель направился прямиком в сторону дворца и, без сомнений, намеревается побеседовать с Лангом Бао. Учитывая его настроение, ничего хорошего от этого разговора ждать не стоило, но... Тэй Шу не нашел императорской броши, так что можно было считать, что Лю Вэй справился с поручением императора и смог уберечь их тайну – хоть тут справился. Что касается всего остального... Серебряный Дракон никак не мог поверить. Сколько пытался – не мог. Пламенная душа враждебно встречала иную версию произошедшего.       Мысли сводили с ума. Голос генерала забирался в самое сердце. Его забота, томный взгляд, попытка уберечь ученика от горечи разочарования... Прикосновения…        «Учитель так трепетно заботится обо мне. И всё же...»       Лю Вэй уперто считал, что он прав. Это доходило до отчаянного, параноидального помешательства, что пугало дракона радикальностью теорий и темнотой теней лжи.        «Может, учитель прав? Может, я правда сам себя перехитрил?..»       Но, вспоминая все доводы, систематизируя в голове добытые факты, Лю Вэй понимал, что есть несколько несостыковок, не дающих ему успокоиться. Главная из них – это магия преступника. Шинбай Хоу не использовал ледяных чар. Конечно, в его арсенале могло быть множество заклинаний, и в бою Шинбай мог просто не показать нужных способностей, но всё же, пока Лю Вэй не увидит собственными глазами, он не может считать, что Шинбай такое умеет. А версия про сумасшествие обезьяны? Раздвоение личности на фоне расщепления души?.. Могут ли демоны истощать людской разум? Могут ли довести демонопоклонников до безумия? Скорее всего, да. Лю Вэй прочёл множество записей в архивах. Многие допросы демонопоклонников были безумны. Темноверцы впадали в помешательство, мыслили неразумно, говорили вздор, были агрессивны… Это похоже на то, что случилось с Шинбаем, но одновременно являлось чем-то иным.        «Был ведь тот странный щелчок... После него Шинбай переменился. Мог он сам щёлкнуть пальцами, чтобы изменить себя? Или это сделал кто-то иной?.. Дядя... Он тоже находился в безумном помешательстве, но его глаза были чистыми. Те демонопоклонники, с которыми я сражался в храме, тоже отвечали за свои действия, они всё помнили. Либо Шинбай так часто отдавал демонам силу, либо... Либо он всё-таки был под контролем темной силы.»       Лю Вэй побежал. Учитель посоветовал ему проветрить мысли, так что ученик решил прислушаться. К тому же, дракон просто не мог устоять на месте и ему нужно было куда-то выплеснуть энергию. Его душа желала действий. Ясности. Объяснение генерала, обернутое жалостью, звучавшее столь логично, отвергалось сердцем Лю Вэя.        «Что есть на Шинбая, кроме косвенных доказательств?.. Обрывок одеяния клана Вэй у Шинбая... Показания, в которых он сознался, что виновен... Звучит убедительно, но ведь убийца мог заставить его признаться. Он мог подбросить ему доказательство. Враг хитёр. Он знает наши слабости. Знает, о чем мы думаем…»       Лю Вэй потёр лицо ладонью, пытаясь привести себя в чувства.        «Это паранойя?..»       Лю Вэй прислушался к своему сердцу. Оно непокорно стучало, желая добиться истины. Узнать правду. Призывало не сдаваться.        «Верьте своему чувству, господин Лю Вэй!» – нежный голос Су Юна добавил Лю Вэю решимости.        «Нет. Я не могу ошибаться. Есть что-то большее, и я докопаюсь до правды!»       Лю Вэй ускорил бег, отправившись на большой круг вокруг императорского замка.        «Всё, кто знал Шинбая Хоу, говорили, что он верен госпоже Ля Хоу. Он любил её. А любимых... Любимых не убивают. Он, вне сомнений, был демонопоклонником, но с такой силой... Он служил демонам долгие годы. И всё это время он в любой момент мог напасть на госпожу Ля Хоу, устроить смуту, предать клан – сделать что угодно. Госпожу Ля Хоу и Джаня объединяло одно – они оба узнали то, что не полагается знать. Но Джань узнал почерк культиста. Им был Жун Фэйцвэй. Но Жун – не убийца. Раз даже Шинбай признался в убийстве Джаня, значит, первые доказательства были подстроены. Более того, убийца знает, что мы в курсе связи между делами, иначе он не заставлял бы Шинбая признаваться в обоих преступлениях одновременно. А он сделал это. Значит, ему известно. Но ни я, ни господин Тэй Шу, ни господин Бэй Сён никому бы не разболтали. Я говорил только тем, кому верю. Мин Бао и Ли Ланьшэнь узнали уже после происшествия, Ланг Бао до сих пор не в курсе. Но он знает. Из-за Илина?.. За мною следят?..»       