Приключения Дороти Гейл в стране Оз, часть 3. Привет, Дороти, это Оз.
25 июня 2024 г., 14:10
После того, как ботинки попали в Глинду и Катерину, они начали яростно кричать, как дикие звери, и гладить себя по больному месту на теле от удара. Им было невероятно неудобно из-за этого, поэтому они забрасывали Эльфабу грязью так часто, как только могли, но потом, когда боль утихла, они начали нормально разговаривать между собой.
— О, великий Оз, почему мы оба так страдаем? — спросила Катерина, почти крича.
— Потому что высшие силы решили испытать нас. — спокойно ответила Глинда, в этот момент она намазывала себя мазью.
— Когда наше испытание закончится, я выскажу им все, что я думаю об этих высших силах. — гордо заявила Катерина.
— Я вас полностью поддерживаю, но, пожалуйста, не употребляйте нецензурных слов. — настойчиво попросила Глинда.
— Не волнуйся, я порядочная женщина. — уверенно сказала она.
В этот момент в салоне самолета маленькая собачка породы йоркширский терьер начала царапать стекло и жалобно скулить. Дороти, которая спала, как медведица в берлоге, начала медленно и с большой неохотой просыпаться.
— Тотошка, пожалуйста, дай мне поспать. — попросила Дороти, не открывая глаз.
Но пес не унимался и принялся лизать лицо своей хозяйки, чтобы она проснулась. Гейл Роуд отчаянно сопротивлялась ему, но в конце концов сдалась собачьей магии.
— Ладно, я встаю. — неохотно сказала она и огляделась. — Значит, это был не сон.
Дороти Гейл взяла на руки свою собачку и подарочную коробку, открыла дверь и начала медленно выходить и спускаться по левому крылу самолета, по которому она шла крайне осторожно, чтобы не упасть. Спустившись вниз, она опустила Тотошку на землю и прижала к груди подарочную коробку.
— Дороти Абрахам Билли Гейл, что ты делаешь здесь, в стране Оз? — непонимающе спросила Глинда, почти крича.
— Что это за страна такая? — спросила Дороти, и ее глаза удивленно распахнулись. — Оз? Я впервые о ней слышу.
— Это Конфедерация Оз, страна или, скорее, союз полунезависимых государств, которые были созданы эмигрантами из вашего и других миров из-за преследований магов, и вы (она указала на Дороти, а затем развела руками) сейчас находитесь в стране Манчкинленд.
— Катерина, пожалуйста, не будь учительницей истории для всех, кто попал сюда по чистой случайности. — настойчиво попросила Глинда.
— Извини, я просто хотела объяснить ей, где она сейчас находится. — объяснила она.
— По-моему, было достаточно четырех слов: «Привет, Дороти, это Оз».
— А что это такое? — спросила Дороти у них обоих и побледнела как мел. — Это что, линчевание?
Глинда Росато-Есситазионе и Катерина Краст-Ульф обернулись и видели то, что ее так удивило. Дороти была потрясена, увидев труп женщины, тело которой раскачивалось из стороны в сторону, как маятник.
— Это Нессораза Ратау-Кодеды, или, как ее здесь называют, Злой ведьмы Востока. — объяснила Глинда, не испытывая страха.
— Глинда, тебе не кажется, что ей не следует этого знать? — спросила Катерина, она была недовольна тем, что Глинда решила рассказать ей об этом, потому что считала, что ей здесь не место.
— Нет, если у нее есть вопросы, она должна получить на них ответы, а мы взамен получим ответы от нее, например, узнаем, как она и ее собака оказались в самолете? — с интересом спросила Глинда и повернулась к ней.
— Ну, по правде говоря, мы сТотошкой оказались в самолете, потому что я решила сделать подарок своей двоюродной сестре Зоре, и я спрятала подарок в сарае, где стоял самолет, а когда он начал улетать, я решила остановить его с помощью веревки, но я переоценила свои силы моя сила, и вместе с Тотошкой мы оказались в вихре урагана, а потом спрятались внутри самолета, опасаясь погибнуть. — объяснила Дороти, и по ее виду было ясно, что она винит в этом себя.
— Ну, на один вопрос ты уже ответила, теперь пришло время мне или Катерине ответить на ваш вопрос. — настойчиво сказала Глинда.
— Что здесь произошло? — быстро спросила Дороти, не подумав.
— Здесь была гражданская война, и труп женщины, которую ты видишь, — это труп военной преступницы, которую по праву называют Злой ведьмой Востока. — уверенно сказала Глинда.
