Счастье

Посреди раскуроченной от взрыва улицы стоял закованный в каменные латы гигант. — БРОНИРОВАННЫЙ В ГОРОДЕ! — в ужасе кричали отовсюду люди. Звуки стихии сошли на нет. Тучи по-прежнему клубились над осажденным городом и мешались с ядовитым дымом. Взрыв, подобный оркестру, что сопровождал каждое появление такой твари, разошелся на несколько улиц, выбивая у домов окна и снося черепицу вместе с крышами. Одним из таких зданий стало их убежище. Бронированный раскинул плечи, показываясь во весь рост. Величия ему не занимать: по сравнению с ним солдаты выглядели как маленькие жучки. Такие ничтожные и немощные. Каких можно в любой момент раздавить. — Ада! Она ничего вокруг себя не слышала: как голову в бочку с водой засунули и держали минуты три. Расплывчатые, но знакомые лица мелькали перед глазами. То там, то здесь. Тело почувствовало рваные прикосновения: кто-то ее поднял и уже тащит в другое место. Виски прострелило как из винтовки. Так невыносимо и больно. — Приготовиться к атаке!.. — доносились совранные голоса. Ладонь попыталась снять замыленность с глаз, чтобы вернуться в реальность. — Он собирается проломить стену! Пелена сходила с ушей и теперь Микаса могла отчетливо услышать грохот и крики. По обе стороны от нее сидели Марко и Жан. Их лица были искажены таким же страхом, как и у всех в этом месте. — К-как же так… — вымолвил кадет, не в силах даже закрыть рот. Когда пыль постепенно оседала можно было разглядеть вдали тела одногруппников. Ныне более не живые. — Все повторяется. Опять. ОПЯТЬ! — не выдержал другой, схватившись за голову. Скрипящая черепица под телами трех солдат медленно крошилась и опадала. Бронированный же готовился к своему забегу до ворот в Сину. Кулаки сжались, а ноги приняли стойку. В этот момент он бы спокойно рванул и разнес очередной проход к людским селениям, если бы не отряд гарнизона. — Немедленно атакуем! К группе уцелевших подошла Энни. Дыхание было сбивчивое и слышимое. — Они его так долго не удержат, — с холодной трезвостью произнесла она. — Только людей потеряют. Малочисленного отряда самоотверженных хранителей Стен хватило бы на минуту выигранного времени. Все понимали, что они ничего сделать с этой грудой камней не смогут. Жан резко повернулся к ней, в душе балансируя на грани истерики и дрожи. — Это единственный способ хоть как-то остановить его!.. — Не ври хотя бы себе. — Энни топтала последнюю его иллюзию чего-то оптимистичного. Теперь же оставалось только опустошение. Микасе совершенно не нравилось положение дел. «Надо валить отсюда» Пока все были отвлечены разрушением города, она встала на ноги и направилась в противоположную от титана сторону. «Замечательно. Просто отлично. Мало того, что Тональтье упустила, так еще и здесь вакханалия полная учудилась. Разведка? Спасение человечества? Бред полный…» — Эй, ты куда? — заметили не сразу ее «пропажу». Голос Конни звучал потерянно, непонимающе; его слова заставили Микасу задуматься: «Если они выживут, то станут свидетелями моего «предательства». И если наболтают кому-то из разведки, то моя репутация явно чище не станет…» Леви наверняка бы выговор какой-нибудь сделал. А в худшем раскладе — разочаровался и устроил часовую задушевную беседу. «Хотя… Необязательно мне быть причиной их смерти. Если я героически проведу их за собой, то у меня будет при себе сразу несколько приманок на случай непредвиденных обстоятельств. — План вырисовывался добротный, хоть и первым же предложением противоречил собственному аргументу «если титаны меня убьют, то вы все останетесь без последнего УПМ». С другой стороны надо чем-то жертвовать, чтобы получить двойную выгоду в будущем. — Неплохо. А если их услуги мяса не пригодятся, то всегда неплохо иметь при себе должников и лояльных людей…» Изначально ее стратегией на весь предстоящий курс обучения было не высовываться, лишний раз себя не показывать и вести со всеми нейтрально-дружелюбно. Быть простым персонажем: не особо запоминающимся, не особо выдающимся. Потом уже на мозги начал капать Леви с предложением подружиться с кем-нибудь: «У тебя новая жизнь, почему нет? Это поможет тебе адаптироваться». А теперь перед ней и вовсе стоит выбор «плюнуть на все планы разом и окончательно» или «неоправданно рискнуть репутацией, кинув