В плену прошлого. Часть I

Запретный лес, Шотландия, 28 января 1983, 13:59

        Гарри пробирался сквозь упавших пауков, прикрепляя красную ленту к ноге всех взрослых особей и синюю ленту к ноге молодых особей.       Эти ленты должны ускорить получение точного подсчета всех пауков, поскольку каждый раз, когда он завязывал ленту, в соответствующем столбце у Ньюта появлялось число.       Это была скучная, но необходимая работа, поэтому Гарри выполнял ее настолько эффективно, насколько мог.       Вчера вечером Ньют позвонил ему по камину, чтобы сообщить, что министерство собирается снять защитные чары этим утром. Гарри был удивлен, узнав, что зелье, которое они применили, также было консервантом, который предотвращал разложение и не давал их яду и паутине высыхать.       Гарри все утро завязывал эти ленты и, возможно, прошел уже четверть пути через поляну где умерли пауки. За ним следовали министерские сборщики, которые обрабатывали уже помеченных им пауков и помещали яд и паутину в специальные контейнеры.       Вчера утром он получил письмо из министерства, сообщающее, что они уже перевели то, что, по их прогнозам, было его пятью процентами и они уже должны были быть в хранилищах Певереллов. Гарри получил письмо из Гринготтса немного позже, сообщающее, что сумма в тридцать две тысячи пятьсот двадцать галеонов была помещена в его хранилища.       Подсчитав в уме, он понял, что, по мнению министерства, паутина и яд из этой колонии будут стоить шестьсот пятьдесят тысяч галеонов или больше.       Лично он считал, что они занижают оценку, но он понятия не имел о стоимости частей акромантулов, поэтому промолчал по этому поводу.       — Гарри, — Позвал его Ньют, вырывая его из размышлений.       — Да? — Спросил Гарри.       — Ты можешь на минутку отвлечься и помочь мне снять мерки с самки? — Спросил Ньют.       — Конечно, — Сказал Гарри, закончив завязывать голубую ленту на детеныше и подойдя к самке, рядом с которой стоял Ньют.       — Я вижу, что ты уже намного опередили сборщиков. Мне нужно, чтобы ты помог мне выпрямить ее ноги, чтобы мы могли их измерить, — Объяснил Ньют.       Процесс выпрямления ног был трудоемким, поскольку все они были скрючены и уже наступило трупное окоченение.       Им пришлось разблокировать суставы ног по одному, прежде чем Ньют смог получить результаты измерений и записать их в свой блокнот.       На это у них ушло около часа, но в конце концов они измерили все восемь ног и два похожих на руки придатка под клешнями паука, которые Ньют называл педипальпами, после чего они перешли к измерению окружности ее живота.       — Боюсь, нам предстоит выполнить еще одно задание, — С некоторым сожалением сказал Ньют.       — Какое? — Спросил Гарри.       — Мы должны уничтожить женскую яйцеклетку, которую ее тело создало, когда она умерла, — Сказал Ньют, сунув руку в карман и вытащив деревянный футляр, прежде чем распаковать его.       Когда Ньют открыл его, Гарри увидел коллекцию ножей, которая была бы уместна в мясной лавке.       — И нам придется вырезать это из нее? — Спросил Гарри.       — Да, но поскольку ты ученик, я буду давать тебе указания, пока ты будешь извлекать яйцо, — Сказал Ньют с едва заметным намёком на ухмылку на губах.       Гарри взял нож с тонким зазубренным лезвием, похожий на пилу для костей, прежде чем направиться к большему из двух отверстий в нижней части ее живота, около того места, где живот соединялся с грудной клеткой, и начал распиливать толстый экзоскелет вокруг отверстия, которое было примерно такого же размера, как грейпфрут.       — Я вижу, ты отлично изучал анатомию акромантулов, — Радостно воскликнул Ньют.       — Да, я просмотрел главу об акромантуле в той книге, которую ты мне прислал, — Признался Гарри, вырезав из экзоскелета квадрат размером двенадцать на двенадцать дюймов и отсоединив его от брюшка паука.       — Отлично, теперь я должен предупредить тебя, что следующая часть будет очень неприятной. Мне нужно, чтобы ты сделал надрез, чтобы расширить отверстие, затем проник в гонопор и вытащил яйцо, — Проинструктировал Ньют.       — Ладно, — Сказал Гарри, убирая пилу по кости обратно в футляр, прежде чем достать из футляра длинное тонкое лезвие.       Это была поистине отвратительная работа: сделав четыре надреза по бокам гонопора, ему пришлось просунуть руку в паука до самого плеча и шарить в холодном скользком брюшке огромного паука, пока он не схватил круглый кожистый шарик размером с квоффл и не начал медленно вытаскивать его.       После долгих усилий Гарри удалось вытащить яйцо из паука, и оно наконец выскользнуло из гонопора с отвратительным влажным хлюпающим звуком, забрызгав слизью всю мантию Гарри, когда он поймал его прежде, чем оно коснулось земли.       