Лю Вэй заглушил свои мысли и прислушался. Он считал ауры всех, кто находится рядом, но не почувствовал присутствия Илина. Зато услышал шаги. Кто-то следовал за ним, семеня ногами, но явно не поспевая.        «Следят!»       Лю Вэй пропустил один удар сердца. Затем обострил восприятие, расширяя зону поиска. Преследователь сильно отстал. Аура была слабой. Даже знакомой.        «Кажется, я знаю, кто это...»       Лю Вэй услышал отдаленный голос – хриплый и раздражающий. Жалкими отголосками его усталое блеяние достигло ушей дракона:       – Стойте!.. Стойте же!        «Цуньцуань?..»       Лю Вэй обернулся и, продолжая бег на месте, посмотрел на слугу императора.       «И когда он успел прицепиться?.. Нужно быть внимательней. Я слишком... Слишком погружен в себя.»       Если даже Цуньцуань мог следовать за ним, оставаясь незамеченным, то и убийце ничего не стоило. Однако враждебную ауру Лю Вэй бы почувствовал. Он верил, что предчувствие его предупредит, но полагаться исключительно на него дракон не смел.       «Будь внимательней!» – призвал он себя и остановился.       Лю Вэй не стал облегчать Цуньцуаню задачу, так что ждал его на месте, не став двигаться навстречу.       Слуга с мученическим видом всё ещё пытался бежать по снегу, но через несколько мгновений, запыхавшись, сдался и поплёлся пешком, причитая:       – Куда же так быстро?! Не угнаться!.. Вы!.. Да, Вы!.. Убегаете от слуги императора!.. Как это понимать?!       Сегодня даже Бай-Бай не проявлял к Цуньцуаню интереса, а Лю Вэй пропустил его болтовню мимо ушей. Он совершенно не переживал о муке Цуньцуаня и считал, что лёгкая пробежка пойдёт ему на пользу – слуга начал набирать вес и уже отрастил небольшое пузо. Лю Вэя беспокоило другое.        «Я ведь сказал Его Величеству, что буду сам отчитываться и посылать за мной слугу не нужно. То, что Ланг Бао послал Цуньцуаня, означает лишь одно – разговор с генералом сделал императора нетерпеливым. Тэй Шу что-то наговорил ему, и Ланг Бао либо в гневе, либо в печали, либо сгорает от любопытства…»       – Его… Императорское… Величество...       Добежав, наконец-то, до Лю Вэя, дыша, как измотанная собака, Цуньцуань попытался передать императорскую волю, но Лю Вэй махнул ему рукой и прервал высокопарную речь:       – Уже бегу! Нехорошо заставлять Его Величество ждать, так что поспешим.       И с этим словами Лю Вэй развернулся и побежал ко двору.       Брови Цуньцуаня нервно задергались.       – Да Вы издеваетесь!.. – взвыл он.       – Если хочешь сопроводить меня, как приказал Его Величество, советую не тратить время! Я бегаю быстро!       Бай-Бай радостно залаял и побежал вслед за хозяином, легко за ним поспевая. Затем обернулся и высунул язык, словно дразня слугу. Цуньцуаня это взбесило, и он показал волку кулак, бессильно злясь.       – Да что же за работа такая!..       – Быстрее! – подбодрил его Лю Вэй и побежал ко дворцу, не жалея слугу.       Цуньцуань, изнывая от усталости, побежал за ним. Бегать он совершенно не умел и выглядел как восставший мертвец, трясущийся в конвульсиях.       Лю Вэй подождал его у входа в замок, а затем невозмутимо вошёл во дворец и быстрым шагом направился к императору, придерживая Бай-Бая за ошейник.        «Что Тэй Шу наговорил императору?.. – нервно размышлял он. – Раскрыл ли нашу связь? Я ничего не сказал, но господин Тэй Шу – мастер блефа. Он легко мог надавить на Ланга Бао, солгать, что я всё разболтал, и тогда оскорблённый Тигрёнок тут же раскололся бы, начав оправдываться... Господин Тэй Шу смог выбить признание из невиновного Шинбая... От Ланга Бао, что по уши влюблен в него, добиться признания гораздо проще.»       Сердце Лю Вэя неспокойно сжалось в тревоге. В животе закрутило.        «Не нравится мне всё это...»       