— Что ж, в таком случае, не могли бы вы отправить меня обратно в Канзас? — спокойно сказала Дороти и тут же поправилась. — США, Канзас, округ Седжвик.
— Мы знаем, где находится твоя родина, но сейчас ничем не можем тебе помочь. — сочувственно сказала Глинда и попыталась сотворить что-нибудь волшебное, но безуспешно.
— Почему? — непонимающе спросила Дороти Гейл.
— Ураган, который мы устроили, отнял у нас все силы, и мы не можем колдовать ни сейчас, ни завтра, и, очевидно, не сможем этого сделать еще месяц. — уверенно сказала Глинда.
— Так это вы создали этот ураган? — возмущенно спросила Дороти Гейл и подошла к ним. — Значит, все ураганы, землетрясения и другие стихийные бедствия — ваших рук дело?
— На самом деле, нет, мы редко создаем что-то с помощью магии в местах, где магия не работает из-за непредсказуемости последствий. — спокойно ответила Катерина.
— Тогда зачем был нужен этот ураган?! — спросила Дороти, она не собиралась сдерживать свой гнев.
— Мы создали его, чтобы подавить сепаратистов на Востоке и закончить войну на условиях Конфедерации. — объяснила ей Глинда.
— Вы, как англичане, всегда подавляете свободу. — Дороти фыркнула и высокомерно вздернула нос.
— Это звучит неправильно в устах той, в жилах которой течет кровь тех, кто подавлял восстание ихэтуаней. — сказала Катерина, пытаясь сдержать презрение.
— Откуда ты это знаешь? — спросила Дороти, которая сразу заподозрила неладное.
— Это долгая история, но давайте предположим, что мы немного знаем, кто вы, ваш дядя Генри и так далее. — Катерина сказала это со спокойной уверенностью.
— Я не знаю, о чем идет речь, но я бы предпочла сделать вид, что все поняла. — Дороти говорила спокойно и медленно.
— Ну да, на твоем месте я бы принимала все за правду, чтобы не возникало вопросов. — похвалила ее Катерина.
— Но у меня все еще есть вопрос. — спокойно сказала Дороти и, немного подумав, спросила: — Как мне вернусь домой.
— Домой? — спросила Катерина и глубоко вздохнула. — Отсюда ты не сможешь вернуться домой в Канзас пешком.
— Это понятно, но я спрашиваю, есть ли какие-нибудь другие способы вернуться домой? — заинтересованно спросила Дороти Гейл.
— Чтобы вернуть тебя домой, тебе придется ждать целый месяц, а то и больше, пока мы восстановим силы. — уверенно сказала Глинда.
— Неужели в этой стране нет других волшебников? — спросила Дороти Гейл и вопросительно приподняла бровь.
— Да, но дело в том, что мы не используем магию для всякой ерунды, поэтому только несколько человек, таких как я, Катерина, Нессораза и..... Эльфаба обладают магическими способностями, подобной мощности. — сказала Глинда, которой было нелегко после этой встречи со своей подругой.
— А Улираба умерла? — спросила Дороти и подумала, что она может ей помочь.
— Во-первых, ее зовут Эльфаба, а во-вторых, просить ее о помощи бесполезно, она сама нуждается в помощи. — уверенно сказала Катерина.
— Отлично! — сердито воскликнула Дороти и развела руками. — Я не могу выбраться отсюда, самые сильные волшебники не могут колдовать из-за их действий целый месяц или больше, а я лишена рождественского подарка. — с каждым новым словом Дороти становилась печальнее прежнего, в результате чего она села и закрыла лицо руками.
— Я не думаю, что твой рождественский подарок сделает тебя очень счастливой. — шепотом пробормотала Катерина.
— Ты знаешь, что еще они собирались мне подать? — спросила Дороти, подняла голову, и голос ее стал еще злее.
— Ну, по правде говоря, да. — ответила Катерина, она была смущена и в этот момент решила сказать то, что должна была сказать мне, когда Дороти спросила ее об этом. — Только не спрашивай меня, что они хотели тебе подарить, мы с Глиндой все равно ничего тебе не скажем!
— Боже, храни Америку и меня! — она закричала и заплакала, как ребенок.
Глинде было больно смотреть на плачущих детей. Она подошла к ней и села слева от нее, то же самое сделала и Катерина, которая села справа от нее.
— Не волнуйся, Дороти, наши силы вернутся, и мы вернем тебя обратно в Канзас. — спокойно сказала Глинда.
