...and then they danced

Гарри со стоном уронил голову на стол перед собой. Ему следовало с самого начала догадаться, что учиться у Малфоя будет нелегко, ведь он был таким несносным мерзавцем, каким был всегда. Просто чудо, что раньше им удавалось вести вежливые разговоры, но теперь он снова стал таким, как обычно. Раздражительным. Хотя он должен был признать, что Малфой уже не так плох, как раньше. Было приятно, что он все-таки помогал ему с зельеварением, и за те несколько раз, когда Драко учил его, Гарри узнал гораздо больше, чем на уроках Снейпа. Так что нельзя сказать, что он был неблагодарным, но Малфой, конечно, тоже не был снисходителен к нему. Так что никто не должен его винить, если он закроет глаза на несколько секунд, пока Малфой болтает о зелье, название которого Гарри не помнил или которое его не интересовало. —… это зелье, которое используется для успокоения человека после перенесенного шока, травмы или эмоционального всплеска. Даже если в большинстве ситуаций оно действует безотказно, иногда оно может иметь катастрофические последствия. Например, если его выпьют животные, такие как кошки или собаки. Чтобы приготовить его, нужно порезать лаванду и мяту на мелкие кусочки, а затем добавить… — он замолчал, только сейчас заметив, что Гарри лежит в полудреме. — Поттер? Поттер, ты услышал хоть слово из того, что я сказал?! — воскликнул он, и хотя в его голосе звучала злость, в нем не было и намека на его обычное ехидство, поэтому Гарри не стал утруждать себя ответом. На самом деле, это была еще одна вещь, которая изменилась: прежний Малфой проклял бы его за то, что он не обращал на него внимания. Огромная перемена в характере беспокоила Гарри. — Поттер?! — прошипел Малфой, и голос его стал еще более раздраженным. — Нет-нет, продолжай, я слушаю, — наконец пробормотал Гарри в руку. — Очевидно, что это не так, даже не пытайся переубедить меня, — сказал он решительным тоном. Затем добавил, — Ты более рассеян, чем обычно. Что-то беспокоит всемогущего спасителя? — Гарри расслышал беспокойство в насмешливом тоне Малфоя. — Ну, знаешь, как обычно. Я просто пытаюсь расшифровать магический артефакт, чтобы не погибнуть на дурацком турнире, в котором я даже не хотел участвовать! И для этого мне нужно пробраться в ванную старост! Ах, и давай не будем забывать о попытках подготовиться к ежегодному нападению Волдеморта, потому что, не дай бог, у меня будет перерыв на один чертов год! — сказал он, его голос стал громче, но все еще недостаточно громким, чтобы их вышвырнули из библиотеки. — Подожди, а какое отношение ко всему этому имеет ванная старост? — спросил Малфой, пытаясь не думать о том, как он вздрогнул, когда Гарри произнес имя Волдеморта. — Я не знаю, это просто подсказка, которую дал мне Седрик. Но у меня еще не было времени испробовать её. На мгновение он замолчал, и Гарри почти снова задремал, пока Малфой внезапно не заговорил. — Знаешь, если тебе понадобится моя помощь в чем-нибудь, я, возможно, смогу снизойти до того, чтобы помочь золотому мальчику выжить. Волшебный мир, несомненно, выразил бы мне вечную благодарность, если бы узнал, — сказал он, стараясь казаться равнодушным. Поэтому Гарри решил подыграть и выпрямился, чтобы ответить: — Я был бы польщен твоей помощью, о великий спаситель Мальчика-Который-Выжил. Даже не представляю, чем тебя отблагодарить, — насмешливо сказал он, завершив свое заявление легким поклоном. Когда он снова сел, то увидел улыбку на лице Малфоя. Настоящую улыбку. Не одну из его ухмылок или притворных улыбок, которые он иногда напускал на себя, когда Паркинсон разговаривала с ним, а такую искреннюю, что Гарри не мог не улыбнуться в ответ. — Тебе не нужно было так сильно стараться, шрамоголовый, — сказал Малфой, все еще улыбаясь. — …а что касается награды, то было бы достаточно, если бы ты просто слушал меня, когда я что-то пытаюсь объяснить, — ворчливо закончил он, и его улыбка пропала, сменившись зловещим взглядом. Гарри покорился своей судьбе и они продолжили занятие.