всех своих биологических сородичей». Хо-хо, очень богатый объем предложений! Микаса повернулась к кадетам, моментально нацепив маску Ады. — Я хочу прорваться к воротам в Гермину. А оттуда, если с эвакуацией не повезет, можно будет укрыться в Стенных форпостах гарнизона. — Что? Но ведь титаны уже заполонили весь город, это не реально. — Ты сама говорила — это самоубийство! Мы даже обучение не завершили еще!.. — Выбора особо нет. Провалюсь — значит, умру. Ждать их одобрения она не стала, выпустив крюки в стены дальних зданий. Немного помедлив, кадеты все же двинулись за ней, как и ожидалось. Был ли это первый опыт убийства? Нет. Был ли это первый опыт убийства титана? Очень даже. В груди волнительно билось сердце, что Микасе не очень-то и нравилось. К такому надо подходить в трезвом состоянии, а не когда по рукам проходит незримая дрожь — не то страх, не то адреналин. Титаны, несомненно, были целью куда опаснее простого человека. Может, сравнимы с опытным наемником, но на второго хоть управа имеется, и она отточена. С гигантами же у Микасы дела ведутся впервые, не считая неравной встречи на ферме. Цель не заставила себя искать, копошась в руинах на следующей же улице. Пришлось поднапрячь мозги и выудить оттуда всю теорию, что старательно вбивали им в головы на лекциях. Слабые места, повадки, виды техник обезвреживания, разборы ситуаций с девиантным поведением врага и многое другое. «Четырехметровый, — подлетала к нему Аккерман, — с виду вменяемый». Она решила атаковать не сразу, выждав момента, когда титан отойдет от здания, открыв спину. «Давай, милый… Повернись бочком». И он это сделал, стоило уколоть плечо крюком. Микаса спрыгнула с крыши и, обогнув дугой своего «первенца», хотела уже спикировать тому за спину, если бы не замахнувшаяся рука. Опухшие пальцы задели тросы как струны арфы, руша всю траекторию полета. Микаса ругнулась и спешно втянула крюки обратно, пока у туполоба не хватило ума схватить их своими лапами и не устроить ей тур по аномальных размеров желудку. В каких-то жалких пяти метрах от земли она успела пристегнуться к бедру гиганта, взмывая вверх и попутно ненавидя всех проекторов УПМ за свою поломанную поясницу. Со второго раза ей таки удалось забраться на шкирку титана и рассечь участок тела. Лицо ошпарил резкий поток горячего пара (о котором их конечно же не предупреждали). Но дело было сделано. Микаса стояла на своем поверженном враге и прислушивалась к внутренним ощущениям. Все так ново, хотя принцип один и тот же. Если не считать ужасно ноющую спину после всех этих выкрутасов на тросах, то, наверное, убийство титанов даже удобнее человеческого: промахнуться по туше, у которой одна только глазница размером с человека, нереально, если приловчиться, то вражеские замашки не так уж и страшны — увернуться не беда, да и мороки с ними визжат — не визжат. А что? Одни плюсы. — Справа!.. — услыхала Микаса тихий крик знакомых. По перекрестку в их сторону шагал еще один гость. Только уже с раздутой головой и искривленными конечностями. Микаса задорно улыбнулась. «Кажется, я начинаю входить в кураж». Она полетела к новенькому и повторила все то же, что и с предыдущим, ввергая его в землю. — А мне начинает нравиться, — распалилась внутренняя искорка. Больше всего Микасу привлекало во всем этом то, что не приходилось шкериться по углам и теням после содеянного, иметь риск получить по лицу или меж ребер и заниматься уборкой в некоторых случаях. А еще умноженное это все на будоражащее чувство полета. Сплошное развлечение! Микаса оглядела плоды своих стараний, а после взглянула на мечи, намереваясь стряхнуть с них кровь, чтоб та не шипела в лицо. — А?! — остервенело крикнула Аккерман. Ее изящные лезвия превратились в какие-то жалкие сточенные обрубки! — Да что это за непрактичное оружие такое?! И сколько вас там хоть еще есть?.. В смысле по ТРИ?! Микаса глянула округу, откуда уже начали стекаться титаны, руководствующиеся зовом крови. — Два трехметровых! — Впереди еще один шести метров! Она вновь глянула на оружие, которое такими темпами долго не протянет. — Да вы издеваетесь… Вдруг послышалась пушечная канонада откуда-то сзади. Стало ясно: гарнизон пытается удержать Бронированного. Микаса навострила мечи и приготовилась к битве.

