Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Когда Белио покинул Башню Смирения, ученики Хаорана тут же взялись обсуждать услышанное. Всех переполняло воодушевление от мысли, что им не просто предстоит сражаться с богами, у них будет свой соперник, командная тактика, совместные заклинания... Если прежде битва с богами казалась далёкой, неясной, абстрактной и практически сказочной, теперь Усмирители услышали конкретный план действий, и это ободрило демонов. Они почувствовали, что действительно вскоре отправятся штурмовать Небеса, и это прибавило братству боевого духа.       Хаоран дулся на вольное поведение Белого Демона в его владениях, но не мог не признать, что слова Белио замотивировали его ребят тренироваться и становиться сильнее. Вдохновлённые, они рвались в бой, хотели научиться новому и, не дожидаясь следующей недели, энергично расспрашивали Хаорана про силы Джяйлуна и Заньши, чтобы уже сейчас начать готовиться. Впереди ждали несколько лет подготовки, но ученики воодушевились так, словно бой будет уже завтра, и искали знаний. Хаорану только в радость было тренировать учеников с таким рвением. Он ворчал на Белио, критикуя за «глупые» уроки, но в конце концов принял его учение, как истину, а своих учеников принялся обучать совместным техникам, что могли бы помочь в бою. Тем, что когда-то они использовали с братьями в войне против богов.       Юншэна до этих уроков не допустили из-за травмы души, так что всё, что оставалось волку, это терпеливо лечить её, чтобы поскорее присоединиться к остальным. Он мечтал сразиться с Джяйлуном, чувствуя, что старая история горела на душе обидой, но больше всего он желал уничтожить Сяолуна. Отомстить. За себя, за Су Юна, за Тэя Шу. Уничтожить лживое правосудие, угнетающее людей, растоптавшее его, лишившее жизни, желавшее отобрать у него заветную искру. Юншэн серьезно вознамерился проситься в отряд, что будет сражаться с Сяолуном. Он чувствовал, что должен быть там, но одного желания было недостаточно. Его судьбу в грядущей битве определял Илин, так что, если хотел попасть в нужную команду, волку предстояло серьезно поговорить с отцом. Пока Юншэн служил в рядах Усмирителей, но это не значило, что и в решающем бою он займет место по плечо с Хаораном. Юншэн – принц, и Белио ясно дал понять, что у него другая судьба и другая роль. А вот какая – большая тайна, ведомая только демоническому владыке.       Юншэн с трудом дождался вечера, чтобы поговорить с отцом о своей роли в новом плане, но Илин не стал отвечать на его вопросы. Он велел ему учиться и лечиться. Впереди ещё десять лет. К чему спешить? Знание плана ничем не облегчит его путь к совершенствованию. Сейчас принцу не стоило думать о лишнем, а лучше было сосредоточить всё внимание на восстановлении. Конечно, нетерпеливому Юншэну хотелось знать ответы здесь и сейчас, но впереди ещё много времени. За грядущие годы всё может измениться. Ему предстоит научиться пользоваться волей, восстановить душу, совершенствовать контроль энергии инь и научиться противостоять богам. После такой плотной подготовки Илин может доверить ему не только битву с Сяолуном, но и бой против самого владыки Чжёнгью – сильнейшего бога, вора людских молитв и энергий, а это – величайшее доверие и важнейшая миссия, участие в которой примут лишь сильнейшие воины. Могущество владыки богов, взращенное на похищении людских сил и беспрерывном совершенствовании в спокойной обстановке, сложно было вообразить. Даже Илин признавал его силу, даже Белио говорил очень осторожно о победе над ним, а это значило, что и они признавали могущество верховного бога. Чтобы победить его, совершенствоваться придется даже владыке Илину. Весь демонический мир должен упорно и усердно тренироваться. Юншэн знал это и решил для себя, что отныне... Раз он опасен для демонов, раз другом ему все равно никому не стать, он посвятит каждую свободную минуту совершенствованию. Никаких посторонних мыслей. Только самоконтроль и лечение.       «Чем быстрее я стану сильнее, тем быстрее закончится пытка демонического народа.»       Юншэн чувствовал огромную ответственность за судьбы демонов и с того дня принялся нещадно тренироваться. Каждый его день начинался с молитв Су Юну и физических тренировок. Затем он упражнялся с Хаораном и Рэнши, изучая владение духовной цепью, совершенствуя контроль над энергией инь и развивая владение волей – новой для него техники. После тренировок принц отправлялся в патруль, но и там все свободное время уделялось упражнениям и работе над собой. Свежий воздух и красивые виды вдохновляли на практику с гуань дао.       Юншэн привык к размеру и весу Обсидианового Хвоста, подружился со своим оружием и смог усовершенствовать свои коронные приёмы. Клановые техники он больше не использовал, но те причудливые, собранные из десятка разных приемов, техники, что он придумал сам во время тренировок и битв, теперь стали в разы смертоноснее. Юншэн задействовал все свои новые способности: тренировался создавать пламя, совмещать физические и магические приемы, биться в воздухе и противостоять взглядом. Все свои слабости, что он помнил ещё с людской жизни, он обязан был обратить в свою силу и каждодневно искал способ стать сильнее. Третье прозрение, уроки Хаорана и Белио, советы Илина и Цзиньсю создали для Юншэна плодородную почву для совершенствования, а остальное оставалось за принцем, за его пламенной волей и неисчерпаемым желанием сразить богов.       Постепенно восстановление Юншэна позволило ему присоединиться к групповым тренировкам. Хаоран не выделял его среди других Усмирителей и всех учил одинаково. Он был строг к Юншэну, но это только мотивировало принца стараться лучше, чтобы скорее нагнать уровень навыков и знаний братьев. Белио тоже спуску ему не давал. Принц сильно отставал в контроле энергии инь, потому уроки, что давал Белый Демон, оказались для Юншэна тяжёлыми... Но тяжёлые – не значит невозможные. Тяжелые значит полезные, так что Юншэн с благодарностью и воодушевлением принимал каждый из них. Его старательность вызывала у учителей восхищение. При принце его никто хвалил, но между собой учителя всегда оценивали потенциал Юншэна очень высоко. Ему пророчили большое будущее и оттачивали его талант, как лезвие смертоносного клинка.       Слава наследника, что доходила до ушей Илина, вызывала у отца гордость, но он не спешил хвалить сына. Напротив, избегал его, постоянно где-то пропадая. Юншэн за ним не гонялся. Он был предоставлен сам себе, сосредоточен на тренировках и не отвлекался на лишнее, потому несказанно удивился, когда однажды, спустя несколько недель после первого занятия с Белио, на тренировку Усмирителей вдруг заглянул Илин. Это была утренняя разминка. Юншэн только-только закончил с растяжкой и приступил к отработке самого важного упражнения Усмирителей – динамичного изъятия цепи. Для тренировки привлекли несколько нестабильных Усмирителей, что было жестоко, но необходимо. Пока они вертелись в ярости, нужно было за одно прикосновение достать цепь, натянуть ее и успокоить демонов. Крайне важная практика. Илин вошёл как раз, когда своё мастерство показывал его сын. Юншэн с волчьей прытью преодолел расстояние до цели, уклонился от яростных атак, подсечкой уложил брата на землю и с одного касания достал цепь. Этот навык он отработал до совершенства и выглядела техника просто бесподобно – на уровне исполнения Хаорана.       Увидев мастерство сына, Илин громко похлопал в ладоши. Лишь тогда Юншэн обратил на него внимания и немало смутился, увидев улыбку на устах отца.       – Что за чудо! – энергично воскликнул Илин. – Тебя не узнать. Давно я не видел твои тренировки. Подрос, подрос, волчонок.       – Владыка!       