— Тебе легко говорить, ты сейчас дома, а я нет, дядя Генри, кажется, сходит там с ума. — сказала она, не поднимая глаз.
— Дороти, прямо сейчас у тебя есть выбор: сдаться и погрузиться в мир слез или действовать. — ободряюще сказала Катерина.
— Катерина, я невероятно благодарна тебе за слова поддержки, но скажи мне, как я могу добраться отсюда до своего дома без магии? На поезде?! — спросила Дороти, слегка вскрикнув.
— Железнодорожный транспорт был разрушен, а даже если бы и был, ты вряд ли смогли бы добраться домой. — с сожалением сказала Глинда и начала чесать шею.
— О, Боже, помоги нам всем. — взмолилась Дороти и начала играть с Тотошкой, который подошел к ней после того, как закончил свои утренние дела.
— Хм, а это идея. — задумчиво произнесла Катерина, разглядывая туфли Нессораза.
— Что за идея пришла тебе в голову? — с интересом спросила Глинда.
— Мы не можем вернуть ее домой с помощью наших магических сил, но это не значит, что другие не смогут. — уверенно сказала Катерина и встала.
— Ты предлагаешь нам обратиться за помощью к другим магам? — спросила Глинда, она не хотела этого раньше времени, потому что ей, как самой могущественной волшебнице, пришлось бы просить помощи у других в вопросах магии, это было бы постыдно.
— Нет, я предлагаю обратиться за помощью к этим малышам. — сказала Катерина и подняла туфли Нессораза.
— Волшебные туфельки! — радостно воскликнула Глинда и заулыбалась во все свои тридцать два зуба.
— Эти туфли как сапоги — самоходы? — с любопытством спросила Дороти.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, но скажу тебе сразу, что нет, эти туфли совершенно другие. — уверенно заявила Катерина.
— Эти туфли волшебные, потому что они могут исполнять желания своей обладательницы в определенные часы. — радостно сказала Глинда и подошла к Катерине.
— А сейчас тот час, когда они исполнят желание? — с интересом спросила Дороти Гейл.
— Я не знаю, так что ты сама посмотри. — настойчиво сказала Глинда и отдала ей туфли.
— Что ж, я попробую добраться домой. — решительно заявила Дороти и обулась. — Тотошка, иди ко мне!
— Дороти, если ты хочешь вернуться домой, ты должна постучать по своим туфлям и произнести следующее: «Позолоти финзор на платтсе сом хеммалор». — настойчиво сказала Катерина.
— Позолоти финзор на платтсе сом хеммалор. — сказала Дороти, боясь допустить риторическую ошибку. Она несколько раз постучала по своим туфлям. — Это совсем не помогло.
— Вижу. — ворчливо сказала Глинда и сделала пару глубоких вдохов. — Очевидно, на них наложено заклятие, или сейчас не время исполнять их желания.
— Или они просто еще не привыкли к новой хозяйке. — высказала свое предположение Катерина.
— Да, к тому времени, как они привыкнут ко мне или настанет час, когда я смогу загадать желание, мой дядя Генри умрет от тоски! — сердито воскликнула Дороти и расплакалась с новой силой.
— Дороти, успокойся, все не так плохо, как ты думаешь. — заверила ее Катерина, она хотела успокоить ее.
— А что может быть хуже нынешней ситуации? — в отчаянии спросила Дороти.
— Ну, например, тот факт, что эти туфли, которые вы носишь, могли попасть не в те руки. — привела пример Глинда.
— А я подходящая девушка, чтобы носить эти туфли? — спросила Дороти сквозь слезы.
— Ну, честно говоря, я бы с удовольствием надела такие туфли, но ты не уродина и, по-моему, они тебе идут. — уверенно сказала Глинда.
— Спасибо, но мне не нужны эти туфли, я хочу домой. — решительно заявила Дороти и топнула ногой.
— Для любого ребенка, у которого есть мать, естественно скучать по родной земле, но ты должна понимать, что домой ты вернешься не сегодня или завтра. — спокойно сказала Катерина.
— А когда я вернусь домой?! — спросила Дороти, заливаясь истерическими слезами.
— Я не знаю, но, очевидно, тебе лучше вернуться домой. — сочувственно сказала Глинда и обняла ее.
— Да, но сейчас тебе лучше не оставаться в Манчкинленде из соображений безопасности. — уверенно сказала Катерина.
— Куда мне идти? — в отчаянии спросила Дороти. — Я даже не знаю географии, административного деления Оз.
