Девятый круг Рая

      – Что, твою мать, ты сказал? – чуть крикнул Чонгук и развернулся к демону, который такой реакции просто не ожидал.       Астарт вытянул руки вперёд и покачал головой. Кажется, он просил не подходить.       – Ты мою мать не трогай. Она лет четыреста назад как умерла окончательно! Упокоилась, родненькая. Между прочим, каждый день молилась господу, была частой прихожанкой в церкви, помогала слабым и бла-бла-бла.       – Постой, – затормозил Юнги, хмурясь от осознания всего сказанного ранее, – что ты сказал про помощь?       Чонгук замер рядом с ангелом и переключил всё своё внимание на Аста. Кажется, даже апостол внимательно вслушивался в их нешибко дружелюбный разговор.       – Она помогала слабым и бла-бла-бла? – предполагает демон, но его останавливают рукой. Юнги хотел услышать не это. Правда, дошло не сразу. – А! Ну, так Панфилим спускался в Ад и имел наглость просить брошенного брата о помощи. Точно пересказать их разговор я не смогу, но с уверенностью заявителяю, что архангел просил его вступить на их сторону и сразиться против общего врага.       Он сделал в воздухе скобочки пальцами и заулыбался, когда его перестали перебивать. До всех стало доходить, что небеса, точнее, большая их часть замышляют что-то против той группы, которая была за безопасное существование Рая подальше от людей и Земли в целом. Юнги и раньше не особо доверял своим братьям и сестрам, но теперь окончательно убедился, что в рядах его армии были предатели: а их несколько или же один, это только предстояло узнать. Другого варианта просто не было. Они не могли как-то иначе узнать о планах Юнги по закрытию дверей общего доступа.       – И что в итоге решил Люцифер? – Чонгук уже нащупал в под пальто кинжал и был готов в любой момент отразить атаку, если вдруг демон решит напасть.       – А что он мог решить? Он отказался. Люци только вернулся в Ад, так что новоприбывших демонов нужно познакомить с их отцом, а старичкам напомнить: кто тут папочка. Не все же, как я, верны своему хозяину.       В мыслях пронесся весь тот пипец, который развернулся в последнее время вокруг них. Всю дорогу домой Чонгук молчал, слушая рассказы Астарта на задних сидениях и мольбы архангела выкинуть его в окно на полной скорости. Рядом сидящий Джозеф мог только посмеяться во всего этого, но серьезно отнёсся к угрозам Юнги и не решался идти против. Он должен понимать, что рано или поздно ангелы захотят спуститься на Землю, только с какой целью – ещё неизвестно. Когда они возвращаются домой, там уже сидят Тэхён и Мартин, но одну личность всё-таки Чон не узнает. Позже Юнги узнает в ней Анахиту. Она оказывается одной из стражников и честно заявляет, что ангелы Панфилима собираются сначала убрать с дороги Мина, а затем пройти через врата, чего небесный караул допустить не могут, выпустив в мир всех ангелов. Это слишком опасно.       Команда Тэхена честно нашла все нужные ингредиенты для ритуала. И Ким сразу заметил, стоило им сесть за одним большой стол, что между его друзьями атмосфера витала напряжённая. Чонгук, кажется, был обижен, а Юнги на него то и дело подглядывал как-то уныло и совсем открыто, не боясь быть застуканным кем-то.       – Да что с вами такое, ребят? – не выдерживает Тэхён, когда время уже перевалило за десять вечера.       Никто никуда расходиться не собирается. Все заняты своим делом: Тэхён и Мартин ищут заклинания, собирают пропорции ингредиентов, и в этом им совсем немного помогает Джозеф, в то время как Юнги постоянно куда-то исчезает и снова появляется в комнате спустя полчаса. Астарт только покачал головой и исчез, не желая быть лишним в такой идиллии.       – А что со мной? – огрызается Чон. Он прошарил все книги, которые у них были, чтобы найти хоть какой-то способ закрыть врата без заточения на небесах архангела. Меньше всего сейчас хотелось отпускать его от себя без гарантии на новую встречу когда-нибудь. – Со мной всё шикарно! Это у Юнги какой-то тупой план.       – У меня нет другого выбора, – вздыхает вновь появившийся ангел. Он взмахивает руками, совершенно не зная куда их деть.       – Всегда есть выход! – возражает охотник и складывает руки на груди. У него уже начинается истерика, и скоро дойдет до мордобития на почве волнения. – А закрывать Небеса изнутри и оставаться там взаперти совсем не то.       В разговор вмешивается Джозеф, пока его напарники обдумывают сказанное. Комната погружался в тишину на каких-то пятнадцать секунд.       – Юнги прав. Небеса можно закрыть только этим путем, либо попросить это сделать Бога, но его нет, – пожимает он плечами и улыбается.       – Давайте найдем! – не успокаивается охотник. Его осуждает появившийся рядом Тэхён. Он кладет руку на плечо и заставляет осесть на диване.       Никто не разделял желания отыскать более гуманный выход из ситуации, потому что все прекрасно знали – другого выхода нет. Сейчас необходимо пожертвовать тем малым, что у них было, чем после позволить ангелам разрушить Землю. Все это осознавали, все, кроме Чонгука. Тот не хотел верить, что совсем скоро нужно будет расстаться с дорогим ему человеком. Он не мог отпустить его вот так. Не сейчас.       Чон вскакивает и под множество вопросительных взглядов выскакивает из комнаты, а там и вовсе из дома. Тэхён может только вздохнуть на это, он снова возвращается к столу и решает дать время своему другу на подумать, а сам продолжает изучать ингредиенты для заклинания. Мартин то и дело рассказывает какую-то историю, и уже по второму кругу повторяет про ведьм из потомственного клана. Ким пытается слушать, честно, но мысли постоянно возвращались к другу, оставленному в горлом одиночестве. Успокоиться получилось, только когда Юнги отправился успокаивать нервную истеричку.       Архангел нашел Чонгука сидящим в машине, поэтому сел рядом на пассажирское. Они молчали, пока Чон не вырулил на дорогу. Куда едут – не спрашивал, вместо этого отвернулся к окну и наблюдал за городом, на который опускалась ночь. Что-то внутри говорило об опасности, но Юнги игнорировал это чувство.       – Чонгук, тебе надо остыть, я понимаю, что это тяжело даётся, – когда они останавливаются где-то на подъезде к лесу, произносит Юнги и поворачивается к другу, сверкая голубыми глазами в темноте.       – Да что ты говоришь? Ты понимаешь? – агрессирует Чон, отстегивая ремень. – Ты даже не представляешь, насколько сильно болит вот здесь.       Он стучит по груди кулаком и пытается отвернуться, но его лицо хватают неосторожно. Юнги хмуро, чуть осуждающе, смотрит прямо в глаза, а затем прикасается к манящим губам, слизывая с них солоноватый вкус. Он плакал? Всегда твердый, словно гранит, Чонгук не мог плакать, ведь он железобетонный. Кажется, нет. Сердце всё ещё болит.       – Пожалуйста, не уходи, – пытается сдержать себя охотник. Он аккуратно, нежно отвечает на поцелуй и тут же отстраняется. – Я понял, ты не можешь.       – Я рад, что ты понял, – улыбается Юнги и облизывает губы. – И я бы хотел, чтобы ты так же отнёсся к моему мнению. Я не хочу, чтобы ты изменял Лин, никогда больше. Она не заслуживает быть обманутой тобой.       