Monkey Business

Над бездной, на тросе кабина —

Т-т-т-так тесно, я среди отбросов, прости, мам,

Твои объятья удушливы. Уж лучше дым, чем сокрушённый шёпот твой: «Там одни ПТУшники».

— Признаться, не думал я, что цель тво- Эрика ответила ему многозначительным суровым взглядом. — О’кей. Наших поисков может обитать настолько близко! Всего каких-то сорок минут на электричке от города — и вот, мы на месте. Курт проводил долгим взглядом неспешно набирающую свой ход, отбывающую от платформы электричку, которая недавно и привезла их: свеженькую, ещё блестящую, словно совсем недавно сошла с конвейера, «ласточку». Он втянул носом свежий морозный воздух — кажется, минувшей ночью снега за городом почти не нападало. Значит, идти будет легче! Парень перехватил поудобнее сумку с ноутбуком, который принадлежал Эрике. Всё остальное, в дамской сумочке, включая небольшие запасы воды и закусок на двоих, девушка упорно настаивала нести сама, и ноут-то доверила товарищу с ба-альшими сомнениями. Просто, чтоб чем-то занять его длинные вездесущие руки. — Ну, — Эрика негромко хмыкнула, и губы разошлись в подобии хитроватой улыбки. — Покойная бабуля всегда говорила мне, что мир намного теснее, чем кажется. — Ты, вроде, когда-то упоминала, что она говорила это, скорее, в том смысле, что добро всегда возвращается? — Тч. Добро, зло — кому какая разница? Каждому своё, милый. — Каждому своё… Парочка неспешно начала свой подъём по лестнице на виадук — внушительное сооружение, раскинувшееся над оживлённым шестиполосным шоссе. Судя по картам и скинутой недавно геолокации, их цель должна была обитать где-то поблизости, на другой стороне. — Как думаешь, Эри? — М? — Она немного нахмурилась. Ей не особенно нравилось подобное сокращение. — Если бы наш дорогой Безумный Нарезчик со своими невероятными компроматами обитал не здесь, а где-то, скажем, за полстраны от нас с тобой, тебя бы это остановило с твоими безумными планами? — … — Направила бы весь гений куда-то в другое русло… строчила бы очень кровавые фанфики о своей долгожданной расправе… набирала аудиторию. Издавалась. Похоже, собеседница надолго задумалась. Примерно с полминуты они шли в тишине, неспешно созерцая одинокие крохотные снежинки, кружащие в воздухе. Лишь ветер свистел где-то высоко-высоко в проводах. — Не уверена. Возможно, у меня просто появилась бы очередная цель в жизни: больше путешествовать! — Пф-ф. Ну да — ну да, на мир посмотреть и себя показать… — Так, я не поняла. А что здесь такого забавного?! Ты бы поехал со мной. Теперь парочка добралась до самой середины. Под ними то и дело на огромной скорости туда-сюда сновали машины. Отсюда простирался крайне неплохой вид на окрестности, где всё было утыкано сладкими, «пряничными» домишками, а иногда — так и вовсе баснословно дорогими апартаментами. Люди, которые обитали здесь, могли быть знакомы с бедностью разве только из книжек, какие им в детстве на ночь, должно быть, читали дорогие маменька с папенькой. Вместо ужастиков. «Да ведь это всё сказки, не правда ли?». — Долго ещё будешь вглядываться? — снова заговорил Курт, хлопнув застывшую боевую подругу по плечу. Эрика вздрогнула, но чужую руку от себя не убрала. — Ты там что, вышки 5G высматриваешь? Лично он насчитал уже три. — Отец постоянно твердил, что это дерьмо придумали власти, чтобы детей зомбировать, и что другого назначения у них нет. Сама от себя не ожидала, но в последнее время даже почти готова с ним согласиться, — девушка мрачно усмехнулась. — Недалеко от тех новостроек, где я жила, их находилось штук пять. А интернет почти всегда был ни к чёрту. Только по ночам он и работал, как полагается. — Обидно… — А если совсем серьёзно, то я пытаюсь синхронизировать местность. Чтобы понять, куда нам двигаться дальше. Дом нашего дорогого Безумного Нарезчика, судя по карте, находится, — её указующий перст сместился немного в сторону, примерно на конец уставленной «сказочными» домишками улицы. — Во-он там. У Курта едва не упала челюсть, когда он разглядел полуразвалившуюся пустую домину с зияющими тёмными провалами окон, красующуюся прыщом на заднице посреди всего этого великолепия: — Да, я, конечно, знал, что интернет полнится психами, но вот чтобы ловушка оказалась прям' настолько очевид- — Нет, — резко перебила его собеседница, осторожно поворачивая голову Курта немного в сторону. — Я говорю про соседнее здание. Но ты прав. Расслабляться пока что не стоит. …Уж точно не тогда, когда, судя по виду, это едва ли не самый дорогостоящий частный дом в округе.