Каждое мгновение отмерял звонкий удар каблуков о нефритовые плиты. Каждый шаг приближал Лю Вэя к ответу. Серебряный Дракон не помнил, когда последний раз так волновался перед встречей с императором. Последние дни он приходил к нему спокойно, практически как к себе домой, а теперь переживал, что, возможно, не справился. Возможно, оказался недостаточно убедителен, не смог успокоить генерала, подвёл и очень огорчил императора. Не смог уберечь тайну друга... Лю Вэя это гложило. И дело даже не в том, что Ланг Бао – император, и огорчить его значило лишиться шанса на возвышение клана Вэй. Лю Вэй не думал о корысти. Он переживал о душе императора, ведь Ланг Бао и без того мало кому мог доверять. Лю Вэй не хотел его подвести.       Наконец бесконечный коридор закончился. Лю Вэй настолько глубоко погрузился в свои мысли, даже не задумался о том, как сильно отстал от него уставший Цуньцуань, и вошёл в тронный зал вместе с верным волком.       Оберегаемый лишь величественными статуями священных зверей, Ланг Бао сидел на троне. Лю Вэй сразу почувствовал неладное – что-то в облике императора казалось неправильным, но уловить, что именно смущает его, мужчина не смог.       Ланг Бао был одет в сияющее клановое одеяние, украшенное множеством золотых побрякушек, подаренных ему за время правления. Цепочки и кольца украшали кожаные наручи и сапоги, броши подчеркивали ворот и заменяли пуговицы, пояс и вовсе был обвешан бусинами, жемчугом и золотыми украшениями, изображающими звёзды и облака. Несмотря на поздний час, макияж на лице императора сохранился в прекрасном состоянии, а прическа подчеркивала его высокий статус своей сложностью и величественностью. Император выглядел впечатляюще, как и положено было властной фигуре. Однако, из его образа иссякла привычная энергия. Ланг Бао не одарил гостя улыбкой. Он никак не отреагировал на его появление, даже не удосужился поднять голову, продолжая сидеть поникше, подобно мраморной статуе мыслителя.       «Его Величество совсем не в духе,» – понял Лю Вэй и затаил дыхание, пока шел к центру ковровой дорожки. Затем он низко поклонился, выражая почтение и вытягивая оружие вперёд – отдавая высшую дань уважения.       – Ваше Величество, я, Серебряный Дракон клана Вэй, Лю Вэй прибыл по Вашему указанию!       Лю Вэй уже не помнил, когда последний раз представлялся столь официально. Последние разы император весело кричал свое неутомимое «дракоооон» и махал ему рукой. Сейчас же посмотрел пустым взглядом, что ожесточился, как только гость подал голос.       – Дракон...       Ни капли тепла, почтения и уважения. Тигрёнок прошипел, как котенок, ещё не умеющий издавать угрожающий звук, но жаждущий показать свой гнев:       – Ты разочаровал меня.       – Ваше Величество...       Лю Вэй попытался достучаться до императора, но тот оборвал его.       – Молчать! Сейчас я говорю.       Император осадил воина. Дракон смирился с этим и молча слушал, не разгибая спины.       – Я просил тебя сохранить мою просьбу в тайне, – гневно процедил юноша.       – Я не говорил господину Тэю Шу. Клянусь!       Ланг Бао оскалился, не веря дракону.       – Откуда же ему тогда всё ведомо? Он приходил ко мне и отчитывал, словно мальчишку, что я не смог удержать тебя на привязи! Что я поспособствовал твоему участию в расследовании и из-за меня ты получил ранение!       – Это пустяки! – заверил Лю Вэй, закрыв рукой окровавленный наряд.       – А вот и нет! – зарычал Ланг Бао. – Ты без конца говорил мне, что становишься сильнее, и всё равно кто-то умудряется задевать тебя! Такого не должно происходить, но ты неизменно показываешь свою слабость! Это означает только одно – ты не готов к службе империи и должен учиться. Я зря привлек тебя к расследованию.       Слова императора, смешанные с едкой злобой, болезненно ранили Лю Вэя. По самому больному – его самооценке. Юноша был в себе более чем уверен, но когда его укоряли в слабости... Он словно возвращался в то время, когда у него было изувечено ядро, и он гонялся за силой, сквозь боль и трудности стараясь стать сильнее, но неизменно оказываясь слабее всех. Лю Вэй действительно всё ещё отставал. Ему ещё многому нужно было научиться, годами оттачивать навыки и становиться сильнее... Он понимал это и делал всё, что от него зависело. Но он уже стал в разы могущественнее, прошёл через третье прозрение и выжил, сразившись с демонами голыми руками! Неужели этого было недостаточно, чтобы стать надёжным воином империи?..       