Гость из другого мира.
29 апреля 2024 г., 19:30
Примечания:
Пэйринг: Фэнцини, Хуаляни, Хуа Чэн.
Метки: ООС, Другие миры, Повседневность, Смерть персонажей, Тайные отношения, Демоны/Боги, Счастливый финал, Открытый финал.
Всем приятного прочтения.
— Вы... Верите в параллельные миры?
Хуа Чэн не особо верит в подобные слова, когда это говорит ему его полная копия, поджимает губы, пытается что-то выпытать и понять, — пустая ли это оболочка или просто кто-то решил принять его облик и пошутить?
Он не верит в подобное, но слышит достаточно много из своего детства и начинает чувствовать себя глупо, ведь его копия назвала почти все моменты, кроме спасения со стены во время шествия в Саньлэ и, более того, упомянул, что некий господин его спас, но не стал говорить имя.
— Меня спас Се Лянь.
Его копия кивает и шепчет тихое «Отлично», но в сторону закатывает глаза и кривится в отвращении, что заставляет немного напрячься и подумать еще раз, – стоит ли вести паренька к Се Ляню или же лучше немного подождать и выпытать что-то еще?
— Значит, в этом мире, Вы.. — тот другой точно не понимает, продолжает кривится на каждое упоминания Его Высочество, а стоило спросить, как пытался перевести диалог. — Вместе с ним?
Хуа Чэн не видел ничего плохого в том, чтобы предложить единую тропу своей Яшмовой Ветви, но у его двойника было другое мнение, а вопросы, задаваемые по пути к Каштановому поселению, наводили на определенные мысли: Какой характер у Его Высочества? Как поживает Его Сводный брат? Что сделал Саньлэ в свое ключевое событие? Какой он сейчас?
И, пожалуй, что больше всего насторожило, это...
— Какие у Вашего Се Ляня отношения с господином Му? — Ты про генерала Сюаньчжэня? — А, у вас он генерал... — его копия была обескуражена, но, несмотря на это, вела себя весьма спокойно и обходительно. — Что ж, наверно, тогда он точно не встретился на Небесах с проблемами, когда пытался взять в мужья Генерала Наньяна? Останавливаясь у самой двери, точно увидев призрака, резко повернулся и точно ошарашил его своим видом, ведь тот слегка посмеивался и тихо ойкнул, будто и вправду взболтнул лишнего, а после снова спросил о «статусе» Сюаньчжэня и его взаимоотношениях с генералом Наньяном. — Они, вроде как, пытаются найти общий язык, хотя до сих пор выводят из себя Гэгэ своим поведением. — Мм, значит, здесь не все так гладко. Хуа Чэн кивает, заходит в дом и замечает то, как его копия попятилась назад, когда заметила Саньлэ за готовкой, а стоило ему повернуться с кастрюлей, как тот достал Эмин и тут же выбил ее из рук, заставляя все содержимое вылиться и опечалить Гэгэ. — Ты что делаешь? — А разве не яд он готовит? — убирая эмин, что послушно уркнул, точно в ответ на слова хозяина, был готов обороняться. — Помню я, доброту Наследного Принца Саньлэ. — Вас... Двое? Се Лянь точно был в шоке, поэтому и захотел двойника рассмотреть поближе, но стоило тому подойти, как тот снова отошел и встал в стойку, что заставило согласится и отстать, — пускай, если не хочет, то не надо. — Не обижайся, Гэгэ, он просто ничего не знает, и.. — наклоняясь ближе, замечая, что копия решила начать хозяйничать на кухне с тихим «Заварю чай», наклонился ближе и прошептал на самое ухо. — Позови двух из ларцов. Нужно кое-что проверить. Се Лянь кивает и связывается с Наньяном, который, по счастливой случайности, ответил быстрее и обещал взять с собой Сюаньчжэня, пытался поглядывая за готовкой другого Хуа, но тот, будто ему и вовсе не доверял, просил отойти и не дышать с ним одним воздухом. — Значит, параллельные миры, да?— посмеиваясь, пытаясь разговорить гостя, снова хотел помочь, но тот отказал одним взглядом. — Ты можешь что-то рассказать о том, что у вас происходило? — Да, пожалуй, — копия усмехалась, а стоило услышать тихую брань с улицы, как на его лице появилась расслабленная улыбка. — Расскажу, когда увижу своих наставников. Се Лянь чуть воздухом не поперхнулся, когда услышал подобное, посмотрел на Хуа Чэна и увидел, как тот мотает головой и шепчет, что ничего не знает и сам, ждет, пока генералы зайдут в храм и медленно сойдут с ума от двух демонов. — Вас теперь двоя? — первый из транса вышел Наньян, который был согласен с закатившимися глазами бога Юго-Запада. – Ну в задницу, я этого не выдержу. — Стоять. Му Цин ловит за шкирку своего вечного соперника и пытается остановить того, кто явно желал убежать, что заставило усмехнуться копию Хуа, — кивая, понимая, что тут что-то не так, нахмурился, когда заметил на столе дымящийся напиток и медленно подошел ближе.Пахло высушенными листьями на солнце с перчинкой, точный рецепт для истинных гурманов и...