***

Он вернулся в Гриффиндорскую башню совершенно опустошенный и с гудящей головной болью. На улице уже стемнело, и Гарри готов был рухнуть на кровать и уснуть. Он пробормотал пароль Толстой Даме и вошел внутрь. В общей комнате уютно горел огонь, и многие студенты сидели вокруг, играя в игры или разговаривая друг с другом. Это напомнило ему, почему он так сильно любил свой факультет, даже если у него, конечно, были и плохие времена. Он заметил Гермиону и Рона, которые сидели на диване и болтали друг с другом. Они с болью напомнили ему, что в последние несколько дней он немного пренебрегал своими друзьями и одноклассниками. Он был слишком занят домашними заданиями и учебными сессиями Малфоя, что, по их мнению, было совсем на него не похоже. Черт, даже Гарри так думал. Возможно, он просто искал предлог, чтобы не встречаться с ними. Поэтому, неохотно решив, что прятался от них достаточно долго, он направился прямиком к дивану. — Привет, ребята, — пробормотал Гарри и сел рядом с ними, скрестив руки на груди. Они тоже поздоровались с ним, хотя сначала обменялись взглядами. Он вопросительно посмотрел на них и вздохнул. — Ты избегал нас последние несколько дней, Гарри, — мягко начала Гермиона, и, хотя она, вероятно, не имела в виду ничего предосудительного, Гарри не мог избавиться от чувства вины. — Ты хотел с нами о чем-то поговорить? — Не особо. — А мы бы хотели, если ты не против. — Гарри резко кивнул, и она продолжила, — Мы… — она бросила предупреждающий взгляд на Рона, — Хотели бы знать, что происходит между тобой и Малфоем. Пожалуйста, немного более подробное объяснение, чем в прошлый раз. Гарри несколько секунд пристально смотрел на нее, пытаясь придумать, что сказать. Затем, вздохнув, он опустил голову и сказал им правду. — Я не знаю, что происходит, Гермиона. Я и сам совершенно сбит с толку, — он снова вздохнул и посмотрел на них, их выжидающие лица просили его продолжать. — Я просто помню, как мы танцевали, и Малфой был совсем не таким, как раньше. В кои-то веки у нас действительно состоялся вежливый разговор. Я понял, что он напускал на себя этот напыщенный вид, чтобы просто спрятаться за ним… Так что я подумал, что, возможно, он не так уж плох, — запинаясь, закончил он и пожал плечами. Гермиона просто сидела, размышляя над его словами, но Рон в ужасе посмотрел на Гарри. Он заговорил прежде, чем Гермиона успела его остановить. — Но это же Малфой! Это тот мерзавец, который издевался над нами столько лет! Тот, кто назвал Гермиону грязнокровкой, — Гермиона сердито посмотрела на него, но Рон продолжил, — …пытался добиться увольнения Хагрида, и чей отец, вероятно, чертов Пожиратель Смерти! И ты хочешь сказать, что он не такой уж плохой?! — он начал вставать, но Гермиона схватила его и снова усадила на место. — Рон хотел сказать, что мы беспокоимся о тебе, Гарри! Он все тот же человек, понимаешь? Возможно, единственная причина, по которой он вдруг стал таким милым, в том, что он пытается применить другой подход! Этого и следовало ожидать от слизеринца! Гарри задумался над этим. Это, безусловно, было в духе слизеринца. Но как бы это не успокаивало его, Мерлин, сегодняшняя улыбка все еще тревожила его. Поэтому он так не думал. Ни разу с момента их уроков Малфой не вел себя с ним как слизеринец, постоянно дразня Гарри, не заботясь о его чувствах. Казалось, что сейчас это было совсем на него не похоже — прибегать к такой хитрой тактике. Он тряхнул головой, чтобы привести мысли в порядок. — Даже если бы это было правдой, я бы все равно рискнул. Я думаю, оно того стоит. — Гарри решительно посмотрел на своих друзей, которые обменялись еще одним взглядом, но было ясно, что они пока оставят все как есть. Ну, пока Рон не спросил: — Гарри, а что это за слухи ходили о том, что ты занимаешься с Малфоем в библиотеке? — и хихикнул, увидев озадаченный взгляд Гарри. — Рон! — Раздраженно рявкнула Гермиона, и Гарри запустил подушкой Рону в лицо. Рон что-то пробормотал, подушка упала ему на колени, и они все секунду смотрели друг на друга. Затем Гермиона хихикнула, и все они один за другим расхохотались. С тех пор Гарри знал, что у них снова все в порядке.