Яйцо было розовато-красным и почти идеально круглым, с прозрачной кожистой оболочкой, и Гарри смог разглядеть в центре яйца крошечного паука, его маленькие ножки были свернуты под ним и парили в красновато-розовой жидкости.       — Молодец, вот как выглядит женское яйцо, — Объяснил Ньют, взяв у него яйцо и с интересом его разглядывая.       — Откуда ты знаешь, что это женское яйцо? — Спросил Гарри, пытаясь с помощью палочки удалить слизь, покрывавшую его руку; вонь паука уже начинала его раздражать.       — Яйцо слишком большое, чтобы пройти через гонопор, — Объяснил Ньют, положив яйцо на землю и направив на него палочку, прежде чем произнести заклинание, от которого соки в яйце начали пузыриться, как будто они кипели.       — О, а как же тогда она откладывает яйца? — Спросил Гарри, когда ему удалось удалить слизь с руки и рукава мантии.       — Как я уже говорил, взрослая самка производит женское яйцо только тогда, когда она очень близка к смерти. Яйцо должно вылупиться внутри матери, и новорожденная самка будет питаться своей матерью в течение следующих нескольких месяцев. Когда она, наконец, не станет достаточно большой и тогда новая самка проложит себе путь через экзоскелет матери, — Объяснил Ньют.       — Так что в каком-то смысле мать — это яйцо, — Задумчиво сказал Гарри.       — По сути да, — Согласился Ньют, вытаскивая из кармана знакомый чемодан и ставя его на землю, прежде чем открыть его.       — Белле действительно повезло, что она не паук, — Пробормотал Гарри.       — Действительно, я как раз собираюсь отложить яйцо в своем офисе, — Сказал Ньют, прежде чем начать забираться в свой чемодан.       Гарри наблюдал, как он медленно спускается в чемодан, прежде чем решил вернуться к завязыванию лент на лапках пауков, чтобы сборщикам не пришлось его дожидаться.       Спустя несколько часов работники министерства начали с помощью портала переправлять уже обработанные трупы пауков в неизвестное место для сожжения.       Гарри был впечатлен тем, как быстро они работали, теперь был чистый участок земли в двадцать футов. При таком темпе он полагал, что они обработают их всех в течение месяца.       — На сегодня можно закончить, Гарри, — Сказал Ньют с другой стороны поляны.       Получив размеры Арагога и его партнера, Ньют занялся измерением взрослых особей акромантулов, чтобы получить среднее значение для пауков в этой колонии.       — Отлично, какой у тебя счёт? — Спросил Гарри, протягивая Ньюту мешки с лентами, которые он быстро бросил в свой открытый чемодан.       — Пятьсот сорок три взрослых, восемьсот тридцать семь младших особей, — Сказал Ньют, проверив блокнот.       — Думаю, завтра мне следует закончить завязывать ленточки, — Сказал Гарри.       — У меня достаточно исходных измерений, чтобы помочь вам закончить это, и мы сможем больше не мешать министерству, — Сказал Ньют, похлопав его по плечу.       — Куда мы пойдем дальше? — С любопытством спросил Гарри.       — Заповедник драконов в Уэльсе, вы когда-нибудь сталкивались с драконами? — С любопытством спросил Ньют.       — Да, я сталкивался, я был свидетелем вылупления норвежского горбатого дракона, — Признался Гарри.       — Хорошо, именно для этого мы и едем в заповедник, — Объяснил Ньют, когда они пошли по лесу.       — Мы увидим вылупление? — Заинтригованно спросил Гарри.       — Да, у них есть валлийский зеленый дракон, у которого есть кладка яиц, из которых детеныши должны вылупиться в течение следующих двух недель, — Объяснил Ньют.       — И что мне делать до тех пор? — Спросил Гарри.       — Изучи книгу, которую я тебе послал, и своди жену в какое-нибудь приятное место, — Предложил Ньют.       — Отличная идея. Я, пожалуй, также не стану рассказывать ей о драконах, — Ухмыльнулся Гарри.       — Ты быстро учишься, — Одобрительно кивнул Ньют.       — Она не была в восторге от пауков, — Пожал плечами Гарри.       — Тина тоже, — Признался Ньют, когда они вышли из леса на территорию возле хижины Хагрида.       Гарри заметил, что хижина запечатана, и задался вопросом, где же Хагрид. Он надеялся, что тот не попал в слишком большую беду из-за акромантулов.       — Это хижина смотрителя, его взяли под стражу. Думаю, Азкабана ему удастся избежать, но он будет близок к нему, — Сказал Ньют, увидев, куда смотрит Гарри.       — Мне немного жаль этого парня, — Признался Гарри, когда они приблизились к главным воротам.       — Как и мне, он хороший человек, но недооценивает, насколько опасными могут быть некоторые магические существа, — Устало сказал Ньют.       — Скоро увидимся, Ньют, — Ухмыльнулся Гарри и исчез с тихим хлопком.       — Наглый ублюдок, — Усмехнулся Ньют, трансгрессируя с территории Хогвартса.

