Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Чутьё Юншэна было развито не по годам. Он чувствовал всё окружающее пространство на многие ли вокруг и без труда считывал энергии на порученном ему участке земли, даже не сдвигаясь с места, но стоять на посту без дела было бы невыносимо скучно, потому волк прислушался к совету Чанжи и отправился в путь, блуждая кругами вокруг озера.       Оставшись наедине с собой, принц боролся с наплывами чувства одиночества и ощущал, как эти мысли насылает на него тьма. Противился ей, боролся с собой, дышал свежим воздухом и приводил мысли в порядок. Когда становилось совсем тягостно, говорил с Су Юном, замирая на месте. Затем вновь продолжал идти, обретая решимость. Он занимается важной работой. Пусть один, пусть на границе, то, что он делает – это бережет свой народ. Такие мысли его ободряли.       Ничего интересного за время на посту так и не произошло. Юншэн часами бродил вдоль границы, изучая территории и наблюдая за видневшимися вдали поселениями, но ни люди, ни демоны не приближались к вверенной ему территории. Мир застыл в спокойствии. Не раздавалось тревожных рыков, не ощущалось чужого присутствия. Лишь знойная жара и шепоты энергии инь, что без конца нападала на принца, пытаясь уколоть его побольнее. В остальном мир радовал своей красотой и покоем.       «Хаоран был прав. Тут... Тихо.»       На закате за принцем прилетел Чанжи. Вместе с ним прибыли два Усмирителя-сменщика, что должны были подменить волка и дежурить в ночь. Юншэн сдал им пост, скудно отчитавшись, что происшествий не было, и, добавив к рассказу улыбку, пожелал Усмирителям такой же спокойной ночи.       Чанжи не заметил печали принца, осевшей глубоко на сердце, и бодро рассказывал о том, как тренировался благодаря спокойной обстановке вокруг. Юншэн подумал, что в следующий раз ему тоже стоит уделить время совершенствованию. Судя по всему, происшествия на границе с Империей Дань действительно были скорее исключением из правил, чем реалиями, а, значит, нужно было находить, как коротать время, чтобы не сходить с ума от голосов в голове. Тренировка – отличное решение, чтобы воспользоваться временем с пользой и держать разум в сосредоточении.       Когда они вернулись в город, в Башне Смирения уже заканчивался вечерний осмотр, определяющий ночных дежурных. Юншэн легко прошел тесты змея, хотя удивился новым вопросам. Цзиньсю спросил у него про волю и его самочувствие во время нахождения в одиночестве. Принц ответил на все вопросы честно, после чего Цзиньсю сочувствующе похлопал его по плечу. Принцу было неприятно, что его жалеют, и он вознамерился показать Усмирителям силу воли, чтобы убедить их, что он в полном порядке.       «Вот проявлю себя на тренировке – будут знать! – гордо подумал он с воодушевлением. – Пусть даже не думают обо мне волноваться! Не нужно этого. Ничего плохого не случилось. Все живы – это главное. А с остальным можно научиться жить.»       Покинув кабинет осмотра, Юншэн решительным шагом направился к Хаорану с явным намерением сражаться всю ночь. Третий Владыка на него даже не глянул, выглядя раздраженным. Его губы тихо и безвольно источали ругательства, а вид у него был такой, словно небеса вот-вот разверзнутся и придется дать бой богам.       – Учитель... То есть Третий Владыка!       Юншэн окликнул его, надеясь завладеть вниманием и понять, что происходит. Он давно не видел владыку таким нервным, так что изрядно за него забеспокоился. Неужели где-то в городе серьёзное происшествие? Может, что-то случилось с владыкой?       – Юншэн.       Владыка посмотрел на ученика, едва сдерживая раздражение. Сейчас шутить с ним не стоило, но Юншэн наивно полагал, что способен чем-то помочь.       – Что-то случилось?       Все Усмирители, стоявшие в очереди, тут же навострили уши. Всем было интересно, что так беспокоит учителя, но никто не находил в себе смелости спросить прямо. Юншэн не видел в этом ничего такого. Усмирители ведь одна большая семья. Клинок Хаоран или нет, он тоже живое создание с чувствами. Ему тоже может быть необходима помощь. Проявлять внимание и бдительность к окружающим – одна из главных задач Усмирителей.       