***

— Ну, вот и прибыли гости мои дорогие-с. Что-то вы спозаранку! Покорнейше прошу вас меня простить, коль не встречаю с распахнутыми объятиями: взгляните! Всё вот в делах, всё в делах, чуть только солнце встало… Курт вместе с Эрикой непонимающе переглянулись. Молодой человек подавил невольный смешок, так и рвущийся наружу из-за странных речей местного обитателя. А вот девушка едва заметно повела пальцем у виска — обычный, ничем не примечательный жест, в данном случае означающий: «лучше бы нам быть настороже с этим типом». Цветущий сад среди бушующей зимы показался пришедшим уже достаточно необычным местом для первой встречи, а это гости ещё с главным обитателем сего места не успели толком познакомиться! Ибо внутри роскошного парника (к которому они смогли подойти, так как ворота были открыты) их ожидал ничуть не меньший сюрприз. Курт с Эрикой уже не раз успели обсудить, как именно они представляли себе хозяина этого места. У каждого образ имел некоторые незначительные различия, но более или менее сходился в главном: только уж совсем голодный до славы и всякого треша школьник мог взять себе такое аляповатое и глупое прозвище, как Безумный Нарезчик. Либо же это будет затворник-студент. Без личной жизни, зато с неизменными — выше крыши — понтами и весь в клёвых цацках от папочки, учитывая район проживания. «Скорее всего, киннит по каким-нибудь серийным убийцам» — также добавила Эрика. — «Мерзкий тип». И, боже, какое же их ожидало… расхождение с ожидаемой действительностью. — Да что же вы будете делать! Закройте-ка поскорее двери-с: али не видите?! Моим деткам холодно! — Так и не представившийся пока собеседник сердито кивнул на цветы, покачивающие своими маленькими разноцветными головками, точно поддакивая, из-за ворвавшегося с улицы порыва пронизывающего до костей ветра. Курт тотчас же поспешил выполнить указание, попутно стараясь изучить хозяина сего места. Им оказался худощавый молодой человек неопределённого возраста и среднего роста, облачённый в подходящий для работы в огороде светло-синий комбинезон и перчатки. Образ изящно дополняли аккуратно заплетённая в конский хвост светлая коса и пенсне, которое куда более подходящим казалось бы на носу какого-нибудь столичного интеллигента, нежели- — Не очень-то он похож на «Нарезчика», — чуть слышно поделился своими соображениями Курт. — Да, правда? — Нахмурилась Эрика. — А вот на Безумного — пока ещё… вполне. — Пользуясь редкой возможностью, мне крайне хотелось бы провести с вами небольшую просветительную беседу-с, — вклинился внезапно в их разговор третий, спокойный и немного гундящий голос. — А знали ли вы, сколь многогранен и мелодичен бывает язык цветов? — Я только слышал, что название бегоний произошло от давнего староанглийского «Begone». — Курт задумчиво почесал голову, пока Эрика упорно пыталась сдержать смех и сохранить каменное лицо. — Понятно-с. На отчего-то помрачневшем лице собеседника мелькнула тень — прежде, чем он всё-таки решил сменить тему. К радости, впрочем, для всех, его окружающих: что ни говори, а слушать долгие и поучительные истории о цветах, стоя посреди парника в зимней одежде — это то ещё удовольствие. Пот уже начинал неминуемо пропитывать всю одежду у горе-слушателей, быстро скапливался в морщинках на лбу, а это предполагаемая лекция ещё даже не началась. — Что же. Звать меня по документам Демьяном, будем тогда отныне