Кабинет директора Хогвартса, Шотландия, 28 января 1983, 19:35

      Альбус рухнул в кресло и устало вздохнул. Ему удалось добиться сокращения срока наказания Хагрида до общественных работ.       Хагрид будет находиться в месте, куда перевезли все трупы акромантулов, и будет сжигать их в печи, чтобы отбыть свой срок.       Альбус знал, что Хагриду будет очень тяжело там работать, скорее всего, именно поэтому Скримджер изначально предложил такое наказание. С другой стороны, Хагрид мог справиться с перемещением пауков вручную, когда для левитации взрослого акромантула потребовалось бы три волшебника, так что это позволило бы снизить стоимость на уничтожении пауков.       Фабрика по уничтожению существ была совершенно секретной, только высшие чины министерства знали о ее существовании. Фаус, как ее называли, была выведенным из эксплуатации магловским сталелитейным заводом, доменная печь была увеличена и перепрофилирована для сжигания магических существ, которые собирались для ингредиентов зелий или сердцевин палочек, умерли от старости или были казнены Комиссией по обезвреживанию опасных существ, которая и отвечала за эту фабрику.       Каким бы ужасным ни было это место, оно служило важной цели. Они не могли оставить магических существ гнить где-то и рисковать тем, что магглы найдут их и раскроют существование магического мира.       Маглы уже знали о многих древних видах драконов благодаря палеонтологам, которые их выкапывали и выставляли в музеях, хотя они считали их доисторическими существами, жившими миллионы лет назад.       Работа Хагрида на этом объекте означала, что министерство получит бесплатную рабочую силу. Министерство неплохо заработало на колонии акромантулов. Хотя, с другой стороны, эта неожиданная удача означала бы налоговые льготы для граждан Магической Британии.       Тем не менее, Альбус был доволен тем, как обстоят дела с акромантулами: фонд стипендий для маглорожденных был полон золота, в школе появилось сорок новеньких метел, и он смог заменить оборудование в кабинете зельеварения, которое использовалось с восемнадцатого века.       Да, студенты получат большую выгоду от уничтожения колонии акромантулов.       Он даже планировал разрешить профессору Кеттлберну проводить свои занятия на поляне, там где жили акромантулы, чтобы изучать этих существ, пока министерство занимается их обработкой.       Профессор Кеттлберн был в восторге, он пытался уговорить Альбуса разрешить ему проводить занятия в лесу уже много лет, но Альбус всегда отказывался из-за опасностей, которые акромантулы представляли для людей и особенно для детей. Теперь он снял этот запрет, чтобы студенты снова могли ходить в лес, но, конечно, под присмотром взрослых.       Да, все шло хорошо, пока сегодня утром он не получил письмо от совета попечителей с просьбой встретиться с ними первого марта. Они хотели узнать, почему он раньше ничего не сделал в отношении колонии акромантулов.       Он уже боялся этой встречи, поскольку у него не было на это хорошего ответа.       Альбус всегда питал слабость к Хагриду: то, как с ним обошлись после того, как его обвинили в открытии Тайной Комнаты, вызывало у старого волшебника отвращение.       Поэтому он уговорил профессора Диппета разрешить Хагриду остаться в хижине Ога в качестве помощника смотрителя, пока угрюмый старик не уйдет на пенсию.       Ог ушёл из Хогвартса в том же году, когда профессор Диппет покинул пост директора и передал ему управление школой. Первым делом Альбус решил нанять Хагрида в качестве нового смотрителя.       Спустя десятилетие он обнаружил колонию акромантулов и позволил им остаться вопреки своему здравому смыслу, потому что знал, как сильно Хагрид заботится об Арагоге.       Теперь, когда эта история вышла наружу, ему повезет, если он избежит отстранения за то, что закрыл глаза на опасность, которую колония акромантулов представляла для студентов школы.       С другой стороны, из того, что он узнал, мистер Певерелл, похоже, искренне любил работать с магическими существами. Альбус наблюдал, как он работал с Ньютом на поляне, и мистер Певерелл с радостью выполнял любую задачу, которую ему поручали.       Близость Певерелла к существам могла объяснить его успех с Фенриром и его стаей в октябре прошлого года и успокоить директора школы по поводу этого человека.       Сейчас это не имело значения, ему придется отложить в сторону свое увлечение Гарри Певереллом и позаботиться о том, чтобы его голова не попала под плаху.       — На этот раз ты действительно перешел черту, старина Хагрид, — Подумал Дамблдор, отправляя в рот лимонную дольку.

Пляжный дом Певереллов, Корнуолл, 30 января 1983, 09:43

      Гарри проснулся после прекрасного сна. В последнее время он был очень занят и с нетерпением ждал возможности отдохнуть.       — Доброе утро, Гарри, — Сказала Беллатриса со своей стороны кровати.       Животик Беллы начал увеличиваться, когда она вступила в свой последний триместр. Андромеда приходила к ней, чтобы побыть с ней, пока Гарри работал, так как Белла больше не могла трансгрессировать или путешествовать с помощью портала и нуждалась в наблюдателе, чтобы поймать ее, если она решила попутешествовать с помощью камина.       — Доброе утро, как спалось? — Спросил Гарри.       — Мне нехорошо, эти двое всю ночь танцевали на моем мочевом пузыре, — Сказала Белла, потирая живот.       Малыши начали шевелиться несколько недель назад, и Гарри был заворожён каждый раз, когда клал руку ей на живот и чувствовал, как они шевелятся.       — Мы почти у цели, осталось всего несколько месяцев, — Успокаивающе сказал Гарри, переворачиваясь, чтобы посмотреть на нее.       — Я знаю, Белла не может дождаться, когда они выйдут из нее, — Вздохнула Беллатриса.       — Будь осторожна в своих желаниях. Насколько я слышал, в первые шесть месяцев младенцы — довольно проблемные существа, а когда они учатся ходить, ситуация становится еще хуже, — Ухмыльнулся Гарри.       — Дети Беллы будут настоящими ангелами, — Уверенно заявила Беллатриса.       — О, я уверен, что так и будет, но если они пойдут по моему пути, то они везде будут находить неприятности, — Предсказал Гарри.       — Надеюсь, они будут такими же, как я, — Ухмыльнулась Белла.       — Да, я уверен, что ты вела себя безупречно, — Усмехнулся Гарри.       — А что мы будем делать сегодня? — С любопытством спросила Беллатриса.       — Я думал, мы сходим в Переулок на некоторое время, может, сходим куда-нибудь пообедать, — Пожал плечами Гарри.       — Звучит неплохо, мне нужна новая одежда, — Задумчиво сказала Белла.       — Мне тоже, — Признался Гарри, потягиваясь, прежде чем встать с кровати.       У Гарри было несколько недель отпуска, и он планировал провести время со своей женой, пока это было возможно.       Выйдя из ванной, он прошел мимо Беллы, которая направлялась туда, чтобы подготовиться к новому дню. Гарри быстро оделся и направился в столовую.       Гарри сел за стол, и перед ним появился завтрак (сегодня утром он подал ему полный английский завтрак), который он с удовольствием начал есть.       Он только что положил помидор в рот, когда сова-доставщик приземлилась перед ним, призвав три кната, прежде чем сунуть их в сумку птицы, он развернул газету, и птица взлетела.       Гарри был удивлен, увидев свое имя в заголовке, причем на самом верху.

Колония акромантулов уничтожена в Запретном лесу! Ньют Саламандер и Гарри Певерелл — герои Британии!