— Кто научил тебя заваривать этот чай? — Мой учитель, — гость подошел ближе, легким движением руки поднимая чаши и расставляя их по местам. — Возможно, он жжет, но только истинные гурманы смогут понять его вкус и получить удовольствие. Му Цин ничего не спрашивает, просто садится на место, которое обычно занимает и понимает, что этот Хуа об этом знал, легко улыбался, омывал чашу в напитке и плескал немного, ведь такой чай мог вызвать крайне плохие эффекты, ведь замешан там был не только перец. — Не плохо. — Ваша похвала для меня важна в любом мире, шифу, — замечая, что и другие медленно подтянулись, поспешил налить чашечку и Фэн Синю, после Хуа Чэну и, явно нехотя, хозяину этого дома. — Вы красивы во всех мирах, наставник. Му Цин краснеет, точно от чая, говорит тихое «Прекрати» и замечает пристальный взгляд, что не был закрыт повязкой, и, если ему не изменяет память, то именно такого Хуа и подобрал Се Лянь во время шествия. — Можешь рассказать о нас из другого мира? Му Цин не сомневается, просто пытается узнать больше, чувствует напряжение генерала рядом и закатывает глаза, пока гость смотрел на них спокойно, с уважением и тихо кивал, прося об этом никому больше не говорить. — В моем мире не было безжалостнее человека, чем Его Высочество Наследный Принц Саньлэ, того, кто желал трон своего отца и во всем соперничал со своим кузеном, которого боготворил народ за его мудрость и милосердие.Ци Жун и мудрый? Милосердный?
Слова, которые точно ему не подходят, но, если судить по словам, то в том мире именно Ци Жун имел вес в обществе и вполне мог стать наследным принцем, потому тот Се Лянь и пытался убить своего отца, — отравление, заказные убийства, угрозы расправой на банкетах и то, что не укладывается в голове. — Возможно, вам этого не понять, но наш Саньлэ... Был избалованным человеком, которому была неизвестна жалость, тот, который не считался с жизнями людей и уничтожал каждого, кто стоял на его пути, — мотая головой, пытаясь отогнать из головы непрошеные мысли, тяжело вздыхает. — Одним из таких людей был господин Му, найденный им и приведённый в качестве... Игрушки для развлечений. Гость не говорил о каких именно развлечениях шла речь, но можно было понять по печальному взгляду на собственную чашу, что пустела с завидной скоростью, — налить больше не дала муциновская рука. — Ваш Фэн Си- — Телохранитель Наследного Принца был слеп к поступкам своего хозяина, выполнял каждое поручение, даже самое грязное, и возглавлял Теневой отряд, — убирая руку от чаши, понимая, что ему и вправду хватит, лишь замечал вытянувшиеся лица. — Наставник ушел, когда смог освободится от клятвы, не без помощи учителя, тогда жители Саньлэ, что подняли восстание из-за поступков нового Короля под предводительством Изумрудной Ветви Ци, уничтожили этого человека. — Интересно выходит: главный герой — злодей? Му Цин посмеивается, но больше от истории, чем над присутствующим, который точно почувствовал вину за свою копию и решил извиниться, хоть и за то, что не делал, продолжает слушать с великим интересом и подначивать Фэн Синя, мол, «придурок во всех вселенных будет верным псом». — Ты говорил про одного господина, что спас тебя со стены, — ты же про Му Цина? — Да, именно учитель тогда спас меня ценой своей жизни. Судя по рассказу, то Му Цин из того мира был добрым юношей, хоть и со своими колючками, заметил падающего мальчика и поймал его, чем навлек гнев не только церкви, но и самого Наследного Принца, который приказал избить мальчика прутьями до смерти. И, когда Хуа сжимался от страха, подоспела игрушка Наследного Принца, которая просила наказания для него, ведь именно он сорвал то шествие. — Он был в ярости, потому приказал избивать нас обоих до того момента, пока учитель не сможет меня защищать своей спиной. — Как ты попал на стену? — Один из планов Саньлэ, который нашёл меня в переулке