Юншэн тут же поклонился. В поклон опустились и все Усмирители, почтённые прибытием Илина в Башню. Владыка не посещал её со дня, когда оставил сына на обучении, потому его прибытие было огромной честью и радостью для учеников. Все с восхищением смотрели на властителя демонической земли и хотели покрасоваться перед ним, чтобы отличиться.       Увы, не в этот раз.       Илин смотрел только на своего сына и ни на кого больше.       – Пойдем за мной. Нужно поговорить.       Юншэн едва не забыл про духовную цепь и парнишку, что лежал у него в ногах – настолько приход отца впечатлил его. Лишь когда юноша зашевелился, потирая виски и приходя в себя, Юншэн вспомнил про свой долг, помог брату встать, отряхнул его, извинился за то, что пришлось обойтись с ним грубо, и вернул духовную цепь назад. Затем волк обернулся и поклонился Хаорану.       – Могу я идти?       – Какой вежливый, – улыбнулся Илин.       Хаоран озадаченно смотрел на владыку, не понимая, что тот задумал. Они не обговаривали заранее его приход. Когда владыка посещал Башню, Хаоран привык его сопровождать, но сегодня Илин пришел посреди тренировки и бросить учеников казалось Хаорану неправильным. Возможно, именно этого Илин и добавился.       – Не волнуйся, Хаоран, продолжай занятия. Я просто хочу поговорить со своим сыном.       Третий Владыка озадаченно кивнул, дозволяя Юншэну уйти.       – Благодарю за урок, – вежливо произнес принц и подошёл к отцу, глядя на него с любопытством и энергией.       Илин не соврал – ничего дурного в Демоническом Царстве не случилось. Юншэн отточил свое чутье и безошибочно определял настроение окружающих. Илин хорошо прятал чувства, но он никогда не улыбался, если что-то его тревожило, так что Юншэн чувствовал, что если что-то и случилось, то исключительно хорошее. Ему было интересно, почему Илин пришёл поговорить с ним, но в то же время он наивно допускал, что отец мог просто соскучиться. Как-никак, они почти не общались последние недели, а Илин в своем наследнике души не чаял.       – Здорово ты его в чувства привёл, – с улыбкой похвалил сына Илин, стоило им выйти в коридор и остаться наедине.       Владыка уверенным шагом направился к лестнице, а принц без лишних расспросов последовал за ним, даже не задумываясь о том, куда Илин собирается его отвести.       – Все Усмирители так умеют, – скромно ответил Юншэн. – Мне ещё многому нужно у них научиться.       – Но ты сияешь. Выглядишь счастливым.       Юншэн изумленно приподнял брови.       – Правда?       – Да. Честно говоря, я думал, эта работа хуже на тебе скажется. Думал, ты поникнешь, не выдержав давления.       Юншэн мотнул головой, задумчиво глядя вперёд.       – Я не скажу, что мне просто, владыка. Каждый день видеть тех, кто страдает от приступа божественного проклятья, мучительно. Мучительно выдёргивать духовные цепи, чтобы привести помешавшихся братьев в чувства. Мучительно ухаживать за больными. Это не простая работа. Не радостная. Но здесь я чувствую свое место, здесь я исполняю свой долг и здесь я полезен демоническому народу. Для меня это место лучшее, что я мог обрести в Демоническом Царстве, потому я чувствую себя уверенно. Владыка Хаоран многому меня научил. Я совершенствуюсь, восстанавливаюсь, приношу пользу. Здесь меня ценят и уважают. Я не могу подойти к братьям ближе, не могу стать им другом, но меня принимают в семью, считают её необъемлемой частью и называют братом. Я – часть жизни. Это чувство приятное.       – Но ты бы хотел иного, – понимающе сказал Илин.       – Хотел бы?.. – задумчиво переспросил волк и невольно прикрыл глаза, борясь с чувствами. – Пожалуй, да. Но я много желаний имел по жизни, и едва ли... Многие из них были осуществимы. Сейчас я смотрю на жизнь реально. Я не хочу гнаться за лучшим. Я... Принял положение вещей. Своё положение, свои ограничения, пределы и проклятье. Сейчас я живу ради народа, и эта мысль придает мне сил двигаться вперёд. Я радуюсь, когда у меня что-то получается. Делаю успехи и, думаю, Третий Владыка мною доволен. Он больше не гонит меня, не рычит, даже взгляд смягчил, так что... Думаю, я доказал то, что должен был, а теперь просто выполняю свой долг. Это непростая работа. Она неспокойная, нелёгкая, но она важная. И она принесла в мою жизнь то, чего мне очень долго не хватало – ощущения закономерности. Порядка. Когда я жил в Хэкине, то ощущал постоянное давление времени и обстоятельств. Сейчас все иначе. У меня есть... Всё время мира. Никто не торопит меня. Нет событий, что вырывают из привычного темпа и ритма. Я сам решаю, чем заниматься, а когда оказываю братьям помощь, выкладываюсь на полную, не сдерживаясь. Всё свободное время провожу в медитациях и чувствую себя гораздо лучше, чем прежде. У меня хорошая жизнь.       Илин чувствовал искренность сына. Юншэн верил в то, о чем говорил, но улавливал, что на деле его скромное выражение покорности скрывает очень глубокую тоску. Одиночество давило на него. Оно проедало ему дыры в душе, и даже попытка убедить себя, что все хорошо, ни к чему не приводила. Это всё равно было сложно для него, но он справлялся. Искал для себя смыслы, мотивацию, цель. Он жил, стараясь не думать о своей участи. Старался просто быть полезным и нужным окружающим. Стремился стать сильнее, чтобы всё поскорее закончить. Он поставил цель во главу всего... И Илин гордился им. Действительно гордился.       – Ты пошел по моим стопам, – гордо заявил владыка. – Я тоже живу ради цели. Ради своего народа. Это хорошее качество для принца. Я долго сомневался, позволять ли тебе делать то, что ты хочешь, но теперь вижу, что не зря поверил в тебя. Ты всегда знаешь, где должен быть. Это твоя сила.       Юншэн с надеждой смотрел вперёд.       – Я хочу уничтожить богов. Ради этого я должен стараться больше других. У меня нет времени опускать руки. Энергии инь меня не пронять. В остальном моя жизнь гораздо лучше, чем я мог думать о ней, когда очнулся демоном. У меня есть дом, братья, сестры. Вы с Белио.       – Так ты больше не жалеешь о том, что стал демоном? – задумчиво спросил Илин.       – Порой я ненавижу это тело, – признал волк и сжал ладонь в кулак. – Но... Су Юн и Бай-Бай отдали свои жизни, чтобы я жил. Я не могу бежать от этого. Нравится мне или нет, я тот, кто я есть сейчас. И я буду жить. Буду бороться. Сохраню то, во что верю. Впереди ещё много того, что я должен успеть сделать. Пока живы мои родители, император... Я многое должен совершить: помирить наши народы, уничтожить богов, доказать семье, что я – всё еще я, и чем быстрее я восстановлюсь, тем скорее это станет возможен. У меня нет права остаться на месте. Я должен идти вперед. И я бегу.       Илин задумчиво выслушал его, не показывая, что его как-либо заботит судьба клана Вэй.       – Я ценю твою честность, Юншэн. Я рад, что ты наконец смог собраться и заняться делом. Сложное время осталось позади. Теперь я вижу в тебе силу. То, за что Тэй полюбил тебя, за что уважал. Ты возвращаешься к настоящему себе.       Юншэн вспомнил, каким он был, когда жил человеческую жизнь. В нем горели стремления. Любовь. Он был вдохновленным, неутомимым, несгибаемым, упорным, волевым, непослушным и гордым. Юншэн сохранил большую часть своих качеств, но что-то в нем безвозвратно сломалось. Он лишился веры, а без нее жизнь стала совсем другой. Не хуже, но иной. Без Су Юна она уже не могла быть прежней, она обратилась долгой и мучительной пыткой одиночеством, но жаловаться отцу на это Юншэн не стал.       – Нельзя без конца ходить с опущенными плечами, – с задумчивой улыбкой ответил волк. – Я принц. Должен соответствовать своему статусу. Раз взялся за дело, так должен довести его до конца. Богам не жить. А пока до них не дотянуться, я буду делать всё, что в моих силах, чтобы помочь тем, кто сейчас здесь. Сражаться с богами, сокрушая их проклятье снова и снова.       – И много ты уже узнал? О том, как быть Усмирителем?       