Хаоран устало посмотрел на учеников, понимая, что ему уже не отвертеться. Почесал себя за ухом, очень тяжело вздохнул, сложил руки на груди и объявил:       – У нас с вами сегодня будет особенная тренировка. Владыка пожелал, чтобы Белио время от времени проводил занятия и в Башне Смирения, чтобы мы не отставали от общей подготовки к войне. Не отставали!       Для Хаорана эти новости были оскорбительными. Он тяжело переживал сравнение с другими Клинками, а когда речь заходила о Белио, шерсть на его загривке вставала дыбом, а хвост недовольно стучал по нефриту. Он ревновал внимание владыки, по натуре своей желал быть первым и не выдерживал соперничества с Белио. Белый Демон невыносимо его раздражал. Во многом из-за своего характера, потому что зачастую Белио вел себя так, словно у него есть особые права в обществе из-за того, что он – личный слуга, прислуживающий владыке, и порой выглядело это так надменно, словно Белио показывал другим владыкам язык и собственнически забрал Илина себе. А ведь это было не так. Не должно было быть так! Владыка Илин – общее достояние народа! И смиряться с тем, что этот выскочка Белио сильнее, Хаоран не собирался. Третий Владыка при любом удобном случае был готов мериться с Белым Демоном силой и доказывать свое превосходство, только вот за последнюю сотню лет обстоятельства так и не позволили им сразиться. Хаоран проводил большую часть времени в Башне, а Белио постоянно вился вокруг Илина, так что они почти не сталкивались (за исключением пиров, на которых приходилось поддерживать нейтралитет), а, значит, и не бесили друг друга настолько, чтобы выяснять отношения на кулаках. Но когда Белио посмел объявиться на пороге Башни Смирения, это сильно задело Хаорана. Он даже не сразу поверил, что его присутствие было волей владыки, и взялся громко спорить, желая выставить Белио за дверь. Хаоран был оскорблен его приходом и верил, что Илин доверяет ему воспитание братства Усмирителей во всём, в том числе и в подготовке к грядущей войне с богами. Оказалось, что нет. Оказалось, что чтобы они «не отставали», за ними обязательно должен приглядывать этот выскочка Белио! В каждой бочке затычка! Конечно, Илин своим решением совершенно не стремился оскорбить Хаорана, но Третий Владыка принял его слова на свой счёт и ужасно нервничал. Настолько, что даже позволил себе показать обиду при учениках.       Усмирители, впрочем, испытали совершенно противоположные чувства. Услышав об уроке у Белио, они оживились и радостно начали перешептываться:       – Сам Белио?       – Как здорово!       – Его уроки нам точно пригодятся!       – Владыка Илин так заботится о нас!       – Ура! Я мечтал получить урок у Белио!       – Мне есть, что у него спросить!       Даже Юншэн воодушевленно завилял хвостом.       «А вот и шанс! Только сегодня об этом поговорили, а судьба сама подталкивает к обучению. Интересно, что же Белио сегодня покажет?»       Увидев реакцию Юншэна и других Усмирителей, Хаоран поник, расценив это, как предательство. Он всю душу вкладывал в обучение братства, а те грезили об уроках какого-то там белого лохматика! Это было в корне неправильно и было по его самооценке. Заставляло чувствовать, что его усилия напрасны, а ученики его не ценят.       Юншэн почувствовал обиду Хаорана и легко отвлекся от мыслей о предстоящем уроке. Он поднял уши и встал прямо перед учителем, занимая все его внимание. Поглощая все его недовольство.       – Мастер, – Юншэн прошептал так, чтобы его слова мог услышать только учитель. – Мы Вас любим и ценим. Белио может научить нас новому, но это не значит, что вы чем-то плохи. Все Клинки равнозначно сильные и у всех стоит черпать знания, если мы хотим победить богов.       Хаоран посмотрел на него оскорблено, не желая, чтобы щенок владыки учил его жизни и уж тем более успокаивал, но когда Юншэн сказал «равнозначно сильные», настроение Третьего Владыки заметно улучшилось. Он расправил плечи, гордо улыбнулся и счёл, что принц признает его силу и приравнивает к уровню Белио.       – Не мели чепухи, я сильнее Белио, – с высокомерной ухмылкой заявил Хаоран.       – Лучше Вас нас Усмирителями быть никто не научит, – громко объявил Юншэн, чтобы его слова слышали все.       Услышав об этом, Усмирители, нахваливающие Белио, пристыдились. Они подхватили настроение Юншэна и, кивая, начали перешептываться:       – Конечно уроки владыки Белио будут интересными, но владыка Хаоран столькому нас научил!       – Давайте покажем Белио наши знания!       – Вот он удивится нашей силе!       Хаоран посмотрел на учеников, и взгляд его трогательно блеснул.       – Вот негодники.... Бездельники! Кто прошел досмотр – марш в учебный зал! Нечего тут толпиться!       Хаоран редко гонял учеников с довольным просветлённым выражением лица и румянцем на щеках. Юншэн с улыбкой поклонился и решил не нервировать учителя дальше. Свое дело он сделал – поддержал и ободрил, теперь можно было посетить занятие.       «Как здорово, что Белио сам пришел. Значит, я смогу совмещать работу и учебу. Чудесно. Сама судьба помогает мне!»       Пройдя вглубь этажа, Юншэн отыскал учебный зал. Внутри уже собралась группа боевых Усмирителей – без малого двадцать воинов, вернувшихся со службы и, как и принц, предвкушающих начало волнующего занятия.       Белио скучающе ждал, пока соберутся все ученики. Он сидел на столе и, согнув одну ногу в колене, играл с цзянем. Клинок легко балансировал острием на пальце, что приковывало внимание учеников.       Юншэн, пройдя в комнату, поклонился братьям и учителю. Он ожидал, что Белио окажет ему особое внимание, ведь они знакомы ближе, чем с другими Усмирителями, но когда Юншэн лично обратился к Белио, тот не обратил на него никакого внимания. Более того, принц заметил, что все ученики почему-то сгустились в конце лекционного зала. Юншэн сел в первых рядах, но даже тогда не завоевал внимания учителя. Белио полностью его игнорировал, продолжая играться с любимым клинком.       – Пссс! Псс!       С задних рядов послышалось зазывание. Юншэн не сразу сообразил, что окликают именно его.       – Сиятельный брат!       Чанжи не успокаивался. Услышав знакомый голос, Юншэн наконец обернулся и увидел своего напарника вместе с братьями. Ещё удивился, что столь ярый поклонник Белио сидит так далеко. Юншэн махнул ему рукой, предлагая пересесть. Чанжи замотал головой и начал манить принца к себе.       – Вы что! Нельзя сидеть рядом с господином Белио!       Юншэну было это совершенно непонятно.       – Белио не кусается!       Принц сказал это достаточно уверенно, не понимая, чего боится Чанжи. Белио перекосило, и он оскалил клыки на принца, словно тот его чем-то очень сильно оскорбил. Явно не хотел показывать свою нежную сторону при Усмирителях!       – Да нет же! – шикнул Чанжи, стараясь говорить тише. – Его эмоции!       Юншэн вспомнил, что эмоциональный фон Белио гораздо сильнее, чем у обычных демонов. Он ярко чувствовал эмоции, и мало кто мог выдержать их высвобождение. Юншэн стоял рядом с ним спокойно, потому что сам испытывал эмоции ярко и понимал Белио, но другим было бы тяжелее.       – Это не страшно. Белио прекрасно себя контролирует.       Чанжи явно считал иначе.       – Вы просто не были на его уроках, сиятельный брат! – шептал Чанжи, стараясь, чтобы Белио всего этого не слышал, но вот он минус чуткого слуха – всё неизбежно доходит до цели!       – Был, – невозмутимо сказал волк и посмотрел на Белио крайне серьёзно.       Первый Клинок невозмутимо продолжил делать вид, что знать не знает принца, и, возможно, это было даже правильно. Никакого предвзятого отношения, никакого лишнего трёпа с учениками и кумовства. Только занятие, которое он должен провести. Только знания без лишнего шума и сплетен. Ученики должны думать о том, как сражаться с богами, а не о том, в каких принц отношениях с Первым Владыкой.       Чанжи расстроился, что волк не сел рядом, но для Юншэна остаться спереди было правильным решением. Во-первых, он показывал свою силу и независимость. Во-вторых, сохранял дистанцию и показывал незыблемость своего положения наследника престола.       