Сборник Прекрасного

      Почему никто не сказал, что брак — это тяжело? Тяжело настолько, что проблемы с работой и рядом не стояли, если только и на на ней есть Му Цин.       Вздрагивая от каждого движения руки, что в очередной раз с силой потянула на себя расчёску, попытался успокоить дрожь в теле. Расчёска, нет, гребень — деревянный, потому и дерет так сильно волосы, но, он точно знает, что этого хочешь и его супруг.       — Только посмей мне тут заплакать.

Му Цин еще тот тиран в их взаимоотношениях, но... На этот раз, наверно, он заслужил этого?

      — Я не плачу.       — Да, конечно, я типо не вижу, — замыленный взгляд снова проходится по отражению в зеркале, где Фэн Синь сидит опустив голову и чуть ли не пускает сопли. — Ну что, съездили в горы с Саньлэ на неделю, да?       Гребень с силой проходится по нежной коже головы и, Фэн Синь уверен, что выступила кровь, но, стоило только посмотреть в зеркало и увидеть то, как он просто закатил глаза и вытрал ее полотенцем, стало немного... Обидно.       — Там было, — успевая всхлипнуть и получить крайне угрожающий взгляд от супруга, все же понизил голос. — Очень интересно?       Му Цин крайне ярко реагирует на его «интересно»: с силой тянет за шоколадную прядь и заставляет запрокинуть голову, долго смотрит тому в глаза и видя, что от отвёл взгляд, мог утверждать о своей победе в этой схватке.       — Пока вот эта мерзость не помрет, — выцепляя из волос еще одну живучую дрянь и убирая в горячую воду, лишь закатил глаза на мученический вид Фэна. — Ты спишь на раскладушке у входа.       — Му Цин, ну, это...       — А чем ты думал, когда приносил в дом вшей? — стуча по глиняной чаше с горячей водой, где уже плавало пару десятков этих тварей, все же подставил ближе к тому, кто является переносчиком заразы, чтобы показать. — Правильно, ты же у нас не думаешь, ведь это делает Се Лянь! Я тебе говорил, что ваша поездка ни к чему хорошему не приведет, но нет же: этот притащил бомжа в дом, а ты заразу!       — Его зовут Хуа Чэн...       — Да хоть Цветочный Член, мне плевать, — ловя ещё одну гадость с головы супруга и осматривая на то, чтобы больше ничего не было, все же подумывал нанести состав восьмой раз. — Вы заебали меня вместе с Се Лянем.       Му Цин матерится — нужно бежать из дома в другую страну и прятаться, но его ноготочки слишком сильно держат волосы, потому опасно даже шелохнуться, — вероятность остаться без скальпа слишком высока.       — Извини...       — Нет, пошел к черту со своими извинениями, — нанося кисточкой фиолетовую массу снова, все же подумывал потом нанести парочку масочек на поврежденную кожу головы, — крови много было. — Больше ты никуда не ездишь с Се Лянем.       — Но Цин, он же мой друг.       Му Цин снова дергает за волосы того, кто смеет ему перечить в таком положении, молчит еще минут десять, ведь занят тем, что мается с составом и надевает шапочку, садится на кресло и поглядывает на часы.

Время второй час ночи, ему завтра на работу, а он занимается этим, так еще и надеется, что и сам не заразится непонятно чем.

      — Ебал я таких друзей, что по всему пиздецу прокатят, а потом вернут в таком состоянии, — видя, что тот хотел сесть на диван, сразу же запульнул в него маленькую подушку, — нельзя. — Я не запрещаю с ним общаться, лишь поездки в жопу мира. У Му Цина все же иссякли силы с ним спорить, лишь появилось желание укутаться в одеялко на тёплой постельки и не слышать скулежа того, кто посмел еще и ныть по этому поводу, как и прикасаться к нему с этой проблемой.       — Ты меня не любишь, да?       — Фу, плохая псина, вшивая, — зная, что тот стоит над ним, все же подумывает постелить ему в зале, на полу, ведь диван еще нужно заслужить. — Еще и говорящая бред.       Может, он немного пораноит, но ему кажется, что в его длинных, черт бы его побрал до задницы, темных волосах что-то шевелиться и это чешиться, но этого просто не может быть.

Вот и как к этому относится спокойно?

      — Ты отказался с нами ехать..       — Я догадывался, что какую-то дрянь можно оттуда принести, — пожимая плечами и закрывая глаза, все же пытался не уснуть и не проспать то время. — И да, для умников, отпуск нужен для того, чтобы валяться на кровати и ничего не делать, чем я и занимался, пока Его Величество гонялся вместе со своей псиной по горам и.... Овец ловили?       Сейчас Му Цин будет обливать его сарказмом с ног до головы и материть по чем свет стоит, ведь он заслужил это: сколько ночей не спал и думал о благополучии мужа, что снова попал на этот сектантский крючок, надеялся на его возвращение как можно скорее и чуть сам не отправился следом.

Ему об этом знать не обязательно, ведь так?

      — Хорошо провел время, да?       Му Цину слышится некая горечь в голосе, потому, когда открывает глаза и видит то, как тот мнет в руках подушку и кусает губы, лишь тяжело вздыхает — какой же он придурок, но его же, ведь так?       — Я просил тебя остаться со мной, но ты не захотел этого, — поднимаясь, понимая, что лучше смыть состав чуть пораньше, еле передвигал ногами. — Будешь обижаться и думать, что я тебя не люблю, то вспомни этот момент.       Их ждет ванна, очередной перебор этой заразы, которая должна была уже давно умереть, а после короткий сон на диване, ведь сил дойти до кровати не было.       Утром Му Цин проклянет супруга еще раз, ведь за расчесыванием своих волос найдет одну мошку, которая не просто испортила весь день, но и заставила взять еще один выходной, чтобы прибить одну вшивую псину, которая умудрилась пошутить о совместном выходном.