с вами знакомы. Мои дражайшие маменька с папенькой в силу череды запутанных причин и обстоятельств решились подобрать именно сие старомодное имя, хотя прекрасно осознавали, что грозное и благозвучное «Дэмиен» мне куда больше подходит. Вот так вот несколько неправильно подобранных, лишних букв в имени могут сломать порой судьбу несчастного человека… поэтому-с немногочисленным моим друзьям, знакомым и близким я благодушно позволяю называть себя не иначе, как Дем. Эрика с сомнением оглянулась на маячащий сбоку роскошный дом. «Сломать? Судьбу? О, да уж конечно - вижу прямо, как ты здесь страдаешь». Однако, вслух она сказала другое: — А мы, в таком случае- — Не стоит представляться-с. Я назубок осведомлён обо всех ваших делах и хорошо знаю, кто вы и что вы. — «Осведомлён»? — переспросил Курт, явно задумавшись. Жара, между тем, постепенно становилась всё более и более невыносимой. Тело словно бы плавилось, мозг кипел. — В каком таком смысле? — Позвольте же мне поведать, — Долгое, спокойное, медленное разъяснение не заставило себя ждать. — Вот уже несколько поколений, как моя дорогая семья владеет небольшой пивоваренкой-с. Мы производим крафтовое пиво для настоящих ценителей. Избранного сорта людей, способного по достоинству оценить вкус сего диковинного напитка и рассказать о нём, здесь, в нашей глухомани-с, крайне и крайне немного. Количество их посреди остальных обывателей настолько невелико, что нам приходится с невероятнейшим рвением изучать предпочтения и желания едва ли не каждого отдельного человека, чтобы не потерять его. Необходимо с самой максимальной серьёзностью подходить к сему процессу ещё на стадии отбора ингредиентов, чтобы в дальнейшем не допустить- — Прошу прощения. А покороче никак нельзя? — осторожно поторопила Эрика. Она ещё не смогла вникнуть в самую суть монолога. А здесь уже становилось очень и очень душно. — Вы. Вы и есть ингредиенты для того, что я делаю. В том числе. Двое озадаченно переглянулись. Моргнули. — И, пока народ этим интересуется-с… вполне естественно, что в моих первейших обязанностях будет разведывать всякий, пусть даже и самый ничтожный, клочочек информации о вас, коли уж сам успел до него дотянуться. — Иначе не получится хорошего пива? — Курт хмыкнул. Медленный и самоуверенный кивок. — Теперь же, если позволите-с… мне крайне необходимо подкормить моих ребятишек прежде, чем мы с вами покинем сие прекрасное место и пройдём в дом, — Преисполняясь дружелюбной улыбкой, Дем открутил пробку у стоящей рядом небольшой тёмной бутылки без этикетки. Его новоиспечённые гости поморщились: в воздухе, посреди благовоний цветов, мгновенно разлетелся резкий аромат нечистот, близкий к канализации. — Детки просто обожают всяческие продукты естественного разложения. Гораздо лучше этой вашей химии! Сильнее оных они уважают только кровь. Я уже говорил? — … — Не желаете ли поближе взглянуть на то, как я их кормлю-с? Можете даже поучаствовать в этом прелестном процессе! Куда же вы?.. Эрика бульдожьей хваткой стиснула ладонь Курта в своей, свободной рукой, попутно, уже зажимая нос. Пот крупными горячими каплями струился, казалось бы, по каждой клеточке её облачённого в комплект самой неподходящей для тропиков одежды тела. Она была уверена, что у её боевого товарища ситуация оказалась ничуть не лучше. — Пойдём отсюда. Тут так душно. Мне очень нужно на воздух, — тихо призналась девушка.