***

Тем временем.

Падение выбило весь сон, а вместе с ним и воздух. Затылок и спина жалобно скулили, пока Леви пытался перевернуться. Все смешалось. Он не мог понять, где сейчас находится и что за шум стоит отовсюду. Веки пытались разлепиться, но во все тело словно свинец залили. Попутно чьи-то руки тащили его в неизвестном направлении. Скорее, даже волочили, собирая им все кочки, неровности и каменные выступы. Голоса мешались со скрипом дерева. «Где я сейчас?» — …да его… Сюда давай… — …ейчас… Нужно… Вскоре показались и лица. Светлые, мутные пятна замаячили перед лицом. Леви приподнялся на локти, потирая лицо рукой и пытаясь перевести мозг в рабочий режим. — Что произошло? — первым делом захотел он осведомиться о ситуации. Нутро не подсказывало ничего хорошего. — Ворота прорвали! — Колоссальный вернулся! — пискнул детский голос. — Что?.. Как прорвали? — Город заполонили титаны. Нам крышу один из таких проломил! — Подобрали вас, пока обломками не завалило. Все еще шатаясь, Леви попытался встать. Его придерживали под локти, не давая упасть. Несмотря на дневное время суток, в помещении было темно. — Где мы находимся? — В моей гостинице, — с печальным выражением лица сказала женщина в дорогом платье. — Ваша комната была на втором этаже, но до нее добрались гиганты. Мы укрылись в подполе, но сколько времени нам предстоит здесь пробыть… Леви стоял уже без помощи людей, обрабатывая внезапную информацию. Еще минутами ранее его вырвали из сновидения, а теперь выясняется, что под угрозой Сина. — Капитан Леви, — в один голос окликнуло его два ребенка, волоча за собой сверток ткани, — пожалуйста, спасите нас. Он узнал в этом белом калачике свой УПМ и тут же опомнился: «Где протез?» Тот самый, который спроектировали специально под него Ханджи с отрядом, чтобы вернуть своего бойца в строй. Во всех смыслах. Но если искусственной руки нет, то и устройство со всеми его навыками теперь безполезны… — Она здесь. — Леви обернулся. Серьезный, но не менее безотрадный мужчина протянул ему вещь. Рука была треснута в нескольких местах, поцарапана о камни, но по-прежнему функционировала. Леви перекинул ремни через шею, под мышку, и затянул их зубами. Протез плотно прилегал к сохранившейся чуть ниже плеча конечности. В такие моменты охватывала особенная радость, что родился левшой. Следом Леви вооружился устройством, проверяя лезвия и работу рукояти. Окружающие молча смотрели на него, не вмешиваясь в процесс. Человек здесь было десять-пятнадцать, не больше. Среди них дети и пожилая пара. Никто не знал, чем обернется поездка в Трост. — Где здесь выход? — Вон там. Когда стопы перешагивали верхние ступени, его остановил голос: — Пожалуйста, спасите нас, капитан Леви. Он не сразу нашелся с ответом. — Я больше не капитан. — Для нас вы всегда будете им.