Ланг Бао увидел, что задел чувства дракона, но не стал смягчаться. Напротив, его лицо стало жёстче. Он вытянул руку и посмотрел на Лю Вэя властно и недовольно.       – Отдай мне брошь, диакон. Расследование окончено.       Лю Вэй дрогнул. Его сердце болезненно заныло. Юноша прижал ладонь к груди, чувствуя, как его коробит и выворачивает от предательства императора.        «Прежде он говорил, что эта брошь дарована мне навсегда. Что это знак нашей дружбы. Но... Неужели всё кончится вот так?..»       Лю Вэй не собирался сдаваться. Если он отдаст брошь, то потеряет возможность пользоваться императорским именем, а вместе с тем и шанс проникнуть в потаённые места и вернуться в архив. Он не готов с ней расстаться. Не сейчас, когда сомнения одолевали его, а предчувствие кричало о том, что Тэй Шу ошибается, а враг бродит на свободе.       – Нет! – непокорно воскликнул Лю Вэй, подавив боль от личного унижения. – Ваше Величество, расследование ещё рано заканчивать! Прошу, выслушайте меня!       – О чём ты говоришь? – нахмурился Ланг Бао, решив, что Лю Вэй тянет время. Он махнул рукой, жестом показывая, что юноше не стоит сопротивляться и лучше поскорее вернуть украшение. – Тэй Шу нашел убийцу. Шинбай Хоу будет казнён на рассвете.       – Это не он! – пламенно воскликнул Лю Вэй.       – Не он?..       Ланг Бао побледнел. На мгновение он стал старым собой – заволновался, потерял уверенность и, осунувшись, сжался, но затем на него вновь нахлынуло что-то темное. Злоба не отпускала его из тисков.       – Прекрати нести чушь. Всё доказано. Шинбай Хоу признался.       – Господин Тэй Шу ошибается! – непокорно воскликнул Лю Вэй. – Ваше Величество, есть множество поводов сомневаться в том, что Шинбай Хоу – преступник! Он несомненно демонопоклонник, но я считаю, что им кто-то управлял! Кто-то заставил его напасть на Бэньшинь Хоу, признаться в убийстве и умереть! Этот преступник уже убил моего брата и госпожу Ля Хоу. А ещё, вероятно, стражей Джаня. Кто знает, сколько жизней унесла его попытка сокрыть свою личность? Он знает наши слабости, манипулирует людьми и продолжает творить свои темные дела во славу Илина! Это могущественный человек, близкий к власти, кто-то очень сильный и опасный. Может быть даже Цуй Фэйцвэй! Я уверен, что прав, Ваше Величество! Я могу объяснить всё подробнее!       Ланг Бао боролся с собой. Он хотел поверить Лю Вэю, но верил и верному генералу. Тэй Шу был взрослым. Ланг Бао любит его. Лю Вэй... Лишь ученик. Пока ещё ученик. Но его слова нельзя оставлять без внимания.       – У тебя есть доказательства твоим словам? – проявив интерес, спросил Ланг Бао.       Лю Вэй сглотнул.       – Нет, но...       Тигр скривился в презренном разочаровании.       – Тогда разговор окончен. Отдай брошь. Сейчас же!       Ланг Бао выглядел грозным и бескомпромиссным.        «Нет, нет, нет! Только не это!»       – Ваше Величество, я клянусь, что в этом деле всё не так просто! Умоляю, дайте мне несколько дней, чтобы разобраться! Хотя бы пару! За это время я точно найду настоящего убийцу и предоставлю Вам доказательства! Обещаю!       Лю Вэй говорил с пламенем, рождённым из сердца, но император оставался непреклонен.       – Всё закончилось, Лю Вэй. Тэй Шу с самого начала был против. Ты не нашел преступника. Пострадал. Я ошибся, доверяя тебе это дело. Отдай брошь и продолжай учиться. Больше я не буду привлекать тебя к расследованиям до конца твоих испытаний. Учись, впитывай знания, развивайся… И в конце, быть может, ты сможешь послужить империи.       Ланг Бао сказал это так холодно, что Лю Вэй потерял всякую надежду до него достучаться.       – Зачем же Вы так, Ваше Величество? – отчаянно воскликнул Лю Вэй. – Клянусь, я не подвёл Вас! Я не выдавал нашей договорённости, и я тщательно расследовал убийство госпожи Ля Хоу! Я почти докопался до правды! Не останавливайте меня в шаге, тогда как сами хотели найти преступника и покарать его! Сдадитесь сейчас – обречете империю на очередную трагедию! Вы поверили в простой ответ, потому что он позволит поскорее забыть об этой истории... Но если завтра умрет кто-то ещё? Вы сможете жить с мыслью, что отвергли мою помощь?       