Илин посмотрел на волка очень внимательно. Юншэн был уверен, что Хаоран регулярно докладывает отцу об успехах сына, потому этот вопрос показался ему немного странным. Словно подводящим к чему-то, испытывающим.       – В любом деле можно совершенствоваться бесконечно. Я Усмиритель всего пару месяцев. Хаоран служит триста лет. Он гораздо больше знает про энергию инь, чем я. Каждый день рассказывает что-то новое о том, как она может вести себя и проявлять, как ее можно побороть. Он очень мудр, каждое его слово помогает мне лучше понять, что течет в моих меридианах, но в такие моменты мне кажется, что никто не знает на самом деле, как быть Усмирителем до самого конца. Энергия инь постоянно придумывает что-то новое. Приходится адаптироваться, учиться, действовать интуитивно. И там, наедине с проклятьем, можно полагаться только на самого себя. На свою стойкость, веру, на свое внутреннее ощущение безопасности. Чувство самого себя есть у каждого демона. И каждый может и должен бороться. Усмирители просто делают это чуть лучше других, но полностью познать секреты божественного проклятья невозможно, потому что каждый день меняется наше внутреннее состояние. Сегодня ты в порядке, а завтра скорбишь по другу. И каждый раз чувства, мысли, обстоятельства будут другими и сражаться с ними тоже приходится иначе. Думаю, чтобы быть хорошим Усмирителем, надо просто всегда быть бдительным и не забывать себя. Постигнуть всё невозможно. И узнать всё невозможно. Но можно научиться понимать, чтобы суметь в нужный момент сделать правильный выбор. Пока что я познакомился с основами, и пока что у меня все получается. Я надеюсь, что так будет всегда.       Илин оценивающе осматривал сына и застыл у лестницы, перегородив ему дорогу.       – Выходит, ты освоился здесь?       – Думаю, да.       – И ты считаешь себя Усмирителем?       Юншэн положил ладонь на грудь и решительно кивнул.       – Я Усмиритель с того дня, как принес клятву служить демоническому народу.       Илин оценил его серьезность и строго посмотрел на наследника.       – Славно. В таком случае, я спокоен и могу доверить тебе.       – Доверить?..       Юншэн на секунду оцепенел, не в силах поверить. Он сразу же подумал верно, но новость застала его так неожиданно, что он оказался к ней просто не готов. Илин же свободно читал его мысли по глазам.       – Да, ты верно подумал. Я говорю о Сьэо. Дольше оставаться без сознания для него очень рискованно. Мы должны его вытащить. Ты должен. Если ты, конечно, готов.       Юншэн воодушевленно завилял хвостом и решительно кивнул, сжав ладони в кулак.       – Готов! Ещё как готов!       – Тогда пойдем. Малыш Сьэо нас уже заждался.       Юншэн сделал шаг вперёд к отцу, но затем обернулся.       – А как же Хаоран?       – Тебе нужна его помощь?       – Нет, но... Для него это тоже важно.       – Он не даст тебе свободы, если будет с нами. Я доверяю тебе и хочу посмотреть, на что ты способен. Но если ты не уверен в себе, я позову его.       – Дело не в неуверенности, а в честности.       Илин загадочно посмотрел наверх, считая взглядом ступени.       – Думаю, Хаоран и так всё прекрасно понимает. Я бы не пришёл сюда просто так. А раз так... И раз он не пошел за нами... Делай выводы.       Юншэн глубоко вздохнул и осознал:       «Хаоран мне доверяет. Действительно доверяет!»       – Так что? Идём?       – Да! – воодушевленно воскликнул Юншэн.       Он ждал этого мгновения долгие месяцы и наконец получил шанс помочь несостоявшемуся другу. Сьэо будет спасен! Принц вновь увидит и услышит его! Вернет его к нормальной жизни! Мысли об этом вскружили голову и наполнили душу боевым настроем. Юншэн понимал, что это не будет легко, но должен был постараться. Он стал Усмирителем в том числе, чтобы вытащить Сьэо из оков сна и решить проблему дисбаланса его разделенной на части души. Этот момент наконец настал.