— Ты можешь пойти…пойти… Подожди, мне нужно поговорить с Катериной. — Глинда говорила так, словно у нее на ходу созрел план действий.
— Да, конечно. — сухо ответила Дороти и подождала, пока они уйдут. — Идите и болтайте на здоровье, а я останусь здесь совсем одна, к счастью, у меня есть ты, Тотошка.
Пока Дороти Гейл разговаривала со своей собакой, Глинда и Катерина вышли из собора Святого Бориса. По лицам обеих сразу стало ясно, что одна из них заинтересована в разговоре — это была Глинда, а другая нет — это была Катерина.
— Глинда, о чем ты хотела со мной поговорить? — спросила Катерина, слегка заинтересовавшись.
— Я придумала, как убить двух зайцев одним выстрелом одновременно. — гордо сказала Глинда.
— Заставь их размножаться и сделай выстрел, пока они занимаются любовью. — холодно предложила Катерина.
— Катерина, у тебя, как всегда, отличное чувство юмора, но нет, мы говорим не о настоящих кроликах, а о Дороти и магической безопасности. — уверенно сказала Глинда.
— А как ты хочешь решить эти две проблемы сразу? — спросила Катерина, ожидая от нее ответа.
— Мы уничтожим все магическое снаряжение и зелья Нессоразы с помощью оружия, но с ее туфлями сделаем что-то другое — отдадим их Дороти Гейл и прикажем ей отправиться в Изумрудный город, чтобы эти туфли не попали к одной из политических сил Манчкинленда. — уверенно предложила Глинда.
— Глинда, ты, очевидно, читала не те книги о воспитании детей, которые тебе нужно читать, потому что я не помню, чтобы в одной из них говорилось, что нужно бросать детей в опасные ситуации. — сказала Катерина и добавила про себя: «Или ты делаешь это с собой и своим Гастоном».
— Катерина, ты должна понимать, что сегодняшняя Манчкинленд — это территория с тысячами вооруженных людей, которые ненавидят нас и у которых разные взгляды на будущее страны после войны, поэтому лучше, если у них не будет этой обуви. — уверенно сказала Глинда Росато-Есситазионе.
— Глинда, я не хуже тебя знаю, что такое послевоенная Манчкинленд, но тебе не кажется, что, подарив эти туфли маленькой девочке, ты обрекла бы ее на верную смерть?
— Никто не убьет ее, пока она носит эти туфли, до тех пор, пока она добровольно не откажется от этих туфель или не захочет или при других обстоятельствах не умрет без вмешательства кого-либо из посторонних. — уверенно заявила Глинда.
— Погоди-ка, что ты хочешь сказать, что эта чепуха добровольно ушла из жизни? — потрясенно спросила Катерина.
— Я не думаю, что тот факт, что она погибла в результате падения самолета, был преднамеренным убийством. — спокойно сказала Глинда и принялась чесать нос. — Это был несчастный случай!
— Даже если так, мы не можем отправить ее одну, без охраны. — уверенно сказала Катерина и воскликнула. — Она может пострадать!
— Это правда, но если мы все сделаем правильно, она прибудет в Изумрудный город без единой царапины. — Глинда улыбнулась.
— А зачем отправлять ее в Изумрудный город? — спросила Катерина и указала вдаль. — Рядом с Нью-Коривады есть другие города, которые ближе к нам.
— Да, это так. — Глинда кивнула. — Но пойми, Манчкинленд — чрезвычайно опасное место, и лучше всего отправить ее туда, где ей никто не сможет угрожать. Кроме того, мы выиграем время, чтобы восстановить силы.
— Но ты предлагаешь нам отправиться в путешествие по далеко не самой безопасной стране. — напомнила ей Катерина.
— Да, я согласна, что это опасно, но я хочу, чтобы она поняла, как ценны патриотизм, сострадание, уважение и доверие. — уверенно заявила Глинда.
— Ты готова отправить маленькую девочку в путешествие, чтобы она могла изменить свои взгляды? — спросила Катерина, по ее голосу было понятно, что она этого не одобряет. — Это безумие! — воскликнула она.
— Это безумие — начинать войну из-за имперских комплексов, а я помогу ей раскрыть то, что она скрывает под маской безразличия и сарказма. — сказала Глинда со спокойной любовью и направилась к кустам.
— Не думаю, что жевуны могут научить ее этим качествам. — презрительно сказала Катерина.