Автор: Рита Скитер

Всегда было известно, что в Запретном лесу таятся опасности, и, еще будучи молодой ученицей Хогвартса, я помню, как слышала рассказы от старших классов об оборотнях, вампирах и всевозможных монстрах-людоедах, живущих в этом лесу. Позже я считала, что эти рассказы были предназначены только для того, чтобы напугать студентов, и что лес был таким же, как и любой другой. К сожалению, дорогие читатели, это не так. Двадцать восьмого января команда по сбору ингредиентов министерства прибыла в Запретный лес в четырех милях к востоку от школы Хогвартс, чтобы обработать самую большую зарегистрированную колонию акромантулов за пределами острова Борнео в современной истории. Если вы не знаете, акромантул — это большое существо XXXXX опасности, напоминающее гигантского тарантула, и, как известно, питается всем, что меньше их самих. После небольшого расследования я узнала, что министерство, работающее с легендарным магозоологом Ньютоном Саламандером и его красивым молодым помощником Гарри Певереллом, начало устанавливать защитные чары, чтобы поймать колонию в ловушку, прежде чем применить испаряющееся зелье, чтобы гуманно уничтожить эту опасность для учеников Хогвартса. Недавно появились доказательства того, что Рубеус Хагрид, хранитель ключей и лесничий в школе Хогвартс, был ответственен за появления этого инвазивного вида в Запретный лес. С тех пор мистер Хагрид был взят под стражу аврорами министерства, но это заставляет нас задаться вопросом, почему Альбус Дамблдор оставил эту ситуацию без внимания? Действительно ли дети Магической Британии в безопасности, посещая Хогвартс под руководством директора, который позволил тысячам существ XXXXX оставаться так близко к нашей уважаемой школе? И следовало ли вообще Рубеусу Хагриду разрешать работать в школе Хогвартс? Мы можем только надеяться, что министерство и совет попечителей Хогвартса сделают то, что правильно, ради наших детей, которые являются будущим нашего мира. Я также хотел бы выразить свою благодарность г-ну Ньютону Саламандеру и г-ну Гарри Певереллу за то, что они позаботились об этой проблеме и обеспечили безопасность всех студентов, которые посещают Хогвартс сейчас и в будущем. Я буду следить за развитием этой истории и могу только надеяться, что министерство и совет попечителей накажут виновных соответствующим образом.

Более подробную информацию о подвигах Ньютона Саламандера смотрите на страницах 3, 5 и 6.

Более подробную информацию о Гарри Певерелле смотрите на странице 4.

Историю Рубеуса Хагрида смотрите на страницах 7 и 9.

      Статья сопровождалась черно-белой фотографией, на которой он и Ньют выходят из леса на лужайку перед Хогвартсом. Фотография, должно быть, была сделана в тот день, когда он извлек яйцо из самки, поскольку его мантия была испачкана синеватой смесью слизи и крови, которой он был покрыт в тот день.       Гарри мог только покачать головой в недоумении, как бы Гарри ни не нравился Дамблдор, он испытывал к нему некоторую симпатию. Было вполне возможно, что эта статья могла положить конец его карьере директора Хогвартса.       Статья не содержала ничего, кроме похвалы ему, что только укрепило бы решимость его невестки выдвинуть имя Певерелл на видное место. Хотя он не интересовался политикой, эта статья была бы полезна для его карьеры в магозоологии. Он попал в заголовок национальной газеты за свой вклад в эту область, и это помогло бы открыть многие двери ему в будущем.       Он только надеялся, что ему не придется истреблять больше магических существ, поскольку это могло бы привлечь к нему негативное внимание со стороны других магозоологов.       Следующее задание, которое запланировал Ньют, пришлось ему по душе гораздо больше, он предпочел бы заботиться о существах, а не убивать их, а детеныши драконов были по-своему милы. Он уже общался со взрослыми драконами, черт возьми, он даже улетал на одном из Гринготтса и каким-то образом остался жив.       Он находил их увлекательными, хотя и не имел желания специализироваться на них, поскольку мысль о работе в пасти дракона, чтобы вылечить сломанный зуб, вызывала у него дрожь по спине.       — Ты попал на первую страницу! — Воскликнула Белла в восторге.       Гарри вздрогнул от удивления, так как не заметил, как она вошла в столовую.       — Да, я знаю. Я просто надеюсь, что Цисса этого не увидит, — Смиренно сказал Гарри.       — Она увидит это, поверь, она, вероятно, прочитала эту статью до того, как она была напечатана. Она хорошая подруга Марты Кафф, поэтому она так хорошо информирована, — Рассеянно сказала Беллатриса, читая статью, а затем развернула газету, чтобы прочитать другую статью о нем.       — Она упоменула твою встречу с Сивым, — Сказала Беллатриса после минуты молчаливого чтения.       — Я так и думал, что она это сделает, что-нибудь еще? — Спросил Гарри, заканчивая завтрак.       — Просто то, что ты недавно женился на Беллатрисе Блэк, прекрасной дочери рода Блэк, и что мы скоро ждем ребенка, — Ухмыльнулась Беллатриса.       — Ну, по крайней мере, она сообщила самую важную новость, — Улыбнулся Гарри.       Гарри подождал, пока Беллатриса закончит завтрак, прежде чем повести ее к камину. Он первым шагнул в зеленое пламя и сказал: — Косой Переулок.