***

Микаса вытерла кровь из носа — нажала не ту кнопку подачи газа и впечаталась лицом в летящую навстречу ладонь. Ей удалось проредить одну улицу, одногруппники держались стен домов. Чем больше титанов приходило, тем соблазнительнее становилась мысль подобрать кого-нибудь из ребят и швырнуть в них. Пусть развлекаются, а у нее появится золотая возможность свалить без рисков. Микаса чувствовала, что газа оставалось немного, хоть и старалась тратиться экономнее. Титан-другой и даже эти остатки исчезнут. Но вместе с этим на горизонте замаячила и другая возможность. Оружейная. Та самая, о которой говорил Спрингер. Тогда план «просто выйти из центра Троста к воротам в Гермину» сменился на «всучить каждому по УПМ». Ребята поддержали идею и вместе они продвигались вперед. Но улицы и впрямь кишели чудищами. И когда их столько набежало?.. Ведь когда Микаса только прилетела тут и половины даже не было! Аккерман оглядывала округу еще некоторое время, пользуясь мгновениями, когда титаны не видели ее. Бордовый шарф расслабился, подхватился ветром, и ей снова вспомнилась та женщина. Микаса пыталась понять, что же все-таки чувствует к той несчастной. Может, жалость? Она давно изжила из себя это чувство, более не ощущая даже толики всякого сострадания. Или ненависть? Ненависть к единому мучителю за его деяния и безнаказанность? Точного ответа ей никто дать не мог, и это удручало. Потому что та встреча — одно из немногих, что разжигало внутри дымку чего-то давно забытого. Руки легли на вязанную материю на шее и затянули туже. — Как обстановка? — с тревогой спросил Жан у спикировавшей на землю Аккерман. Они находились под небольшим навесом, до куда взоры титанов не доходили. Она позволила себе пару раз вдохнуть полной грудью, восстанавливая дыхание, прежде чем ответить. — Дерь… Варьируется между «все плохо» и «очень плохо». — Ребята понурились еще сильнее. — Газ и лезвия тоже на исходе. — Образ «Ады» перенимал все больше циничных и холодных черт своего оригинала. По правде говоря, Микаса уже с меньшей охотой поддерживала обратное поведение. Толку уже не было. Им предстояло пройти очень открытый участок, в котором не было ни двориков, ни окон. Обстоятельства складывались против них. — Ты на удивление отлично держишься, — подметила Энни. — На тренировках ты была скорее среднячком… — Да ты вообще крутая! — втиснулся Конни, не давая сформировать мысль Энни. — Сколько она там титанов завалила? И без царапинки! Микаса на мгновение опешила от такого напора, не зная, как реагировать и куда себя деть. — Да успокойся ты. Еще не добрались, — раздраженно осадил его Жан, — радуешься раньше вре… Затарабанила очередная канонада, а следом прогремел взрыв — точно дом взлетел на воздух. Девушка кадет зажала уши и зажмурилась — было видно, что она на грани. — Да когда это уже закончится… Новый грохот. Но в этот раз рушащейся напротив четырехэтажки. Все разом замерли, молясь, чтобы их опасения не подтвердились. Чтобы монстр не заметил и прошел мимо, ибо бежать им некуда. Девушки вжались в лишенную окон белую стеноцепенелив ужасе оцепенели. Микаса сжала рукояти крепче, готовясь к любой внезапности. Кто-то больно впился ей в руку — Конни. Кирпичик за кирпичиком архитектурный восторг рушился, так, словно на него что-то свалилось, а после начало извиваться. Первыми показались руки, барахтающиеся в воздухе, а следом и голова — деформированная, уродливая. Титан был невысокого роста, но крупных размеров, и, что самое ужасное, в нем прослеживались девиантные черты. Стоило монстру перевернуться, как его морда оказалась напротив кучки перепуганных кадетов — «ешь не хочу». Микаса хотела было уцепиться за крышу противоположного здания, но девиант на всех порах рванул в из сторону. От его безумного взгляда и внезапного движения руки застыли у самых кнопок. Сердце заколотило по ребрам. Страшно. Как в тот раз на ферме. Резня без сопротивления. Раздирание тел когтями и клыками, раскидывание их во все стороны как мешки с землей, всеобщая паника. Она снова поддалась страху. Но шли секунды. Три. Пять. Семь. А нападения не было. Микаса распахнула глаза, пытаясь унять беспорядочное дыхание. Титан лежал без движения. Поверженный. Когда голова наконец заработала, она взглянула наверх. Туда, где находился размытый черный силуэт. Он спрыгнул на землю перед ними. И Микаса сквозь замыленное сознание узнала его только, когда услышала голос: — Что у вас тут происходит?