— Любая нация хороша, если ты не говоришь с ней о политике, к тому же, учитывая, что мы поступали с ней так же жестко, как они поступали с нами во время войны, и несмотря на то, что я горжусь тем, что воевал на стороне Конфедерации, я понимаю, что впереди много работы впереди у всех народов снова жизнь в мире и согласии, чтобы не было нового Николая IV-освободителя. — сказала Глинда Росато-Есситазионе, пытаясь сдержать слезы от того, что она увидела после того, как ураган пронесся по Манчкинленду, что даже солдаты, которые сражались на стороне Конфедерации и чьи родственники погибли из-за Манчкинов, даже они не смогли сдержать слез сожаления.
— Глинда, с тобой все в порядке? — спросила Катерина, обеспокоенная своими слезами.
— Да, я в порядке, я просто подумала об этом, когда выдергивала этот сорняк из клумбы, потому что он такой маленький, как мой Гастон, и такой милый, как все эти дети, которые стали сиротами во время войны. — Глинда начала приходить в себя от слез.
— Что это за сорняки ты там выдергиваешь? — с любопытством спросила Катерина и стала приближаться к ней.
— Клевер! — гордо сказала Глинда, встала и показала ей клевер с пятью листочками.
— Зачем тебе клевер? — непонимающе спросила Катерина.
— Мне не нужен клевер, но я думаю, что он будет полезен Дороти, потому что приносит удачу и защиту. — уверенно сказала Глинда.
— Ох, да, как мы могли забыть о волшебных растениях, о силе которых рассказывают в мире, откуда родом Дэвид Патрик Доэрти и Дороти Гейл, только по слухам. — Катерина отреагировала безмятежно и хлопнула себя по лбу.
— У них все эти слухи, но у нас это правда, как например то что Иван Грозный был психопатом. — шутливо сказала Глинда.
— Глинда, что мы собираемся ей сказать? — просила ее Катерина и объяснила причину своего вопроса. — Вряд ли ей будет интересно слушать обо всей этой политической трагедии, которая здесь разворачивается.
— Это верно, но мы собираемся сказать ей только одно — правду и ничего, кроме правды. — решительно заявила Глинда.
— Что она имеет в виду под словами «правду и ничего, кроме правды»? — Катерина задумчиво спросила себя шепотом и высказала предположение. — Двухчасовую лекцию?
— Катерина, не отставай от меня, пойдем. — Глинда позвала ее нежным голосом, похожим на колокольчик, которым звонят, когда хотят позвать собаку.
— Иду. — отозвалась она и пошла.
Катерина и Глинда вошли в собор Святого Бориса, где все еще стояла Дороти Абрахам Билли Гейл. Увидев их, Дороти сказала:
— Ну, наконец-то вы обе пришли.
— Дороти, у нас есть для тебя важное задание, которое ты должна выполнить как новая владелица этих волшебных туфелек. — с гордостью сказала Глинда.
— Что я должна сделать? — спросила Дороти, и по ее голосу было ясно, что она не хочет ни в чем участвовать.
— Эти туфли чрезвычайно опасны из-за своей непредсказуемой силы, поэтому я, Глинда, Добрая Ведьма Юга, и Катерина, Добрая ведьма Севера, просим вас хранить их при себе и никому не отдавать, пока смерть не разлучит вас с ощущением жизни. — сказала она настойчиво и напыщенно.
— Глинда, почему ты говоришь как священник, совершающий обряд бракосочетания? — непонимающе спросила Катерина, пытаясь сдержать смех.
— Простите меня, я немного переборщила с пафосом. — сказала Глинда, понимая, что зашла в этом вопросе слишком далеко.
— Даже слишком переборщила. — пробормотала Катерина себе под нос.
— Простите за мой бесцеремонный, но в то же время логичный вопрос, но зачем мне это делать? — спросила Дороти таким тоном, словно ожидала, что они удивятся. — Зачем мне выполнять какой-то приказ от таких (она изобразила кавычки на ладонях) ведьм, которые, по логике вещей, сами виноваты в случившемся?
— Зачем тебе это нужно? — спросила Глинда и принялась ощупывать свой подбородок. — Это логичный вопрос, но скажи мне, ты слышала что-нибудь о таком понятии, как торговля?
— Это перевод стрелок. — сказала Дороти и нахмурилась, как старая кляча.
— Дороти, перевод стрелок — это желание одного человека избежать обсуждения какой-то темы и желание переключиться на другую, и это не переключение стрелок, это то, что объединит нас с тобой. — уверенно сказала Глинда.