Ланг Бао встал. Он двигался непривычно – гораздо строже и изысканнее обычного. Сейчас он был похож на великого императора, что знал, как распоряжаться своей властностью, знал, как показать силу. Не знал лишь страха. Словно совсем другой человек.       Лю Вэй видел его таким иногда. В такие моменты, кардинально меняясь, Ланг Бао мог проводить дипломатические встречи и отдавать решительные приказы, выступать перед людьми и опрашивать глав кланов с непоколебимой твердостью, редко посещавшей его, подобно вдохновению. Эти перемены всегда казались удивительными. Лю Вэй считал их проявлением характера загнанного в угол тигра... Но никогда бы не подумал, что Ланг Бао обратит свою беспринципность против него.       Звонко цокая каблуками, Ланг Бао спустился и подошёл к Лю Вэю. Он всё ещё вытягивал руку.       – Брошь.       Его тон не давал Лю Вэю шанса увильнуть от исполнения приказа. Упрямился бы дальше – предал бы своего императора.       Лю Вэй сжал подол ханьфу, но не спешил поднимать его, чтобы достать сокровище.       – Это ведь Ваше доверие ко мне... – напомнил он шёпотом с болью раненного зверя.       Ланг Бао посмотрел на него равнодушно, словно эти слова ничего для него не значили. В тот момент Лю Вэй заглянул в глаза императора и ему показалось, что они тускло поблескивают в свете настенных факелов с мертвецким холодом.       – Ты не вырос до моего доверия. Учись.       Ланг Бао ответил словами генерала. Стало ясно, что эти речи вложил в его голову беспокойный Тэй Шу. Ланг Бао не мог пойти против него. Не теперь, когда они, очевидно, поссорились из-за утраты доверия.        «Тэй Шу верил мне, а я солгал ему бессчётное количество раз. Император тоже лгал ему в глаза. Как он сможет верить нам теперь, помня, что мы обманывали его?.. Он никогда этого не простит. Именно поэтому я не хотел скрывать...»       Сердце болезненно ныло. Дыхание стало глубже. У Лю Вэя помутнело в глазах. На мгновение ему показалось, что у него снова откажет сердце, но он выдержал, преодолев приступ глубоким дыханием – как учил его Су Юн. Затем Лю Вэй отстегнул брошь и вложил её в ладонь императору.       – Я докажу, что достоин Вашего доверия! Я верну брошь себе!       Ланг Бао почувствовал огонь в речах Лю Вэя и поспешил остудить его.       – Я запрещаю тебе продолжать расследование! – строго приказал Ланг Бао.       Именно в этот момент уставший от бега Цуньцуань сполз в тронный зал, чтобы отчитаться, что привёл Лю Вэя... Только вот за то время, что он хромал к тронному залу, разговор успел закончиться.       – Ваше Величество!..       Ланг Бао взглянул на него так, что слугу пробрало до костей.       – Цуня, отведи Лю Вэя в его покои и проследи, чтобы он никуда не выходил ночью.       Слуга покорно поклонился, покорно принимая приказ.       – Конечно, Ваше Величество. Можете на меня рассчитывать! Дракон никуда не уйдёт! Пойдёмте, господин Лю Вэй! Скорее, скорее!       Серебряный Дракон не сдвинулся с места. Он решительно посмотрел на императора, передавая взглядом свою волю.       – Я верен Вам, Ваше Величество!       Ланг Бао сжал брошь в ладони, а затем повесил её себе на грудь.       – Одной верности недостаточно. Иди.       У Лю Вэя по телу пробежал холодок. Сердце и без того сводило болью, а последние слова Сына Неба прозвучали и вовсе унизительно, добив его и уничтожив. Лю Вэй не понимал, что сделал не так, почему Ланг Бао так холоден к нему и не пытается ему поверить. Даже если они с Тэем поссорились из-за него, всё равно... Это было слишком жестоко. Дракон привык к таким жестким речам от холодного, беспринципного учителя, но не от Ланга Бао – мягкого и доброго. А сейчас... На душе остался тяжёлый осадок, словно Лю Вэй говорил не с другом, а совершенно другим, незнакомым, жестоким и злым человеком. Ланг Бао растоптал его, в очередной раз нанеся болезненный удар, но Лю Вэй не сломался, а стойко вынес его и гордо пошел следом за Цуньцуанем, не позволяя себе показывать чувств.       Эта ночь ещё не закончилась.