Чонгук покачал головой, а затем облокотился лбом о стекло, кусая губу и пытаясь унять ноющее сердце. Как бы он хотел никогда не встречать Линду, никогда не встречать того, с кем быть они всё равно не смогут. Взгляд голубых глаз всё ещё ощущается на плече, но Чон не поворачивается, чувствуя злость на собственное бессилие.       Они сидят в тишине до тех пор, пока Юнги не клинет. Он выходит из машины и оглядывается по сторонам. Что-то не так, это прекрасно чувствуется. В руке появляется клинок, а на лице застывает решительность. Кто бы это ни был, он даст ему отпор. Мин – воин, и всегда им был, а сейчас на ранг повыше ему давалось больше сил и возможностей. Он мог сразиться со многими противниками. Сзади хрустнула ветка, и архангел обернулся, замечая знакомую фигуру. Эта была София, и, кажется, она была настроена решительно. В ее руки виднелся клинок, который есть только у высших чинов, и означало это, что кто-то ей его дал.       – Что ты здесь делаешь? – не понимает Юнги, крепче перехватывая оружие. Сердце было не на месте.       – Прости, – пожимает она плечами. – Я должна это сделать.       А ведь он пытался поверить Софии. Пытался заставить себя доверять. И всё впустую. Его обманывают всё, кому не лень, он сам лжет. Как из честного и порядочного ангела он стал тем, кем был сейчас? Грязным и жестоким. Юнги напрягается, когда из машины высовывается Чонгук. Его тут же хватает София и заставляет подчиниться своей воле, приложив руку ко лбу, девушка улыбается и под тяжёлое рычание со стороны начальника вонзает несколько раз клинок в живот охотника. Отбросив умирающего, ненужного человека в сторону, София надвигается вперёд, вытирая ангельский клинок о собственную белоснежную блузку.       – Что ты наделала?! – повышает голос архангел, не зная: дать отпор некогда своей сестре или кинуться спасать любимого человека.       – Спасаю тебя, братец! Тебя так затянула людская жизнь, что ты забыл про нас. Точно так же, как это когда-то сделал Отец. Но я тебя не отпущу.       Слыша тяжёлые вздохи так отчётливо и громко, Юнги звереет окончательно. Он не позволит никому делать больно его родным людям, а потом так небрежно и неосторожно метает клинок в сторону Софии. Это произошло моментально – клинок вонзается прямо в горло, разрезая бледную ангельскую кожу. Девушка разражается криком боли, а затем падает замертво. Раньше бы, видя смерть сестры, Мин бы взволнованно оглянулся на прожитые годы, но сейчас он забывает обо всем, подлетев к Чонгуку. Тот лежал неподвижно, разглядывая ночное небо.       – Я тебя сейчас исцелю, лежи неподвижно, – чуть хмурится Юнги, замечая на лице друга улыбку и вопросительно вскидывая брови.       – Небо такое красивое, почему я раньше не замечал? – продолжает лыбиться Чон, чувствуя, как силы с каждой секундой покидают его. Не так он планировал умереть.       – Замолчи, – рычит в ответ Юнги, не понимая, почему не может излечить от ран с помощью ангельской магии.       Черт, черт, черт. Ничего не выходит. Только не это. Он не может вот так глупо потерять своего друга.       – А ведь мы бы могли жить счастливо, если бы встретились в другой вселенной: если бы ты не был ангелом, а я охотником. Ты говорил, что на небесах свой персональный Рай, – тяжело выдыхает Чонгук, когда с ним сталкивается растерянный голубой взгляд. – Может быть, я, наконец, смогу быть с тобой там? Это ж так классно.       – Чонгук, – грозно зовет его Юнги, – ты сегодня не умрёшь.       Мужчина закатывает глаза, совершенно не согласный с утверждением.       – А что я, по-твоему, сейчас делаю? У меня кружится голова и все тело будто насквозь пронизано, я двигаться не могу. А ещё рядом со мной сидит ангел. Разве люди не так умирают? – смеётся Чон и пытается ухватиться за похолодевшую руку.       