Дырявый котел, Косой переулок, 30 января 1983, 11:26

      Гарри вышел из камина в Дырявом Котле и ждал перед камином. Через несколько секунд вышла Белла, спотыкаясь, и Гарри бросился вперед, чтобы поддержать ее.       Центр ее тяжести, естественно, был смещен, поэтому ей требовалось, чтобы кто-то подхватил ее на другом конце, когда она перемещалась по камину.       Посетители обернулись и громко закричали, хлопая и свистя. У Гарри возникло отчетливое чувство дежавю, это напомнило ему о том, как он впервые вошел в это заведение в свой одиннадцатый день рождения.       Гарри и Беллатрису осаждали волшебники и ведьмы, которые подходили и благодарили его за то, что он сделал Хогвартс безопаснее для их детей. Ему, казалось, пришлось пожать сотни рук, прежде чем он добрался до двери, ведущей из задней части паба.       — Наконец-то! — Воскликнул Гарри, когда они вышли на улицу, обращенную к кирпичной стене, ведущей в Косой Переулок.       — Кажется, ты очень популярен? — Хихикнула Белла.       — Да, это напомнило мне мое детство, — Признался Гарри.       — Я боюсь нашего обратного пути, — Вздохнула Белла, когда в кирпичной стене образовалась арка.       — Я тоже, — Сказал Гарри, когда они вышли в переулок и направились к Твилфитту и Таттингу. По пути к Гарри подошли еще несколько доброжелателей, но в конце концов они добрались до магазина.       — Поздравляю, любовь моя, ты знаменитость, — Хихикнула Беллатриса, когда они вошли в магазин.       — Это утихнет… Я надеюсь, — Сказал Гарри, повернулся и направился в другую часть магазина, чтобы выбрать себе новые рабочие мантии.       — Думаю, я пойду посмотрю одежду для беременных, — Сказала Беллатриса, прежде чем поковыляла в другую часть магазина.       В итоге Гарри выбрал семь зимних мантий и столько же летних рабочих мантий, отнес их швее, чтобы она сняла с него мерки и сшила их по его размеру.       После того, как он закончил делать покупки и заказал доставку домой, раздался звонок, и в дверь вошла знакомая пожилая женщина в шляпе с изображением стервятника, везя малыша в старомодной коляске.       — Мистер Певерелл, — Холодно сказала женщина.       — Мадам Лонгботтом, — Коротко сказал Гарри, почтительно склонив голову.       — Я видела, как ты очистил лес от этих восьминогих чудовищ, — Сухо сказала Августа.       — Я помог, — Поправил Гарри.       — Я также видела, что твоя жена-пожирательница смерти беременна, — Добавила Августа, игнорируя его предыдущее заявление.       — Да, хотя ее невиновность в преступлениях была доказана, и я попрошу вас не выдвигать против нее беспочвенных обвинений, — Сказал Гарри с предостережением в голосе.       — Беспочвенные обвинения, черт возьми! Мой сын и его жена пускают слюни из-за этой женщины и ее приспешников! — Закричала Августа.       — Я считал, что Барти Крауч-младший рассказал всем, кто был ответственным за то состояние, в котором находятся ваш сын и невестка, и моя жена в их число не входила. Он дал эти показания под воздействием сыворотки правды, — Раздраженно сказал Гарри, начиная сильно раздражаться на упрямую старуху.       — Она все еще была частью группы, которая напала на моего сына, она и Лестрейнджи ворвались в мой дом! — Закричала Августа, выхватывая палочку.       — Включи мозги, женщина! Мы находимся в магазине, и твой внук прямо перед тобой, ты действительно хочешь затеять здесь битву?! — Недоверчиво спросил Гарри.       Августа огляделась вокруг, а затем опустила взгляд на Невилла, который с любопытством смотрел на Гарри. Она с ненавистью нахмурилась на Гарри, затем повернулась на каблуках, выходя обратно из магазина и хлопая дверью за собой.       — По крайней мере, у нее хватило ума уйти, — Сказала Беллатриса из-за вешалки с платьями справа от Гарри.       — Мне на самом деле ее немного жаль, — Вздохнул Гарри.       — Мне жаль только ее внука, — Фыркнула Белла.       — Ты закончила с покупками? — Спросил Гарри, глядя на Беллу, которая все еще казалась довольно взволнованной.       — Да, мою одежду должны доставить на дом завтра, — Сказала Белла, взяв его под руку и выведя из магазина.       — Куда теперь? — Спросил Гарри.       — Я хочу есть, — Сказала Белла, ведя его к закусочной.       Гарри знал, что бесполезно напоминать ей, что они позавтракали всего несколько часов назад, теперь она ела за троих, и он не мог упустить шанс съесть сэндвич с французским соусом.       — Не так я представлял себе этот день, — Вздохнул Гарри, когда они сели за один из столиков на открытом воздухе перед «Счастливым Гиппогрифом».       — Что, у Беллы прекрасный день, — Спросила Беллатриса, когда к ним подошла официантка.       — Кажется, мы привлекаем слишком много внимания, — Вздохнул Гарри, когда официантка ушла, чтобы принести их заказ.       — Да, и когда мы вернемся домой, я уделю тебе больше внимания, — Прошептала Белла ему на ухо.       Гарри не мог не ухмыльнуться: его жена всегда знала, как заставить его хмуриться.