***

— А я же… я ведь совсем недавно их смотрела на одном сайте. Это игровое кресло стоит добрых пятьдесят тысяч! Новенькое. Запоминает форму спины, разглаживает морщины и добавляет тринадцать лет к жизни. — Эрика с небывалым восторгом обследовала, прощупывала каждый сантиметр геймерского оборудования. — Каков материал. Просто песня! А в нём реально есть режим вибромассажа, или это всё враки?! Я бы стримила на таком долгие, долгие часы… Когда компания наконец-таки зашла в дом, избавилась от верхней одежды в просторной залитой светом прихожей, и Дем, заботливо выдав тапочки, пригласил гостей в свою «скромную видеоигровую обитель-с», выпить по чашечке чая… девушку словно бы враз подменили. Болезненный, хмурый взгляд мгновенно уступил место безумным искрам в глазах, а в голосе появилась вдруг дрожь неподдельного возбуждения. Эрика задрожала, прижав кулаки к груди, и издала странный писк: — Бля-ать, у него ещё и микрофон — просто отвал всего! Где купил?! Сейчас ведь таких не достать, ты и сам знаешь. А мониторов… дай-ка я посчитаю… — Обычное рабочее место-с, не понимаю восторга. — Дем почесал голову и растерянно оглядел свои скромные хоромы, остановив долгий задумчивый взгляд на стене, обитой шумопоглощающим материалом. — Разве же у вас дома подобного нет? Не говорите мне такой ерунды. А как иначе вы свои стримы ведёте-с? — Оно… ну-у… немно-ого отличается от твоего, — решился пояснить Курт, особо не вдаваясь в подробности. И точно не упоминая о том, что всё нынешнее «рабочее место» своей подруги он, буквально, притащил сейчас в сумке с собой и держал в руках. Эрика, меж тем, испустила громкий мат восхищения, завидев домашний кинотеатр с самой, по мнению здешнего обитателя, скромной и простой стереосистемой, какую вы только смогли б отыскать. Он находился по другую сторону этой просторной комнаты. — Плазма — просто моё почтение! — Я крайне польщён. А ваша дама всегда выражает восхищение чем-либо в столь бурной форме? — осторожно поинтересовался Дем, легонько толкнув собеседника в бок. — Не так давно она вела себя очень похожим образом, когда мы отыскали ПОЛ ТЫЩИ в моей прошлогодней куртке… — скромно признался молодой человек. Эрика всё-таки перевела дух и слегка успокоилась. — Не возражаете, если я сделаю себе скромную фотосессию? Поставлю на рабочий стол потом. Всё-таки, человек должен не забывать хоть к чему-то в этой жизни стремиться… — Буду премного рад-с, — благородно кивнул Демьян. — Я так понимаю, угощения пока подождут, как и главное блюдо? — … Несколько долгих мгновений двое порядком смущённых молодых людей, стоя у самого порога, наблюдали странное поведение девушки. От цепкого взгляда Дема не смогла укрыться проступившая на лице Курта глуповатая улыбка: — Осмелюсь поинтересоваться, а что же вас настолько обрадовало-с в данной ситуации? — Не знаю. Мне просто нравится, когда она счастлива. — Парень пожал плечами. — Вот и всё. — В этом-то и есть твоя главная проблема-с, герой. — Э… прости, я не понял? Дем набрал побольше воздуха в лёгкие, видимо, готовясь к новой обстоятельной лекции: — Как неплохой эксперт и в контенте и в пиве, осмелюсь осторожно заметить, Николай: если хотя бы один из смеси ингредиентов будет достаточно пресным или блёклым, это оттенит остальные и повлияет на всю вкусовую палитру. Многие зрители моих последних интернет-нарезок в своих комментариях пишут, что вы-с недостаточно яркий на фоне вашей бравой подруги. Боюсь, что они стремительно теряют к вам интерес, пока она всё одеяло тянет на себя, мсье. — И это — при том, что она на тех скандальных трансляциях большую часть времени просто спит? — Собеседник непонимающе приподнял бровь. Да, он тоже кое с чем успел ознакомиться. — Отнюдь, там были и весьма запоминающиеся сцены с ножом! Взаимодействия вашей дамы с прелестной Мэри всех невероятно порадовали. Местные критики в один голос уверяют, что вам, молодой человек, не хватало