Никогда не испытывающий чувства боли и сложения ангел сейчас пытался держать себя в руках. Глаза сами собой были на мокром месте. Он обещал что-нибудь придумать, обещал сделать хоть что-то ради него, но сейчас сидит здесь и уже не сдерживает слезы, но постоянно отворачивается, смаргивая их. Юнги слышит весёлый смешок и поворачивается, замечая озорную улыбку на лице. Даже сейчас Чон пытался шутить и не падать духом.       – Ты как девчонка, – на подобные слова ангел обиженно отворачивается, но его заставляют повернуться обратно. – Ну же, не плачь. Вдруг после смерти я стану ангелом?       – Это не так работает, – в очередной раз утирая слезы, хрипит Юнги.       – А мы никому не скажем. Ты, главное, позаботиться о Тэше, позвони, обязательно, Намджуну и навести Клинта.       Нет, они не могут вот так попрощаться, не сейчас, не сегодня. Юнги теряет всякую надежду, стоит любимым глазам закрыться. Он сам не понимает, как искажается пространство всего на несколько минут, а затем перед ним появляется знакомый демон. Астарт. Он кидает взгляд бездыханное тело знакомого, а затем переводит его на потерявшего всякую надежду ангела.       – Ну и что ты от меня хочешь? – как будто не понимает, но только делает вид.       – Верни его. Верни его, а я заплачу. Чем хочешь. Обещаю. Душу? Хочешь душу? Чистая, английская.       – Фу, нет, нахрен мне твоя вонючая душа? – кривится Астарт и подходит ближе. – Да и твой нимб мне ни к чему, но ты можешь пригодиться Люциферу. Что может быть прекраснее отчаявшегося ангела? Потерял надежду в Бога настолько, что молится Сатане. Небеса и вправду прогнили и скоро обрушатся, но ты им ещё необходим. Короче, когда будешь нужен, ты отплатишь, а пока да будет так.       Он щелкает пальцами и всё возвращается в реальность. Ран на теле Чонгука будто бы и не было. Юнги успокаивается, подбирает ангельские клинки и поворачивается на голос, когда его зовут. Чон стоит у машины и возмущённо себя трогает.       – Что ты сделал? Я ж, вроде, умер, – помнит всё.       – Небольшое ангельское заклинание не без применения благодати, – профессионально врёт Юнги и заглядывает в глаза напротив, поравнявшись. – Не бери в голову. Главное – ты жив.       Чон не особо доверяет сказанным словам, но больше доверять нечему, поэтому он приближается ещё ближе и обнимает как можно крепче. Они стоят так какое-то время, пока Юнги не предлагает вернуться. Сейчас не хочется ничего, они всё ещё стоят, пока Чонгук не отстраняется первым. Он порывается поцеловать ангела, но его останавливают и неодобрительно качают головой. Тогда остаётся только клюнуть в уголок губ, заглядывая в яркие голубые глаза. Мин менял его на все 360, с ним хотелось быть нежным, целомудренным, внимательным. Не сказать, что каким-то дебилом он был в ухаживаниях за Линдой, но тут всё тело горело от желания одних лишь прикосновений, одного взгляда, теплой улыбки в ответ.       Они вернулись в дом, когда Тэхён и Мартин уже приготовили заклинание и нужные чары. Их гостиная превратилась в поле испытаний, но в итоге они все вместе вышли во внутренний дворик подальше от любопытных взглядов соседей. На земле пришлось кровью петуха вычерчить семиконечную пентаграмму, по периметру которой были расставлены свечи. Смотря на это всё Чонгук понимал, что теперь назад дороги точно не будет. Совсем скоро он потеряет Юнги и никогда не вернёт. И сделать с этим ничего не может. Проявлять излишнее внимание к ангелу на глазах других было опрометчивым решением, хотя, все и так думали, что они лучшие друзья, но теперь Чонгук только метал частые взгляды в сторону занятого изучением книги Мина. Холод был лютым, пусть температура и не снижалась ниже нуля. Чонгук закутался в пальто и присел на лавочку, наблюдая за приготовлениями. Он даже не сразу заметил, как рядом кто-то сел.       – Будешь скучать? – мягко произнес Юнги и приподнял уголки губ в улыбке. К нему снова возвращался тот холод.       – Ты даже не представляешь насколько сильно. Хотел бы я всё изменить, – Чонгук подул на замёрзшие руки и недовольно поежился.       – Позволь мне, – просит ангел и берет руки в свои.       Он дует тихо, согревая каждый палец, а в последствии целует. Кажется, он раньше никогда этого не делал, поэтому выглядел смущённо и немного неуклюже. Наблюдать за таким Юнги было одно удовольствие. И плевать было, если их вдруг кто-то увидит. Его ангелу в одном черном пиджаке, который он накинул только недавно, находясь всё время в рубашке, совсем было нехолодно. Хотелось бы тоже иметь такую суперспособность: не замерзать.       – Ты все делаешь правильно, Чонгук, – поднимает на него глаза архангел, но всё ещё не выпускает рук. – Мы боремся за мир во всем мире. Ради этого нужно чем-то жертвовать.       – Я бы пожертвовал миром, – признается Чон. – Мне не нужен он, если в нём не будет тебя.       Улыбка на лице ангела стала шире.       – Ты вляпался? – не понимает Юнги, очаровательно щуря глаза.       – Чего? Тебя словечками Астарт заразил?       – Ну, втюрился, пустил слюни, вкрашился, втрескался. Влюбился? – кажется, не такую себе реакцию представлял ангел. Чонгук просто разразился смехом. – Я что-то сказал неправильно?       Его сложно было остановить. Даже стоящие в стороне маги обернулись и покосили взгляд, но следом забыли о них.       – Нет, всё верно. Но нам не стоит об этом говорить. Лучше помни, что тебя ждёт семья: я, Тэхён, Клинт. Приходи сразу, как только сможешь. Я буду тебя ждать.       Их зовут. Пора. Сердце будто потеряло кусочек, вонзившийся прямо между ребер. Чонгук кусал губу, чтобы не показывать, насколько он расстроен происходящим. Юнги обнял сначала Тэхена, поблагодарил Мартина за помощь, а потом ещё около двух минут они стояли вместе с Чоном. Или даже больше. Точно никто сказать не может, но было очень больно. Особенно смотреть на то, как неохотно Чонгук отпускал своего друга.       Все прекрасно понимали, что на небесах сейчас не жалуют Юнги, а если он туда уйдет, то вероятность его возвращения в ближайшие пять лет равна 10%. В другом случае его либо посадят, либо убьют его же братья, которые будут оскорблены закрытием их словно под домашним арестом. Но он сильный, он справится. Тем более сейчас в Мине кипела сила архангела, а это значит, что он ещё более недоступный для обычных ангелов и сильнее для своих бывших начальников.       Чонгук с тяжёлым сердцем проводил Юнги и позволил ему растаять в воздухе. Не так всё должно было закончиться. Слезы сами собой скатываются по холодным щекам. Ну вот, он как девочка! Плюнув на всё, Чон позволил себе пустить скупую слезу. Небо разрезала молния, гром сотряс землю, а где-то в облаках прорезался силуэт архангела с широкими крыльями. Джозеф, стоя в центре пентаграммы, читал молитвы на арамейском, а Мартин помогал, стоя чуть позади. Гром снова разразился где-то над головой, а уже спустя минуту молитв и заклинаний звёзды снова рассыпаются на ясном небе. Чонгук поднимает голову и пытается убедить себя, что однажды они будут рассматривать созвездия вместе. Его отвлекает телефонный звонок. Это была Лин.