и приказал своим помощникам спустить меня со стены, — мотая головой, замечая, что теперь разгладилось лицо и его копии, тяжко выдохнул. — Саньлэ желал не трон, а уничтожить собственное королевство, что относилось без должного к нему уважения. Се Лянь, который все это слушал с открытым ртом, тихо прошептал «Ему нужно было сорвать шествие, тогда бы снова был неурожайный год и выросло недовольство.», за что получает тихий кивок от гостя, который малость расслабился рядом с копией «того». — Учитель пытался меня спрятать у Советника Уюна, но тот не смог этого сделать и поплатился жизнью. Советника Уюна, учителя того Саньлэ, обвинили в сокрытии информации о мятеже, потому его казнили, после Саньлэ подстроил отравление всей семьи, как покушение на жизнь повстанцами, но не смог найти брата, который тогда уже бежал, а верный слуга, как и телохранитель, остались рядом еще на долгий год. — Поветрие ликов наслал именно Се Лянь и назвался Золотым бедствием, но смог стать демоном и возглавить Небесную столицу, а мои учителя... Фэн Синь пошел вслед за Саньлэ, как верный пес, и стал единоличным повелителем Юга, ведь, если бы не стал поддержкой на Небесах, то Наследный принц убил бы Му Цина, который уничтожил свое ядро во время войны и мог вовсе не встать, тогда, кажется, и начались их скрытные отношения. — Учитель умер страшной смертью, но смог стать демоном Забытых Сожалений и встать во главе Серебряного города, который у вас называют Призрачным. — И ты думал, что встретишь учителя, когда пришел ко мне? — Возможно. Гость точно сомневался, но все же напросился на прием к градоначальнику Хуа, сильно удивился обилию алого, ведь Серебряный дом был украшен приятными серыми или белоснежными оттенками, где иногда можно было увидеть и пурпурные, что об этом сразу же и сказал, — странная палитра, но каждому свое. — Ты упоминал о том, что Му Цин просил руки Фэн Синя. Гость кивает и заставляет генералов начать краснеть и отнекиваться, но это вовсе не удивляет, ведь это их «обычное поведение во всех мирах». — Наставники встретились на задании, все обсудили и решили свергнуть Небесного Владыку, ведь тот успел натворить достаточно, чтобы заслужить этого, — усмехаясь, явно радуясь этому, прикрыл глаза. — Учитель уничтожил прах Саньлэ и сбросил труп гнить в горе Тунлу, куда иногда приходит Ци Жун, чтобы... Там свое, да. Ци Жун был единственным богом войны, что пытался переубедить брата, а после смерти приходил на его могилу и каждый вечер молился за упокоение его души, — сильно любил и до конца не мог отпустить, каким бы человеком не был. Учитель же, точнее Му Цин, после своей победы потребовал от Небожителей бога Юга в супруги, чтобы и их не коснулось его наказание. Многие протестовали, но все же отдали Наньяна в качестве залога, тогда они стали править не только югом, но и западом вместе. — Му Цин пытался добиться моей руки? — Наставник, так вы были и вовсе не против, вам же изначально нравился «этот мальчишка» и-«Хуа Чэн»
Им показалось или только что в духовной сети послышался голос Му Цина? — Походу, меня нашел учитель. Гость быстро встает, когда чувствует, что тяжелое молчание учителя начинает нагнетать, благодарит за чай и готовится уйти, но останавливается Хуа Чэном. — Тебе нужны были двери в Призрачном доме и кости? Гость улыбается, а после берет из-за рукава игральные кости, заставляя демона их искать у себя и гневно смотреть, пока сам тихо посмеивается. — Этот ученик освоил все трюки своего учителя. Осталось много вопросов, которые так и будут без ответа, но Му Цин точно знает, что увидит его снова, но только в этот раз ни одного, а с дорогими наставниками, которые решили навестить другой мир и разузнать больше. И, пожалуй, нужно будет взять себе на вооружение, что можно просто потребовать Наньяна в мужья и тогда он точно прекратит отпираться и пытаться скрыть их отношения.