даже такого раскрытия. А кто-то и вовсе пророчит дамам горячее совместное будущее! Я видел крайне любопытные картинки-с. — Ой, знаешь, не пошли б они нахер?! — Курт явно рассердился. — Да я же ведь просто совет хочу дать, доброе дело сделать! Ну вы чего обижаетесь? Вас в интернете ведь уже прозвали Олень-кун и Никакун. Знали ли вы? От слова «никакой», понимаете? — Важное уточнение. — Я ни в коем случае не хотел обидеть. Просто… все медийные персоны, как правило, более резкие или имеют примечательный бэкграунд, вы не находите? У Эрики есть некоторые шансы там прославиться. Вас, увы, все очень-очень скоро забудут-с. — А вы не находите, — резко передразнил его собеседник. — что не являть собой какую-либо эпатажную отвратную личность, плюющую на нормы морали с высоты Эйфелевой башни; либо иметь на своём счету близкое к минимуму количество болезненных детских травм и запущенных комплексов ещё не означает быть. скучным для общества. человеком?! — Туше. Однако, обычно наше общество как раз так и работает. Увы и ах. — Давно вы лично были частью этого общества?! Переведу: на улицу когда выходил? — Да вот-с, третьего дня, как с моей почтенной семьёй я совершил небольшую поездку в- — Теперь вы пригласили нас к себе, чтобы тупо поизмываться?! — Я пригласил вас, дабы вывести на контент, — в голосе Демьяна мелькнули тёмные нотки. Он деловито поправил пенсне. — И сделать некий всплеск в нашем обществе, дорогой господин. Ведь ваши с подругой нынешние стенания и весь их результат — что пущенные по глади тихого озера плоские камушки в летний погожий денёк. А я лишь только чинно сижу на берегу под раскидистым дубом. И наблюдаю, как идут по воде круги от каждого прикосновения. Обычно людям вроде меня не дозволено вмешиваться в историю, мы только записываем её ход и передаём результат наших стараний простому народу. Сегодняшний же прецедент я назову по праву особенным — ведь у меня есть как раз то, что вы ищете. Что нужно вам, чтоб двинуть эти события чуть вперёд. И повернуть цепочку- — Это всё замечательно. Но, кажется, я не давал тебе разрешения использовать меня в твоём развлекательном контенте? — О, сколь болезненное, плебейское словосочетание, право же! — Демьян смущённо соединил указательные пальцы обеих рук. — Мы не зовём так- — Про страйки на канал от незнакомцев, полагаю, ты тоже слышал? А как вы зовёте их? Молчание. Курт продолжал сверлить горе-историка своим гневным взглядом. — Напомните, хе-хе, какой же именно сорт чая вы с вашей дамой обычно предпочитаете-с?.. — Очень и очень редкий сорт. Называется "Какой нальют".

***

Камера немного подрагивает. Комната, как и всё на этом видео, словно бы самую малость наклонена вбок, но основных участников действа это ничуть не смущает. Они, почти как опытные актёры на площадке, умело не смотрят в сторону снимающего их объектива. Короче говоря, ведут себя максимально естественно. И отвратно. Там, в центре кадра, гордо красуется он, единственный и неповторимый. Словно настоящий монарх, что под одобрительные возгласы толпы чинно восседает на троне в окружении двух своих самых очаровательных наложниц. Если вдруг хотя бы на минуту забыть, что вместо трона здесь — старый и явно видавший самые разные виды заляпанный диван с потрёпанной жёлтой обивкой, торчащей наружу. А вместо чистых и непорочных дев — парочка весьма потрёпанного вида полураздетых женщин крайне неопределённого возраста, одна из коих на протяжении всего разговора ещё и умудряется дымить своей чёртовой сигаретой, как паровоз. — А ты… правда сам в себя как-то раз выстрелил? — глуповато хлопая глазками, спрашивает одна из дам. Та, у которой хоть личико посмазливее. — Будешь задавать много лишних вопросов — я и в тебя выстрелю, мне несложно, — Под одобрительные возгласы собравшихся Манки ловко вынул из неё два сложенных пальца. Поднёс к её влажным губам на манер пистолета. — Пиф-паф! Вот как-то так. Кто-то