***

      – Долго сидеть будешь? – присев рядом, обращается к другу Тэхён. Весна была теплой, поэтому даже поздно ночью можно было выйти в футболке.       – Я пока не хочу спать, ложись без меня, – а голос дрожит. Бутылка рядом с ногой не опустела даже на четверть. Понятно было, что пить они не собирались.       – Три часа ночи, чувак. Ты на ногах вторые сутки. Тебе бы поспать, – зовёт его Тэхён. Он обнимает, перекинув руку через плечо, заставляет прижаться к себе. – Я понимаю, что тебе тяжело, но уже столько времени прошло. Я хочу тебе помочь, но не знаю, как это сделать.       – Просто, будь рядом. Спасибо, что не бросаешь.       Прошло три года. Три года с того момента, как врата в Рай закрылись навсегда. В ту ночь Чонгук честно поговорил с Лин и они спокойно разошлись, решив остаться хорошими друзьями. Про свои чувства к ангелу он так никому и не сказал, хотя Тэхён для него стал самым близким в мире человеком. Они делились практически всеми секретами и жили вместе все то время, что вместе работали. Временами, примерно раз в полгода, Чонгук срывался и на пару дней уходил в путешествие по разным алкогольным напиткам. Это уже вошло в привычку, но в такие моменты было особенно тяжело. Сегодняшний день не был исключением. Вот только пить уже не хотелось, а на душе было хреново. Хотелось просто откинуться, но они много работают и часто отлучаются на недели, а иногда и на месяцы из дома в поездке за особо опасными монстрами.       – А поехали в Диснейленд?       – Ты крышей, случайно, не поехал? – шутит Чонгук, повернувшись к другу, который стал больше братом.       На днях Тэхён предлагал спрыгнуть с парашютом или поплавать в бассейне с акулами, месяц назад предложил взять отпуск и махнуть в Китай. Это было очень странно, но ни один такой трюк Чон соглашаться на спешил, предпочитая спать, есть и охотиться.       – А что тут такого? Отдохнем, расслабимся. А хочешь аниме посмотреть? – загорается новой идей Ким и озарят всё вокруг своей яркой улыбкой. Даже солнце на мгновение ослепло.       – Хах, нет, спасибо, я лучше позалипаю на красивых девушек, растягивающих себя перед камерой.       Тэхён скривился.       – Фу, это без меня, – отмахнулся от ужаса младший и поднялся со ступенек, на которых они удобно сидели. – Ладно, погнали спать. Обещаю завтра тебя рано не будить.       Они всё-таки заходят в дом. Чонгук идёт спать к себе, но ложится на постель даже не раздевшись. Его снова посещает чувство одиночества, снова хочется почувствовать тепло чужого тела. Укутавшись в одеяло, Чон шепотом начинает разговаривать с Юнги, зная, что тот его слышит, но ответить не может.       – Я так скучаю. Раньше думал, что каменный и меня не пробьешь, зарёкся не зацикливаться на других, а в итоге обрёл семью. Ты тоже часть семьи, ты её большая часть, Юнги. Я бы так хотел, чтобы ты вернулся. Но случится ли это когда-нибудь? Или я жду напрасно? А я всё продолжаю ждать. Верю.       – Ну ты и дурак, раз веришь, – улыбается появившийся в комнате Астарт. Что-то он точно слышал.       – Что? – подскакивает на кровати Чон. Он готов набить этому прохиндею табло.       Так появляться и пугать его разрешено только Мину! Демон, в свою очередь, не появлялся больше месяца, пропадая в Аду всё своё свободное время. У них там вроде как реконструкция и переворот, что-то творят и выдумывают новое.       – Что? – передразнивает его Аст. – Говорю, что бесполезно звать того, кто не сойдет с небес. Его там попросту нет.       Вопросов резко появилось больше, чем ответов. Как это «нет»? И пока Чонгук не успел их задать, демон решает продолжить.       – Он, кхм, в Аду. Уже как год.       – Что ты, блять, сказал? – поднявшись с кровати, Чон хватает демонский клинок и в несколько шагов преодолевает расстояние между ними.       – Сказал, что он в Аду! Ля-ля-ля-ля-ля, – Астарт бы мог с лёгкостью откинут охотника в стену, но не хочет портить с этими ребятами отношения. – Он работает на Люцифера. Вот так сюрприз, скажи?       – Какого черта? – повышает голос Чонгук, но вовремя вспоминает, что может разбудить Тэхёна за соседней стеной.       Астарт заметно хмурится.       – Ты черта не вспоминай. У нас их и в помине нет. Это всё бредни! – демон показательно прокашливается и отходит назад, чтобы между ними сохранялось такое расстояние, чтобы с дуру Чон не вонзил в него кинжал. – О чем мы? Ах, да, Юнги. Как только ситуация в Раю была разрулена, точнее, править пришли херувимы, так было решено, ведь они ближе всего к Богу и имеют правильные взгляды на Рай, а Мину пришлось спуститься к нам в гости. Он нам кое-что задолжал. Суть в чем, Ад делает из людей, попавших туда, монстров. Но со временем. Постепенно. Ангелы этому воздействию не подвластны, а архангелы тем более. Но что-то пошло не так. Короче, твой дружок сошел с ума и теперь кромсает наших направо и налево. Либо ты его заберёшь, либо мы его убьем.       Принятие решений было отложено до утра. И Чонгук, проспав каких-то жалких пять часов, снова подскочил и понёсся на кухню, где его ждал Тэхён, беседующий с демоном. Он любезно поставил чашку кофе на стол и пододвинул её ближе к другу. Всегда знал, что нужно с утра. Чонгук, неодобрительно взглянув на Астарта, который уже ввел в курс дела Кима, прошел к столу и сел за него, делая пару глотков бодрящего напитка. Бодрил он после нескольких часов сна так себе, но энергетиков они не держали. Чон мог позволить себе выпить этот противный напиток только в дороге.       – Как Юнги вообще оказался в Аду? Туда же вход закрыт всем не-демонам, – Тэхён делает ковычки в воздухе и хмуро отходит от стола, чтобы поставить на него недоеденный сэндвич с индейкой.       – Нужно знать лазейки, – ухмыляется Аст. – Мы не думали, что наш дом так подействует на архангела. Сначала всё было нормально, но потом он просто слетел с катушек: попросил его отпустить, но, когда Люцифер ответил отказом, начал убивать демонов, а ему особо труда не стоило это.       Чонгук покачал головой и уткнулся лбом в выставленную руку. Ему бы сейчас поспать, а не вот это всё, но друга надо выручать, иначе демоны активизируются и пойдут против него. Это допустить было нельзя. Тем более, давно пора было вернуть ангела домой, в настоящий дом, к любящей семье.       Было решено отправиться в Ад. После долгих споров и прериканий было принято решение, что вниз спустится Чонгук, так как знает ангела лучше, да и к нему его дружок пойдет охотнее, а Тэхён останется в доме и будет поддерживать вход до того, пока они не вернутся. Было сразу понятно, что Чонгуку будет тяжело бродить там и оставаться человеком, но другого выбора просто не было. Единственным условием было выспаться, но спать было некогда. Зевнув, Чон скинул в сумку необходимые предметы: кольт, магнум, десятки патронов, соль, серебро, ножи и стрелы. Двустволку он взял в руки, а демонический клинок заправил за пояс. У Тэхёна с магией было почти всё готово, он бы мог и сам, но побоялся и вызвал Мартина, который был, к счастью, где-то неподалеку. Он примчался быстро и без лишних вопросов согласился помочь.       Чонгук в последний раз проверил патроны, поправил лохматые волосы и размялся. Он пообещал скоро вернуться и шагнул в открывшийся портал вслед за демоном. Можно с уверенностью сказать: адские приключения начинаются.