Кембрийский горный хребет, Уэльс, 10 февраля 1983, 11:16

      Гарри и Ньют прибыли с помощью портала в Уэльский заповедник драконов. Они находились высоко в горах, и здесь было довольно холодно. Вдалеке они видели драконов, летящих высоко в воздухе и кружащих над горами.       — Они охотятся, — Сказал Ньют, увидев, куда направлен взгляд Гарри.       — Я удивлен, что они позволили им летать так высоко, — Признался Гарри.       — У нас нет особого выбора в этом вопросе. Если драконы не будут получать достаточно упражнений, у них могут развиться всевозможные недуги, а их сердечные жилы не смогут использоваться для изготовления сердцевин волшебных палочек, — Раздался слева грубый голос.       Они прибыли в долину между горами, где было установлено несколько брезентовых палаток. Человек, который говорил, как раз выходил из одной из палаток.       Мужчина был коренастым и высоким, ростом около пяти футов десяти дюймов. Было очевидно, что он проводил много времени на открытом воздухе, поскольку видимые части его лица были хорошо загорелыми, у него были вьющиеся каштановые волосы и густая борода. Гарри предположил бы, что мужчине было около сорока пяти лет.       — Ах, рад снова тебя видеть, Арнольд, познакомься с моим учеником Гарри Певереллом, — Сказал Ньют, указывая на Гарри.       — Арнольд Пиллсворт, я читал о вас в газете, — Сказал Арнольд, протягивая Гарри руку.       — Приятно познакомиться, — Сказал Гарри, пожимая руку и замечая, что рука мужчины покрыта мозолями.       — Ты сказал, что у Берты вылупляется кладка? — Спросил Ньют с явным волнением в голосе.       — Да, нам придется наблюдать за ней с приличного расстояния, сейчас она просто отвратительна, — Усмехнулся Арнольд.       — Обычно так и есть, — Кивнул Ньют почти нетерпеливо.       — Идите за мной, нам предстоит небольшой поход, — Сказал Арнольд, ведя их к тропе, которая шла по восточному склону гор недалеко от лагеря.       Гарри шел позади Арнольда, оглядывая окрестности, замечая озера, усеивающие ландшафт, обширные просторы вересковых пустошей и несколько лугов, где он мог различить мужчин и женщин, пасущих овец.       — Насколько велик этот заповедник? — Спросил Гарри, когда они начали подниматься выше в гору.       — Довольно большой, эти поля у большого озера — то место, где мы выращиваем скот, чтобы кормить драконов, вся территория защищена маглоотталкивающими чарами, — Сказал Арнольд, когда они направились в рощу деревьев.       — Это один из крупнейших заповедников в мире, — Добавил Ньют.       — Постарайтесь остаться в пределах леса, эти двое в воздухе обычно охотятся только на овец, но иногда они пикируют на одного из наших ребят, когда те выходят на открытое пространство. Драконы могут быть территориальными, — Предупредил Арнольд, указывая на двух драконов, кружащих над местностью.       Вскоре они приблизились к вершине горы, и Арнольд повел их вниз по боковой тропе, которая выходила к краю отвесного скального утеса, обращенного вниз к небольшой ледниковой впадине, образующей идеальную U-образную форму и поднимающейся по склону горы напротив них.       — Это самое близкое место, на котором вы сможете наблюдать за ней, ее гнездо находится в ложбине примерно на полпути к вершине горы, — Сказал им Арнольд.       — Превосходно, — Сказал Ньют, прежде чем вытащить из своего магически расширенного кармана пару огромных омниниклей, которые напомнили Гарри что-то из магловского флота, и штатив.       — Если это место хорошо для тебя, мне надо пойти и позаботиться о кормлении, — сказал Арнольд, вопросительно глядя на Ньюта.       — Давай, Арнольд, с нами все будет в порядке, — Заверил его Ньют, устанавливая омнинокль на штатив и создавая перед ним стул, прежде чем отрегулировать ножки штатива, чтобы установить оптику в нужное положение.       — Я вернусь позже, чтобы проверить вас двоих, — Сказал Арнольд, прежде чем отправиться обратно по тропе.       — Я принес тебе пару этих огромных омниноклей, — Сказал Ньют, прежде чем вытащить из кармана еще одну пару оптики и штатив.       Гарри был удивлен тем, насколько они легкие, он быстро прикрепил их к штативу, прежде чем соорудить собственный стул и отрегулировать штатив так, чтобы ему было удобно сидеть в нем и смотреть в оптику.       Штатив обеспечивал омниноклю широкий диапазон движения, и он мог легко сканировать прилегающую гору, пока не обнаружил гнездо на большом ровном участке чуть более чем на полпути к вершине горы.       Гарри увеличил изображение так, что мог ясно разглядеть землисто-коричневые яйца с зелеными крапинками. Он насчитал в кладке восемь яиц, и мать время от времени дышала на них пламенем.       Гарри переместил омнинокль, заметив, что само гнездо было сделано из камней, сложенных почти так же, как человек сделал бы костер. Переместив свою оптику на мать-дракона, он заметил, что она лежала на животе позади гнезда, а ее когтистые передние лапы покоились по обе стороны гнезда. Она смотрела в их сторону, и у Гарри возникло подозрение, что она знала, что они там. Ее желтые глаза не отрывались от них, даже когда она дула пламенем на яйца.       — Она знает, что мы здесь, — Сказал Гарри, не отрывая взгляда от своего омнинокля.       — Несомненно, у них острое зрение, в конце концов, они могут видеть овец с высоты тысяч футов, — Равнодушно сказал Ньют.       — Я вижу восемь яиц, но пока ни на одном нет трещин, — Сказал Гарри, переместив оптику так, чтобы смотреть на гнездо.       — Это ненадолго, она каждые три минуты обдувает яйца пламенем, и я предсказываю, что они начнут вылупляться в течение следующих нескольких часов, — Сказал Ньют, вытаскивая из кармана блокнот и диктофонное перо, прежде чем поспешно вернуться к просмотру в омнинокль.       — Она выглядит очень взволнованной, — Прокомментировал Гарри.       — Да, так оно и есть, — Задумчиво сказал Ньют.       