звучно засмеялся за кадром и камера затряслась. — Стоп, — Манки насторожился, с явным подозрением глядя аккурат в объектив. — Это же не для чата. — Конечно же, нет! — Так ты чего там, снимаешь, что ли, Васян? — Да не. Просто в телефоне залип, так-то! Бля буду. …Эрика, довольная, словно сытый кот, поставила на «стоп» видео: — Это просто чёртов бриллиант. Его ревнивая подружка будет та-ак рада... — Какие же они там всё-таки мерзкие. — Вмешался Курт. — Ты собираешься смотреть все… сколько там… — Он чуть подвигал курсором. — ДВА С ЛИШНИМ ЧАСА?! — Хочу поточнее узнать, что мне придётся выкладывать. Можешь воспринимать это, как своего рода артхаус, — Эрика пожала плечами. — В моём подростковом возрасте мне уже некуда было дальше убивать психику. Поэтому я много таких фильмов пересмотрела, и часто это было вместо семейных комедий. — Не знаю… никогда на подобное дерьмо не тянуло. Должно быть, это от того, что меня всё-таки любили родители. — Тч, — Эрика не больно, но весьма ощутимо стукнула товарища в плечо кулаком. Она вдруг помрачнела, точно впервые осознав нечто весьма важное. Закусила губу. — Если вам внезапно наскучит смотреть, так скажем-с, режиссёрскую версию сего творения, — учтиво вмешался стоящий совсем рядом Демьян, за чьим ПК с его позволения, устроившись поудобнее, парочка и просматривала сию крайне увлекательную запись. — Могу тотчас же указать на все особенно «пивные» моменты этого зрелища. У меня где-то и список соответствующий имеется, погодите-ка... — Один вопрос, — Курт поднял руку. — У тебя все обороты в речи с выпивкой связаны? А это лечится? — Это аж два вопроса! Но, держу пари, вам будет крайне любопытно узнать-с, что я вот уже очень давно не брал в рот! — ... — Ничего, — с хорошо заметной гордостью. — Даже капли! Примерно вот уже- — Меня интересует кое-что посерьёзнее, — вдруг перебила Эрика. Девушка выглядела довольно смущённой. — Показывая и передавая нам сейчас всё это… ты хорошо уверен в том, что ты делаешь? — Она призадумалась, собираясь с мыслями. Кивнула сама себе, точно заключив сделку с вдруг проснувшейся совестью. — Кто-нибудь в интернете может попытаться узнать, где ты живёшь. Как уже было с нами. Я больше не хотела бы… кому-то такого же опыта. — Душенька, остыньте, пустое. Уверяю вас! Мы с товарищем Габриэлем водили знакомство ещё со времен старших классов Гимназии. Ох и дивные то были времена! Мы проводили с ним прекрасную юность за соседними партами, можно сказать! Даже активно наведывались друг к другу в гости одно время. О чём речь?! Я собственной скромной персоной пару раз становился свидетелем их с маменькой пререканий, хотя они и пытались ещё в то время поддерживать вид идеальной благополучной семьи. Пока она не отбыла насовсем, забыв нашу страну страшным сном. Боюсь, что львиная доля их споров проходила на чистом французском, а этот язык у меня хромает, но кое-что даже мне было ясно: он крайне волновался тогда за своё происхождение, ma chère! Разумеется, Манки давно в курсе, где я живу. — завершил Демьян мрачным голосом. — … Гости, крайне напряжённые, быстро переглянулись. В комнате повисла удушающая тишина. — Эта хитрая истеричка не раз уже трепала мне нервы своим поведением и своей «дружбой». Когда он желает что-нибудь заполучить или добиться чего-то, для него любые методы будут хороши. Однако, покорнейше прошу вас не переживать понапрасну: у меня есть на него управа. И даже свой особенный человечек-с имеется, который вмиг перешлёт кое-что кое-кому в случае, если со мной что-нибудь вдруг стрясётся. Я это знаю, мои верные адвокаты и юристы это знают, и Манки знает об этом тоже-с. — А если мы вдруг представим такую сказочную ситуацию, что адвокатов и юристов у меня нет? — спросил Курт, чисто на всякий случай. — Тогда, в случае с Манки, я могу позволить себе дать вам лишь один скромный совет… — И какой? Губы Дема разошлись в подобии мрачной улыбки: — Терпите.