Все ученики, что приходили позже принца, садились сзади. Даже Третий Владыка предпочел держаться от Белио подальше и осудил взглядом развлечение Белого Демона, не одобряя, что Первый Клинок позволяет себе играться с мечом. Ничего плохого от этого случиться не могло, так что недовольство Хаорана просто было проявлением банальной вредности, призывающей к его порядкам. Благо, благодаря словам принца Хаоран относился к Белио гораздо мягче и терпимее, чем мог, и, решив простить Белио его мелкую шалость, взял вступительное слово:       – Братья!       Сёстры не присутствовали на занятии, все ещё находились под присмотром и восстанавливались после инцидента. Юншэна огорчали эти мысли, но все, что он мог сделать, это продолжать становится сильнее, чтобы больше не допускать трагедий. Для него сейчас это было самое главное, так что он замер, притих, поднял взгляд, приготовившись внимательно слушать.       Хаоран, отчего-то, смотрел на кого угодно, но только не на принца.       – Сегодня Белио посетил нашу обитель, чтобы поделиться с вами боевым опытом. Владыка Илин пожелал, чтобы наше братство присоединилось к всеобщей подготовке к битве с богами, так что раз в неделю Белио будет проводить для нас занятия. Слушайте внимательно и все запоминайте. Вынужден признать, что боевой опыт Белио действительно впечатляет и послужит для Усмирителей добрым знанием, что укрепит, сплотит и усилит братство.       Белио удивлённо посмотрел на Хаорана. Он не ожидал, что Третий Клинок вдруг похвалит его. Честно говоря, он до последнего ждал оскорблений или колкостей, однако, под щенячьим взглядом принца, а также любопытными взорами всех учеников, выяснять отношения Хаоран не посмел. Это было бы неэтично и непрофессионально. Хаоран чувствовал, что ученики в восторге от присутствия Белого Демона, и портить им настроение он не мог. Это все ощущалось, как семейное празднование, куда заглянул дальний родственник, которого вроде и не ждали, но чье присутствие оживило дом. Глаза Усмирителей горели интересом. Нечасто в строгом расписании воителей что-то менялось.       – Каждую неделю? – не смог удержать радости Чанжи.       – Как же здорово!       Усмирители встретили весть радостно. Увидев это, Белио явно смутился и убрал цзянь в ножны. Он резко спрыгнул со стола и вытянулся, вставая в боевую стойку мастера рукопашного боя.       – Чего это вы тут радуетесь? – громко, задиристо воскликнул он. – Не слышали слова своего командира? Я пришел вас к войне готовить, а не развлекать!       Все демоны мигом притихли, постыдившись своей радости. Белио, в своей лучшей манере преподавания, решил взбодрить учеников:       – Вы хоть помните? Пока мы сидим здесь и пируем, эти монстры питаются нашим счастьем! Они крадут мечты людей! Они отмечают день смерти Великого Отца, владыки Энлэя, как праздник! А вы тут радуетесь! Хотите, чтобы я рассказал вам про этих монстров? Будто вы сами не знаете, какие они чудовища! Чтобы я больше не видел радости на и ваших лицах! Когда я прихожу, вы должны скалить клыки и рычать! Вы должны гореть желанием битвы! Но никак не радоваться!       Демоны пристыжено опустили головы. Белио прищурился, не сводя с них взгляда и выискивая слабости. В его воле чувствовалось явное недовольство.       – Что я только что сказал про настрой? Будете головы в песок прятать, наш народ снова разгромят! Вы не застали унижения поражения и никогда не должны испытать его. Вы должны думать только о победе! Иначе мы никогда не победим. В мыслях сила. В мыслях воля. С каким настроем вы подниметесь на битву, так она и пройдет! Каждый раз, когда мы говорим о богах, мы сражаемся с ними! Ненавидя их, раним их своими проклятьями. Так что, и дальше будете робеть и прятать взгляд? Смеяться и веселиться, покорно ожидая, когда они застигнут нас врасплох и добьют? Или решитесь поднять головы и сразитесь с ними мыслями? Или будете готовиться к войне?       Юншэн дико зарычал. Сидя ближе и всех к Белио, он лучше других чувствовал его боль и ярость, его решимость и заряжался ею. Его рык уверенно подхватили другие демоны. Белио остался доволен переменной в настроении среди учеников.       – Вот так. А теперь начнем урок.