— И на что же мы будем торговать? В долларах США? На французский франк? На золотую марку? На фунт стерлингов? Или на какую валюту? — спросила Дороти Гейл, пытаясь вспомнить все известные ей валюты.
— Мы обменяемся документами. Ты отнесешь эти туфли в Изумрудный город, чтобы ни одна из политических сил Манчкинленда не захватила власть, которой они обладают, а взамен мы отправим тебя домой, когда к нам вернутся силы. — спокойно сказала Глинда.
— А вы бы согласились помочь мне, если бы я не защищала эти туфли?
— Да, но пойми, что у нас сейчас нет сил, а армии наших стран истощены войной и сейчас сражаются с остатками армии Манчкинленда и ведут контрпартизанскую войну, поэтому им явно не до уничтожения магических предметов, которые должны быть уничтожены такими магами, как мы. — последние слова Катерина произнесла с гордостью и указала на них обоих.
— Что ж, на мой взгляд, это важная миссия, которую я готова выполнить, чтобы вернуться, но у меня осталось три вопроса. — сказала Дороти, она говорила с желанием получить на них ответы.
— Что за вопросы? — с интересом спросила Глинда.
— Что вы, две ведьмы, будете делать, если я умру в стране Оз? Что я буду есть, где буду спать и жить? И, самое главное, что мне делать, когда я встречу Эльфабу?
— Разве это не четыре вопроса? — спросила Катерина, которую такие вопросы застали врасплох.
— Не важно, отвечай на вопросы! — фыркнула Дороти Гейл.
— Дороти! — сердито сказала Глинда и хлопнула в ладоши. — Что за тон, как у сторожевой собаки, увидевшей ворота, мы разговариваем с тобой совершенно нормальным тоном.
— Простите за моё поведении. — сказала Дороти и покраснела как помидор.
— Извини, и послушай меня внимательно. — суровым голосом потребовала Глинда. — Ты не умрешь с голоду и не будешь спать на улице, если у тебя будет этот билет (она протянула билет). Этот билет дает всем, за исключением военных Манчкинленда, право на питание и временное проживание в каждом городе Манчкинленда, где есть оккупационная администрация, — во-первых, а во-вторых, ты не умрешь здесь, если будешь носить эту обувь и этот пятилистный клевер (она указала на обувь и дал клевер). В-третьих, если ты попадешь в руки Эльфабы или как ещё здесь называют Злая Ведьма Запада, не смей отдавать ей туфли. Ты поняла?
— Да, я понимаю. Дороти Гейл кивнула. — А где искать… Изумрудный город?
— Есть много способов добраться до него, но самый реальный сейчас — это прогуляться по дороге из желтого кирпича. — уверенно заявила Глинда.
— Дорога из жёлтого кирпича? — удивленно спросила Дороти, хотя по ее голосу и внешнему виду было видно, что она очень удивилась, услышав «Дорога из жёлтого кирпича».
— Да, дорога из желтым кирпичом. — подтвердила Катерина и одобрительно кивнула. — Пожалуйста, не сворачивай с нее, и все будет в порядке.
— А почему она сделана из желтого кирпича? — с интересом спросила Дороти.
— Дорога была выложена из желтого кирпича, чтобы ее нельзя было спутать с другими дорогами, а также для людей, которые ехали в Изумрудный город ночью. — спокойно объяснила ей Катерина.
— Это была доозланская эра или нет? — спросила Глинда, которую этот вопрос начинал беспокоить.
— Я не помню, кажется, это была доозланская эпоха. — неуверенно произнесла Катерина.
— Ну, раз уж мы с этим разобрались, я отправляюсь в Изумрудный город. — уверенно заявила Дороти и пошла вперед странной походкой из-за того, что туфли были ей слишком велики.
— Всего хорошего, Дороти, и удачи в пути. — крикнула Катерина ей вслед.
— Что касается того, как долго ты сможешь здесь оставаться, не волнуйся, мы вернем тебя в твой мир, когда стихнет ветер, так что ничего страшного ни с тобой, ни там не случится. — Глинда попрощалась, чтобы она не волновалась.
Дороти Абрахам Билли Гейл стала первопроходцем среди тех, кто шел по дороге из желтого кирпича к столице Конфедерации Оз — Изумрудному городу, поскольку общий технический прогресс превратил эту дорогу в памятник архитектуры. Она ходила по разрушенным городам, деревням и другим населенным пунктам, иногда специально задерживалась, чтобы помочь кому-нибудь из местных жителей.