***

— Ещё раз, сколько там получилось? Простите, но пока что я могу оплатить только картой. — А налом? — Аналом нельзя, брат. Курт стоял в очереди на кассу и слушал замечательные диалоги. Очередь тянулась почти до конца зала, и двигалась она раздражающе медленно. Он отпросился добежать до небольшого магазинчика по соседству, купить их с Эрикой любимого лимонада, и, может быть, ещё чего-нибудь пожевать на двоих, пока она в компании хозяина дома смотрела это мерзкое видео. У Курта кончилось терпение где-то к исходу первого часа, когда, судя по отметке времени, до завершения оставалось ещё примерно столько же. А Обезьян даже не устал кривляться. И если бы только это… Естественно, перед своим отходом молодой человек успел заботливо проверить великолепные хозяйские хоромы на предмет, а не прячется ли здесь где-то ещё шайка-другая безумных стримеров. Не так давно они уже убедились, что порой и одного может стать более, чем достаточно. Но всё оказалось чисто. И, конечно, Эрика теперь уже научилась не таскать подозрительную еду у незнакомцев — значит, её можно ненадолго оставить одну. Эрика… На протяжении всей этой небольшой прогулки мысли Курта постоянно возвращались к ней. Их знакомство вживую, конечно, поначалу самую малость не заладилось. Это была отнюдь не та милая, вечно улыбчивая леди с картинки на сайте: и плакала она у него на плече потом ещё не раз из-за всякой мелочи, да и повела себя по отношению к нему сперва очень гадко. Но всё-таки… Наверное, он бы так к ней не привязался, если бы сам не видел нотку раскаяния в её поведении после всего… уже случившегося. Даже несмотря на капельку нездоровое желание отомстить всем своим обидчикам, которое буквально удерживало на плаву Эрику эти дни. Но Курт теперь знал, кто скрывался под всей её напускной мишурой. Он сам превосходно осознавал, насколько тяжело ей сводить концы с концами — как и ему. Он выслушал уже несколько историй о тяжёлом прошлом девушки, рассказанных в какие-то её минуты слабости: о психологическом насилии и о нездоровой атмосфере в семье. Вспоминая что-нибудь мрачное оттуда, она очень часто, даже не замечая, начинала рыдать. Потом звала себя плаксой и просила прощения. Поэтому в минуты, когда Эрика была счастлива — он был рад тоже. Рад за неё. Только из-за того, что ей сейчас хорошо. Ему просто нравилось видеть её… такой. Ради этого порой Курт даже оказывался готов искренне поддерживать некоторые самые странные её начинания. Вот как сегодня. Эту тему они пока ещё особо не поднимали. Но ему тоже становилось иногда интересно: а вдруг что-нибудь неприятное случится теперь уже с ним, хотя бы и завтра? На что она тогда готова будет пойти, эта травмированная хрупкая девушка? И будет ли готова на что-нибудь пойти в принципе... Однако, как уже научила Курта суровая реальность, травмы также бывали у всех. Вот буквально у каждого. Они могут иногда забывать об этом (усердно делать вид, что забыли?) или просто не говорить, словно бы всё нормально... однако же никто не может стать исключением. Ибо так работает жизнь. И чем эти раны больнее и глубже, тем оно опаснее — в особенно запущенных случаях, порою, даже для окружающих. Манки не может стать вдруг здесь исключением. Просто свои этот тип очень старательно прячет ото всех, то и дело упорно выставляя напоказ что-нибудь другое. «Одно лишь в этом мире навсегда останется неизменным», — с усмешкой подумал Курт. Чем больше шкаф, тем громче он падает. Очередь пока что уверенно двигалась дальше. Сейчас уже, наконец, остались в ней только Курт и некий незнакомый высокий парень перед ним, в чью облачённую тёмным плащом спину всё это время и был устремлён взгляд задумавшегося молодого человека. Длинная копна светлых волос словно напоминала кого-то. Незнакомец попросил пачку сигарет на кассе — судя по названию марки, самых дешёвых и самых вонючих. — Если будете слишком часто курить подобную дрянь — скоро коньки откинете, — хмуро заметил кассир, доставая искомое. — Я знаю, о чём говорю. У меня так дед умер. — Так ведь это и не для меня вовсе, — собеседник беспечно почесал белобрысую голову. Прицельный взгляд хитрых зелёных глаз скользнул вдруг по Курту, и парень невольно вздрогнул. Во всём помещении словно бы стало вдруг на несколько градусов холоднее. — А для друга. — … — Я сам давно уже подобной гадостью больше не балуюсь. На более "экологичную" перешёл! Мне ещё стики shiits, серые, одну пачку. Маленькие молоточки, будто бы бешеные, уже застучали в висках, когда Курт начал усердно делать вид, что вовсе не заметил или же не признал своего нового знакомого и просто проверяет все купленные по списку товары. Даже слишком усердно, учитывая, каким коротким был сам «список»: только ведёрко мороженого да кола на двоих. — Эй, парень… между прочим, как там твой подбитый глаз? — Зеленоглазый дружелюбно улыбался ему. По телу от такой улыбки пробежал холодок. Он сам уже не запомнил, как расплатился и пулей вылетел из магазина.

