Сборник Прекрасного

Давайте порассуждаем о смерти.

      Что она для вас значит: великое горе или пустота вперемешку с безысходностью? Может новую жизнь в другом виде или что-то более глубокое?       На самом деле смерть — это одна из стадий жизни, которая не столь страшна, когда с ней встречаешься, а картинки перед глазами, лишь киноплёнка прожитого, по которой определяют дальнейшую судьбу души. Рая или ада, как такого нет, лишь многочисленные полки с кричащими или потемневшими душами, которые исчезали по мере того, как именно проживали жизнь.       Есть, конечно, более интересные люди, те, что должны полюбить, точнее переосмыслить жизнь, хотя бы чужую, если не свою. Они, своего рода, убийцы собственной жизни, а такие должны еще что-то после смерти кому-то, если хотят стать более светлой душой в банке.       — Раздражает.       Му Цина раздражает холодный ветер, которого и вовсе не чувствует, бесят различные запахи, ведь память начинает подводить и выдавать другие, глупые люди, что с высоты его лет кажутся такими, ведь живёт долго.

Сколько же уже? Может лет сто или триста? А как умер? Может вырезал себе вены или затянул удавку на шее?

Он не вспомнит, как и то, какого быть живым.

      Сегодня в его блокноте появился новый человек, слишком глупый, раз пытается сброситься с крыши из-за недостающих баллов, которые могли бы помочь поступить на бюджет в лучший университет, смотрит вниз, явно решается, пока сама его смерть сидит на противоположной крыше и ждёт, чтобы забрать душу.       — Прекрасный день, не находишь?       Нет, Му Цин не находит, ведь впервой за всю зиму появился снег, который тут же растаял и превратил все в грязь, а крыши мокрые, хотя и разницы не было, где сидеть, — потом постирает одежду, сейчас не до этого, как и не до напарника.       — ... Чтобы умереть, да.       И он садится рядом, вместе с луком, разглядывает блокнот и явно что-то ждет, — они из одного отдела, но почему-то по разному смотрят на человеческие жизни, хотя появились в одно время.       — Нет, — смотря на крышу, где юноша колебнется с решением, усмехнулся. — Прекрасный день, чтобы снова полюбить жизнь и что-то изменить в судьбе.       — Фэн Синь, не будь идиотом, ты же знаешь, что предначертанное в этом, — выставляя руку, будто отгораживаясь от глупого оптимизма напарника, блокнот, лишь сильнее поджал ноги к груди.— Не изменить.       Фэн Синь идиот, ему в напарники попался полный придурок, который, почему-то, так и не сменил золотистый оттенок на тёмно-зелёный, как это было у него и других, — странный.       — Ты помнишь, как ты умер?       — Нет, ты тоже нет.       — Нет, я помню, — замечая удивленное лицо напарника, усмехается и садится по турецкий, — история хоть и длинная, но он попытается рассказать кратко. — Я был в услужении Наследного Принца, но началась война, а каждый человек хотел его убить, тогда мне пришлось стать им и перерезать себе глотку.       Хорошая история, интересная, но больше не имеющая смысл, как и людские проблемы, ведь юноша сделал шаг в пропасть и через несколько секунд превратиться в кровавое месиво.       — Во благо кого-то совершил самоубийство? — поднимаясь с места, наблюдая за тем, как разбивается еще одна жизнь, вытаскивает чжаньмадао из ножен. — Поступок героя, но ты застрял в этом мире со мной, тем, кто не помнит причину своей смерти, но точно знает, что то была от собственной трусости. Несправедливо, тебе так не кажется?       Задание выполнено, пленка собрана, а люди стали собираться все ближе, перешептываясь или крича, пока двое неизвестных уходили в темный переулок и исчезали во тьме.       Наверно, в жизни нет радостей, ведь чужая плёнка состояла только из страданий, а наивность напарника, что ищет проблески света во тьме, будет и по сей день его выводить из себя.

Как знать, может и ему удастся вспомнить свою смерть.