Они наблюдали за гнездом не менее часа, самка становилась все более возбужденной со временем. Согласно тому, что он читал, мать обычно довольно послушна в месте гнездования, если только к ней не приближается хищник. Увидев, что в яйцах нет никаких изменений, Гарри начал осматривать территорию вокруг гнезда, и не потребовалось много времени, чтобы обнаружить что-то необычное.       — О, черт! — Пробормотал Гарри, направляя оптику дальше по желобу, где он увидел безошибочно узнаваемые очертания людей под действием дезиллюминационных чар.       — Что такое? — С любопытством спросил Ньют.       — К гнезду приближаются люди, находящиеся под действием дезиллюминационных чар, — Сказал Гарри, различая шесть контуров людей.       — Браконьеры, — Нахмурился Ньют.       — Ты хочешь сказать, что они охотятся за ее яйцами? — Спросил Гарри, наблюдая, как мужчины подбираются все ближе к гнезду.       — Да, яйца дракона стоят дорого в неблагополучных районах, они полезны для некоторых зелий, — Сказал Ньют расстроенным голосом.       — Может, нам стоит попытаться их остановить? — Спросил Гарри.       — Я не знаю, как мы сможем, — Тихо сказал Ньют.       — У меня есть идея, но она может быть опасной, — Признался Гарри.       — В этом заповеднике нельзя летать на метле, эти двое в небе разорвут тебя на куски, — Предупредил Ньют.       — На самом деле я планировал призвать к нам браконьеров, — Признался Гарри.       — Лучше сначала переместить оптику, она ужасно дорогая, — Сказал Ньют с ухмылкой.       После того, как они убрали омнинокли с дороги, Гарри поднял палочку и прокричал: — Акцио, браконьеры на яйца дракона! — Сосредоточившись на людях, которые, как он знал, направлялись к гнезду дракона, он вложил в заклинание много магии.       Гарри сначала ничего не увидел и подумал, что заклинание не сработало, пока не увидел прозрачные размытые пятна, летящие в него. Гарри увернулся в сторону, когда послышалась серия ударов, когда браконьеры врезались в землю, на которой он стоял мгновение назад.       Гарри бросил заклинание красной краски, которое покрыло мужчин, прежде чем он начал стрелять невербальными оглушающими заклинаниями, выведя двоих из боя, прежде чем они хотя бы смогли сориентироваться. Еще один пал от оглушающего заклинания Ньюта, прежде чем остальные трое поднялись на ноги и начали отстреливаться.       — Кто ты, черт возьми? — Спросил один из них, выстрелив режущим заклинанием в голову Гарри.       Гарри не ответил, решив отклонить заклинание, а затем послать заклинание, ломающее кости, в колено мужчины, а затем три оглушающих заклинания, направленных в его грудь.       Браконьер откатился вправо, уклоняясь от его заклинаний, Гарри последовал его примеру и нанес ему сокрушительный удар в лицо, а затем оглушил одного из мужчин, с которыми Ньют сражался сзади.       Последний мужчина остановился, когда его партнер рухнул на него, и получил оглушающий удар в лицо от Ньюта, который воспользовался отвлечением внимания.       Они подошли к мужчинам, находящимся без сознания, и забрали у них палочки, прежде чем связать их запястья и лодыжки веревками.       — Я пошлю патронуса в министерство, — Тяжело дыша, сказал Ньют, прежде чем наложить заклинание, которое приняло форму келпи и, казалось, поплыло по воздуху, направляясь на восток в сторону Лондона.       — Признаюсь, я впечатлен, браконьеры обычно довольно искусно владеют волшебной палочкой, — Сказал Ньют, начиная стучать им по головам своей палочкой, отменяя их дезиллюминационные чары.       — Нам удалось так легко их одолеть только потому, что у нас был элемент неожиданности, — Пожал плечами Гарри.       — Краска была приятным штрихом, ты не мог бы присмотреть за ними, пока я буду документировать гнездо? Я установлю твой омнинокль на запись, если они начнут вылупляться, так что ты сможешь просмотреть все, что пропустишь, — Попросил Ньют.       — Конечно, — Согласился Гарри, пока Ньют снова настраивал оптику и фокусировал ту, которую Гарри использовал, на гнезде, прежде чем включить функцию записи.       Примерно через десять минут Гарри сел на землю, прислонившись спиной к дереву, когда Ньют крикнул: — Мать, кажется, совсем успокоилась, должно быть, она учуяла их запах.       — Разве они не могли бы использовать зелье, маскирующее запах? — Спросил Гарри.       — Могли, но он предназначен для местного применения и не перекрывает запах, исходящий изо рта и прямой кишки. У драконов потрясающее обоняние, и они слишком умны, чтобы их обмануло зелье. Они знают, как пахнет наше дыхание и пердеж, — Усмехнулся Ньют.       Прежде чем Гарри успел ответить, послышался звук шагов по тропинке, и к нему приблизилась знакомая рыжеволосая аврорша, за которой шли четыре аврора.       — Мистер Певерелл, какие неприятности вы натворили? — Спросила Амелия с ноткой веселья в голосе.       — Вы ранили меня, аврор Боунс, мы вызвали вас, потому что мы с мистером Саламандером задержали браконьеров, пытавшихся украсть яйца дракона, — Сказал Гарри, указывая на связанных людей, лежащих на земле, выкрашенных в ярко-красный цвет.       — Почему они все выкрашены в красный цвет? — Спросил высокий светловолосый аврор справа от Амелии.       — Они были под действием дезиллюминационных чар, я воспользовался заклинанием краски, чтобы иметь возможность отслеживать их, — Ответил Гарри, заметив, как уголок губ Амелии слегка дернулся.       — Они все живы? — Осторожно спросила Амелия.       — Да, хотя тот, что побольше, получил дубинкой по голове, — Заверил ее Гарри, прежде чем протянуть ей их палочки.       — Хорошо, Сэвидж, Долиш и Праудфут, отведите их в камеры для временного содержания, — Приказала Амелия, доставая из кармана пакет для улик и бросая в него палочки, прежде чем запечатать пакет.       — Да, мэм, — Сказал высокий светловолосый аврор, прежде чем он и двое других начали левитировать браконьеров обратно по тропе.       — Откуда ты знаешь, что они собирались украсть драконьи яйца? — Спросил молодой темнокожий мракоборец со знакомой серьгой.       — Мы видели, как они приближались к гнезду, — Ответил Ньют, не отрывая взгляда от своего омнинокля.       — Где гнездо? — Спросила Амелия, нервно оглядываясь по сторонам.       — Иди сюда, я тебе покажу, — Сказал Гарри, подводя ее к своему омниноклю.       Амелия села в кресло, посмотрела в омнинокль и ахнула.       — Это, должно быть, больше чем в полумиле отсюда, — Воскликнула Амелия.       — Я думаю, это немного дальше, может быть, около тысячи ярдов, — Рассеянно сказал Ньют.       — Так как же ты их сюда доставил? — Спросила Амелия, все еще глядя в омнинокль Гарри.       — Сильнейшие призывающие чары, — Ответил Гарри, удивленный тем, как Амелия, по-видимому, заинтересовалась драконьим гнездом.       — Хорошо, мы проведем их через допрос. Думаю, я смогу получить разрешение на использование сыворотки правды, — Сказала Амелия, вставая с места Гарри.       — Возможно, нам придется пригласить вас и мистера Саламандера в министерство для дачи показаний в ближайшие несколько дней, — Сказал аврор Шеклболт.       — Не проблема, Аврор…, — Сказал Гарри.       — Шеклболт, — Ответил Кингсли.       — Приятно познакомиться, аврор Шеклболт, — Вежливо сказал Гарри.       — Ладно, Шек, давай пойдем в офис и начнем обрабатывать этих красных парней, — Сказала Амелия, ведя его по дорожке.       — Я так понимаю, ты ее знаешь? — Спросил Ньют.       — Да, она выходит замуж за главу рода моей жены, — Сказал Гарри, садясь на свое место и оглядывая гнездо.       Гарри заметил, что поза матери стала расслабленной, и она лежала, положив голову на землю, посылая слабые языки пламени на яйца.       — Должно быть, браконьеры ее очень раздражали, — Пробормотал Гарри.       — Да, похоже, она сейчас вздремнет, — Усмехнулся Ньют.       Некоторое время не наблюдалось особых изменений: мать-дракониха была очень расслаблена и держала открытым только один глаз, направленный в их сторону.       Гарри снова сосредоточился на яйцах, теперь каждые тридцать секунд его взгляд заслоняли сгустки пламени. Гарри увидел между вспышками пламени, что на вершине одного из каплевидных яиц начала появляться трещина.       — Видишь яйцо справа? Мне кажется, оно начинает вылупляться, — Взволнованно сказал Гарри.       — Отлично, ты прав, — Сказал Ньют, когда трещина начала расширяться, а затем яйцо, казалось, взорвалось.       Гарри наблюдал, как крошечный зеленый птенец дракона спотыкался, он напоминал ящерицу с крыльями, которые казались слишком большими для его крошечного тела, и длинной толстой шеей. У него была ящерообразная форма головы, которая напомнила ему варана.       На затылке у него были крошечные маленькие шипы того же зеленого цвета, что и его тело, и у него были почти люминесцентные желтые глаза с черными как смоль щелями вместо зрачков.       — Похоже, от носа до хвоста он около шестнадцати дюймов, а размах крыльев, по моим подсчетам, двадцать восемь дюймов, — Пробормотал Ньют в диктофон.       Гарри осмотрел остальные яйца и заметил, что все они теперь трескаются, и скорлупа одна за другой взрывается, выбрасывая из них на землю птенцов драконов.       — Восемь птенцов успешно вылупились, все они, по-видимому, одинакового размера, на данном этапе невозможно отличить самцов от самок, — Продолжал диктовать Ньют, не сводя глаз с гнезда.       Гарри наблюдал, как мать наклонила голову и открыла рот, а птенцы слетелись к ней и начали лакать красновато-янтарную жидкость, скапливавшуюся в ее нижней челюсти.       — Берта начала выкармливать птенцов своим драконьим молоком, птенцы кажутся совершенно здоровыми…, — Продолжал Ньют.       Гарри знал, что драконье молоко — неправильное название, так как это было вовсе не молоко. Огонь дракона создавался с помощью особого крепкого алкоголя, который их тела производили естественным образом, он был очень похож на неразбавленный бренди. При смешивании с ферментированным мясом и кровью из желудка матери он создавал питательную жидкость, которая ускоряла рост птенцов дракона.       Волшебники могли вырастить драконьего птенца с помощью смеси бренди и куриной крови, но они всегда росли медленнее, чем птенцы, выращенные матерью, поскольку в производстве молока участвовали процессы, которые до сих пор не были полностью изучены.       — Как ты думаешь, что нам делать дальше, Гарри? — Спросил Ньют.       — Нам следует вернуться и понаблюдать за ними в течение следующих нескольких недель, а также задокументировать цикл их роста. Черт возьми, если бы Белла не содрала бы за это с меня кожу живьем, я бы сказал, что нам следует разбить лагерь здесь на следующий месяц, — Усмехнулся Гарри.       — Я согласен с обоими утверждениями. Женщинам не нравится, когда их игнорируют, чтобы понаблюдать за животными, — Мудро заметил Ньют.       Остаток дня они провели, наблюдая за птенцами, а около половины пятого решили собрать вещи.       — Вот портал, возьми его с собой, и мы встретимся здесь завтра около восьми утра, — Сказал Ньют, прежде чем протянуть Гарри двенадцатидюймовый кусок веревки.       — Хорошо, я просто надеюсь, что сегодняшнее маленькое приключение не пояаится в Пророке, — Усмехнулся Гарри, когда они пошли по тропе к лагерю укротителей драконов.       Когда они вошли в долину, их встретил улыбающийся Арнольд Пиллсворт.       — Спасибо вам обоим, мы видели, как выводили браконьеров. По словам аврора Праудфута, их поймали с поличным при попытке украсть яйца Берты, — Сказал Арнольд, посмеиваясь над собственной шуткой.       — Это дело рук Гарри, — Сказал Ньют, прежде чем развернуться на месте и исчезнуть с громким хлопком.       — Он любит это делать, никаких манер. Мы вернемся утром. Все яйца Берты вылупились, когда мы уходили, она кормила птенцов, — Сказал Гарри Арнольду, качая головой в ответ на внезапный уход Ньюта.       — Вам здесь рады в любое время, яйца здесь пропадают уже много лет, я просто рад, что кого-то наконец поймали, — Ухмыльнулся Арнольд.       — Мне нужно домой, но спасибо, что позволили нам приехать сюда, — сказал Гарри, пожимая руку Арнольду, прежде чем трасгрессировать домой на ночь.       — В целом сегодня был довольно хороший день, — Подумал Гарри, появившись на пляже перед своим домом.