***

Полоса загрузки под заливаемым на её канал изобличающим видео показывала «25%». Всего только двадцать пять… Можно ли чуть побыстрее?! Эрика сверлила свой ноут нетерпеливым взглядом, нервно барабанила пальцами по столу. Спокойно. Скоро всё это закончится. Едва полоса загрузки заполнится, процесс станет необратимым. Даже если сей компромат провисит на её канале недолго! Пускай прилетает чёртово предупреждение за слишком шокирующий контент, она будет готова. Одно такое Эрика определённо сможет себе позволить: эта игра стоит свеч. Скоро Мэри Джейн узнает о похождениях своего нерадивого бойфренда. «Больно, наверное, будет снимать эти чёртовы розовые очки… и ему, и тебе, Мисс Паршивая Сука». «…26%…» «…27%…» «Вам обоим окажется крайне полезно узнать, что вы, ребята, вовсе не грёбаные короли интернета и мира, если даже свои штаны застёгнутыми порознь удержать не можете. По крайней мере, один из вас. Надолго запомните этот урок». На подобный «образовательный контент» она определённо бы посмотрела. «…28%…» «…29%…» — Давай, давай, давай, давай, — Эрика крепко, почти что царапая нежную кожу ладоней, стиснула дрожащие кулаки в сладостном предвкушении. — Скорее же, ну! Словно эти жалкие подбадривания смогли бы реально помочь из рук вон скверному интернет-соединению в этой luxury-глуши работать немного быстрее. Девушка быстро осадила себя. Пока что Демьян отправился на кухню, готовить для гостей очередной чай. Но ей бы не хотелось оказаться вдруг застигнутой хозяином дома вот в таком состоянии. Стоило вести себя чуть поспокойнее. Так или иначе, скоро им всё равно- Эрика невольно вздрогнула, когда, едва не пробив настежь распахнутой дверью стену, в комнату с грохотом ввалился Курт. В ладони у него был зажат пакет с угощениями. Вот только, судя по взмыленной физиономии молодого человека и по тому, как долго он переводил дыхание, попутно успев ещё и закашляться… было ему сейчас далеко не до поедания вкусностей. — Проклятая болезнь. Всё нормально? Ты опять забыл ингалятор?! Сколько уже говорить… — … Он выглядел так, словно бежал марафон. А по пятам беглеца преследовала, в лучшем случае, добрая половина ада. Прошло, наверное, около пары минут, пока Курт смог ответить более-менее внятно: — Я встретил там… одного из… одного из них. Эрика непонимающе склонила голову набок. Тогда её несчастный собеседник открыл было рот, чтоб попытаться как следует разъяснить. Его прервал разорвавший густую тишину пронзительный дверной звонок, раздавшийся на весь дом аккурат из прихожей: громкий, тревожный, долгий. И очень-очень настойчивый. — Я больше не жду гостей. Как любопытно. Кто бы это мог… — послышалось задумчивое бормотание Демьяна из коридора. Дем неспешно прошаркал по направлению к двери. Щелчок отпираемого засова. — Ах. Это ты... В тёплое, уютное жилище любителя забавных нарезок под пиво ворвался безжалостный порыв леденящего ветра. И он пришёл не один. — Приятно иногда увидеть старого друга. Разве же ты так не думаешь? Эрика и Курт по другую сторону прикрытой двери комнаты невольно затаили дыхание, прислонившись к стене и слушая. Слишком уж это оказался знакомый голос. Ошибки здесь быть не могло. Даже близко. — Миленько ты здесь обставился с нашей последней встречи. Кто-нибудь в чате знает: это что, Рембрандт? — … Манки одобрительно присвистнул, глядя на уменьшенные, но весьма впечатляющие копии картин из мировых музеев, тут и там висящие на стенах. Не разуваясь, Обезьян неспешно прошагал дальше, мимо опешившего хозяина, вглубь дома, оставляя на отполированном покрытии пола мокрые следы из тающего снега и грязи. Эрика беззвучно выругалась за дверью, нервно прикусив губу. Циферки на экране победоносно сменились... на тридцать два процента! Не годится, это никуда не годится. Вот ведь дерьмо. — А я тут прогуливался поблизости, — тихий смешок. — Дай-ка, думаю, заскочу: вспомним прежние времена с товарищем. Посидим. Выпьем по чашечке чая, чат?